Просмотр сообщений

В этом разделе можно просмотреть все сообщения, сделанные этим пользователем.


Сообщения - Володя

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10]
1351
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 05.03.2006 01:55 »
Привет, Серый! Меня не будет. Уж извините. :) Но такова жизнь.

1352
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 04.03.2006 19:00 »
Серый, я тебя немного запутал. Это я под ником Вадима выходил.  А Маэстро и есть Вадим, ты не ошибся. :)

1353
Олег, работа с БД выпускников еще в перспективе. Но она со временем будет.
То, что ты написал можно сделать с некоторыми уточнениями. Проще сделать у каждого года страничку где по ротам и классным отделениям она поделена и каждый внесет туда свои данные (что считает нужным) на свое место.
Сейчас сделаю тебя модератором на 1989 году и воплощай свою идею в жизнь.
В фотогалерее почистил твой альбом (там и для пользователей есть возможность удаления фото)

1354
Тимур сейчас в Алма-ате живет, есть телефон, если нужно - скину. Автомобиль он там на прокат брал, номера соответственно фашистские ;)

Спасибо, Игорь. Теперь понял. При случае привет ему передавай, пусть сюда заглядывает. Если возникнет необходимость ему позвонить я возьму у тебя его тел. :)

1355
  Это в прошлом году снято, разбито уже всё, заросло. На фото Тимур Омаров, если помнишь...

Точно, это Омарыч! Игорь, а где он сейчас? Что-то номера на авто незнакомо-непонятные :)

1356
Возможность общения на нашем сайте есть для всех. Но открывать "мертвые" темы смысла не вижу. Если кто появится на сайте с 1994 года, то и откроем им для общения место. :)

1357
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 28.02.2006 21:37 »
С удовольствием почитал о последних новостях из жизни особенно активных участников форума.Всем привет кто ещё помнит.

Помним, помним. Даже летали, раз, вместе в Батайске.

1358
Да, ребята, мы все готовы. Я напомнил об этом разговоре на этой ветке, чтобы не повторяться на "Братстве ЕВВАУЛ". Первым шагом "Клуба ЕВВАУЛ" предлагаю организовать счет для накопления средств. Главным достоинством счета должно быть то, чтобы на небольшие переводы банк не брал большой процент. (В основном, они берут определенную сумму с малых переводов и если ее пересчитать в проценты, то это 30-50%). Мне найти такой банк не удалось.

1359
Поискал нашу дискуссию про переход на платный хост. У меня мысли были открыть счет для оплаты хоста сайта. Но т.к. денег на это надо сравнительно не много, а на счет будут поступать и аккумулироваться деньги, то я думал, что их можно было бы пускать на другие нужды, одна из которых - помощь кому-либо при необходимости.
Вот выдержки:
//
Вырисовывается такая картина. Надо открыть счет. Определиться с ежегодным взносом (предлагаю 10$). Определиться с "ядром поддержки" счета, куда войдет не менее 5 чел, которые ОБЯЗАТЕЛЬНО в год должны будут внести свой взнос, чтобы иметь на счету гарантированно 50$ для оплаты имени. Все остальные вносят деньги по желанию. По желанию можно будет и расширять "ядро" (принимать новых членов). В этом случае гарантированная сумма у нас возрастет и можно будет определиться с тем, на что ее потратить (различная помощь выпускникам ЕВВАУЛ, нуждающихся в финансовой помощи). В этом случае необходимо выбрать членов правления счета (не менее 5 чел) для принятия решения общим голосованием.
Далее. Определиться, в какой валюте открывать счет. (В долларах или евро надежнее, но в, основном, как я думаю, все расчеты будут в рублях. При конвертации-расконвертации будем терять деньги.)
Пока такие мысли.
//

саму дисскуссию можно почитать здесь:
http://evvaul.com/forum/index.php?topic=30.0


1360
Серый, можно вносить и "кто сколько может". Но эти взносы будут единовременные и добровольные, поэтому расчитать бюджет будет сложно. а если определить минимальные взносы с добровольных участников (но обязательные), то тут уже можно и прикинуть на что и когда тратить и сколько оставить в "загашнике". Если официально регистрировать, то достанут налогами (я думаю) и будем кормить неизвестно кого. (а, может, я неправ?)

1361
как-то уже обсуждался этот вопрос. Пытался открыть счет, чтобы можно было собирать деньги. Небольшие взносы никого напрягать не будут. Но столкнулся с такой ситуацией, что в банках за небольшие переводы берут большие проценты. Так за пробный перевод в 10$ взяли 4$. Я считаю это откровенным грабежом.

1362
Войны / Re: Полеты в горах
« : 23.02.2006 23:24 »
99-й год, Буденновск. После проявки ФКП выясняется, скорость 800, высота 70,дальность900, момент пуска С-25.
Как ситуация?  Я вам скажу, будка КАМАЗА была очень большая!

А уголок какой? Хотя, даже если и с горизонта, все равно крутовато. Но хорошо то, что хорошо кончается.
На Лунинце п\п-к Зузлов АА пустил С-25 на запредельной дальности, цель в щепки, но сам словил осколок в движок, который встал. При попытках запуска на Н=200м потерял скорость и свалился. Похоронили в Чернигове. Ведомый после пуска прошел на выводе под зоной разлета осколков - повезло.

1363
О ЕВВАУЛ / Re: Традиции ЕВВАУЛ
« : 19.02.2006 13:43 »
Странно мне такие вещи читать. Особенно от Игоря (я на 2 года раньше его учился). Неужели за 2 года так все изменилось. У нас что заработал, то и получил. Если препод колебался, то он листал зачетку и по другим оценкам определялся со своей. Ну и если кто-то доставал препода во время семестра, то он, потом, отвязывался на экзамене. А про разнарядку на оцени я не слышал. Получал 5-ки и в начале и в конце экзамена. Главное, чтобы знания были.

1364
Хорошо, сейчас переименую в "Место встречи" и оставлю на прежнем месте.

1365
Парни, а если сделать форум "объявления", а в нем темы "место встречи" и "доска объявлений" ? :)

1366

Перенесено со старого форума

Володя: СПИСОК ПОСЕТИТЕЛЕЙ САЙТА. [23-11-2004 18:45:49]  

Володя: Пока не созданы личные страницы посетителей сайта, поступило предложение сделать список посетителей с днями рождения.
Давайте так, каждый лично напишет о себе. (23-11-2004 18:49:34)

 
 
Володя: Бурейко Владимир Владимирович, 14 февраля 1965 г.р., выпуск 1986 г., живу в Одессе, тел. дом.(38)(0482)47-99-51, моб.(38)050-648-43-70. (23-11-2004 18:52:03)

 
 
Игорь-88: Шишков Игорь Анатольевич, 27 апреля 1965 г.р., выпуск 1988 г., живу в пгт Монино Московской области. Тел. рабочие: 095) 967-1433 (многоканальный), 232-2431, 684-0238, 684-3376;
Мобильный 095) 755-46-33. (24-11-2004 08:39:19)

 
 
Малышев Валера: Малышев Валерий Витальевич, 23 ноября 1965 г. р., выпуск 1988г. живу г. Сертолово, от Питера 7 мин пешком. (25-11-2004 19:32:19)

 
 
Деркачев Валера: 12 ноября 1962 г.р.,выпуск 1984г.проживаю г.Воздвиженка ул.Пионерская 4-38./тел.89027543243-мтс (27-11-2004 15:17:01)

 
 
SHIL или SHILO: Шилов Сан Саныч,08 января 1968 г.р.,выпуск 1990, живу в Омске на 16 Линии, дом 5-а, мобила: 8-902-965-23-23. (30-11-2004 09:52:32)

 
 
Фланкер: Беленин Павел Евгеньевич,10марта1954г.р.,выпуск 1975г.,живу в г.Москва,раб.тел.730-53-75,моб.8-916-659-41-41. (02-12-2004 16:28:31)

 
 
Su-17: Елизаров Дмитрий Владимирович, 2 июля 1956 г.,образца 1981г., Киншаса, Конго, www.malila.cd (09-12-2004 17:48:33)

 
 
Воробьев Сергей: Родился 14 февраля 1970 г., выпуск 1992, живу в Chicago tel:1-773 851 83 17 (11-12-2004 03:11:21)

 
 
Сергей Селиванов: 11 июня 1971 г.р., выпуск 1992 года, живу в г.Днепропетровск, e-mail: selivanov-s@mail.ru
icq: 304470883
(17-12-2004 18:31:48)

 
 
Мырсов Николай: 15 декабря 1948 г г.Москва Внук Зам.Нач.ЕВВАУЛ в 30 гг. тел.д.(095)481-30-46, моб.8-916-757-62-13, E-MAIL-nmyrsov@mail.ru (21-12-2004 23:03:33)

 
 
Бура Алексей : Выпуск 1992, сейчас на 757, тел моб +7 926 214 70 45. alexeiboura@hotmail.com (23-12-2004 22:38:06)

 
 
Гердичук Виталий : Выпуск 1992,уволился в 2000 с Су-25 Черниговка Приморского края,живу в Серпухове работаю в Москве, тел. моб.769-66-83 ,дом.8-0967-35-16-39
sb@ayaks.ru (24-12-2004 11:45:22)

 
 
Split: Березняк Владимир Александрович, 30 июня 1954г.,выпуск 1975г., Москва, д 326 5041 (26-12-2004 19:13:13)

 
 
Остап: Астафуров Виталий Викторович 88 г.в. г.Таганрог 68-21-55 89185067696 (29-12-2004 12:00:43)

 
 
Подопригора Максим: 19 февраля 1971г.р., выпуск 1992, живу в Ейске, тел.моб.+7 918 314-14-72 (06-01-2005 00:08:28)

 
 
Менгазетдинов Ильмар: г.Ейск т.+7 918 468 11 34 E-mail:
ilmar_m@mail.ru (10-01-2005 14:27:14)

 
 
Игорь Нестеренко: 21 мая 1965 выпуск 1988 года. Живу в Ростове на Дону. тел. (863) 225-05-02 дом, сот. (863)247-94-84 (13-01-2005 23:19:30)

 
 
Марат: Ташханов Марат Марипханович.Мой Д.Р. 29.03.65. Я выпускник 1986 года мой мобильный тлф 8 903 790 7425. Домашний адрес Московская обл Одинцовский р-н г. Кубинка-8 дом 9 кв 38 домашний тлф 8 09633 58445 Маил: tashkhanmm@mail.ru (18-01-2005 20:14:10)

 
 
Валико: Лядов Валерий Геннадьевич 15.05.1963г.р. выпуск 1985 года.живу г.Волгодонск Ростовской обл. тел.моб.+7 9185060194, раб(86392)77530
e-mail: lainer6@yandex.ru (21-01-2005 17:22:53)

 
 
Юрашик: Симонов Юрий Алексеевич, 21.06.1968 г.р., выпуск 1990 года, живу г. Казань, ул. Эсперанто, д. 35, корп. 4, кв. 11. Тел. (раб.)-8432 71-82-52; 71-82-62; 71-82-09, моб. -+79272445743 (22-01-2005 18:59:24)

 
 
Серега 90(Шах): Шахов Сергей Вячеславович 07.10.1966г.р.,выпуск 90г. моб 8-926-253-66-03. (22-01-2005 19:47:31)

 
 
Старый: Сторожук Олег Викторович 28.07.1964гр.г.Липецк ул.Шкатова-4.кв-101.мылоstarik85@land.ru Тел.д.80742280672 89107398090 (22-01-2005 20:43:43)

 
 
Fil: Филонов Сергей Викторович, 15.05.1959г.р.выпуск 1980г. Живу Московская обл.г. Ивантеевка тел.моб.+7 903 779 22 30,раб.(095)970 0030 доб.2725. e-mail:sfilonov@ pharmstd.ru (24-01-2005 12:49:27)

 
 
Борис Иванович: Кучугурный Борис Иванович,12 апреля 1938г., Iкурс - 8 ВАУПОЛ (Павлоград), первый выпуск - 1960 год, второй (с высшим) - 61г., проживаю г.Марганец, Днепропетровской обл.E-mail: tarber@mail.ru. Вот бы кто из однокашников моих ответил! (30-01-2005 03:00:37)

 
 
Кравченко Виктор: Кравченко Виктор Кузьмич,20.04.1944 г. Выпуск- 1966 г. пгт.Монино,Московская обл. ул. Красовского 8 кв. 4 тел. 8(478)212 05 40 (30-01-2005 16:19:12)

 
 
Суин Олег Юрьевич: Суин Олег Юрьевич,28.8.1965. выпуск 1988года.
Проживаю в Казани. тел.моб:8(8432)408518; 8(8432)964259. E-mail: oleg-su@rambler.ru
(30-01-2005 23:05:32)

 
 
Цымбал Андрей: Цымбал Андрей Викторович, 13 августа 1964, родился в Запорожье, живу в Краснодаре. 8-861-258-23-89, letterbox04@mail.ru, ICQ 255916330
Ейск-85 (30-01-2005 23:38:22)

 
 
Александр: Александр:Петров Александр Григорьевич,26.10.53.Выпуск 1974 года. г.Таганрог. Живу здесь же, тел:(8634) 310120 (раб),314444-домашний. apetrov@infotecstt.ru (04-02-2005 14:26:32)

 
 
Сак Сергей(1986г.): Сак Сергей Анатольевич,24.07.65. выпуск 1986г.с 2000г. не летаю.раб.266-95-71(095)sakss2003@mail.ru (04-02-2005 17:08:56)

 
 
Виктор: Лашко Виктор Иванович.18.08.1954.Выпуск 1975г.
Живу в Ейске,тел.(861 32) 77163 дом.
Мыло ikar777@mail.ru (05-02-2005 01:00:09)

 
 
Петр Карякин-1985: Живу в Кущевке т88616853618-домашний.Моб89067480586 (05-02-2005 19:46:36)

 
 
Акимов Александр-85: Живу в Москве т89165170557 (05-02-2005 19:48:59)

 
 
Болдырев Генадий -85: Живу и работаю в КАМЕНСК-ШАХТИНСКЕ т 89289344692 (05-02-2005 19:51:07)

 
 
Власенко Иван: Живу в Краснодаре.10.01.67г.р.Выпуск 89года.Тел.8928-6628905 (06-02-2005 22:54:22)

 
 
Джон: : Вакорин Евгений Алексеевич. 06.06.1962г.р.выпуск 1984г.Живу в Балашихе-общаге.служу ещё. тел.(+79037498720)evgen-84@bk.ru. Привет Сторожук Олегу. (07-02-2005 22:50:31)

 
 
Куцюк: Куцюк Александр Владимирович 19.08 67 г.р. г. Челябинск. Служу в г. Уссурийск. Дом. адрес:692522 Приморский край Октябрьский район Г. Уссурийск ул. Вокзальная Дамба 28-109, Тел. 8-4234-361059(дом); +7-902-592-97-95, aleks081967@e-mail.ru (11-02-2005 14:50:19)

 
 
Абакумов Вячеслав: 26.06.65 г.р. г.Волжский, Волгоградской области.Учился до второго курса с выпуском 86г, 202 к/о. Погорелово и Батайск проходил с третьей ротой.
8(8443)31-83-71 (домашний)
8-903-315-19-47
tisiz@list.ru
Привет Гумбе Адгуру! Дай адрес или телефон! Нашел твое фото.
Особо спасибо Володе! (12-02-2005 05:49:22)

 
 
Жига: Жигулёв Сергей Валерьевич, 92 год выпуска, 16.07.1971, г.Ейск. Живу и работаю в Белграде (Сербия). тел. +381 63 753 56 49 мыло: zhigulev@verat.net (14-02-2005 14:24:12)

 
 
Сафрутин Александр: Сафрутин Александр Иванович, 1965 г.р.,24 ноября, г.Рязань. Выпуск 1988, служу и живу в Москве (ВВИА им.Жуковского), телефоны: раб.(095)155-10-98, дом.(095)155-11-08, моб.8-903-54-267-54, мыло: ais24@yandex.ru
(20-02-2005 15:57:18)

 
 
жук: жуков Артем Александрович,05 11 1974 Поступмл в 1991,переведен в 1993 в Барнаул,обитаю в Питере.ARTAIK@YANDEX.RU.Ищу кого-нибудь. (25-02-2005 02:01:41)

 
 
Буренко Эдуард : 8 июня 1965 г.р. выпуск 1986 г. Живу в Одессе. тлф.дом (048) 716-75-53
моб 8 067 481 0 461
мыло: top38@ukr.net (25-02-2005 22:23:49)

 
 
Ворошилов Г.А..: Выпуск 1989 года, нас практически нет. (02-03-2005 21:41:06)

 
 
IgorS: Савченко Игорь Николаевич, 30.04.1956г., выпуск 1977г.,г.Губкин, Белгородской обл.
e-mail(раб.):savchenko_in@belgorodenergo.ru
e-mail(дом.):gorec@kma.ru
т.д.(07241)4-35-10, т.р.(07241)9-67-69
(06-03-2005 18:01:06)

 
 
МАКАР: Макаров Альберт Витальевич 23.09.67 выпуск 1990г.родился в г.Казани с 1996г. живу в Херсоне 73008 ул.Мира 45-36 а/я 230 тел/факс:
8-0552-31-00-68 моб.+38-050-315-73-71 e-mail:
luy@tlc.ks.ua (07-03-2005 00:41:02)

 
 
Кучерявый: Кучерявый Василий Фёдорович,1.01.66 вып.88г, Одесса,(Лиманское) тел.+380663382777 (12-03-2005 00:26:55)

 
 
Мизин Р.: Мизин Роман Валерьевич, 12.07.64 выпуск 1985г живу в г.Черняховск, Калининградской обл.
e-mail: insterom@narod.ru
тел.дом.0114138922
тел.раб.0114133710
тел.моб.9114577277 (14-03-2005 12:06:36)

 
 
СУЛИМ (Омарыч)-90: СУЛИМ СЕРГЕЙ АНАТОЛЬЕВИЧ (ОМАРЫЧ).
Родился 14.01.1968г. в г. Омске
Служу в Челябинском ВВАКУШе ком. звена Ту-134Ш
Женат, двое детей: сын Дмитрий 1991г.р., дочь Надежда 1993г.р.
Временный адрес: 454015 Челябинск Городок-11 д.22 кв. 22
Телефон 89068939484
E-mail : Omarych@mail.ru
(16-03-2005 09:27:59)

 
 
Попов Андрей-85: Попов Андрей Геннадьевич,27.12.1963 г.р., выпуск 1985г.
Екабпилс 86-88;
Лиманское 89-94;
Пенсионер МО 95,
В настоящее время менеджер по безопасности
Адрес:г.Волжский, Волгоградской обл, ул.Мира149-11,
м.т 9053332944,
р.т.(8443)257961,
д.т (8443)523495
E-mail:andrej_popov@mail.ru (20-03-2005 14:27:11)

 
 
Миша: Карбышев Михаил, 11 сентября 1965г., г Воронеж. тел. дом. (0732)79-73-97, моб. +9038556028 (Билайн) (25-03-2005 19:12:03)

 
 
Виктор: Вакуленко Виктор Иванович, 19 июля 1951 г.р., выпуск м1972 г.Живу в г. Кострома.
тел. кв. (0942)34-17-34
раб.(0942)54-85-25
моб.9109505884
E-mail: vvakulenko@kmtn.ru
или vivak@kmtn.ru (28-03-2005 17:05:07)

 
 
Бакланов: Живу в Ейске, тел: 86132 23387 дом, сот: +79284209700
E-mail: baklanov68@mail.ru
Выпускник 1990 г. (31-03-2005 20:43:36)

 
 
Бродский Олег: Белоруссия Брестская обл., г. Барановичи ул. 50 лет ВЛКСМ дом 44а кв. 11
тел. дом 8-10-37-5163-42-80-61
сот +37-529-63-59-347 (ВСЕ входящие бесплатно) (11-04-2005 08:02:16) (11-04-2005 08:49:22)

 
 
Бродский Олег: Выпуск 1985 (11-04-2005 08:50:26)

 
 
Самсонкин Александр : СЭМ.Выпуск 1984,потом 1-й гвардейский,потом Ростов-папа.Мобила 8903-452-09-18,имею координаты Казбека - Керимова Олега, нашего выпуска.Паша Беленин, сто лет, сто зим! Звоните! (11-04-2005 23:55:25)

 
 
Седов Александр: 10 ноября 1964г. Выпуск 1986г.Живу в Ростове-на-Дону.
Звоните:(863) 230-77-22; 8 918 515 5577
Пишите: letchik-as@mail.ru; лучше ICQ 313586670
(15-04-2005 18:01:05)

 
 
Ваганов Олег: 20 декабря 1963г.Выпуск 1986г
г.Первоуральск Свердловской обл.
8 902 84 29353
(20-04-2005 19:44:45)

 
 
Мурыгин Анатолий: тел.89185236911 e-mail spencer62@list.ru (24-04-2005 17:39:20)

 
 
Мурыгин Анатолий: тел.89185236911 e-mail spencer62@list.ru (24-04-2005 17:51:54)

 
 
Шалдохин В.М. : 05.08.1954 год Краснодарский край, город Ейск, ул. Горького, 13/3, кв. 2. тел. (86132) 4-00-68
выпуск 1975 года (25-04-2005 18:11:00)

 
 
Иванов Сергей Павл.: 24.01.1953 года рождения, выпуск 1974 года.
Краснодарский край, город Ейск, ул. Первомайская, 195, кв. 13; тел. (86132) 2-48-93 (25-04-2005 18:12:48)

 
 
Дубровский Виктор: 05.05.65г, выпуск 86г, Мурманская обл., г.Мончегорск, ул.Кондрикова,22-355.
сотовый +79216054171
мыло - flyfrog@bk.ru (29-04-2005 10:23:50)

 
 
Константинов Андрей: 15.11.64,выпуск 86г.живу г.Ейск,ул.Свердлова 148 кв 3,моб.+79184115599/+79183578822,раб.тел 86132 25503/25507/22737,пенсионер с 98,работаю.
konstantinoff@rambler.ru,astrei@keynet.ru (02-05-2005 15:57:50)

 
 
Кирюхин Александр : 1963 г.р. выпуск 1987 г Живу г.Батайск Авиагородок тел.+79282298492 Служил Кунмадараш (Венгрия) 1987-1991 г.Лиманское 1991-1997 г. Пенсионер МО с 1997 г Работаю. (04-05-2005 12:17:28)

 
 
Липатов Иван: 20.07.65. Выпуск 1986г.Служил в СГВ.Живу в Краснодаре. Раотаю со стеклом.Звоните. 89284337302. (08-05-2005 17:05:24)

 
 
Волошинов Андрей: выпуск89г.гМосква.8-910-434 6735 (13-05-2005 20:32:01)

 
 
Огородник Сергей: 18.08.1971г.р.Живу в Ейске.С.Романа ,59 т.2-86-65,моб.89182762411.Звоните.
(21-05-2005 21:53:43)

 
 
Сулим (Омарыч)-90: Всем привет!
Сообщаю что у меня сменился номер, опять старый 8-9043096973 (23-05-2005 19:22:49)

 
 
Ганчуков Юрий : 23 10 1944 Выпуск 1969. Инструктор Горшенев.
Служба ИБА: Чирчик, Николаевка,ВВА им Гагарина, Поставы, Баграм,Харьков,Зеленоград,Волоколамск
E-mail: GANCHUKOV@YANDEX.RU сайт: WWW.GANCHUKOV.RU
Рад, что теперь есть нам где встретиться!!! (27-05-2005 13:50:42)

 
 
Красавин Алексанр: Поступил в 1991, в 93 уволился. 14 рота.
Сейчас москвич. nivas@bk.ru, моб. 8(916)589-91-52
(01-06-2005 17:35:21)

 
 
Ufim: Уфимцев Евгений Владимирович 1981г.в. Пенсионер 2003г. Живу в г. Ставрополь. E-mail: 239Ufim@mail.ru, тел:8 (8652)36 65 13. сот +7 905 448 07 93, аська 228 818 481. (13-06-2005 22:24:01)

 
 
Базаров Геннадий : Базаров Геннадий Александрович
Выпуск 1964г.
20 гв.апиб(64-71г) ,168гв.апиб(71-84г),1гв.апиб(84-89г).
Г.Калуга,ул.Театральная 15,кв.7, тел. 8-0842-57-36-34
Olimp29@yandex.ru (01-07-2005 14:12:08)

 
 
Кротов Андрей: Выпуск 1992 года,служу А-1789 г.Васильков, скучаю по всем Вам, +38 050 582-46-83, +38 050 95-272-95, Ваш Кротяка (01-07-2005 19:34:35)

 
 
Михалыч: Михайленко Александр Эдуардович,08.06.1969г.р.учился с 1991годом выпуска.ЗУАО им.Бринько,ЕВВАУЛ, ЗАУЛ им.Покрышкина.Живу г.Запорожье, ул.Чумаченко 3636,E-maile:alex_m@optima.com.ua,тел.м.380501533411 (01-07-2005 19:57:44)

 
 
Кротов Андрей: Игорь Митюков, о тебе единственном я не знаю весточки с 92 года, переживаю, отклинись.. (01-07-2005 19:57:48)

 
 
Шатров Валерий.: АВВАКУЛ-76.
Л-29,МиГ-17,Су-15 (моя лубоФФ), Су-17М4.
Москва.www.t-energo.ru
www.avvakul.ru

С братским приветом к УВАЖАЕМЫМ ИБАшникам! (21-07-2005 11:52:34)

 
 
Виталий Пугач: Здравствуйте. Отец Пугач Владимир Иванович закончил ЕВВАУЛ а 1980 году. Пока интернетом не обзавёлся, но передам ему всё что хотите ему передать. Пишите мне на адрес wister@rambler.ru. Он пока что служит в г.Остров, Псковской обл. Всё остальное через почту. (24-07-2005 14:39:54)

 
 
Виталий Пугач: Здравствуйте. Отец Пугач Владимир Иванович закончил ЕВВАУЛ а 1980 году. Пока интернетом не обзавёлся, но передам ему всё что хотите ему передать. Пишите мне на адрес wister@rambler.ru. Он пока что служит в г.Остров, Псковской обл. Всё остальное через почту. (24-07-2005 14:49:00)

 
 
Глухов Александр: Выпуск 1980 года. Виталий! Передай огромный привет Владимиру Пугач от меня и мой телефон: +79064113040. (26-07-2005 09:47:08)

 
 
Рубан Игорь : Выпуск1988 года,родился 24 августа 1964г.служу в Лебяжьке, адрес Волгоградская обл. Камышинский район с Лебяжье Дос 4 кв 41.телефон(84457)7-41-80,+79275130752.
igoruban@yandex.ru
igorililya@rambler.ru
(31-07-2005 12:55:27)

 
 
Стрижаков Сергей: Выпуск1988 года,родился 04 марта 1966г.служу в Лебяжьке, адрес Волгоградская обл. Камышинский район с Лебяжье Дос 1 кв 52.телефон +79044113263
igoruban@yandex.ru
igorililya@rambler.ru


(31-07-2005 12:58:43)

 
 
марчелло: Марчуков Сергей 1990/1991 19мая 1967г.р.су-17м3 .в 1994г Родина сократила.служу России в Таганроге.Вишневая 54 кв 53 317119дом. 89054550691 моб. (06-08-2005 00:07:38)

 
 
Питенко Виктор : выпуск 1990 22фев.1967г.р.СУ-24МК L-39 2000г оргштатные г.Краснодар ул.Дзержинского 155/1 кв37 дом8 861 2158378 моб89183540967 pitenko@linky.RU (10-08-2005 21:52:30)

 
 
Дикан Вадим.: С 1986 года ничего не знаю о судьбе Анохина Игоря, Богданова Толика, Рубцова Вити, Наберухина Славы, Козлова Андрея, "братьев" Чудновых. Может, кто подскажет как с ними связаться? Спасибо. Мой E-mail: Maestro250@yandex.ru. (18-08-2005 15:53:06)

 
 
М.Степаненко : Выпуск1984; SU-17m3,SU-25,L-39,
(ГСВГ,Ситал-Чай,Ростов-дмб 1993)
живу в Ростове т.89282961500 airmas@rambler.ru
Пишите рад буду пообщаться. (24-08-2005 12:38:03)

 
 
Валерий Гудыменко: Выпуск 1980 года.
г. Люберцы, Московской области,
Летал в Кунмадараше (Венгрия), Переяславке (Дальний Восток).
Су-17м2, Су-17м3, Су-17м4, Су-24м
Затем служил в Главном штабе ВВС на ЦКП,
В декабре 2003 - уволился, полковник запаса.
goodmen59@mail.ru
Пишите, буду рад. (24-08-2005 21:39:32)

 
 
СальниковВД: Живу в Одессе. Выпуск 1965 года.Однокашники отзовитесь!
Пишите буду очень рад!(AlexanderVS@yandex.ru.
(25-08-2005 18:40:40)

 
 
Губин Михаил: Выпуск 1975г. Кто помнит, откликнитесь! № ICQ:342 830 067, mgubin@rambler.ru (05-09-2005 13:02:22)

 
 
Грачёв Альберт .: Выпуск 1988г.Живу в Липецке. (0742)428245 м.89036995485.mail komleva@lipetsk.ru уволился в1997г.Общяюсь с ребятами которые в Липецке. (15-09-2005 19:56:13)

 
 
Ненадов А.Д.: 11.09.1954 г.р. Выпуск -75, Ростов-на-Дону, ул Юфимцева 12/2 кв 25, 8-918-525-05-45, email: nenadov5395@rambler.ruполковник, еще летаю, штаб 4 А.Всем буду рад. (25-09-2005 04:42:03)

 
 
Александр: Грачев Александр Викторович, 1954 г., выпуск 1975 г.,живу в г. Протвино, Московкой области,
работаю в Серпуховском АСК РОСТО.
gr_alex@mail.ru
моб. 9032405984
(04-10-2005 22:50:53)

 
 
Кузьмич: Глухов Александр Кузьмич. 22.08.1959. Выпуск 1980 года. Подполковник юстиции.Живу в Ставрополе. email:glualku@yandex.ru (07-10-2005 11:18:45)

 
 
D_Sergey: Дрожжинов Сергей Алексеевич,ВЫПУСК 89г., 1967г.р. Живу в Новосибирске d frfltv ujhjlrt, email: D_Sergey@ngs.ru или ermak-ermak@ngs.ru / тлф.р.333 53 25
переучивался в Лебяжке, служил в Степи(ЗабВО). (10-10-2005 11:27:20)

 
 
Агафонов Александр: Агафонов Александр Васильевич. 18.11.1964г.р. Выпуск 1987г., живу г.Балашиха, пенсионер моб. 89035819532, AAV@Artes.ru
(11-10-2005 08:14:47)

 
 
Макс : Максимов Игорь Петрович.28.04.1964г.р. выпуск86г.,подполковник служу в Морозовске,живу в Краснодаре т.8-905-4254499 дом.8-861-2581743 (18-10-2005 14:01:06)

 
 
Лашко В.И.: 18.08.54г.р. Выпуск-75, живу в Ейске. ул.Луговая, 5. т. 8 861 32 7 71 63
E-mail: ikar777@mail.ru (20-10-2005 02:08:31)

 
 
Чугунов В.Н.: Чугунов Василий Николаевич.17.01.1952г.р.Выпуск 1974г.Люберцы п/о 3,городок Б.тел.(дом.)-(095)500-43-92,моб.8-903-140-83-47,e-mail:chugunov@solver.ru
Буду рад пообщаться. (21-10-2005 16:13:56)

 
 
Ханов Олег Вл.: Ростовская обл. город Зероград ул Шукшина91кв38 выпуск1988 (07-11-2005 14:46:30)

 
 
Ханов Олег Вл.: Ростовская обл. город Зероград ул Шукшина91кв38 выпуск1988 тел89044425974 (07-11-2005 14:50:20)

 
 
Дмитрий 87: Вершинин Дмитрий Петрович 17.04.64г.р Челябинск до 1983г. ЧУАЦ .ЕВВАУЛ .83-87г.в.Дембель с 1997г Живу в Ейске E-mail:vesta1999@list.ru моб.89282947096 Дом.8(86132)27560 (10-11-2005 23:01:54)

 
 
Дубов Павел: 06.07.1957г.р.ЕВВАУЛ 1976-1979 и ТВВАУЛ 1979-1980 но считаю себя Ейским.ТУ-16,ТУ-22м-3,АН-12. ДМБ-1994.Живу в Москве.malgusa@mail.ru (14-11-2005 22:26:05)

 
 
Лом 90: Басманов Александр Владимирович ЕВВАУЛ 1986-1990 ДМБ-2000 Краснодар ул. Покрышкина 26-14 8-861-258-25-30 Bes.pilot@mail.ru (16-11-2005 21:13:22)

 
 
Шепиль: Шепиль Владимир Николаевич 18 мая 1963 выпуск-1985 Калининградская обл.г.Черняховск ул. Российская д.8 кв.55 тел. 3-82-75 моб. +79216162893 мыло: shepilvn@mail.ru (19-11-2005 18:13:16)

 
 
Иванов Олег: Ивагов Олег Валериевич, 14.05.59 г.р.Выпуск 1980 г.Служил Зап. Украина, ст.Степь, Монголия (Налайх), Латвия (Даугавпилс), МиГ 23, 27 все модификации. ДМБ - 1991 г.(развал Союза). Проживаю г.Днепропетровск, ул. Желваковского д.6б, кв. 40. т.38+0562 - 23-97-23, моб. 38+050 - 814-72-84, электронка: arat2005@yandex.ru (29-11-2005 11:44:59)

 
 
Елена: г.Ростов-на-Дону,ЮРУ ВТ "Стрела".Служили с мужем ПрибВО Лиелварде,ЗГВ Темплин,Ростов-на-Дону.В данный момент в ЕВВАУ учится сын,3 курс. (29-11-2005 23:41:15)

 
 
Виктор: Шаповалов Виктор Викторович 14.04.55г. Выпуск 1979г. Служба :Сиверская, Пружаны,Брандис, Деммин, Ситал-Чай. ДМБ 93г.г.Славянск-на-Кубани. ул. Отдельская 38. р.т.8-86146-24829. сот. 8-918-2555812.мыло:rw6ajk@rambler.ru (02-12-2005 14:50:24)

 
 
Водолазский Юрий: Водолазский Юрий Георгиевич, 10.03.1959 г.р., Выпуск 1980г., Шпротава, Воздвиженка, Монино-академия выпуск 1990, ЕГАПСС СССР, дмб-1995.
Живу г.Люберцы, работаю в Москве,
т.(495)507-28-61(моб), (495)744-90-18(д), (495)921-12-15(раб) E-mail:stas_vodolaz@mail/ru (03-12-2005 00:40:42)

 
 
Сергей: Селезнёв Сергей Альбертович 14 дек. 1963г. Жив в п. Вещево, Лен. обл. т. 8-813-78-67-064
(05-12-2005 14:23:59)

 
 
Вова Пересунько: Пересунько Владимир Александрович 20.11.66г. выпуск 1989г.Служил Кунмандараш Венгрия 1991г.Центр переучивания Шаталово 1989-1990г Лиманское 1991-1993,Херсон 1993-2002г. СУ-17М3р,СУ-17М4р, МИ-8.С 2002г на пенсии.Проживаю г.Херсон, ул Перекопская 187-б,кв.48,тел.(0552)35-11-74, моб.+380675512991,gluker2005@mail.ru. Сослуживцы, однокашники откликнитесь. (07-12-2005 21:59:47)

 
 
Валера Козлов: Козлов Валерий Владиммирович 24.10.65г. выпуск 89.Служил Лебяжье, Михайловка-90г.Степь по92г.на МиГ-27
Улан-Удэ по98 на Ан-12,по2000г.на КП армии Новосибирск ,по 2002 Чита Ан-12,по настоящее время опять в Улан-Удэ на Ил-20 Тел. сот.
89085959513 (09-12-2005 17:54:35)

 
 
герман: Лопаткин Георгий Михайлович 4.12.1949г.Выпуск 1970г Служил Кизил-Арват.Чирчик.Проживаю в Челябинске. тел.89127968840 lopatkin1949@mail.ru (12-12-2005 02:22:06)

 
 

1367
Да, Серый, будем там ссылки собирать.

1368
Володя тут народ подсказал.У нас как то много тем а разговоры идут как то порой не в тему.Может как то упорядочить форум?Ну в плане типа что бы не было начала за здравие а в конце за упокой.И например мертвые темы в архив или вытирать?

Серый, я тоже над этим думал. Но тут вот что интересно, если тема "мертвая" и ей уже не интересуются, а для нового человека она может оказаться именно той, что он искал и важной для него инфой. Так что с вытираниями надо осторожнее. Если в ней ничего нет, то, конечно, удалять.
Вадим, у нас на форуме, также, востребованные темы вверху, а где не общаются, эти опускаются вниз.

А вот подумать как упорядочить и рассортировать темы на форуме, это обязательно надо. Уже был разговор на эту тему, и Серый предлагал варианты, но нас перебили глюки форума. Я пока темы со старого форума аккумулирую в повседневном разделе, а оттуда и будем их распределять по разделам.
Жду предложений какие разделы открыть или переименовать, какие темы куда переместить.

1369
Общая / Re: Доска объявлений
« : 14.02.2006 23:48 »
Елена, большое спасибо за поздравление, вы очень оригинальны. :)

1370
Володя я там тебе письмо скинул.Кстате хостинг как я понимаю позволяет иметь почту.Типа vorobey@evvaul.com

Да, Серый, можно и такой Маил сделать. Письмо я получил.

1371
Уже все работает нормально

1372
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 06.02.2006 16:58 »
Вадим,почему тебя поздравили с очередной звёздочкой.А меня админ не поздравил.Дискриминация по половому признаку  :)

Ну не было меня на сайте в это время...:)
Поздравляю и знаю что еще звездочки будут...:)

1373
Владимир!
Не мог бы нам помочь кое что исправить.
В выпусках по годам.
89 год не открывается, только через последние сообщения можно туда попасть.
При открытии " выпуск 89 год" - на экране : "новых сообщений нет"(даже если они есть) и только указатель "Вверх" и "Вниз" которые не активны.
Остальные "выпуски по годам" работают нориально, указывается тема и при её " нажатии" открывается .
С уважением Д.Сергей.


Неправда ваша :)
Пока все форумы работают некорректно. Как покончу с разъездами по работе, то займусь этим. :)

1374
Не Володя,они напрямую тебе скидывают.Я как говорится не приделах.

Понял.

1375
Серый, идея хороша, но люди обычно защищиются от того, что может хост полететь, а если он полетит, то у тебя слетят все твои три сайта.
У меня к тебе, кстати, вопрос. Где-то неделю назад с хоста приходило письмо. Возможно через тебя. Я к нему поверхностно отнесся, просмотрел, не вдаваясь в подробности. Т.К. ничего страшного там не узрел. А английский для 100% понимания для меня пока недоступен. Вот я и подозреваю, что они предупреждали о смене програмного обеспечения на сервере. Из-за чего и форум стал нестабильно работать. Ты не читал это письмо? Не помнишь что там было?

1376
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 28.01.2006 15:10 »
Ребята, а как вы сюда заходите?
Меня интересует видите ли вы эту тему, когда заходите в раздел 1986 года? Я ее не вижу и мне интересно это в моих настройках или у всех так. :)
По поводу названий подошло бы "форумянин 1-2-3 класса", но слово "форумянин" надо заменить, мне оно не очень..."пользователь" тоже не то...

1377
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 26.01.2006 01:46 »
Серый, поздравляю с третьей звездочкой. Обмывать будешь?
Славе предлагаю звание Шкипер ЕВВАУЛ, т.к. других шкиперов пока нет, то и не над кем верховодить. Согласны :)
кстати можно и форумян этих с новичками поменять на более правильное и прикольное.

1378
Серый, ты меня прям опережаешь. Все правильно, темы надо будет растасовать, думать пока над этим некогда. Хотелось бы от вас услышать как и в какие разделы их рассовать. Я пока переношу все темы со старого форума в Повседневку в одну кучу. Так, что жду предложений.

1379
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 25.01.2006 12:24 »
Есть вариант:
I cannot afford not to see you in five minutes.
Я не могу себе позволить не всретиться с Вами через 5 минут

Хороший вариант. Но думаю, что такими фразами могут оперировать, разве что, англиЦкие лорды в Парламенте. Уж очень она официально звучит. Хотя, это, может, из-за перевода.  Много раз слышал, что английсий бедный язык. Но как глубже учить начал, то понял, что это не совсем так. недаром его учат по уровням: начальный, средний и т.д. Начального хватает для общения простого, а уже посложнее и красивее выразиться учат на уровнях повыше.

1380
;D ;D ;D ;D ;D ;DВы русские всегда так делаете ;D ;D ;D ;D ;D ;D,Володя все официально.С передачей банера передается и права на его собственность.

Серый, у нас все официально тоже. Банеры я на сайт уже перенес. (в смысле спер :) ) Нам хватит прав на один, но пользоваться тремя будем. :) Это я шучу. Подводить не будем. Как автор скажет, так и будет.

Банеры такими маленькими останутся? ???

Да, Вадим, это общепринятый размер.


1381
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 24.01.2006 22:06 »
Who is it?

Серый, спасибо. Даже лингвистикой на форуме занялись. :)

1382
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 24.01.2006 14:14 »
А что, вроде все понятно. Если не искать двусмысленности. А ее везде найти можно. В русском языке отрицание отрицания дает положительный результат. (не неузнаваем = узнаваем) как в математике :)
А вот в английском пользуются одним отрицанием. Never say never в буквальном переводе "никогда говори никогда", а понимать надо "никогда не говори никогда" или I never went to Paris (буквально: я никогда был в Париже), а вот фраза с одним отрицанием читается как и на русском I can't visit you in five minutes (я не могу посетить вас через 5 менут). Чтобы построить фразу по типу моей с двумя отрицаниями, которая на 180 меняет смысл (я не могу НЕ посетить вас через 5 минут) на английском, наверно, поступят проще и скажут утвердитнльно I can visit you in five minutes или просто I  visit you in five minutes, что не совсем то, что по русски. По русски это значит, что я обязательно приду, вдруг они там пить собирются, значит и я там должен быть. :)
Серый, я там прав с англиЦкими фразами, или приврал где? Ты поправь если что. Кстати когда стучат в дверь, в штатах как спрашивают Who visit? или  Who is it? Они звучат одинаково, в фильмах часто слышишь, а вот, что они там говорят, непонятно.

1383
Если кто-то запутался в нумерации, то можно переголосовать, в смысле изменить свой голос. Но, думаю запутаться в трех цифрах довольно сложно, тем более, что все картинки перед глазами.
Серый, ты скажи дзайнеру, что мы возьмем один банер, а пользоваться будем тремя. Какая ему разница? :) Мы, русские, всегда так делаем... :)

1384
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 23.01.2006 17:24 »
Вовка, неужель на этой фот мой фейс узнал, и не перепутал? Сказка прям какая то! ::)

Слава, конечно узнал. Я узнаю всегда тех, с чьими фотками на старом форуме работал. Ну а тебя еще по училищу помню, так что ты не неузнаваем! :)

1385
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 22.01.2006 19:22 »
А я и не сомневался, что все пройдет на "ура" :)

1386
Да, Сергей, я не следил за порядковыми номерами баннеров. Можно было бы поменять нумерацию, но 5 человек уже проголосовало и будет несоответствие. Ничего, по кол-ву голосов определим картинку, а какая она по номеру это не столь важно. А все три нам не отдадут? Мы бы их меняли, скажем, через год. :)

1387
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 21.01.2006 12:39 »
Ба, знакомые все лица!!!! :)

1388
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 21.01.2006 01:35 »
Вроде работает.Постоянно придется писать имя и мыло? Или можно отстроиться?

Серый, ты, ведь, постоянно как "гость" заходишь. Ты при входе вставь свой логин и пароль, которыми регистрировался, поставь галочку, чтобы тебя запомнили. Ну и на досуге откорректируй свой "профиль", сделай форум как тебе удобнее.

1389
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 21.01.2006 01:25 »
Ну как вы там, черти, не позамерзали? Доехали и разъехались нормально?

1390
А мне все банеры нравятся! Что мне разорваться??? :)
Ребята, чтобы было проще голосовать, я организовал опрос. Зайдите туда и проголосуйте. Это на ступеньку выше этой темы.
Я пока не определился. Мне нравятся 1 и 3.

1392
Перенесено со старого форума.
[/color]


Андрей: А/д Мары-2, 156 апиб [22-11-2004 10:31:47]

 
Андрей: Доброго всем времени!

Служил ли кто в Марах? Откликнетесь, есть вопросы.

С уважением, Андрей (22-11-2004 10:33:42)

 
 
Игорь-88: 2Андрей: я там успел отметиться в 92-м-93-м году. (22-11-2004 10:59:02)

 
 
Игорь-88: А 92-м году вообще интересная ситуация сложилась с дивизией. Раньше она состояла из двух полков - Мары2-Чирчик. Потом, после разделения Союза на "удельные княжества", вообще из одного. Был штаб дивизии и полк. Весело))) (22-11-2004 13:07:37)

 
 
Володя: Игорь, если так и дальше пойдет, то останется штаб ВВС-один штаб дивизии(или что-то подобное)-и один полк с нелетающими самолетами. ))) Шутка.
Не дай бог такого. (22-11-2004 13:58:39)

 
 
Андрей: 136 и 156 апиб-ы - пожалуй самые боевые полки ИБА, отработавшие в ДРА сменяя друг друга период с 1981 по 1987 гг. По возвращении в Союз 5 самолетов 136 полка и 2 самолета 156 полка получили иена погибших в ДРА лечиков. В 156 полку это были борт 20 "Валерий Костяев" и "Николай Нагибин" (б/н ??). Собсно и вопрос. Игорь были ли в период Вашей службы эти борты в полку, или может к тому времени прошли ремонт (перекрасили), переданы в другие полки? Нет ли часом фотографий именых машин?

С ув. Андрей (22-11-2004 14:33:26)

 
 
Валера. Воздвиженка.: Если что знаешь о судьбе Сергея Родионова,он 1984 года выпуска служил с этого же года в Чирчике,буду тебе очень благодарен за информацию.. (27-11-2004 15:09:39)

 
 
Александр: To Андрей.

Я служил Нач.ПО 156 апиб с 1986 по 1989 год. п,п-к Петров Александр Григорьевич.Именных самолетов не было.О летчиках, конечно все помнили.
Андрей, какое отношение к полку имеешь? (29-11-2004 11:59:20)

 
 
Андрей: to Александр

Спасибо за отклик, Александр Григорьевич!

К 156 полку непосредственного отношения не имею, занимаюсь историей отечественной боевой авиации, интересуюсь окрасками различных типов ЛА, символикой, бортовой "граффити" (рисунками). Собираю материалы по истории частей ИА,ИБА,ША ВВС СССР, боевому примению авиации в ДРА и постсоветских "горячих точках". Выходит, что в период Вашей службы в 156 полку не было именных машин. Интересно, стало быть они появилсь позже 1989 года? Но они были, это точно. Вот фотография из журнальной публикации "Афганские стрижи"(правда неизвестно каким годом датированная) http://www.az.ru/andyk/b20.jpg
Окраска машины изрядно полиняла и вытерта, на фото плохо видно, но выше ДУА изображена звезда и надпись "Валерий Костяев".
В период Вашей службы, на машинах полка, были какие-либо эмлемы, рисунки, кроме ставших традиционными отметок о боевых вылетах и фирменной эмблемы ОКб "Су"? Например, как на фото, флаг ВВС на гроте? Рисунок варана на киле, РН, выкрашенный в цвета триколора, надпись "авиаполк "Огненный варан"?

Можно ли с вами пообщаться по е-майл?
Мой адрес korandy"собака"yandex точка ru.

С уважением, Андрей.


(04-12-2004 17:25:17)

 
 
Su-17: Андрей
Я бы не сказал, что чирчикский полк всё время менялся с марийским в Афгане с 1981 по 1987 годы. Чирчикский полк, так сказать, системетически работал из Кокайдов по северу и у них были проблемы со списанием боевых потерь, так как вроде полк и не на войне. И реально они вошли туда,по-моему,в 1986 году. А марийский полк до 1982 года вообще был в ПВО. Я служил в Шираках(это был 168 гвардейский отдельный лидерный АПИБ). И мы меняли марийский в октябре 1984 года. В октябре 1985 нас заменил марнеульский полк. (10-12-2004 00:36:46)

 
 
Фланкер: То Su-17:
Дима,немного уточню.
168лидерный гв.апиб впервые присел на три месяца в Мары -2 в ноябре-декабре 1979г.Потом составом 1-аэ,с весны 1980г.базировался в Кокайды с ведением б/д оттуда,до лета 1980г.А чирчикский еще будучи на МиГ-21-бис с 1980г. уже сел в Кандагаре и оттуда не выходил вплоть до перехода их на нашу матчасть и перевода из ИА в ИБА.Про марыйский полк -согласились. (14-12-2004 18:01:06)

 
 
Василий: Чирчик-5 + Мары-2 + Ханабад + Кизыл-Арват = 34 адиб. Для Андрея - 136 апиб Чирчик был в Афганистане в 1979-1981г.г.МИГ-21 1983-1984г.г. 1986-1987г.г. Су-17м3. (22-12-2004 13:15:19)

 
 
Андрей: to Василий.
Спасибо за уточнение по 136 полку!
21-ые были ПФМ, Бис?

to All.
Если возможно сообщите по-жста номер марнеульского полка.

С ув. АК
(19-01-2005 22:19:49)

 
 
Марат: С 1986 служил на Су-17 в в/ч 15430 в Кизыл-Арвате в Туркмении в Марыйской дивизии, в 1988 начал летать на Ан-12 в Ташкенте в Тузели вторым пилотом с КВС Полянкиным Серёгой. Летали на обеспечение ВВС ТуркВО по так называемому "пляжу"(пески и горы между Ташкентом и Каспийским морем) и в Афган.Повидал много аэродромов и своих выпускников-86 г: Мары-1(Миг-23,29,Су-27),Мары-2(Су-17М3,выпускники-86: Бабенко Юра(погиб в 1992 в Липецке), Буланов Юра), Карши(Ханобад)(Су-17,Су-24) Шостенко(погиб недавно в катастрофе Су-24 под Псковом), Иваника, Кизыл-Арват(Су-17)Старостенко Олег ,Каленчук Саня, Содоль Василий), Чирчик (Су-17М3,Джебисинов Эркин), Красноводск(МиГ-25),Джебел(БПЛА),Небит-Даг(МиГ-23), Ак-Тепе(МиГ-23),Джизак(Су-25),Колай-Мор,Кокайды(МиГ-21,29)... (03-02-2005 16:49:36)

 
 
Андрей: Марату

>Джизак(Су-25)

Что за полк был, не в курсе?
Впервые слышу об этом.

На АБ Мары-1 не было Су-27, насколько я знаю. Планировалось перевооружение одной аэ, но так и не состоялось.

С ув.АК (06-02-2005 16:26:09)

 
 
Марат: Андрею. Я не утверждал, что в Джизаке стоял полк Су-25.В Джизаке в 1992 стояла эскадрилья Су-25 из Чирчика. Потом в Джизаке рванул склад вооружения, и добрая её половина была выведена из строя. (09-02-2005 11:19:03)

 
 
Василий: В Кала-и-Мор самолетов не было.Была комендантская рота-капитана Хатамова.С августа 1998г. и до вывода войск из РА постоянно находилась одна эскадрилья СУ 17м3 136 апиб Чирчик. (20-05-2005 18:38:14)

 
 
Головачёва Елена: Мальчики,а в Чирчике начальником КП был не Четверик Саня?Кто знает его координаты?Он был у нас нач.КП в Лиелварде,Приб.ВО (24-07-2005 07:02:56)

 
 
Недомовный Сергей: Летал в Чирчике на Су-17М3 1990-1992. Был бы рад если кто откликнулся. Особенно Родионов Сергей.Или мои выпускники Борисоглебского ВВАУЛ 1989 года. (19-08-2005 15:58:05)

 
 
Недомовный Сергей: Летал в Чирчике на Су-17М3 1990-1992. Был бы рад если кто откликнулся. Особенно Родионов Сергей.Или мои выпускники Борисоглебского ВВАУЛ 1989 года. (19-08-2005 16:10:37)

 
 
Андрей: Всем привет, был в Мары в 1990г. И за речкой тоже. Всех имеющих отношение, с праздником днем ВВС!!!!!!!!!
(19-08-2005 18:16:43)

 
 
Родионов Сергей : ВАЛЕРА Д.ПРИИИИВЕЕЕЕТ
Сережка Недомовный ПРИИИИВЕЕЕЕТ
мой E-mail: politom@yandex.ru
р.т +(3822) 52-97-70
(26-10-2005 15:58:24)

 
 
Андрей: Марату. А номер той отдельной эскадриье не припомните?

с ув. АК (03-12-2005 16:12:18)

 
 

1393
Перенесено со старого форума.
[/color]


ДЕЖ СТРИБА: Воспоминания ветеранов (быль и небыль)про жизнь училища. [04-02-2005 10:35:54]  


ШИЛ за Vladimira: Fakty dlja istorii EOLVVAUL im. Stalina. V 1961-62 godu obuchalas grupa kubincev-letchikov i tehnikov na baze SHMAS 277. K nim i,poputno,k nam,pervokusnikam s kratkovremennym vizitom pozhaloval Raul Kastro-ministr oborony Kuby.
Po rasskazam instruktorov i ranshe v Eyske gotovili letchikov-demokratov, ochen nelestno otzyvalis ob albancah.
V 1961 godu priijezhal i Jurij Gagarin. Rasskazyval o polete na ,,Vostoke,, (22-02-2005 12:38:37)

 
 
ШИЛ за Vladimira: .....жизнь в училище в 61-62 была активной, было очень много выпускников
Суворовских училищ, ребят весьма подкованных во многих областях знаний и
нам, с гражданки, приходилось за ними тянуться. Из песни слово не
выбросишь. Наш курс под диктовку Политотдела писал прошение к съезду партии
о снятии им. Сталина из названия училища.
(22-02-2005 12:41:47)

 
 
ШИЛ за КАДОЧНИКОВА : В знаменитом Харьковском авиационном военном училище природные дарования, увлеченность и трудолюбие курсанта Алексея Кадочникова не остались без внимания, и ему было предложено продолжить военное образование в спецучилище города Ейска. Подготовку вели преподаватели — асы своего дела, прошедшие жестокое горнило войны. Молодой офицер получил диплом летчика и освоил 18 дополнительных специальностей, необходимых для выживания русского воина в автономных и экстремальных боевых условиях. В их число входили радиодело, разминирование, вождение автомобиля, стрельба, топография, лоция рек и морей и т.д. Дополнительно проходил спецкурс боевого пловца на Черном море. По окончании учебы — нелегкая служба, где отрабатывались и совершенствовались навыки, полученные в спецучилище. Казалась очевидной прекрасная воинская карьера в закрытой и легендарной военной структуре, но судьбе было угодно распорядиться иначе... (22-02-2005 12:49:26)

 
 
Борис Иванович : Всех приветствую. Спасибо Володе, за размещенное фото правда подпись чуточку не соответствует. Ейское училище было уже не ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО обучения. Общая схема была такая: первый год все проходят обучение в училищах Первоначального обучения, коих было множество и где многие и отсеиваются по нелетной, а потом уже поступаешь непосредственно в училище летчиков на два года. А вот в 60 году добавили еще один год чтобы стало высшим. Где-то в этих же годах позакрывали Первоначалки и еще один год добавили Ейскому училищу - так появилось четыре года. А вот там говорили насчет "ходячей истории", то я себя чувствую весьма молодо и еще летаю, правда, только во сне, но летаю и бывает не добираю.... Не верится, что все это было почти полвека назад. Да, вот еще что: когда мы поступили, училище было уже Авиационное имени Сталина, а до этого было ВМУЛ им. Сталина (Морское) и при нас еще половина состава (которые поступали раньше) ходили в бескозырках (в морской форме). Многое хотелось бы написать, да трудно одним пальцем знакомые буквы отыскивать.Володя, подпись следует исправить как написано в письме: ...8 ВАУПОЛ, перед поступлением в Ейское училище. Другие фотографии будут не скоро. А вот может кто из моих однокашников откликнется? Может поспрашиваете знакомых?
Сообщение написано во вторник, 25 января 2005 года, в 10:31 (22-02-2005 12:55:14)

 
 
Борис Иванович : Год выпуска: 1960-1961
Приветствую всех Вас. Просмотрел весь сайт, прочитал все страницы, часа три читал и смотрел фотографии. Как книгу читал и впечатления - будь-то бы поговорил со всеми вами. Отправил свою фотографию, правда это еще не Ейск (ноябрь 58), а 8 ВАУПОЛ (военное авиационное училище первичного обучения летчиков) - других под рукой пока нет. Очень бы хотел что бы кто-нибудь откликнулся из однокашников. С год назад встречались с Астаховым Анатолием Кузьмичом (он у нас был старшой), проживает в Москве. Хотелось бы найти Жиросека Владимира Николаевича - закадычного друга - потерялись при переездах (последние сведения из Киева будь-то бы переехал в Луганск). И правильно пишет SHIL (ОМСК): НАДО ЗДЕСЬ МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ИНФЫ ПРО ВЫПУСКНИКОВ ЕВВАУЛА СОБРАТЬ ДО КУЧИ, ПРОВЕРЕННУЮ И НЕПРОВЕРЕННУЮ КОМУ НАДО БУДЕТ ТОТ ОТСОРТИРУЕТ. Боюсь только, что не получится: ведь уже выпуски начала 70тых с компьютерами не очень дружат. А что же 60тые? Ну, а нам старичкам… Да если бы не племянник, я и не знал бы об этом замечательном сайте. На первый раз достаточно. Всех благ всем!Двойной год выпуска из-за перехода на высшее и поэтому часть выпустилась по прежней схеме, а часть еще год. А в результате злополучный 62год, с его "миллион двести"...
Сообщение написано в субботу, 22 января 2005 года, в 4:52 (22-02-2005 13:01:00)

 
 
круть олег витальеви: выпуск 1997г. (28-11-2005 15:27:19)

 
 

1394
Перенесено со старого форума.
[/color]


Николай: О виртуальном музее ЕВВАУЛ [21-11-2005 10:06:49]  


Владимир: Поддерживаю инициативу обеими руками,но,к сожалению,ничем не располагаю, хотя бы в качестве первичного вклада.
С уважением,Владимир. (21-11-2005 12:45:32)

 
 
Николай: Привет , Друзья!
Именно-друзья, потому что несмотря на то, что нас иногда разделяют тысячи километров, уверен, что здесь соберутся все, кому дорога история ЕВВАУЛ . На повседневке Split очень точно дал термин-виртуальный музей. У нас на сайте есть раздел ИСТОРИЯ . Естественно Володе в одиночку поднять такую каменюгу практически невозможно. Поэтому кажется реальным следующее:
Создать максимально полный материал об истории Училища, разбив его на временные этапы
1.До 1917 года, здесь фактически речь пойдет о зарождении морской авиации России.
2.С 1917 года по момент перевода Училища в Ейск и до 1941года.
3. Участие выпускников ЕВВАУЛ в ВОВ (1941-1945 гг.) с захватом войны с Японией.
4. (Думаю один из сложных этапов)Послевоенный +война в в Корее.
5. С 1955 и по настоящее время с выделением Въетнама, Ближнего Востока, Афганистана, Чечни.
По этим разделам образуем небольшие группы, по достижении определенной готовности направляем материал Володе и он причесывает его, кладет его на в раздел ИСТОРИЯ, при получении новой информации подраздел правится и исходный материал будет обновляться с нарастанием.
У меня есть определенные наработки по пп.1 и 2 ( исторические ветки на форуме) , фотографий тоже хватает.
Обсуждаем??? (Сразу пишите, кому какой раздел по душе)
(21-11-2005 13:52:20)

 
 
Воробей: Николай,с вашего разрешения и Володиного я бы имел желание занятся разделом Герои.По каждому герою небольшую информацию,и сразу вставлять ее на сайт. (21-11-2005 18:35:30)

 
 
Николай : С.Воробьеву и остальным:
Никаких разрешений и тем более запретов!!!
Полная свобода творчества, иначе похороним идею...
И еще просьба: КО МНЕ-НИКАКИХ "ВЫ"!

(21-11-2005 19:32:58)

 
 
Николай: Владимиру:
Чтобы здесь возиться - не обязательны никакие первичные информационные накопления!
Дай наиболее удобный свой E-MAIL, я сброшу тебе материал, почитай и потом твое мнение-где наиболее достоверная хронология?
Мой:nmyrsov@mail.ru (21-11-2005 19:39:36)

 
 
Владимир: Николаю.
Готов в меру сил и способностей принять участие в хорошем деле.
E-mail- vladimirstrelkov@yandex.ru (22-11-2005 08:43:31)

 
 
Володя: Идея хорошая. Занимайтесь подборкой материала, оформляйте его в Word вместе с фотками. Старайтесь страничке придавать такой вид, какой она должна иметь на сайте. По мере возможностей буду публиковать страницы, но не ранее, пока на новом сайте не появятся гостевая, повседневка и форум. Всю эту новую информацию будем размещать сразу на новом сайте, чтобы не делать лишней работы.
Николай, ты уже взял бразды правления этим разделом. Тогда координируй действия ребят. Собирай всю инфу, проверяй и редактируй. Затем высылай мне с указаниями куда ее вставить. (23-11-2005 18:57:56)

 
 
Дикан Вадим: Николаю.
Можешь рассчитывать на меня. Хочу принять участие в этом проекте. (24-11-2005 19:09:23)

 
 
Николай : Вадиму: Посмотри в моей самой первой инфе на этой ветке разделы и подбери наиболее интересный для себя. (25-11-2005 21:57:54)

 
 
Николай: Всем, кому интересна эта ветка.
Похоже, есть два сложных момента, война в Корее и война во Въетнаме, думаю с Афганом будет легче, поэтому прошу тех, кто имеет какую либо информацию об участии выпускников ЕВВАУЛ в вышеназванных операциях отозваться, ведь потом все эти крупицы памяти могут утеряться вообще. (26-11-2005 19:04:04)

 
 
Дикан Вадим: Николаю.
Наши ещё воевали на Ближнем Востоке в середине 60-х (между Египтом и Израилем), это одна из самых интересных и малоизученных страниц истории. Мало того, что сами воевали, ещё и обучали местных лётчиков. Традиции наших инструкторов в качестве обучения стоят особняком. Весь мир знает высочайшее мастерство наших лётчиков. Эту страничку тоже хотелось бы прояснить. Там впервые шокировали глобус нашим МиГ-25. (27-11-2005 03:20:20)

 
 
Николай: Вадиму:Полностью с тобой согласен.Ну что, подберешь себе раздел? (27-11-2005 15:45:47)

 
 
Дикан Вадим: Николаю.
Давай любой, какой скажешь. Все темы интересны, не знаю, что выделить. (28-11-2005 12:38:04)

 
 
Дикан Вадим: Николаю
Беру арабо-израильскую кампанию. Она интересна тем, что там воевал символ ИБА - Су-7.
По срокам есть ограничения? (06-12-2005 12:33:21)

 
 
Николай : Вадиму:
По срокам - НИКАКИХ ОГРАНИЧЕНИЙ!
Просьба-сразу подбирай фото. (06-12-2005 17:11:41)

 
 
Володя: Ох, мужики, пора к практике переходить. Давайте на новом сайте откроем раздел История и в нем тему Вирт.Музей ЕВВАУЛ, Николая сделаю редактором с правом размещения и редактирования материала на странице (заодно и я потренеруюсь в предоставлении прав). А там оформляйте ее по своему усмотрению и нам на радость.
Кстати, Коля, пришло письмо на тему истории, сейчас тебе перешлю. (08-12-2005 01:01:57)

 
 
Дикан Вадим: Володе.
Наверное, лучше все сведения отправлять Николаю, а он будет отбирать материал. (08-12-2005 16:23:06)

 
 
Воробей: Володя что там по героям? (08-12-2005 17:18:21)

 
 
Володя: Серый, к моему стыду, герои пока лежат в папке "очередь" на моем компе. Старую страничку редактировать не хочется, а как займусь новой, то сразу и внесу дополнения.
Вадим, ты прав, все материалы Николаю, а он все на сайте размещать будет. (08-12-2005 22:53:01)

 
 

1395
Перенесено со старого форума.
[/color]


Юрий: Контактные данные командно-инструкторского состава [14-04-2005 20:59:48]  


Сокирко Юрий Иосиф.: Г. Батайск, Авиагородок тел 8-86354-54517 (15-04-2005 15:23:49)

 
 
Пальцев Андрей Альб.: Г. Батайск, Авиагородок тел 8-86354-53525 (15-04-2005 15:25:21)

 
 
Голубев.В: Альбертович.Рад тебя слышать. (16-04-2005 23:14:21)

 
 

1396
Перенесено со старого форума.
[/color]

ШИЛ: Списки л/с в/ч 06920 (Зерноградский полк) [04-02-2005 12:04:33]
 
ШИЛОВ СТАРШИЙ: 1988-1989-1990 6 АЭ П/П-КА ЛАКЕЕВА, КУРСАНТ.
1991-1992 ЛЁТЧИК-ИНСТРУКТОР. (04-02-2005 12:10:57)

 
 
Фланкер: 1972-1973г.г.-я курсант второго курса.
Л-т Жернаков Василий Сергеевич-первый мой в жизни инструктор на Л-29.
К-н Катанов Иван Иванович-мой первый в жизни ком.звена на Л-29.
К-н Грудьев(кликуха "Сиськин")-изиняйте инициалов не помню,зам.ком.аэ на Л-29.
М-р Стасько(или Стацько)-ком-р 2аэ.
П/п-к В.(НЕ ПОМНЮ ТОЧНО ФАМИЛИЮ,прошу пардон)-ком ап. (04-02-2005 18:32:53)

 
 
Фланкер: Кажется я вспомнил,что фамилия командира полка в Зернограде в мое время была Вяткин,или я ошибся?Сан Саныч,поправь,если ошибся. (14-02-2005 12:55:59)

 
 
Серега (Шах): 1988-1989,курсант, АЭ п/п-ка Ложкина В.Б. (15-02-2005 17:41:35)

 
 
фланкер: А может фамилия командира Зерноградского полка была ЛЯШЕНКО?Потому-что в 1975г. при взлете Су-7у в зону,молодой инструктор-образца выпуска 1974г.- л-т Ляшенко(его сын тогда говорили),с нашим однокашником Акстинас Вальдас раскачали самоль ногами и после отрыва перевернули .Курсант тогда погиб ,а Ляшенко выпрыгнул и парашют открывался настилом по земле.Он остался жив. (16-02-2005 15:33:24)

 
 
ШИЛ: ФЛАНКЕР, Я ВЕТКУ ЭТУ ДЛЯ ТОГО И СДЕЛАЛ, ЧТОБ УЗНАТЬ.У КАЖДОГО ДИСКРЕТНЫЕ, ОБРЫВОЧНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ, РАЗМЫТЫЕ ВРЕМЕНЕМ. МЫ УЙДЁМ, И КАНУТ В ЛЕТА. (01-03-2005 08:10:51)

 
 
Shyup: 1972-1973 гг, л-т Л. Лобас, мой иструктор. Сейчас в Жуковском. Герой России. У Гарнаева о нем в главе о показухах. (12-03-2005 09:58:05)

 
 
Фланкер: To Shyup:
Юрец!Скурвился Лобас окончательно в отношении со своими братьями по крылу.Все уже об этом знают.Но то доброе,что он ,как инструктор в тебя и однокашников наших вложил-останется с нами навсегда.Тут ничего не поделать. (16-05-2005 12:22:07)

 
 
Стас: Ляшенко командовал Батайским полком...ну по крайней мере с 72 по 74 год.
А после катастрофы в Таганроге всех л-тов оставленных инструкторами начали отправлять сначало на Л-29. (27-05-2005 21:51:42)

 
 
D_Sergey: В Егорлыке в 88 зажигал курсантом.
зам к аэ Горяев на посадке проехал малость ВПП, аж только самоль без крыльев доехал.. (12-10-2005 11:02:47)

 
 
Виктор (Ейск): Ком.полка в Зернограде, примерно до 76-го,
Был Вятских.
(26-10-2005 23:37:04)

 
 
Виктор (Ейск): Фото Валдиса по ссылке:
http://evvaul.battlenet.ru/photo-albums/1975/lashko/gallery.php?entry=Images/040.jpg (26-10-2005 23:41:57)

 
 
Дикан Вадим: Мой первый лётчик-инструктор - Белов Сергей Евгеньевич в 1983 году, он тогда ещё был лейтенантом, выпускник Армавирского ВВАУЛ, командир эскадрильи - п/п-к Смелянский, инициалов не помню, к сожалению. Кто знает - где они сейчас? (14-11-2005 13:32:06)

 
 
Дмитрий 87(ейск): 84г-Зерноград,1 курс,85-Егорлык 2 курс л/и Мальцев И.В звене л/и Сафонов,Максаров(сейчас в Ейске)Витюк,шт/аэ Гамбалевский,старшина аэ прапорщик Костенко ,все больше не помню (27-11-2005 11:09:45)

 
 
Maestro: К Дмитрию 87
Максарова случайно зовут не Алексей? (29-11-2005 20:45:42)

 
 
Дмитрий 87: Да ,Алексей.Служит в ЕВВАУЛ- штурман училища. (01-12-2005 15:15:29)

 
 
Дикан Вадим: Дмитрию-87
Буду благодарен, если дашь мне его контактный телефон или E-mail. Заранее признателен. (04-12-2005 13:38:23)

 
 

1397
Перенесено со старого форума.


Александр: 25 лет назад закончилась китайско-вьетнамская война. Вьетнам победил. [04-02-2005 14:29:32]
 
Александр: Предлагаю участникам поделиться воспоминаниями, об этой войне, как не странно, никакие журнопадлы не пишут.
Кратко:
Двадцать шесть лет назад, в марте 1979 года, закончилась длившаяся чуть больше месяца (17.02-18.03) война между КНР и Вьетнамом. Эту войну Китай проиграл: его 600-тысячная армия ушла, потеряв убитыми 62,5 тысячи человек, а также 280 танков и бронемашин, 118 орудий и минометов. Поводом для китайского вторжения, стал ввод в декабре 1978 года 120-тысячной вьетнамской военной группировки в Кампучию - так в те времена называлась Камбоджа, где промаоистский режимом Пол Пота устроил геноцид (погибли 1,7 миллиона человек из 7-миллионного населения).
Решающую роль в победе Вьетнама сыграл Советский Союз, который молниеносно привел свои войска на Дальнем Востоке и в Сибири в состояние полной боевой готовности. Советская армия (25 мотострелковых частей, 250 тысяч человек с авиационной поддержкой) начала концентрироваться вдоль границы с Манчжурией, угрожая вторжением, если Китай немедленно не уйдет из Вьетнама.

Даже трудно представить себе, что могло случиться, если бы СССР ввязался в эту войну "по-взрослому" с миллиардным Китаем.

В 1979 году я служил в Луцке в апибе (Су- 17 м2). За несколько дней нас привели в готовность, провели подготовку техники к полетам на перегоночную дальность и запустили всем полком по маршруту Луцк-Энгельс-Кустанай-Камень -на-Оби-Белая- Борзя-Чейболсан-Чойрен.
Через три дня мы были в Борзе.Паралельно с нами "прыгал" по аэродромам истребительный полк из Березы на МиГ-21.Конечным пунктом у них был аэродром Сайшанда.
Собрав в кучу приличную авиационную группировку, провели показуху вторжения на полигоне Боян-Джарголан (по-моему так он назывался). Сказать, что там было "весело", значит нечего не сказать. Один эпизод. РП на полигоне шустро всех вывел в район полигона, а затем выдал в эфир :"Ребята, ну я вас всех и свел, разбирайтесь сами....". И тишина после имевшего место гвалта. Коротче, мы там носились эскадрильей, прижались к земле и ходу, вывернулись благополучно.Вообще, весь этот период (16.03-31.03.79) наш полк прошел благополучно (не считая поломок техники по различным причинам, которые не привели к летным происшествиям). А вот ребята из Березы потеряли ком. звена- на взлете начал открываться фонарь и его перевернуло.
Китай и его руководство во главе с председателем ЦК КПК, премьером Госсовета КНР Хуа Гофэном активно поддерживали красных кхмеров. Они решили жестоко проучить Вьетнам, тем более что у того 85 процентов вооруженных сил находилось в Кампучии. В сумрачные, предрассветные часы 17 февраля Народно-освободительная армия Китая (НОАК) семью корпусами после 30-35-минутной артподготовки атаковала опорные пункты Вьетнамской народной армии - на всем протяжении 1460-километровой границы. Кстати, начальником генштаба НОАК был тогда будущий "архитектор китайских реформ" Дэн Сяопин.

Первый удар двумя корпусами с севера китайцы нанесли в направлении города Каобанг вдоль долины реки Красная. Главный удар - пятью корпусами - шел с северо-востока - к городу Лангшон, откуда до Ханоя оставался всего 141 километр. Еще один удар, вспомогательный, был нанесен на северо-западе - в сторону города Лайтяу. Атакующим противостояли лишь одна регулярная и одна "сельскохозяйственная" дивизии Вьетнамской народной армии (ВНА), пограничные части и силы народного ополчения. К исходу 19 февраля наступающие войска захватили Лаокай, 2 марта - Каобанг, 4 марта - Лангшон. На отдельных направлениях они продвинулись на 30-50 километров и удерживали около 20 населенных пунктов.

Основным тактическим приемом нападавших была "людская волна" - это когда солдаты толпой бегут на вражеские пулеметы в расчете на то, что у противника либо кончатся патроны, либо сдадут нервы. Казалось, еще немного - и вьетнамцы, чья оборона носила очаговый и практически партизанский характер, не выдержат. Но руководство СРВ вовремя обратилось за помощью к СССР, с которым у республики был договор о дружбе и сотрудничестве от 3 ноября 1978 года.
В советском генштабе была создана группа из 20 советников и специалистов по основным родам войск. Возглавлял ее генерал армии Геннадий Обатуров, до тонкостей знавший военную тактику и оперативное искусство. Уже 19 февраля утром группа прибыла в Ханой и тут же приступила к работе, ознакомившись с докладами начальника генштаба ВНА Ле Чонг Тана и министра обороны Ван Тьен Зунга об обстановке на фронте.

Обатурову удалось встретиться с руководителем СРВ Ле Зуаном, что было очень непросто, и убедить его начать срочную переброску - по железной дороге и советскими самолетами Ан-12 - армейского корпуса из Кампучии к Лангшону. Туда же был выдвинут сформированный на основе поставок из СССР реактивный дивизион БМ-21 (системы залпового огня "Град

КАК ВСЕ НАЧАЛОСЬ.
В одно из воскресений февраля (или марта) почти весь Луцкий гарнизон сидел в самом лучшем кинотеатре г.Луцка- "Россия" (кому-нибудь из современной молодежи Западной Украины сейчас сказать, что в центре Волынской области был кинотеатр с таким названием, будут смотреть как на придурка). Шел фильм "Робинзон Крузо" (или другое название, это там, где современный мужик, выброшенный на необитаемый остров, решал свои сексуальные вопросы с помощью дерева, проходил испытания у дикарей, после которого уши стали как у слона, коротче, обычная западная комедия, которая в те годы вызывала живой интерес у не избаловааной западными фильмами советской публики). И вдруг открывается дверь, вбегают солдаты и истошный крик "Военнослужащим авиациооного полка и частей обеспечения- тревога". Ну, к тревогам мы все привыкшие, но они все объявлялись или рано утром неожиданно (причем все знали точное время) или на худой случай- в ходе рабочего или выходного дня с оповещением по домам. Но это действительно было впервые и действительно неожиданно- вызвать гарнизон из битком набитого в том числе цивильными кинотеатра. Все это закончилось тем, что зал мигом опустел, даше горожане не усидели. Ну а мы галопом, антилописто, погнали в полк, благо он рядом. Передумали все, версии рождались самые неожиданные, но никто , даже из управления полка толком сказать не мог.
Вообще-то, не смотря на такую неожиданность, полк собрался почти весь. Затем подошли ОБАТО с ОБС тут мы услшали, что нас собрали на МИТИНГ!!!. Заклеймить позором ренегатов-китайцев за их нападение на братский Вьетнам. И все. Никаких коментариев и разъяснений. Можете идти домой. Плевались все. Кстати, я этот фильм досмотрел до конца только лет через 10.
Но самое главное было в понедельник. Командир полка, п/п-к Гончар Н.Н. (по кличке Тобишь, за его к месту и не месту повторение данного слова-паразита) довел, что по некоторым данным, нас отправят в Монголию на участие в крупнейшем ЛТУ. Но тут уже все сложили 2+2 и стало понятно, что дело заворачивается нешутейное. С 1 по 13 марта начали слетывать звенья и эскадрильи (не смотря на то, что полк был лидерным, отпуска и прочие обстоятельства, включая перерывы, диктовали свои грязные дела). Кроме того, сделали полковой вылет с 4 баками, не все имели опыт подобных полетов. Коротче, налетались,как никогда. Но тем не менее, однозначно не было никакой ясности о возможном перелете, пока в полк не прилетела опперативная группа из Главного штаба ВВС во главе с Главным штурманом ВВС (фамилию не помню), да еще командующий Львовской ВА со своей свитой, которых мы через пару дней уже считали за своих и особенно на них не реагировали. И завертелась подготовка "по-взрослому".
После прибытия оперативных групп началась непосредственная подготовка. Причем все руководство настойчиво проводило мысль, что речь идет о ЛТУ, которое проводит ГК ВВС в Монголии, а 806 апиб (Луцк), как лидерный полк, обязан землю рыть на любом Театре Военных Действий (ТВД), куда бы его не послала Родина. Поэтому готовьтесь к ЛТУ и не забивайте себе голову всякими войнами. Политрабочим, к которым относился и я, была дана команда -выбить из головы всякие домыслы о какой-либо войнухе. Оставлю такое решение без комментариев, ибо здесь могло быть все- от дезы до неготовности решения.
Первым делом получили карты, извели ведра клея. Когда стопки карт собрали в кучу, поняли, какая у нас большая страна. Планшета, чтобы все запихать, не хватало. Ну а потом довели маршруты: № 1- ЛУЦК-ЭНГЕЛЬС-КУСТАНАЙ-КАМЕНЬ-на-ОБИ-БЕЛАЯ-БОРЗЯ. №2 шел севернее и его я точно не помню. Но отлично помню, как мы высунув языки, готовили карты с учетом требований НШС (наставление по штурманской службе). А по- другому как, ведь Главный штурман ВВС под боком. Но потом все стало на свои места. Сначала этот генерал рассказал нам, что достиг таких высот в штурманском деле лишь только потому, что сам блудил несколько раз. Потом расширил рамки НШС. Капитан Сережа Жуков (погиб потом на полигоне где-то в начале 80-х) спросил у него, можно ли написать на карте дополнительную информацию по расходу топлива, не предусмотренную НШС. На что было ответ примерно такой: 'Сынок, если ты нарисуешь на карте голую бабу и она поможет тебе долететь, рисуй сколько тебе угодно'.
Вот так, как всегда до ночи (а по другому а авиации к серьезным делам не готовятся), с хохмами (ведь напряжение нарастало, нужно было разряжаться), мы подошли к 16 марта-началу работы.
КАК НАС ПРОВОЖАЛИ
И вот наступил день 16 марта. Самолеты заняли все, что можно занять и даже, по-моему, запускали и выруливали из укрытий, так как в воздух подняли все, что можно было поднять. В обозе (на Ан-24) со стариками, женщинами и детьми летели только голимые лейтенанты, которым еще по уровню до таких полетов было рано и самые пройдошливые отцы-командиры из управления полка.
Таких проводов я не видел никогда и вряд ли увижу. Возле знамени полка в конце ЦЗ стояли: Командующий округом, Командующий ВВС ПрикВО, Первый секретарь обкома+ московская свита и резво снующие туда-сюда офицеры управления дивизии почти в полном составе (полк был придворным, при дивизии)+бабком (женсовет) в расширенном составе, включая некоторых дорогих тещ.
Взлетели без приключений. Дорогу тропили пара спарок во главе с командиром полка. Шли на 7800, дорулили до Энгельса за 2 часа. Ничего особенного не помню, заправились и погнали дальше. Хотя, конечно. В первый раз увидел мастодонтов (Мясищева самолеты), мы мимо проруливали, как на "Запорожцах". Еще помню рулежку, забитую камнями и постоянную мысль- не нахватать чего-нибудь в заборник.

ВЫ ЛЕТИТЕ УМИРАТЬ!!!!!

С такими словами к нам обратился некий генерал-лейтенант Трофимов на аэродроме Кустанай, который был вторым в нашей одиссее. По его словам, он сосланный командующий Аральского моря. Он ранее командовал Одесской армией и за какие-то грехи сослали в эту тьму-таракань на должность зама по училищам какого-то сибирского начальника. Но суть не в том. Драл он нас как котов, при этом даже видавшие виды старперы из 3 аэ (некоторые даже Ил-4 помнили), восхищенно чмокали губами и млели от такого приема Праведный гнев сурового начальника вызвала та собачья свалка, которую мы полком (не без помощи КП и РСП Кустаная) организовали над аэродромом. На аэродроме был минимум, 10 баллов до 6000 метров, а тут мы на помеле .Самое плохое, что были уходы на второй круг с уходом в запрещенную зону (1 разворот крутили не в ту сторону).
Сели все, поломок вроде не было. Живи и радуйся: летчик жив, полет удался. Но требования были другие: "Вы летите умирать, а прийти на аэродром по человечески не можете!!!!". Затем еще час криков и топания ногами, постановка задачи и контроль готовности. Впечатлений море, особенно посылка насчет войны. Тут уже не до ЛТУ, тут дядя очень толсто намекает, что пришел час икс расплачиваться за удовольствие летать и за шоколад на халяву. Пообсуждали в курилке свой новый статус будущих воздушных асов и свалились спать как убитые. Я не знаю, как готовят пилотов к войне сейчас, что им вдалбливают в голову с первого дня. В нашем случае, перевод с мирного на военное сознание (т.е. начало перехода) произошло обыденно, максимум реакции - "Не фига сибе!!). Никакой паники и тем более попыток слинять. Вот так готовили советских летчиков выполнять свой долг (и не считаю это высокопарными словами)- за шкирку и в воду.
А тем временем, на опустевший аэродром ЛУЦК передеслоцировалась банда из Черлян- вновь образованный полк на СУ-7. Им там смен не хватало с СУ-24 (2 полка на одном аэродроме), вот командование и приняло решение посадить их в Луцк на период, пока мы будем "умирать".
Почему "банда" (не обижая никого), напишу позднее.
Из Кустаная ушли рано утром. Камень -на Оби запомнился собачим холодом, большим количеством снега и весьма скудной едой. Что-то тягучее, напоминающее кашу с огромным количеством какого-то масла (или машинного или растительного). С тоской вспомнилась Луцкая столовая и очень жаль стало штатных перегонщиков и экипажи ВТА- вечных бродяг, для которых подобное- норма жизни.
Отсутствие опыта длительных перегонов иногда выливалось в курьезные случаи. Какой-то КП начал запрашивать одного из командиров звеньев 3 аэ м-ра Олейника (опытнейший пилот, весь в ракушках). 'Ваше удаление до Луны?' (позывной какого-то аэродрома или ПУ ПВО, именно ПВО и вело нас по этим маршрутам' После третьего или четвертого настойчивого запроса последовал ответ '7800 по стандарту'. Повеселились все. Но через некоторое время мне лично стало не до веселья. Очень подозрительным показалось расхождение между расходомером и топливомером. Посмотрел на штурманский план, должны быть выработаны подкрыльевые баки, а лампа молчит. Доложил ведущему (ком. аэ Кушнареву Н.А. Его знают многие ИБАшники, где-то на форуме читал о нем отзывы. Закончил службу генерал-майором, начальником штаба ВВС МО). Прошла краткая консультация (минут 10) по линии ком.аэ-ком.ап-зам.ком.аэ (В.Лоэмаа, общепризнанный в полку авторитет, закончил службу зам.ком.дива в Шираках, ныне представитель Эстонии в НАТО), из которой я понял следующее (при этом мне никаких вопросов не задавали и в разговор не включали):
-действительно два подвесных не вырабатывались;
- назад не долечу, не хватит;
-до Белой или долечу или нет (мнения разделились);
-ближайший аэродром-Канск, закрыт по метео.
Коротче, песня. Наступила тишина. Посмотрел вниз, унылый бело-зеленый пейзаж, ни одного населенного. Получше засунул карту в карман, чтобы при катапультировании не улетела. Проверил крепление пистолета. Тот еще Рэмбо. И обида гложет за ласты:целый полк идет рядом, помочь никто не сможет и земля молчит. В такой тишине, перемеживаемой изредка вопросами Кушнарева (Ты как?) шли еще минут 10. И тут уверенный голос с Земли, у кого, мол, остаток маленький. Назвался. Стало чуть-чуть легче. Пошли команды: ведущий влево на 15 градусов, ведомый второй пары вправо на 30, (тут я хотел закричать 'Меня отводи, при чем тут они.' Но вовремя прикусил язык. Коротче, всех разогнали в стороны, а мне дали зеленную дорогу прямо со снижением под облака. Сначала увидел речку, затем огромный аэродром (там 6 км или более длина ВПП), выскочил к третьему, лихо крутнулся на 4, воткнул нос в центр ВПП и только тут понял, что сяду. Топливомер давно на нуле, но топлива хватило, чтобы дорулить до ЦЗ. На стоянке проверили технику- заклинил переливной клапан. Обидно. Самолет полный топлива, а лететь практически не начем.
Белая кроме того запомнилась Бэкфайерами, самостоятельной заправкой топливом при температуре -30 градусов и прекраснейшей девушкой-дежурной по гостинице. Очаровательная блондинка. Весь полк ходил, облизываясь, пока не разогнали по кельям спать.
На следующий день, обжегшись на молоке, задули на воду: с полной заправкой вылетели на Борзю, хотя хватило бы подвесных по 800 литров. (Зам. Ком. ап Р.Куадже сознался в своей вине. Подошел к командиру и говорит: 'Расстояние маленькое, давай подвесные не заправлять'. И естественно, нарвался на ответ: 'Хватит с меня Петрова (это я). Залить во все дырки.' Если бы подошел и спросил от противного 'Хоть и близко, но давай полностью заправим', то с вероятностью 100% услышал нечто об экономии топлива, о состоянии его мозгов и в результате было бы решение по оптимальной заправке.) И вот, полные топливом примчались в Борзю (Напротив вшивого Пекина, Москве и Питеру дерзя, стоит красавица Борзя). Низкая кучевка, страшный боковик, очередная собачья свалка , попадали как могли.
В Борзе задержались недолго, постановка задачи и перелет в Чейболсан.Причем перелет осушествлялся на средней высоте, можно считать, что где-то даже демонстративно. (Там, в верхнем штабке, виднее).Первые впечатления от Чейболсана: утром очень кислый кефир, допить стакан до дна которого не все могли, огромные яблоки (говорят из Китая) и огромное число тараканов в казарме танкового полка, куда нас расселили. Наша первая аэ была на следующий день передислоцирована на аэродром Чойрен, а остальные остались в Чейболсане и даже пытались организовать полеты по плану БП. Но после того, как у одного из элеронов на спарке отвалилась неправильно закрученная гайка и заходили на посадку практически ногами, полеты прекратили и начали усиленно пить водку, закусывая тушенкой, которой в Чейболсане было столько, сколько в Союзе мы не видели никогда.
Мы, прилетев в Чойрен, начали готовиться к удару (тактическому) по полигону Боян-Джарголан.
Но сначала нас отвели в местную баньку, где мы все угорели, так как в трубе была изрядная дыра и СО2 пер в парилку. Опомнились все тогда, когда один из пилотов (ведомый у К.Ленина, присутствующего на форуме), начал откровенно ловить глюки. По плану на следующий день был отдых, мы даже после баньки, не смотря на угар, хлебнули спиртику и в условиях несостовшегося высокогорья (говорят, несколько десятков метров высоты не хватило, чтобы местным пилотам платили за высокогорные условия), попытались быстренько уснуть. Но почти у всех было такая сильная тахикардия, что казалось, сердце выскочит. Промаявшись полночи, с горем пополам уснули. А утром новость- облет целей в составе аэ. Никуда не денешься, слетали (молодые все, не то еще могли выдержать). На следующий день был звездный налет всех родов и видов авиации на полигон. Причем РП полигона особенно не вдавался в точность радиобмена. Руководил примерно так:
РП:-Кто там к третьему подошел?"
Ведущий :-"321 группой".
РП:- "Ты мне скажи тип самолета и сколько вас"
Ведущий- "Су-17, 16 экипажей"
РП:- "Сваливай влево на 30 градусов и работай"
Он же:- "А на втором кто?"
Ведущий другой группы:- "МиГ-27, 16 экипажей"
РП:- "Строй маневр за СУ-17"
Таким он образом ввел в бой вертолеты, МиГ-21, еще кого-то а потом сказал совершенно замечательную вещь:
"Ну я вас и свел, ребята, разбирайтесь сами".Такой свалки я никогда больше не видел. Перед вылетом, наш мудрый командор дал указание, что если будет туго, ведомый последний пары доложит "Остаток 1800" и мы по-тихому свалим.Через 5 минут ведомый заблажил "Остаток 1200", т.е. совсем плохо. (только у нас в звене поперек проскочила пара каких-то камикадзе). Уходили оттуда, прижавшись к земле и на полных оборотах, чтоб побыстрее. ...
А по земле подтягивалась пехота. Сколько глаза видели, шли колонны- танки, машины. Потом рассказывали, что какому-то ошалевшему танкисту надоело пыть глотать в строю, он решил пройти рядом со строем. И таким образом (дело было ночью), раздавил кибитку с пастухом и всей его семьей. Когда наше командование пошло к руководителю местной администрации объясняться, им было заявленно примерно так:"Русские нас защищают, мы должны простить"
Я не помню сколько вылетов в этот день было сделано, запомнился воздушный бой над Чойреном звена на звено местных истребителей. Когда пара самолетов скрылась ниже горизонта, все похватались руками за то, что находится ниже пояса и ждали появления известных черных грибов. Каким чудом, но оба опять вынырнули, как из-под земли, сопровождаемые коллективным вздохом облегчения.Вечером было объявлено о начале перемирия и конце войны.
Самое интересное началось после прилета обратно в Чейболсан. Никто не мог толком сказать, когда мы улетим обратно, начали ходить упорные слухи о том, что по настоянию Главкома Дальневосточного направления, нас оставляют здесь на аэродроме Сайшанда, где кроме ВПП нет ничего. Это был удар ниже пояса- из Луцка в Монголию да еще на незастроенный аэродром!!! Это перебор. У старых вояк из 3 аэ начали вскрываться фронтовые раны, началась целеустремленная подготовка к залеганию в госпиталь.А в это время, банда из Черлян, присевшая на наш аэродром в Луцке, поверив в эти слухи, не выполнив ни одного полета, начала готовиться к тому, что они займут наше место. Естественно, вначале начали торговаться с нашими женами за занятие по договору квартир, на что наши жены ответили коллективным воплем и осадой штаба дивизии с вопросом, когда вернут мужей.
И вот в таком непонятном положении, пробыв тря дня, мы получили команду на обратный перелет. Желание улететь было такое, что я например, закрывал и открывал фонарь несколько раз на рулении, пока не потухла красная лампа (кто согласится отстать от группы, а потом тащиться неделю по перелетным маршрутам". Коротче, мы перелетели за два дня ( с учетом полета на запад и удлинения светлого дня). Прилетели в Кустанай орлами (погода миллион на миллион, в плотных боевых порядках, в общем, потешили сердце опального "Командующего Аральского моря"). Его эстапада примерно была такая "Фронтовиков издалека видно". Ну а нам чего еще надо?
Самый запомнившийся перелет Кустанай - Воронеж из-за плохих метеусловий Энгельса. Я впервые был в воздухе 2часа с хвостиком. Сыпались в Воронеже организованно, ("фронтовая" гордость не позволяла упасть в организации и качестве)с остатками в районе аварийного. Затем прыжок в Луцк и к вечеру 31 марта были в Луцке. Опять митинг, основная мысль на котором- мы участвовали в спасении мира на планете.Ух, здорово то как чувствовать себя спасителем!!
Затем отдых на 3 дня всему полку, в первый же вечер, не сговариваясь, все собрались в главном ресторане города, где оркестр весь вечер играл "Для летчиков, вернувшихся из Монголии, песня "Бродяга Байкал переехал"".
Да, банда из Черлян под улюлюкание нашего бабкома с позором была отослана назад, не мешая нашим женам ждать своих Покрышкиных, Кожедубов, коротче, своих героев.
Затем было награждение неучаствующих, наказание невиновных и обман опытом по всему ВВСу. (04-02-2005 18:55:17)

 
 
KAV: To Александр !

Да, в Чойбалсане в начале 80-х хорошо помнили прибытие полка из Луцка, совместные полеты. А полигон действительно называется Баян-Джаргалан, это полигон ИБАшного полка из Налайхи. Кстати, Александр, Вы наверное должны были летать и на "наш" Чойбалсанский полигон, он назывался Карини-Нур.
Не знаю правда это или нет, но говорили, что эта китайско-вьетнамская война подвигла руководство ВВС на более раннее перевооружение 43-го апиб в Чойбалсане на новую технику. Дай бог памяти, уже 1 июля 1979 года летчики первой эскадрильи нашего полка подняли в воздух Су-17М3, а осенью полк уже полностью перешел на новую технику. Вслед за эти перевооружили и полк в Налайхе, он получил вместо МиГ-21 МиГи-27-е, причем "Кайры" и с буквой М. А вот чисто истребительные части (Мониту - МиГ-21 и Чойр - МиГ-23) так и остались на свой технике.

С Уважением, KAV

(04-02-2005 19:03:25)

 
 

1398
Перенесено со старого форума.


Серёга: 20 гв. Апиб. Вопросы [09-11-2004 03:25:53]

 
Серёга: Всем привет на правах новичка! Я не авиатор, увы не получилось, просто интересующийся авиацией и окраской авиатехники. Хотелось бы задать ряд вопросов, тем более, что как я вижу тут люди компетентные собрались.

1. Известно, что в западной группе войск 20 полк был одним из самых богатых на "бортовую живопись". Есть ли инфа - как возникла эта традиция? кто был художником и кто придумал все это? Сколько было эмблем эскадрилий, и кто отдал приказ замалевать при выводе? Словом - вопрсов масса, хотелось бы обсудить снимки, да и вообще пообщаться по емайл. Не хотелось бы, чтобы такая инфа пропала.

2. Вопрос про подвеску в 20 гв апиб. Есть снимок самолета с каким то странным контейнером, мне неизвестным. Хотелось бы чтоб опознали. ссылку позже дам. (09-11-2004 03:30:53)

 
 
Володя: Сергей, я служил в этом полку, но в то время мы не разрисовывали самолеты. Может кто другой подскажет, а про подвеску уточни куда смотреть, тогда и расскажем, что это. (09-11-2004 15:03:56)

 
 
Володя: su-17m3-4-010.jpg мне, кажется, ты этот снимок имел ввиду. Этот самолет Су-17м4р (развед.вариант). Контейнер - ККР (контейнер комплексный разведывательный), позволяет вести разведку р/локационную, тепловую и фото. (09-11-2004 15:20:43)

 
 
Серёга: Володя, спасибо за ответы и готовность пояснить непонятки.

Итак, продолжаю свои вопросы более конкретно.

1. Нет - контейнер этот не ККР это точно. И не спска тоже. Фото сделано в начале 90-х незадолго до вывода полка. Фота из западной книги.
Итак - что это?
<img src="http://www.sv-art.de/su-17/17pod.jpg" alt="20apib" border="1"> (09-11-2004 20:01:25)

 
 
Серёга: 2. Продолжаю.
Есть еще снимок су-17ум3. На нем 2 спс. Вопрос почему и не странно ли это? вот фота
http://www.sv-art.de/su-17/17pod2.jpg (09-11-2004 20:03:16)

 
 
Серёга: И еще хотелось бы узнать, какие подвески применялись в 20 апиб, с чем летали на полигон и какие ракеты управляемые применялись и куда подвешивались.
С ув. Серёга. (09-11-2004 20:04:32)

 
 
Серёга: Вот этот контейнер. Что это?
http://www.sv-art.de/su-17/17pod.jpg (09-11-2004 20:10:05)

 
 
Володя: Сергей, ну ты прям кроссворд задал. Подвеска на спарке действительно оригинальная. И разглядел же ее! При мне такую не использовали. Могу предположить вот что, при подвеске одного СПС в полете ощущается значит. скольжение(я как-то пытался с ним бороться ногой, но мин. через 10 начинала от напряжения прыгать на педали нога - пришлось бросить и лететь так), нам для компенсации вешали слева блок Б-8. Может быть в этом случае повесили вторую СПС?
По поводу второй фотки, тоже интересно, правда качество неважное, сложно разглядеть. Сначала подумал на СППУ, но у тех и нос и задница округлые.
При мне из УР применяли Х-25 и С-25Л.
Завтра на сайте должен Игорь появиться, я подскажу ему, может он прояснит поконкретнее. (09-11-2004 20:49:24)

 
 
Серёга: :) Да уж - вот такие загадки... Коих кстати много в нашей авиации. Что касаемо 2 СПСов, так я знаю тока то, что это какой-то наш полк в венгрии. Возможно, просто перед выводом на самоль и подкинули чтоб не потерялась. Или для компенсации. Хотя ваще то для коменсации как вы и говорите - обычно б8 был. Но я знаю тока то, что в правом пилоне проводки для спски нету(или я не прав?) - потому она там тока для вида.
В общем - непонятка как была так и осталась.

Насчет непонятного же контейнера - увы, только такой снимок и есть. Есть и еще один, но там самолеты (кстати их два с этой подвеской!) сняты издали.

Кстати - этот контейнер на снимке на мордатом борту 27, возле которого снимки Игоря на сайте. И самоль уже с мордою на фотке. Так что возможно игорь и знает, что это.

И вам вопрос - а на какие точки вешались х-25 и с-25л? стреляли ли ими в Германии? А чем стреляли в Лунинце? (09-11-2004 21:36:41)

 
 
Игорь-88: Всем привет! Контейнер этот по ссылке ААП-500, - авиационный аэрозольный прибор, применялся для постановки завес над полем боя. Самолеты начали раскрашивать при Тамаровском, сначала покрасили 27-й борт, техник был Серега, фамилию не помню, а потом понеслось, кто во что горазд. Я уехал из полка в 92-м в конце, по эскадрильям ещё не было эмблем, по этому вопросу ничего не могу сказать, и кто дал приказ замалевать тоже не знаю. (10-11-2004 08:35:12)

 
 
Володя: Ракеты вешались на 3 и 4 точки (где ААП висят), в Гермении их применяли.
На Лунинце работали всеми видами оружия и всех калибров в зависимости от поставленных задач. В основном бомбовое и неупр. ракетное больших калибров (ну и пушки, конечно). (11-11-2004 18:34:54)

 
 
Андрей: Здравствуйте! Разрешите присоединиться к общению.
Я также как и Сергей - энтузиаст, интересующийся историей авиации, техникой, окрасками и символикой. Более того, Сергей мой друг и напарник в этих вопросах. Тема авиации ЗГВ к сожалению отечественными авиасториками освещена очень слабо.
Спасибо большое за ответ по ААП-500, долгое время пытались выяснить что это за контейнер, но безрезультатно. Т.е. читали конечно в литературе, что есть такой прибор, и даже предполагали что возможно это он и есть, но точного подтверждения не было. Теперь все ясно.

Володе и Игорю. Можно с Вами связаться по e-mail и более подробно пообщаться? Интересны любые воспоминания, касаемые службы в ЗВГ, Союзе, особенностей пилотирования и боевого примения
Су-17 и т.п. Много о чем хотелось бы поспрашивать.
Заранее благодарен.
Кстати, в ЗГВ служил мой брат, в Лерце, в 19 гв.апиб, техником самолета.

(11-11-2004 22:03:22)

 
 
Володя: Можно и Маилом пообщаться, можно и здесь. Мой адрес vlad1911@mail.ru (12-11-2004 01:54:57)

 
 
Андрей_Давидюк: Игорь-88, здравствуй, я с 11.89-3.93 летал в 3аэ в 20 АПИБ. Ты кто? rn3av@yahoo.com (095)4742942 вечер, 8-903-7760216, 8-926-2713476. (14-11-2004 04:55:12)

 
 
Андрей_Давидюк: Шишков? (14-11-2004 05:07:21)

 
 
Игорь-88: Андрюха, привет! Угадал! Ты где сейчас? От Юры Овечкина слышал, что ты восстановился в летной работе. Вроде в Ахтари собрался? (15-11-2004 08:08:48)

 
 
Андрей: Всем доброго времени!
Игорь, а не припомните ли подробнее историю появления пасти на Су-17М4 борт 27? Кто был инициатором, "хозяин", т.е. техник самолета? И как к этому отнеслось начальство, все же "пасть" как ни крути - "вопиющее" нарущение уставного вида самолета. Это не официальная символика в виде знака "Гвардия" или, скажем, утвержденной полковой/эскадрильной эмблемы. Да и полк (как и дивизия) можно сказать был "придворный", так сказать в центре внимания всей Европы. Я понимаю, где-нибудь на отшибе подальше от высокого начальства на это еще могли закрыть глаза. Вопрос по цвету бортномеров. Никто не в курсе почему в обоих полках 125 адиб было принято именно такое сочетание цветов - желтый с красной окантовкой. Я спрашивал брата (служил в Лерце)он не совсем определенно ответил, что мол полк гвардейский и внешний вид номеров чуть ли не приказом дивизионного руководства определялся. (18-11-2004 15:44:30)

 
 
Андрей: И раз уж такое дело, еще вопрос по 27-ому борту.
На фото su-17m3-4-20apib-010.jpg из фотоальбома хорошо видно, что на руле направления подмалевка в виде некой геометрической фигуры, выглядит как "цилиндр". Что это, заплата какая закрашенная, иль просто художество?

C ув. Андрей (18-11-2004 15:57:35)

 
 
Игорь-88: 2Андрей: по существу вопросов не могу ничего ответить. По поводу пасти на 27-м борту: это воспринималась как нормальная бравада подготовленных специалистов, и никто не сказал слова против, даже наоборот, - со стороны Ефименко (комдива)было отеческое поглаживание по голове. (22-11-2004 11:02:18)

 
 
Андрей: Спасибо Игорь!
По поводу бортовой живописи. Возможно комдив был человек демократичный, однако же перед выводом почти всю графику на бортах замалевали.
Кстати, Ефименко в Лерце летал на машине моего брата.

С ув. Андрей (22-11-2004 12:41:47)

 
 
Дмитрий: Всем привет! Если есть желающие посмотреть фотографии крайнего дня авиабазы Темплин (Гросс-Долльн) - милости прошу на
http://gsvg33.narod.ru/lastday.html
Если узнаете людей на фотографиях или будут замечания по подписям к фотографиям - оставляйте записи в гостевой сайта http://gsvg33.narod.ru (18-01-2005 13:50:50)

 
 
Игорь(88): Дмитрий, спасибо за приглашение, иногда захожу. (18-01-2005 15:38:19)

 
 
Володя: Дима, спасибо, тоже там бываю фотки оттуда копировал и следы Игоря видел. :) (18-01-2005 19:59:19)

 
 
Дмитрий: Володя, а от Вас нет желания фото там разместить? И если есть время - скажите вот что: нет ли у меня в тексте или подписях к фотографиям откровенных ляпов? Дело в том, что я от авиации достаточно далек и мог напороть косяков. (19-01-2005 09:12:14)

 
 
Володя: Дима, с текстами нормально все, если замечу что - подскажу. А фото мои бери любые без спроса и ссылок на меня или сайт. (19-01-2005 13:55:30)

 
 
Игорь(88): Володь, ну ссылочка на наш сайт никогда не помешает... (20-01-2005 08:40:33)

 
 
Дмитрий: Со ссылкой не вопрос :) На странице с фотографиями Игоря имеется активная ссылка на этот сайт. (20-01-2005 11:44:24)

 
 
Сергей С.: Всем привет!
Интересно было посмотреть фотографии вывода.Оказывается нас много снимали!Сам был участником этих событий.Утром взлетели в Темплине, сели в Шаталово на промежуточную к вечеру весь полк был в Таганроге.
К вопросу о намалеванных эмблемах.Этим делом у нас занимался Серега Чернявский подпольная кличка Черт. Борт 27 был в его ведении, если не ошибаюсь.Рисунки перед выводом специально никто не закрашивал, просто часть бортов прошла капремонт в Барановичах , а там их покрасили заново. Если у кого есть вопросы по выводу и по дальнейшей судьбе 20-го гвардейского задавайте, могу ответить.Сергей С. (29-09-2005 15:42:04)

 
 
Сергей С: Кстати на 10-м снимке за подписью Борт 12 изображена 82-я спарка (03-10-2005 11:06:10)

 
 
Андрей С.: Сергею С.
Приветствую!
Вот здесь еще фотки вывода из Темплина 20 АПИБ:
http://andru-so.narod.ru/125adib20apib.html
А здесь отрывки видео (прислано Тамаровским В.В.)
http://andru-so.narod.ru/links_video.html
Строю сайт 129 АДИБ. Если есть как либо инфа,
Фото - буду признателен.
(03-10-2005 17:46:02)

 
 
Дмитрий -87: Выпускники ЕВВАУЛ-87 года отзовитесь.Начнем готовится к празднованию 20-летия окончания ЕВВАУЛ.Братья-пилоты помогите,наидите мне однокашников,поспрошайте в эскадрилиях, у знакомых дембелей-пилотов.Мой E-mail:vesta1999@list.ru (10-11-2005 21:56:01)

 
 
Андрей: Сергею С.

Как с Вами связаться по емайл? Имею вопросы по эмблемам самолеов 20-ого полка, выводе из ЗГВ и дальнейшей судьбе части.

С ув. АК (03-12-2005 16:17:56)

 
 
Елена: Получила удовольствие от воспоминаний о Темплине.Как приятно вспомнить не просто знакомые места, а места службы.Мы хоть и прибыли,когда Тамаровского уже не было,но места остались теми же.Я была планшетисткой на КП,муж - КП-шником.У нас тоже были фото,но они больше привязаны к семейным фото.На фоне обелиска в городке все фотографировались.На озеро к Марьяне все ходили,а сколько времени проведено возле телефон-автомата в Гросс-Дёльне,возле кирхи,с одной единственной целью-позвонить домой.Ностальжи.... (07-12-2005 22:05:14)

 
 
Сергей С: Андрею:
Мой адрес sazon60@mail.ru (12-12-2005 13:49:52)

 
 
Игорь Р.: ААП-500 вешаются на 1,6,2,5 т.п.высота применения от 20-100м. дымят не плохо но не долго. (18-01-2006 19:41:29)

 
 

1399
Перенесено со старого форума
[/color]


Володя: Гога, Осовский и другие [12-10-2004 12:46:57]
[/color]

 
Володя: Гога, Осовский...я думаю многим знакомы эти имена, даже тем, кто с ними не встречался. Много ими выпито курсантской крови... И много анекдотических случаев с ними связаны. Кто что помнит или слышал - поделитесь!
Сам, помню, курсантами нас в Тагане встретил летчик в отпуске (кажется с ДальВост) и поинтересовался не умер ли Гога. Вот тогда я и подумал как велика "слава" этого человека, если хрен знает откуда люди интересуются его "здоровьем"...
(перенесено от 11.08.2004)
(12-10-2004 12:48:12)

 
 
Володя: Потом, кстати, прошел слушок, что Гога умер. И, честно говоря, не встречал людей, которым бы было его жаль... Вот так...
(Перенесено от 14.08.2004)
(12-10-2004 13:00:08)

 
 
Валерий : Да Гога точно умер.Но сказать что его жалко язык не поворачивается.
83-85 гг. в Тагане и Милерово заворачивал он нам по полной программе.
Выпуск 1985г. мой адрес lainer6@narod.ru (12-11-2004 17:47:01)

 
 
Володя: Привет, Валера. Ты не Деркачев ли?
В Тагане он нам тоже жизни давал. А в Миллерово было полегче, он туда не приезжал.
А открыл эту ветку я для того, чтобы поделиться байками про этих товарищей.
Слышал, что после выпуска кто-то к Гоче пришел домой с букетом цветов. А тот никому дверь не открывал...,но тут цветы увидел и открыл. А парень из-за букета тут ему и двинул кулаком по роже.... (13-11-2004 17:07:02)

 
 
Валерий Малышев: А дверь Гоге ночью кирпичом замуровали, так этот ПИДОР всего на 3 минуты опоздал к подъему (24-11-2004 13:08:26)

 
 
Валера М.: Странно, про ШКАФА и Пинуса никто не вспомнил... (26-11-2004 17:42:01)

 
 
Володя: Да их там хватало и Шкаф, и Чумаков, и Хитраков и все остальные. Кто, что интересное и не очень про них помнит - пишите сюда.
Рассказывали кому-то сделали годовую подписку на журнал "Свиноводство", вызывали "Скорую", "Пожарку", заказывали "Катафалк" и т.д. (29-11-2004 14:14:09)

 
 
Сарый: Ося добрый мужик А ГОГУ все-таки жалко сколько поколений его помнит хотя и мне от него и доставалось кстати был еще и ШКАФ ХЛЯСТИК (01-12-2004 17:36:46)

 
 
sergei vorobiov: da rotnye byli zveri,hotya Chumakov Yuriy Ivanovich byl sredi nih ne samyy plohoy,pomnyu zalovil pacanov pyanymi no ne sdal.a vot dva brata okrabata CHepizubov i Zaporozhec,vot eto byli merzavcy.odin zaika iz vasil'kovo,a drugoy vse pro traktora raskazyval,da prichem s takim azartom,chto dumalos' my v letnom uchilische,ili v sel'hoz akademii.a na schet Pinusova vobsche hodili prikoly.kazhetsa vypuskniki88 goda hodili za nim i zapisyvali ego znamenitye 300 izrecheniy kapitana pinusova ,potom on kazhetsa v kgb perevelsya,udivitelno.a pomnite polkovnika Papadika,vot chelovek original'nyj.kakto ustroil uchebnyj pozhar na 1 kurse ,i benye salgi nochyu vynosili vse na plac,vklyuchaya seif.a potom vse zanosili na verhniy etazh. a u nas na 4 kurse lyubil ustraivat' zabegi na 3km utrom v obed i vecherom,potomu kak,nasmotrelsa fil'mof o podgotovke morskih pehotincev USA i hotel chto by my ne huzhe vyglyadeli,no poverte mne my vyglyadeli"nikak,"s trudom hodilos'.a klich Zaporozca"MORE KIPIT",i zaryatka v lyutyj holod s golym torsom.vspomnyu azh vzdrognu (03-12-2004 06:48:25)

 
 
Серега Воробьев!!!: Babushku Anju na ulice Pavlova (gorod Eisk) znaesh???
otveт??? (03-12-2004 17:53:26)

 
 
sergei vorobiov: nu kak ne znat',eto byl samyj dorogoy mne chelovek v Eiske,kotoryj pomog mne vo mnogom ,svetlaya ey pamyat' Za 2 mesyaca do ee konchiny ya byl v Eiske na 10 letie vypuska.videlsya s ee dochkoy tetey Valey,ochen' zamechatel'nyj chelovek.tak chto Pavlova 83 rodnoy dom dlya menya.a vy sluchayno ne muzh Leny?vypusknik 1988 goda? (04-12-2004 02:42:21)

 
 
Валера М.: on samyi- Lenkin muzh i vypusk 1988 YEARS!!!
А Попадика-дурачка звали Карманный Лев.
Вот так. (07-12-2004 08:35:48)

 
 
sergei vorobiov: ochen' priyatno Valera,vstretitsa na internete.esli budet prazdnovanie 90 letiya ,to mozhet uvidimsya v Eiske. (08-12-2004 02:23:44)

 
 
Валера М.: Воробей!

Думаю, что если не будет каких либо стихийных бедствий, то увидимся!!!
Надо только все таки уточнить сроки.
А то пока непонятно, то ли 28-02 мая, то ли на день Авиации.... (11-12-2004 16:14:53)

 
 
Остап: Последний хит. Ося сбрил усы. У Кота( Буковинский Серёга) он ща в Бахчисарае , есть последняя видеозапись, как Игорь Нестеренко и Серёга ходили к Осе в гости. Кадры стоящие. (29-12-2004 12:06:05)

 
 
Остап: А Нос( капитан Григорьев) ща с Жекой Бризицким на одной площадке живут, соседи. Можно даже сказать -корешки :-))))) (29-12-2004 12:08:16)

 
 
Игорь Нестеренко: При встрече с Осовским он мне поведал диагноз от которого умер незабываемый Гога, он умер от ццирроза печени... (01-01-2005 22:10:10)

 
 
Марат: "Ещё немного, и сдохнет Гога"-накаркали... (18-01-2005 17:35:52)

 
 
Старый-: А все-равно с ними было весело здоровые мужики а такой ху-ней занимались один лиш только журнал с записями чего стоит .Этот опоздал на построение на вопрос где он был ответил грубо ходил ср-ть значит в увальнение не пойдет .И такой х-ни была вся тетрадь (20-01-2005 21:43:35)

 
 
Старый: Гога Гера Шкаф Хлястик Ося Ганс Маруся Егор и т.д. какие имена класс (09-02-2005 23:03:22)

 
 
Володя: Вот и я говорю, что все взрослые, а какой мелочностью занимались, до смешного часто доходило. Вот эти смешные приколы хотелось бы и сохранить "для потомков". Расскажите, кто что помнит. (10-02-2005 12:49:26)

 
 
Голубев В: Гаврыш ВВ забыли .Старый . видел недавно вРостове м-ра Мороз (14-02-2005 22:24:17)

 
 
Хочу покаяться: Помните в Миллерово был случай, когда Горбась пытался у всех выяснить, кто выставил стекло Марусевичу.
Это мы с Генкой Болдыревым сделали, чтобы он не отключал отопление.
Надеюсь это было не очень утомительно для вас.
Юрий Степ. (17-02-2005 15:10:33)

 
 
ШИЛ: ПО ПРОШЕСТВИЮ ВРЕМЁН:
ЕГОР - МУЖИК, ОРДЖО ВОКУ.
ЧИПА - ЧМО, ПРОСТО ЖАЛКО.
ЗАПОР - НУ ЗА ЭТОГО ПЯТЬ СУТОК СИДЕЛ, ПОСЛЕ ВЫЯСНЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ ВНУТРИВЗВОДНЫХ, В КАНЦЕЛЯРИИ ТЕТ НА ТЕТ, ОН КОМ.ВЗВОДА Я КОМОД.
ХИТРАКОВ СИЛА, ПЕРЕГУДОВ ЧУТЬ ПОСЛАБЕЕ, НО ТОЖЕ НИЧЕГО.
КРАЙНИЕ ДВА ВЗВОДНЫХ БЫЛИ НОРМАЛЬНЫЕ МУЖИКИ.
ПРАВДА У ОДНОГО В ГАРАЖЕ НАШЛИ ОРУЖИЕ, ЭТО УЖЕ ПОТОМ, И ОН НЕМНОГО ПРИСЕЛ.
А НАШ ЛЕЙТЕНАНТ, ВЫСОЧЕННЫЙ ЗДОРОВЕННЫЙ, ВОКУ ОРДЖО ЗАКОНЧИЛ, ГОРНЫЕ СТРЕЛКИ ЗНАЧИТ, ВОТ МЫ ЖИЛИ ПО ЧЕЛОВЕЧЕСКИ НА ЧЕТВЁРТОМ КУРСЕ, САМ МЕСТНЫЙ ПАЦАН ЕЙСКИЙ, ВИДНО КУРСАНТСКУЮ ЖИТУХУ НЕ ЗАБЫЛ ЕЩЁ, Я ЗАМКОМ ПРИ НЁМ БЫЛ. ОН НАС НЕ ГНОБИЛ, МЫ ЕГО НЕ ПОДСТАВЛЯЛИ, ВО ВСЯКОМ СЛУЧАЕ СТАРАЛИСЬ. ИТОГО ЛУЧШИЕ КУРСАНТСКИЕ КОМАНДИРЫ РЕАЛЬНО, ПРОШЕДШИЕ ВОКУ. (24-02-2005 09:22:44)

 
 
Седов А.: А помните, как в Тагане таскали телек в клуб, а за ними вся толпа валила "Время" смотреть? А Нос и Хлястик как 2 вертухая ходили по проходам и отбирали газетки, чтоб, значит, народ из правильного места инфу качал. Однажды прикольно получилось: когда начался очередной отьём литературы, все достали припасённые газетки и навалили каждому по куче макулатуры :-)))

А пацаны за нами, мож 87-й год выпуска, рассказывали, что замутили подпольную радиостанцию "Радио свободного острова". Вытянули где-то в каптёрке провода от громкой связи в курсантской гостинице и после отбоя выдавали корки по итогам дня. Со всеми делами - репортажи, интервью с потерпевшими... Потом зачинщиков накрыли и всё кончилось очень плохо. Типа подрывная работа. На совете училища выперли пацанов. Может, кто подробности знает?

А помнит кто выпуски стенгазеты "Ворона"? Рисовали два суперхудожника с 85-го года выпуска, фамилий не могу сейчас вспомнить. Убойные были газетки, больше одного дня не висели. Инструктора их на сувениры забирали, становились в очередь.

А Гога вредный, конечно, дядька был, но я просто восхищаюсь твёрдостью его характера. Попробуйте сами вывести сотню кусантов каждый день на зарядку. Причём это были не зелёные первокурсники и в течение многих лет. В других АУЛах такого и близко не было, я спрашивал. Как только над ним не издевались, а мужик не сломался. (16-04-2005 17:52:27)

 
 
Юра:
Кусок этой "Вороны":

http://www.photocenter.ru/myphoto/films/uTMCGKwEDn7Lc6NyudeRSg/H0VydmeqCH77OfzrP3IW0w.html?picnum=45

Рисовали Мурыгин Толик и Мишурный Олег. (19-04-2005 15:49:54)

 
 
Седов А.: Точно! Вспомнил.
Один экз я у своего инструктора увёл ;-)))
А ссылка не работает. "Кадр не найден". Жаль. (19-04-2005 17:57:59)

 
 
Юра: Найдёшь в фотоальбомах Степанько 85 г. (21-04-2005 13:05:39)

 
 
CЭМ-1984: Мы с Миносянцем Игорем (ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ! НА ЛУНИНЦЕ)на 3-м курсе в тагане Гоге на голову из умывальника ведро воды после мытья полов на голову вылили, да чуть не рассчитали, только обрызгали, после чего весь курс подняли с кроватей(за что перед всеми БОЛЬШОЙ ПАРДОН!!!), но мне его всё равно жалко - за убогость и твердолобость... (23-04-2005 00:28:55)

 
 
Остап: А вот у Валеры Скирты получилось, и в самую темечку. Гиви забегает в казарму, пардон, ОТЕЛЬ, весь мокрый, в чинариках на мундире. Вот только что он орал в этот момент не могу знать, так как все мы были в это время на третьем этаже и по цепочке отмашки давали. Вот поэтому и попали. Вернее попал только Валера, и на "губу" тоже попал. (23-04-2005 00:54:59)

 
 
Володя: Предыдущие посты я убрал. Можете возобновить спор, выражайте свое мнение и свои мысли,но уже без личных оскорблений.
Всем удачи. (08-07-2005 14:43:11)

 
 
ВалераМ: А про Тофика никто и ничего.
Он к нам в Питер перевелся из Ейска, где то в 97-98 годе.
Видел его как то.
Служил в штабе 76 ВА в Моботделе клерком каким то, п/полковник. (08-07-2005 17:03:33)

 
 
Split: Был у нас командиром роты майор Антоненко. Ну, цепочка прослеживается влет: Антоненко - Антон и следовательно...Конечно, в особо сложных житейских ситуациях (а в курсантской жизни других и не бывает с начальством) впереди добавлялось "г". И вот однажды, на вечернем построении, комроты объявляет, что свободное время совмещается с уборкой территории. Естественно рота выражает "общественное порицание" (наверняка это делали все - а что еще сделаешь в этом случае?)когда ВСЕ издают МОЛЧАЛИВОЕ "УУУУУУУ", задние ряды уж кто во что гаразд - лишь бы не увидел, что ты рот открыл. Да и комроты прекрасно понимал, что это необходимость пар спустить, поэтому обычно делал свирепый вид, но ну никак не мог заметить разговоры в строю. А здесь, когда прошло общей недовольное гудение и реплики и наступила почти тишина запоздалый голос фальцетом, но очень четко выкрикнул "ГАНДОН" - и тишина! Далее в лицах, представте динамику:
Ан - Курсант Курочкин
КК - Я!
Ан - Выйти из строя!
КК - Есть (выходит и к ниму со свирепым видом вплотную подходит Ан)
Ан - Вы сказили слово ГАНДОН?
КК - Никак нет, товарищ майор, я сказал слово СУКА!
Ан - Я не спрашиваю, кто сказал слово СУКА, я спрашиваю, кто сказал слово ГАНДОН
Общий смех разрядил обстановку.

к Володе
С чисткой ты абсолютно прав!!! (08-07-2005 23:42:05)

 
 
Володя: Split, я там тебе на твою просьбу о регистрации на сайте отвечал. Ты успел прочитать? А то я все под общую гребенку подчистил. (09-07-2005 02:18:02)

 
 
Split: Нет, не успел. Погода солнечная - позагорать ведь надо. (09-07-2005 13:50:16)

 
 
Володя: Ну и ладно, будем считать, что и эту тему проехали ))). (09-07-2005 23:44:50)

 
 
Старый: А я предлагаю заказать маленькую памятную доску всем ротным и взводным (11-07-2005 19:41:41)

 
 
"ВОРОНА":
http://evvaul.battlenet.ru/photo-albums/1985/murygin/gallery.php?entry=Images/041.jpg (19-07-2005 19:03:35)

 
 
SPENCER: ГДЕ МИШУРНЫЙ? (29-07-2005 12:32:15)

 
 
goodmen59: Помните ходил в Ейске самый короткий анекдот: "Майор Шава".
А однажды он приперся к нам на подъем, действительно майором, не поленился прийти в половину шестого и погоны пришить на китель почти на грудь, чтоб, значит, нам, самым мелким на курсе, виднее было. (31-10-2005 22:44:43)

 
 
Шаповалов Олег: Запрос к ШИЛу :
я сам заканчивал ОрджВОКУ-85/86(в 85г. выгоняли с ГОСов). Просьба сообщить кто из НАШИХ был в Вашем училище. Желательно ФИО, год выпуска и если есть какие-либо координаты.
С уважением, Шаповалов Олег.
www.sfera-pump.com.ua
info@sfera-pump.com.ua (03-11-2005 17:17:22)

 
 
Володя: То Шаповалов Олег
ШИЛ у нас на связь не выходит уже с полгода. Будем надеяться, что появится. (05-11-2005 18:50:08)

 
 
Сергей Воробьев: Звали его Серега.Он вроде в Ейске рынком руководит.Замечательный взводный был.Не как все остальные примитивы. (06-11-2005 02:23:33)

 
 
Шаповалов Олег: Для ШИЛа, Володи и Сергея Воробьева.
А нет ли более точных сведений, хотя бы год выпуска.
Ребята, если Вас не затруднит (и если будет возможность) передать НАШИМ мои координаты, т.к.
наши относительно регулярно собираются каждый год в Москве и Краснодаре, возможно их (я понял у вас было двое -"Егор" и "Серега") это заинтересует, в крайнем случае могуть зайти на наш сайт.
www.sfera-pump.com.ua
info@sfera-pump.com.ua
тел.моб. (380 67) 397-02-27 (Украина, г. Сумы). (07-11-2005 08:02:05)

 
 
Сергей Воробьев: Олег,фамилия Сереги-Лавриненко.Мой однокашник Серега Скрипко обещал ему сказать о сайте.Он его часто видит в Ейске (07-11-2005 19:53:14)

 
 
Шаповалов Олег: Для ШИЛа, Володи и Сергея Воробьева.
По поводу Лавриненко Сергея, мы установили, что это наш выпускник ОРДЖО-86г. Большая просьба передать ему чтобы вышел на связь с Иващенко Виктором, г. Владикавказ, (8672) 56-72-14, vipcuk-svu@mail.ru, т.к. намечается встреча на 20-и летие выпуска в Москве. Заодно сообщить ему сайты нашего училища :
www.OBOKY.narod.ru
www.voku-ordgo.sbn.bz
Остался еще один "Егор", кто он, что о нем известно?
С уважением, Шаповалов Олег (ОРДЖО-85/86)
info@sfera-pump.com.ua
(20-01-2006 12:16:15)

 
 

1400
Может сделаем и чат, но пока не до него, если честно. :)

1401
1986 / Re: Общая выпуска 1986 года.
« : 14.01.2006 17:54 »
Всем привет!

Сегодня в разговоре с Олегом Вагановым выявилась проблема входа на новый сайт со старого по опубликованной ссылке на старом сайте в ветке "Выпуск-86г.". А именно: При копировании данной ссылки в инет поисковик "Rambler"-попадаешь на даннйю ветку сайта, но старого. При использовании инет посковика "Google"-ссылка работает. ПРОШУ ВСЕХ заинтерисованных учесть данный казус!!!!

А зачем ссылку в поисковик копировать ее надо в адресную часть броузера копировать.

1402
Николай: Продолжение:

Кампания 1916 года

Одной из наиболее ярких страниц всей войны стало русское наступление на Юго-Западном фронте. При его подготовке впервые в широких масштабах была осуществлена аэрофотосъемка укрепленных позиций противника. Эта работа развернулась уже в первые месяцы года, и полученные материалы послужили одним из главных оснований для принятия командованием оптимальных решений по выбору участков прорыва фронта. Авиаторам удалось вскрыть до мельчайших подробностей систему обороны противника, после чего были составлены карты его позиций, которые поступили в армейские части по 80-100 экземпляров на корпус. Русская артиллерия благодаря данным аэрофотосъемки получила возможность вести огонь по конкретным, точно установленным целям, что позволило при незначительной плотности орудий на 1 км фронта (20-25 ед.) достигнуть хороших результатов в подавлении огневых средств и разрушении инженерных сооружений. В целом широкое применение фотографирования повысило качество авиаразведки и доверие к ней со стороны командования.

С началом наступления авиация развернула наблюдение за путями отхода и местами сосредоточения неприятельских войск. За весь период Брусиловского прорыва с июня по август 1916г. летчики Юго-Западного фронта совершили 1805 боевых вылетов общей продолжительностью 3147 часов. Пик их активности пришелся на август, когда 134 летчика совершили 749 боевых полетов общей продолжительностью 1224 часа. Одновременно с повышением качества разведывательной работы возросла и интенсивность полетов: если в 1915 г. в среднем выполнялось 28 вылетов в день, то в 1916г. -42.

За успешные "воздушные разведки" многие летчики и наблюдатели стали Георгиевскими кавалерами: командир 11 -ro авиадивизиона (АД) есаул Ткачев, летчик Кавказского КАО Мачавариани, начальник 6-го КАО штабс-капитан Стрельников, наблюдатель 24-го КАО Матсон и др. Среди них следует отметить выдающийся по мужеству и хладнокровию подвиг летчика-наблюдателя 1-го армейского авиаотряда лодпоручика Георгия Ковенко. 3-го июля 1916 г. он вместе с пилотом младшим унтер-офицером Пушкелем вылетел на Вуазене из Двинска на дальнюю разведку станции Ракишки. В районе станции Абели они подверглись неожиданному нападению неприятельского Фоккера. Первыми же пулями Ковенко был ранен в правую руку. Приказав летчику повернуть на противника и открыв пулеметный огонь, он заставил врага отойти, после чего разведка была продолжена. На обратном пути русский самолет был снова атакован Фоккером, получил много повреждений от его пулеметного огня, в том числе - пробоину в радиаторе, однако и на этот раз экипаж смог отбиться. "Подпоручик Ковенко, заметив бьющую фонтаном из трубы радиатора воду, пролез в узкое отверстие между радиатором и, лежа на спине на цилиндрической поверхности крыши мотора, ежеминутно рискуя вывалиться из аппарата, закрыл рукой пробоину в трубе. Фоккер вскоре вернулся и в третий раз атаковал наш аппарат. Он стал безнаказанно обстреливать его из пулемета и тяжело ранил подпоручика Ковенко в живот и бедро с раздроблением кости. Несмотря на сильную до судорог боль, истекая кровью, Ковенко закрыл пробоину в трубе перчаткой и перевязал ремешком от бинокля. Напрягая последние усилия, он вернулся к пулемету, открыл огонь по противнику и заставил <Фоккер> быстро снизиться. Теряя сознание, решив избежать какой угодно ценой посадки на территории противника, Ковенко приказал Пушкелю продолжать полет до наших линий, что и было выполнено летчиком ценой неимоверных усилий. Весь обратный путь и переход через линию фронта летчики совершили на поврежденном аппарате под ураганным огнем неприятельской артиллерии на незначительной высоте."

Наряду с разведкой русские летчики продолжали наносить бомбовые удары по неприятелю и атаковать его самолеты. Так, летчики только 9-й армии в период наступления сбили 5 аэропланов, при этом собственные потери составили один самолет. К тому времени необходимость создания специальных частей для борьбы с авиацией противника была уже очевидной, и 1916 г. стал годом создания русской истребительной авиации. Формирование первых отрядов началось весной, предполагалось, что каждая из 12-ти армий получит по такому подразделению, однако изза недостатка самолетов-истребителей* этот процесс надолго затянулся. Летом была создана так называемая боевая авиагруппа (БАГ) - специальное соединение из трех авиаотрядов, первым командиром которой стал штабс-капитан А.В.Залесский. В августе эту группу, включавшую 2-й, 4-й и 19-й КАО**, перебросили под Луцк, где у противника было полное превосходство в воздухе. Активная деятельность 1-й БАГ позволила в корне изменить ситуацию: "Лихие действия наших летчиков заставили противника забыть Луцк",- докладывал исполняющий обязанности инспектора авиации ЮгоЗападного фронта есаул В.М.Ткачев.

В декабре было приказано приступить к формированию истребительных отделений при армейских и корпусных авиаотрядах. Это было вызвано недостатком истребительных частей на фронте и большой активностью истребителей противника.

В 1916 г. в небе над русским фронтом появляется грозный противник - знаменитый Фоккер Е. Этот весьма неуклюжий моноплан стал первым самолетом, оснащенным синхронным пулеметом, что и принесло значительные преимущества в воздушном бою. Машина хорошо показала себя на западе, где заслужила у летчиков Антанты прозвище Бич Фоккера. Теперь эти истребители решили применить на востоке, где их первое появление было отмечено в январе на Юго-Западном фронте. Схватки с такими самолетами часто оказывались не в пользу русских, летавших, в основном, на беззащитных с задней полусферы Фарманах и Вуазенах. Так, 27 июня летчики 4-го армейского авиаотряда Соловьев и Бруцевич после атаки Фоккера были вынуждены спуститься на территорию противника. 11 -ro июля экипаж 3-го армейского авиаотряда штабс-капитан Беридзе и поручик Ртищев во время воздушной разведки вступили в бой с <Фоккером>. Они пытались отстреливаться из пулемета, но на высоте 1200 м пуля противника попала в бензобак, и самолет загорелся. Летчики погибли, <смертью своей запечатлев содеянный ими подвиг>,- было написано в приказе по армии и флоту о награждении героев орденами Св.Георгия 4-й степени.

И все же известны случаи побед русских летчиков над новым противником. Так, 23 марта экипаж 13-го КАО (летнаб поручик Барбас, пилот унтер-офицер неизвестен) во время фотографирования неприятельских позиций был атакован грозным монопланом. Несмотря на все преимущества неприятельского аппарата поручик Барбас сам перешел в наступление - он приказал резко повернуть биплан навстречу врагу. Летчик стал обходить противника кругами на виражах, держа неприятеля под огнем наблюдателя. После нескольких минут боя Фоккер был подбит: сначала он падал <листом>, потом перешел в штопор. Метрах в 40 от земли Фоккер на несколько мгновений выровнялся, но тот час же перешел в отвесную вертикаль и после страшного удара о землю загорелся. Хотя он упал в германском расположении, сам бой и падение произошли на глазах у наших войск.> После этого боя летчики стали Георгиевскими кавалерами.

В 1916 г. русский Императорский военно-воздушный флот занял достойное место в структуре вооруженных сил России. Парк авиатехники пополнился новыми типами самолетов: Моран-монокок, Ньюпор-10/11/12, Спад А.2, Фарман-27/30. К концу года на фронте находилось 724 самолета. В общей сложности в 1916 г. русские авиаторы совершили 15435 боевых полетов общей продолжительностью 25686 часов. Проблемы с техникой м кадрами, характерные для 1915 г., все же оставались, что продолжало сказываться на характере потерь: из всех погибших 52% стали жертвами отказов матчасти; 23% разбились из-за ошибок пилотирования; 18% были сбиты огнем зенитной артиллерии и 7% погибли в воздушных боях.

Компания 1917 года.

В начале 1917г. русский Императорский Военно-воздушный флот действовал на пяти фронтах: Северном, Западном, Юго-Западном, Румынском и Кавказском. Николай II высоко оценил заслуги своих летчиков в Великой войне: тысячи из них удостоились различных наград, в том числе стали Георгиевскими кавалерами. На 1.03.1917 обладателями ордена Святого Георгия 4-й степени стал 51 летчик и наблюдатель, еще 76 офицеров получили Георгиевское оружие. Летчики-солдаты награждались Георгиевскими крестами и медалями четырех степеней. На 1 января 120 из них были удостоены креста 4-й степени, 91 - крестов 3-й и 4-й степени, 48 - крестов 2-й, 3-й и 4-й степени, а 23 стали полными Георгиевскими кавалерами. Февральская революция формально поставила точку в истории Императорского ВВФ и открыла первые страницы в биографии Военно-воздушного флота новой демократической России. Великого Князя Александра Михайловича на посту командующего ВВФ сменил военный летчик, инспектор авиации Юго-Западного фронта п-к Вячеслав Ткачев. Авиация Юго-Западного фронта в летней операции Главный удар в планировавшемся летнем наступлении предстояло наносить армиям Юго-Западного фронта в общем направлении на Львов. Весной началась усиленная подготовка к операции. Для авиации прежде всего требовалось создать резервы самолетов, моторов, боеприпасов и вооружения. Положение с этими средствами на отдельных участках фронта было просто катастрофическим. Так, начальник штаба VIII-й армии генерал Черемисов сообщал: "...армия занимает фронтом около 120 верст и располагает всего лишь восемью самолетами, способными к работе". Усилиями русских авиазаводов и благодаря помощи союзных держав, прежде всего Франции, в целом силы ВВФ к началу наступления удалось восстановить. Однако в отрядах имелось много изношенных самолетов, причем в некоторых из них находились машины четырех различных типов. Всего фронт располагал 36 авиаотрядами, включая два французских, один английский, а также 1-й и 3-й боевые отряды эскадры воздушных кораблей (ЭВК). Армейская авиация насчитывала 225 самолетов и 222 летчика. В середине июня авиация фронта была сосредоточена в отдельных районах в соответствии с задачами наступления. VIII-ю армию, располагавшую 15-м, 16-м корпусными и 8-м армейским АО, усилили за счет VII-й армии тремя авиаотрядами: 2-м Сибирским, 3-м армейским и 8-м истребительным. Причем 3-й и 8-й армейские и 8-й истребительный АО были приданы 12-му корпусу, которому предстояло наступать на наиболее ответственном участке. В Особой армии насчитывалось пять авиаотрядов (9-й, 31 -и и 37-й корпусные, 4-й Сибирский и 6-й истребительный), которые дислоцировались в Луцке, Брише и Ольшанах. Из тринадцати отрядов ХI-й армии десять, в том числе 2-я Боевая группа, включавшая 3-й, 7-й и 8-й КАО, находились на активном участке фронта протяженностью 10 км. Большинство КАО армии располагались вблизи штабов корпусов в 12-15 км от передовой. Авиация УЦ-й армии была сосредоточена на самом активном участке фронта. 4-й артиллерийский, 9-й армейский и 8-й истребительный отряды обслуживали артиллерию 41-го корпуса и подчинялись инспектору артиллерии фронта. Французские артиллерийский и истребительный отряды были сосредоточены в районе фольварка Черемухов-Холхочи и состояли в распоряжении генерал-квартирмейстера армии. Ему же подчинялась стоявшая в местечке Доброводы 1-я БАГ (2-й, 4-й и 19- й КАО) и 7-й истребительный отряд, дислоцированный в местечке Козово.

Западнее Монастыржеско находились 32-й и 12-й КАО, а в Мужилово - 1-й артиллерийский АО. На двух наиболее важных участках фронта общей протяженностью 25-30 км* сконцентрировали тринадцать авиаотрядов. На главных направлениях предполагаемого наступления плотность авиации достигала 1 самолет на 0,5 км фронта. Противник располагал 37 авиаотрядами и ротами, в которых насчитывалось 226 самолетов. В основном они были сосредоточены против ХI-й, VII-й и, частично, Особой армий. На карпатском участке авиации VIII-й армии противостояли 7 австрийских авиарот. На южно-галицийском участке неприятель обеспечил максимальную плотность своих авиационных средств: 1 самолет на 1,3 км фронта. Таким образом, воздушные силы обеих сторон количественно были равноценны при несомненном качественном превосходстве самолетов противника. Основные задачи русской авиации на период наступления заключались в корректировке артиллерийской стрельбы, разведке, бомбардировке тыла противника, борьбе с его самолетами. В подготовительный период отрядами фронта был сфотографирован весь район наступления. Данные аэрофотосъемки поступали в центральную лабораторию Северной авиагруппы и фотограмметрическое отделение Южной авиагруппы, образованное при французском артиллерийском авиаотряде. К ведению разведки привлекались все авиачасти фронта, в т.ч. истребительные отряды. Дальние полеты в тыл противника производили опытнейшие летчики на новейших аппаратах, однако в целом остро ощущался недостаток хороших самолетов-разведчиков. Значительные сложности в работу отрядов внесло отсутствие длиннофокусных фотоаппаратов, вследствие чего экипажи вынуждены были вести съемку с высот 700-1200м, подвергаясь ожесточенному огню зенитной артиллерии. Несмотря на эти обстоятельства, благодаря мастерству авиаторов, задания выполнялись с высоким качеством, и к началу операции армии были снабжены подробными картами районов предстоящих боев. В период наступления летчики фиксировал и.появление новых окопов и укрепленных районов противника, крупные передвижения его войск. Так, на начальном этапе наступления Х1-й и У11-Й армий воздушная разведка установила отсутствие резервов в тылу неприятеля и отход его обозов к Золотой Липе.

Особое значение придавалось воздушной корректировке артогня. В подготовительный период с ее помощью были пристреляны наиболее важные цели. 16 июня сосредоточенная на основных направлениях тяжелая артиллерия обрушила огонь на позиции противника. Артподготовка длилась два дня, летчики ее постоянно корректировали. В результате удалось подавить артиллерию противника и буквально вспахать снарядами неприятельские окопы. Когда пехота пошла в атаку, находившиеся в это время в воздухе отдельные экипажи обстреливали из пулеметов вражеские позиции и сбрасывали на них мелкие бомбы. При этом русские летчики снижались до 250-100м. Однако эти действия дали скорее психологический эффект, т.к. были не массовыми и носили неорганизованный характер. Авиаотряды также совершали групповые полеты на бомбардировку крупных резервов противника и железнодорожных узлов. Для прикрытия войск выделялись дежурные истребители. В среднем каждый день количество исправных машин этого класса составляло 30-35 единиц, что было недостаточно, но все же позволило добиться господства в воздухе на важнейших участках фронта и блокировать их от вторжения неприятельских аэропланов. Летчики работали с раннего утра до наступления сумерек, и некоторые совершали более четырех боевых вылетов за день. Атакуя самолеты противника, они, в большинстве случаев, заставляли их уходить со снижением. Особенно отличились летчики 1 -и БАГ, которой командовал Александр Козаков. Наступление Юго-Западного фронта, встретив серьезное сопротивление, прекратилось 30 июня. Русское командование пыталось перегруппировать войска и снова перейти к активным действиям. Однако бесконечные митинги солдат и самовольное покидание ими позиций сорвали эти планы. В такой обстановке авиационные части сохранили боеспособность и гарантировали надежную дальнейшую работу. Основная роль в предстоящем наступлении отводилась VIII-й армии, авиацию которой усилили 1-й БАГ, 12-м КАО и 1-м артиллерийским АО, вскоре, впрочем, отправленным в тыл на переформирование. Германское командование, хорошо осведомленное о положении дел в русских войсках, подготовило контрудар на участке ХI-й армии. После сильной артиллерийской подготовки 6 июля противник перешел в наступление, и русская деморализованная пехота стала панически отходить - начался Тарнопольский прорыв. В этих условиях авиаотряды, выдвинутые на отдельных участках фронта к передовой, оказались под угрозой захвата или окружения. Только благодаря личной инициативе командиров удалось спасти летчиков и самолеты. Так, 2-я БАГ, расположенная у деревень Гизилювка и Выселки, в ночь на 7 июля была приведена в полную готовность и с рассветом, когда артиллерийские снаряды стали залетать на аэродромы, перелетела в Тарнополь. К вечеру того дня семь авиаотрядов армии были сосредоточены в Тарнополе и еще четыре - в Микулинце. Скопление более 50 самолетов без укрытий и маскировки привлекло внимание противника. В тот же вечер более 12 германских аэропланов совершили налет на Тарнополь и сбросили до 30 бомб, упавших в окрестностях аэродрома. Для отражения налета поднялись 5-6 истребителей, которые рассеяли немецкую эскадрилью, при этом один неприятельский самолет был сбит и, объятый пламенем, упал в расположение русских войск. В условиях безудержного отхода наземных частей уже 8 июля авиаотряды из Тарнополя перелетели на аэродромы в районе Збаража. Авиачасти VII-й армии начали отступление 8 июля, и 13-го они были сосредоточены в районе Ярмолинцы. Сюда же перелетели оба отряда ЭВК, вскоре к ним присоединились 1-й артиллерийский и 12-й корпусной АО VI II-и армии. Дальнейшее отступление авиации ХI-й и VII-й армий происходило бессистемно и панически, с потерей ценного авиационного имущества и авариями самолетов. Так, было сожжено 18 совершенно новых самолетов, среди которых истребители "Ньюпор-24бис". Лишь с приближением к Волочиску паника улеглась, и дальнейший отход шел нормально. Более планомерно отступали авиачасти VIII-й армии из Станислава и Коломыи. Они потеряли только три неисправных самолета, которые пришлось сжечь. Командир авиадивизиона получил приказ свести все отряды в одну группу и отступать совместно. 11 июля почти все авиационные силы армии были сосредоточены в Снятыне, за исключением двух отрядов, присоединившихся к VII-й армии, и 5-го КАО, находившегося на левом фланге в Карпатах. В дальнейшем авиаотряды разделили на две группы: первая - в Хотине (5-й КАО и 1-я БАГ) и вторая - в Новоселице (3-й и 8-й армейские, 2-й Сибирский, 16-й корпусной и 8-й истребительный отряды). Несмотря на тяжелые условия отступления авиаторы не прекращали повседневной работы и выполняли все распоряжения командования. Ежедневно велась разведка - летчики своевременно сообщали о силах противника, направлении наступления и подходе неприятельских подкреплений. Так, вечером 7 июля авиаторами Х1-й армии были обнаружены в районе Бялковце-Осташовце-Езерна две германские дивизии (как потом оказалось, 1-я и 2-я прусские гвардейские). В условиях отступления другие виды боевой деятельности авиаотрядов были бессистемными и носили преимущественно индивидуальный характер. В значительной мере затруднила работу дождливая и ветреная погода. И все же по мере своих возможностей летчики корректировали артогонь, проводили бомбардировки, вступали в воздушные бои. Например, 10 июля штабс-капитан Мордах из 3-го армейского авиаотряда на истребителе "Спад-7" (№ 149) во время патрулирования участка фронта Станислав-Коломыя-Снятын атаковал австрийский "Бранденбург". После короткого боя неприятельский самолет получил значительные повреждения и опустился в двух верстах юго-восточнее Тысменицы. Наблюдатель был убит, а раненому летчику удалось скрыться в ближайшем лесу. В целом за два месяца авиаотряды Юго-Западного фронта совершили 3983 полета общей продолжительностью 5928 ч. Русские летчики провели около 200 воздушных боев, в которых сбили 23 самолета. Авиация противника до 18 июня проявляла слабую активность. Исключение составлял Галицийский участок, где неприятель совершал по 30-35 полетов в день. Почти ежедневно его самолеты появлялись над Сарнами и Ровно - очевидно, германское командование считало это направление наиболее опасным в случае русского наступления. Когда оно началось, неприятельская авиация заметно активизировалась, особенно на левом фланге ХI-й и правом фланге VII-й армий. Во время Тарнопольского прорыва немецкие и австрийские авиаторы еще более усилили свою деятельность. В первой декаде июля они подвергли интенсивной бомбардировке Езерну, Божиков, Мужилов, Тарнополь, Луцк, атаковали отступающие части и обозы русских войск. Во второй декаде низкая облачность и дожди заметно снизили активность авиации противника по всему фронту. Оживление наступило 19-21 июля на Галицийском участке, где ежедневно задействовалось более 25 самолетов. В конце июля вражеские летчики интенсивно работали уже на всех участках Юго-Западного фронта - ежедневно в воздух поднималось до 80 самолетов. Всего за июль было зарегистрировано 2735 полетов неприятельских самолетов. В воздушных боях было сбито 4 русских аэроплана и сожжено в воздухе 9 привязных аэростатов. В 20-х числах июля русские войска закрепились на новых рубежах, и на ЮгоЗападном наступило затишье. К этому времени авиачасти фронта находились в плачевном состоянии. Тем не менее авиаторы продолжали выполнять свой долг и, увы, нести потери. Так, 19 августа летчик 2-го истребительного АО подпоручик Чудновский во время боя наддеревней Паниковце в р-не Брод с двумя австрийскими самолетами столкнулся с одним из них. У неприятельского аппарата отлетели пропеллер и крыло, и он рухнул камнем, а машина Чудновского опускалась медленно и повисла на деревьях. Оба самолета упали за линией неприятельских окопов. Согласно данным австрийского военного архива, в этот день военный летчик фельдфебель Рудольф Лонстак из 14-й авиароты вылетел на истребителе "Альбатрос D.II" (№53.07) и "...столкнулся во время воздушного боя с неприятельским истребителем "Ньюпор". Оба пилота при падении погибли". 27 августа летчик подпрапорщик Крючков и наблюдатель поручик Беляев из 2-го Сибирского АО на самолете "Анатра-Д" вели разведку района Турильче (к северозападу от Каменец-Подольска). На высоте 1800 м они попали под сильный артиллерийский обстрел. Беляев был убит, а Крючков тяжело ранен в голову. Он все же сумел спланировать в расположение своих войск и уже после посадки потерял сознание. В приказе №894 от 13.09.1917 начальник штаба Верховного Главнокомандующего так оценил действия русской авиации: "Подводя итоги работы нашей славной авиации,... отмечаю исключительно доблестное и самоотверженное отношение к делу всего личного состава боевых авиационных частей, которым пришлось действовать в особо тяжелых условиях. Во время июньских операций... наша авиация нанесла противнику втрое больший урон, достигая во многих местах превосходства в воздухе и приковывая к нашему фронту значительные его воздушные силы". Авиация Западного фронта в летней операции По плану Ставки Верховного Главнокомандующего Западному фронту в летней кампании отводилась второстепенная роль. Его усиленной Х-й армии предстояло наносить отвлекающий удар в направлении Молодечно-Виленск. Наступление намечалось на 15 июня, но этот срок переносился дважды из-за отказа солдат идти в атаку. Авиационные средства Х-й армии состояли из 11 отрядов: три - истребительных, сведенных в 3-ю БАГ, шесть - корпусных, один - армейский и один -артиллерийский. В общей сложности-61 самолет, 59 летчиков и 36 наблюдателей. Большинство авиачастей находилось в более-менее удовлетворительном состоянии. Однако в 10-м армейском авиаотряде не хватало летчиков и самолетов, и он принял участие только в конце операции. 7-й Сибирский КАО почти все время пребывал на стадии формирования, и его участие ограничилось лишь несколькими боевыми вылетами. В подготовительный период отряды успешно вели систематическую разведку. Так, летчиками была зафиксирована усилившаяся активность противника на железных дорогах, подход больших пехотных колонн и т.д. Позиции фотографировались два раза в месяц, а участки предполагаемой атаки - еженедельно с высот 1500-2500 м. Дальняя разведка производилась периодически на отдельных направлениях из-за недостатка соответствующих самолетов. К началу операции штаб армии располагал фотопланшетами первой и второй линий окопов и наиболее важных тыловых пунктов неприятеля (станции Солы, Вильно и Войляны). Корректирование стрельбы было возложено на артиллерийские отделения авиаотрядов, приданных к ударным корпусам. .К началу операции при участии экипажей 1-го Сибирского, Гренадерского и 34-го корпусного авиаотрядов была закончена пристрелка всех обнаруженных целей. Авиаторы бомбили продовольственные и артиллерийские склады противника. Так, 3 июня зажигательные бомбы были сброшены на склады у деревни Базар, что вызвало большой пожар. В тот же день летчики Гренадерского авиаотряда бомбили объекты севернее местечка Крево. Работа пилотов 3-й БАГ заключалась главным образом в патрулировании надлинией фронта и охране самолетовразведчиков. Всего за подготовительный период авиаотряды Х-й армии совершили 535 боевых вылетов, потеряли 13 летчиков и наблюдателей. Противник лишился одного самолета, сбитого зенитной артиллерией, и одного привязного аэростата, который сжег тремя ракетами Ле-Приера летчик Гренадерского АО Владимир Каминский. Наступление началось только 7-го июля. Русские войска, имевшие значительный численный перевес, быстро достигли успеха, однако из-за нежелания солдат воевать столь же быстро откатились назад. Авиация в этих условиях не оказала какого-либо влияния на развитие событий, а наиболее заметным явлением стал налет 19 июля двадцати четырех "Вуазенов" и "Фарманов" нескольких авиаотрядов Х-й армии на железнодорожную станцию Войгяны. В 4 ч 30 мин самолеты собрались над деревней Малиновщизна, разделились на две группы (по типам) и направились одна за другой в тыл противника. Над передовой к ним присоединились 11 истребителей, которые летели на 500 м выше строя бомбардировщиков. При подходе к цели было встречено два неприятельских самолета, один из которых немедленно ушел на свой аэродром у станции Войгяны, а другой был сбит пилотами 18-го КАО прапорщиками Андерсом и Филиным. Несмотря на сильный зенитный огонь, русские летчики сбросили на станцию 60 бомб общей массой более 500 кг и благополучно вернулись на свои аэродромы. Бомбардировка вызвала в районе станции Войгяны многочисленные пожары. Всего до 1 августа авиаотряды Х-й армии совершили 916 боевых вылетов. Авиация Румынского фронта в летней операции Румынскому фронту, как и Западному, отводилась вспомогательная роль. Он располагал двенадцатью русскими авиаотрядами и двумя франко-румынскими эскадрильями. Непосредственно в операции задействовались авиационные силы только IV-й и VI-и армий. За две недели до наступления 27-й корпусной, 4-й артиллерийский и 4-й истребительный отряды IV-го авиадивизиона были сведены в одну группу и усилены двумя самолетами из управления дивизиона. Эта группа была придана 8-му армейскому корпусу, которому отводилась важная роль в наступлении. В ту же группу планировали включить франко-румынскую эскадрилью. Однако эта часть действовала на участке 8-го корпуса самостоятельно, и управление ею приносило проблемы русскому командованию. Для усиления авиасредств на активном участке VI-й армии была создана ударная группа, в которую вошли 36-й корпусной, 10-й истребительный АО, четыре самолета из других русских авиаотрядов и франко-румынская эскадрилья. В подготовительный период летчики активно вели корректировку стрельбы батарей и разведку. В IV-й армии к обслуживанию артиллерии были привлечены все отряды, кроме истребительного, а во время наступления еще и франкорумынская эскадрилья. Для корректировки артогня в корпусных авиаотрядах VI-й армии имелось по два и более самолетов, оснащенных радиостанциями. Выполняя разведку, авиаторы обнаружили работы по укреплению тыловых позиций противника в направлениях Быстрицы и Кедзи-Варгель, скопление обозов у Ойтоз в долине реки Ус и неприятельские суда в порту Браилов. Позиции противника фотографировались, как правило, с высоты 1800-2000 м. 17 июня во время одного из таких вылетов экипаж из 30-го КАО на "Спаде" фотографировал с высоты 2600 м артиллерийские позиции в районе Якобени и был атакован самолетом противника. После короткой перестрелки неприятель с большим пикированием вышел из боя, но русский аэроплан тут же подвергся атаке другого самолета, в результате которой получил повреждения мотора и управления. Летчик прапорщик Недзевецкий смог совершить вынужденную посадку на своей территории недалеко от передовой, однако на пробеге самолет скапотировал. Наблюдатель подпоручик Стругальский был ранен и получил "контузию тела". Ситуацию осложнил начавшийся артобстрел, но с помощью пехотинцев раненого летнаба все же удалось вынести в безопасное место. Из-за все тех же проблем, связанных с общим разложением армии, войска Румынского фронта начали наступать только 7 июля. Наибольших успехов достигла IV-я армия, и ее авиация приняла деятельное участие в наступлении. 4-й армейский АО обеспечивал связь по радио и вымпелами между командованием и пехотными частями. Однако последние оказались плохо подготовленными к этому, так, 14 дивизия вообще не располагала сигнальными полотнищами, имели место случаи, когда войска яростно обстреливали свои самолеты при их снижении. С 6 по 12 июля русские летчики неоднократно вылетали для атак неприятельских объектов. Так, 6 июля более 210 кг бомб было сброшено на Бельбор и на станцию Троян. 10 июля состоялся большой налет на Роману, в ходе которого авиаторы израсходовали 120 бомб. В предпоследний день наступления 11 июля около 200 бомб было сброшено в районе деревень Домница и Раковица. Весь период наступления русские истребители несли постоянное дежурство на ответственных участках фронта, однако из-за малочисленности с трудом могли противостоять неприятельской авиации, которая проявляла большую активность. При сопровождении разведчиков и корректировщиков многим истребителям не хватало боевого опыта и, ввязавшись в бой, они часто бросали охраняемый самолет, что вело к потерям. Воздушные бои происходили почти ежедневно, большинство из них носило индивидуальный характер, хотя происходили и групповые схватки с участием двух-трех пар. Всего за этот период было сбито 20 самолетов, из них 8 - летчиками франко-румынских эскадрилий. Быстро оправившись от удара, австрогерманские войска 25 июля перешли в наступление в направлении Фокшаны-Окна. Эта внезапная активизация стала неожиданностью для русского командования, хотя еще 20 июля воздушная разведка доставила сведения о подготовке наступления. Управление авиацией было частично нарушено, однако летчики проявили энергичную деятельность по всему фронту, в том числе во время контратак они поддерживали пулеметным огнем пехоту, снижаясь над полем боя до 500-300 м. 28 июля был произведен групповой налет на Радауц - восемь самолетов сбросили на скопления неприятельских войск 260 кг бомб. За восемьдней противнику удалось лишь незначительно потеснить русские войска, и 30 июля фронт стабилизировался. К этому времени истребители сбили в воздушных боях 5 самолетов. 27 августа IV-й армией было предпринято еще одно наступление в направлении Окна, но оно не дало нужного эффекта. В этот период удачно проявила себя авиация IV-го дивизиона. Когда пехота пошла в наступление, 11 самолетов атаковали ближайший тыл противника, используя свои пулеметы и сбросив 110 бомб. Взятые пленные показали, что воздушные атаки привели к значительным потерям и оказали сильный деморализующий эффект. Производились и удачные групповые бомбардировки. Так, во время ночного налета на станцию Фокшаны было сброшено около 1000 кг бомб. Поданным разведки, в пределах Румынского фронта находилось до 20 австрийских авиарот. Количественно и качественно противник превосходил русскую авиацию. Особенно интенсивно австрийские летчики работали во время наступления своих войск. 8 районах Фокшаны, Текучио, реки Серет и др. отмечались полеты 5-6 самолетов ежедневно на высотах 3500-4000 м. Дальние разведчики неприятеля достигали района Ясс. 18 и 23 июля противник бомбил объекты в Кемпуриле, а 24 июля во время отхода русских артиллеристов из р-на Чиуслей на бреющем полете расстреливал их позиции. 25 июля 8 самолетов совершили налет на станцию Аджуд, где взорвали русский поезд с боеприпасами. Излюбленной целью неприятельских истребителей были привязные аэростаты: с 10 июня по 18 июля они уничтожили 9 баллонов из 11 потерянных русскими за тот период.

За время летних операций на Румынском фронте русскими авиаотрядами было совершено 2000 боевых вылетов общей продолжительностью 3800 ч. С 1 июня по 1 октября потери были незначительными: летчик-ас Григорий Сук из 9-го истребительного АО разбился на своем аэродроме, 4 человека получили ранения в воздушных боях, по различным причинам были разбиты 3 самолета. За это же время противник потерял в воздушных боях и в результате вынужденных посадок на русской территории 29 самолетов, из них 20 - от действий авиаторов, 4 - от огня зенитной артиллерии, 2 - от пулеметного обстрела и 3 - по другим причинам. Авиация Северного фронта во время боев за Ригу Рижская наступательная операция планировалась германским командованием еще в 1915-16 гг., так как на этом участке фронта имелась возможность создать угрозу Петрограду. Однако осуществить ее удалось лишь в августе 1917 г. На Северном фронте это направление защищала ХII-я русская армия. Ее авиационные средства были незначительны и состояли из 10-го, 23-го и 33-го корпусных, 12-го армейского, 1 -го и 12-го истребительных АО. Почти все авиаотряды армии располагались в Риге и ее окрестностях. Воздушная разведка, произведенная экипажами 10-го и 33-го отрядов, показала значительное сосредоточение войск противника в районе станции Икскюль - летчики обнаружили новые артиллерийские позиции, повышенную интенсивность движения на железных и шоссейных дорогах. Налицо были все признаки подготовки наступления 8-й германской армии, однако русское командование не воспользовалось в полной мере полученными данными для его отражения. Утром 19 августа немцы пошли в атаку. Русские войска хоть и оказали упорное сопротивление, однако 21 августа вынуждены были оставить Ригу. Ввиду поспешного отступления авиаотряды ХII-й армии не приняли активного участия в боевыхдействиях. Неисправные самолеты и большую часть авиаимущества пришлось бросить или сжечь. Зато почти все исправные машины удалось перегнать в тыл, на аэродромы в районе станций Венден и фрейденберг. При этом 6 аппаратов получили повреждения при посадках на незнакомые площадки, после чего были сданы в ремонт. На пороге гражданской войны Осенью 1917 г. боевая активность русских армий сошла на нет. С фронта хлынули толпы дезертиров, и командование оказалось не в силах этому помешать. В этих условиях военно-воздушный флот не прекращал своей боевой деятельности, однако интенсивность полетов значительно снизилась из-за резкого ухудшения в снабжении горючим, боеприпасами и новыми самолетами. Положение еще более осложнилось после октябрьского переворота. Участились самосуды над офицерами, воровство и поджоги авиационного имущества. Революционные комитеты, созданные из солдат аэродромного обслуживания, всю войну просидевших в тылу, устанавливали новые порядки. Были отменены офицерские звания и награды, командование авиачастями перешло в руки комиссаров. Последние боевые вылеты состоялись в начале ноября. Вскоре ревкомы армий их запретили - разрешалось лишь изредка совершать тренировочные полеты в районе аэродрома. 20 декабря новый Верховный Главнокомандующий прапорщик Крыленко с бандой пьяных петроградских солдат занял Ставку. Заключительное обращение генерала Вячеслава Ткачева к своим войскам стало реквиемом русскому Военно-воздушному флоту: "Захват Ставки большевиками ставит меня в безвыходное положение... Считаю своим последним нравственным долгом перед Родиной в ее тяжелые дни испытаний бороться всеми силами и средствами с преступниками народа и государства- большевиками. В дни наступившей разрухи и смертельной опасности для нашей многострадальной Родины верю, что наши доблестные летчики до конца исполнят свой долг и останутся на своем тяжелом, но славном посту, вплетая новые лавры в венец славы нашей родной авиации...
(09-11-2005 22:37:03)


1403
Николай:
Почему мы так говорим (а бывает и орём)...
Русский военный жаргон XVIII—XX вв.
Русский военный жаргон является наиболее труднодоступной и до недавнего времени неофициально запрещенной сферой отечественного языкознания, особенно в тех ее частях, которые соприкасаются с жаргонами ГРУ, КГБ и других секретных организаций СССР. Этим, в частности, объясняется малоисследованность русского военного жаргона, в отличие, например, от английского. Второй основной причиной его неисследованности выступает трудность сбора жаргонизмов, малодоступность для постороннего исследователя военного социума, невозможность санкционированного анкетирования, опроса и микрофонной записи современной живой разговорной речи носителей военного жаргона. Все это свидетельствует об актуальности его изучения.
Целью данной статьи является краткое описание социально-темпоральной дифференциации военных жаргонизмов по войнам, имевшим место за три последних столетия. Материалом исследования послужили около 5 тыс. жаргонизмов, выбранных автором из более чем 600 произведений литературы: военных романов, мемуаров и дневников, газетных и журнальных статей, справочников и словарей, а также собранных автором с помощью несанкционированного анкетирования и опроса военнослужащих, чтения "дембельских" альбомов и других полевых источников (для экономии места в статье не приводится список источников, из которых взяты иллюстративные примеры).
Социально-темпоральные характеристики устанавливаются на основе анализа соответствующих данных, содержащихся в источниках информации, с учетом понятийного содержания жаргонизма и сферы его функционирования, раскрытых либо автором произведения, либо носителем жаргона, либо автором данной статьи с помощью языковой догадки.
Достаточно четко и достоверно русские военные жаргонизмы соотносятся с войнами или длительными военными конфликтами, в которых вооруженные силы (ВС) России и СССР принимали участие за последние три века. Проследим это на примерах.
Военный жаргон XVIII в.
1. Период, охватывающий русско-турецкие войны (1686—1713) и Северную войну (1700—21), можно считать началом формирования русского военного жаргона: "дать карачун" (убить), "дура" (пушка), "желтопузик" (червонец), "мяч" (ядро), "пукать" (стрелять), "разгрызть орех" (взять крепость Шлиссельбург).
2. В период, охватывающий войны за Польское наследство (1733—35) и за Австрийское наследство (1740—48), русско-турецкую войну (1735—39), в обиходе офицеров-кирасиров появились жаргонизмы: "голубь" (двуглавый орел на парадной каске), "голубок" (двуглавый орел в навершии штандартов).
3. В период русско-шведской войны (1741—43), Семилетней (1756—63) и русскотурецкой (1768—74) войн кроме названных жаргонизмов употреблялись также: "баляндрас" (украшение на мундире офицера), "булдыхан" (богдыхан), "гарнизонная крыса" (штабной или нестроевой офицер или солдат), "караульня" (караульное помещение), "летучая армия" (авангардные части).
4. В период русско-турецкой (1781—91) и русско-шведской (1788—90) войн военный жаргон обогатился такими элементами, как:
"бусурман" (солдат нерегулярных турецких войск), "ветр" (солдатский ранец), "гатчинский капрал" (А.А.Аракчеев), "кавалерия" (награда, орден, медаль), "обмишулиться" (промахнуться), "отломать" (пройти маршем).
Военный жаргон XIX в.
1. На рубеже XVIII—XIX вв. во время Итальянского и Швейцарского походов (1799), в период русско-иранской (1804—13), русскоавстро-французской (1805), русско-прусскофранцузской (1806—07), русско-турецкой (1806—12) и русской-шведской (1808—09) войн военный жаргон обогатился следующими элементами: "бурбон" (офицер, вышедший из нижних чинов), "отправлять на траву отдыхать" (отправлять офицера в отставку), "подшофе" (навеселе), "тринкать" (пить), "фрамбуаз" (под газом), "хофс-кригс-вурстшнапс-рат" (Придворный военный совет Австрии) .
2. В период Отечественной войны (1812) военный жаргон значительно расширился за счет таких жаргонизмов, как: "бантик" (награда), "Богратион" (П.И.Багратион), "Болтай да и Только" (М.Б.Барклай де Толли), "большие колпаки" (высшее начальство), "глаголить" (стрелять из пушки), "до дна" (до полного разгрома), "зеленый ящик" (ящик с порохом или снарядами), "кутейник" (лицо духовного звания), "Матвеевна" (пушка), "мячик" (ядро), "понтировка" (бахвальство), "Сила Андреич" (А.А.Аракчеев), "фанаберия" (джентльменские принципы), "французская лепешка' (ядро).
3. В период между Отечественной войной 1812 г. и Крымской войной (1853—56), охватывающий Кавказскую (1817—64) и русскоиранскую (1825—28) войны, появились такие жаргонизмы, как: "вареный рак" (солдат Лейб-гвардии Кирасирского Ее Величества полка), "мельник" (солдат Лейб-гвардии Преображенского полка), "на пенсион" (ранение, умышленно полученное от противника для обоснования выхода в отставку).
4. В период Крымской и русско-турецкой (1877—78) войн, включая Бухарскую и Кокандскую кампании, русский военный и военноморской жаргон обогатился следующими жаргонизмами: "баранья война" (туркестанский поход), "белый генерал" (М.Д.Скобелев), "бульвар" (местность вокруг турецкой крепости Каре), "вольный" (штатский на корабле;
штатский корреспондент на фронте), "выход на бульвар" (выход кавалерии к крепости Каре для отражения вылазок осажденных турок), "дентист" (офицер-мордобоец), "еврей Востока" (китаец), "корпусная крыса" ("сухопутный" морской начальник), "курилка" (малорослый солдат), "лисель" (сорочка как неуставная форма одежды матроса), "мертвый дом" (плавучая тюрьма), "накласть в кису" (избить), "победитель халатников" (М.Д.Скобелев), "преисподняя" (кочегарка на корабле), "толчок природе" (выпивон), "травить" (блевать), "смазывать" (бить по лицу), "фендрик" (гардемарин; кондуктор), "цугундер" (гауптвахта), "чистка зубов" (мордобой), "щелкун" (деревянная чурка для разглаживания ремней).
5. В конце XIX в., не отмеченного крупными войнами, появились жаргонизмы: "бюро похоронных процессий" (Кавалергардский полк), "клюква" (красный помпон на темляке из орденской ленты Креста Ордена Святой Анны 4-й степени, а также законцовка рукоядки сабли красного цвета с вензелем А), "ходить ящиком" (передвигаться колонной поротно).
Военный жаргон XX в.
1. Русско-японская война вызвала к жизни большое количество новых жаргонизмов:
"Бездарный комедиант" (адмирал З.П.Рожественский), "брандвахта' (крейсер “Дмитрий Донской”), "гастролер" (военный корреспондент), "граф Полу-сахалинский" (С.Ю.Витте), "Его Квантунское Величество" (адмирал Е.И.Алексеев), "карамора" (японский адмирал Камимура), "колбаса" (дирижабль наблюдения), "Кур" (А.Н.Куропаткин), "кухня" (брандскугель), "Лакированный егоза" (капитан 1-го ранга Н.В.Юнг), "макака' (японский солдат), "надежная гувернантка" (офицер Генерального штаба, прикомандированный к начальнику походной колонны, шедшей к Далинскому перевалу), "патончик" (приближенный ко двору), "почетный склад генералов" (Военный совет), "Рваная ноздря" (капитан 1-го ранга Б.А.Фитингоф), "Семь пудов августейшего мяса" (Великий князь В.А.Романов), "Филька" (контр-адмирал фон Фелькерзам), "ходячий пузырь" (капитан 2-го ранга В.И.Семенов).
2. В период между русско-японской и первой мировой (1MB) войнами в военном обиходе появились следующие жаргонизмы: "воскресший покойник" (офицер, прибывший с Дальнего Востока на предвоенное место службы), "гвоздь" (звезда на погонах), "дух" (кочегар на корабле), "маньчжурец" (участник русскояпонской войны), "Сахалин" (крепость Кронштадт на о.Котлин), "стенолаз" (смесь виски, пива, перца, горчицы и соли). События, связанные с восстанием на броненосце “Князь Потемкин Таврический” (1905—07), и дальнейшее революционизирование матросов отразились в таких жаргонизмах, как: "Централка" (Центральный флотский комитет), "четыреххвостка" (всеобщее, равное и прямое избирательное право при тайном голосовании).
3. В период 1MB (1914—18) была создана масса новых жаргонизмов: "зашибить дрозда" (напиться до потери сознания), "квакать" (стрелять из бомбомета), "лисья нора" (стрелковая ячейка), "мортирка" (полевая кухня), "облом" (плохо подготовленный солдат), "серый" (солдат), "сосиска" (короткая цепочка, обшитая кожей, дергая за которую, производили выстрел из пушки), "спотыкач" (низкое проволочное противопехотное препятствие), "таубе" (немецкий самолет), "чемодан" (артснаряд крупного калибра), "черные гусары" (немецкая кавалерия).
4. Жаргон 1MB естественным образом перешел, расширившись понятийно и количественно, в жаргон гражданской войны и интервенции в России (1918—20), поделившись на жаргоны "красных" и "белых". Ср., например, а) жаргон "красных": "белогорлик" (офицер), "белокопытный" (белогвардеец), "беломордый" (белогвардеец), "вышибить пистонку" (совершить половой акт), "дзыга" (артснаряд), "зафаловать" (склонить к половому акту), "леща плеснуть" (ударить с оттяжкой по ягодицам), "мармуленочка" (проститутка), "плевалка" (пушка), "разговоры" (застежки на кавалерийской шинели), "съездить в Ригу" (поблевать), "фонарик" (граната Новицкого), "черепаха" (бронепоезд), "чеканка" (проститутка) , "швейная машина" (пулемет); б) жаргон "белых": "броневой пояс" (условности и традиции офицеров флота), "отправить в штаб Духонина" (расстрелять), "странствующие музыканты" (Добровольческая армия ген. А.И.Деникина), "фендрик" (адъютант), "хабара" (доля добычи; награбленное; взятка).
5. Военные конфликты локального характера, имевшие место в период между 1MB и второй мировой (IIMB) войнами, отразились в соответствующих жаргонизмах:
а) Кронштадтский мятеж (1921): "заградиловка" (заградительные части), "Ночь великих исповеданий" (ночь с 16 на 17 марта 1921 г. перед штурмом крепости Кронштадт), "Помпея" (ванная комната в одной из дач, где располагался штаб М.Н.Тухачевского, руководившего подавлением мятежа), "курич" (красноармеец-пскович), "куропатки" (войска, участвовавшие в мятеже), "утюг" (конструкция треугольной формы из бревен и досок с наложенными на них камнями, использовавшаяся в качестве грейдера для расчистки дороги на льду Финского залива, по которой затем тащили пушки для обстрела мятежников);
б) подавление контрреволюционных выступлений в Сибири, Забайкалье, Монголии и на Дальнем Востоке (ДВ) отрядов атамана Б.В.Анненкова, генерал-лейтенанта Г.М.Семенова и Р.Ф.Унгерна фон Штернберга (1920—21), борьба с белоэмигрантскими выступлениями из Харбина и Маньчжурии (1921—29): "Ванька-Каин" (И.А.Михайлов, руководитель монархической организации “Смерть за Родину”), "ломайла" (не подчиняться), "отправить в республику Иртыш" (убить, расстрелять), "семенизация" (реквизиция, экспроприация, грабеж), "серый" (эсер), "черные гусары" (анненковцы), "читинский каторжник" (Г.М.Семенов);
в) советско-китайский конфликт на КВЖД (1929): "карапчи" (воровать), "ламонза" (русский), "мадама" (женщина), "редиска" (русский эмигрант в Харбине — работник КВЖД, принявший советское гражданство), "тапицза" (русский), "фазан" (китаец), "ходун" (китаец), "цуба" (пошел вон), "шанго" (хорошо, ладно), "эмэска" (танк МС-1);
г) участие советских войск (в основном, летчиков) в Наньчанском восстании НРА Китая (1927), в военных действиях НРА против японских интервентов (1931—37) и в Национально-освободительной войне китайского народа (1937—45 — здесь, на ее первом этапе — 1937—39): "арочка" (бомбардировщик Ар-2), "морзянка" (радиосвязь кодом Морзе), "неделя трех “Л”" (ежегодное празднование в честь В.И.Ленина, Р-Люксембург, К-Либкнехта с 15 января — дня убийства двух последних — до 21 января — дня смерти первого, до захвата власти Чан Кайши), "тимбо!" (Тревога! Воздух!), "чифан" (еда; есть; банкет);
д) участие советских военнослужащих в гражданской войне в Испании (1936—39): "бетушка" (танк БТ-5), "большая деревня" (Москва), "ишачок" (истребитель И-16), "картофельный замедлитель" (самодельный минный взрыватель), "катя" или "катюша" (бомбардировщик СБ), "курносый" (истребитель И-
15), "москас" или "мушка" (истребитель И-
16), "наташа" (бомбардировщик СБ), "пескадилья" (воздушный бой-карусель), "Три-С" (самолет ССС, модификация многоцелевого самолета Р-5), "фиамбрес" (убитый; труп), "Чайка* (истребитель И-15), "чато" или "чатос" (истребитель И-15);
е) советско-японские конфликты в районах оз. Хасан (1938) и р. Халкин-Гол (1939):
"бис" (истребитель И-15 "бис"), "макароны да маха* (макароны по-флотски с мясом), "почтальон" (японский солдат, перешедший границу в районе высоты Безымянной с письмом советской стороне, в котором содержалось требование уйти с Маньчжурской территории), "сделать свечку" (резко набрать высоту и опуститься) , "флейта" (пусковая установка реактивного снаряда PC-82), "чайка" (истребитель-биплан И-153), "этажерка* (И-153);
ж) советско-финляндская война (1939— 40) и оборона ВМБ на п-ве Ханко (Гангут) (1940—декабрь 1941): "бульдог" (истребитель Бристоль “Бульдог” английского производства), "Ваня-Маня" (финский броненосец “Вейнемайнен”), "куковать" (вести снайперский огонь), "кукушка" (снайпер, расположенный на дереве), "плевательница" (круглая английская мина с ввинчивающимся в центре взрывателем), "пушка-прямушка" (45-мм противотанковая пушка), "финны-мины" (финские мины), "чаечник" (летчик, летающий на самолете-истребителе “Чайка”), "эмбээрушка" (гидросамолет МБР-2 — морской ближний разведчик), "эфка" (русская осколочная граната Ф-1).
6. Великая Отечественная война (ВОВ) (1941—45) вызвала к жизни огромное количество новых военных жаргонизмов: "ванюша" (реактивный снаряд М-31, запускавшийся с земли, немецкий шестиствольный миномет), "второй фронт" (американская тушенка в банках), "ганс" (немецкий солдат), "горбатый" (штурмовик ИЛ-2, одноместный вариант) , "карлуша" (немецкий солдат), "кукурузник" (самолет По-2), "люстра" (светящаяся авиабомба — САБ), "музыкант" (бомбардировщик Ю-87), "сабантуй" (бой), "скрипун", "ишак" (немецкий шестиствольный миномет), "славяне" (пехота), "солдатская женушка^' (винтовка), "сорок" (окурок, "чинарик", "бычок"), "черная смерть" (штурмовик ИЛ-2), "этажерка" (У-2), "яшка" (истребитель Як-1).
7. Жаргон ВОВ непосредственно продолжился и обогатился в период советско-японской войны (1945): "гетеошник" (солдат или офицер, прослуживший всю войну на ДВ), "звонарь" (солдат или офицер, прибывшие на ДВ с западного фронта), "кочколаз" (солдат или офицер, прослужившие всю ВОВ на ДВ), "куш-куш" (еда, есть), "николаевка" (казарма, построенная в 1903 г., в которой в 1943—45 размещался порт-артурский мотострелковый полк), "поводырь" (самолет ПО-2).
8. В период между ВОВ и афганской войной (1979—89) ВС СССР принимали участие в нескольких гражданских и национально-освободительных войнах, что нашло отражение в соответствующих жаргонизмах: гражданская война в Корее (1950—53) и война сопротивления вьетнамского народа (1959—75): "горбатый" (США однодвигательный турбореактивный истребитель-бомбардировщик F-86F/вceпогодный истребитель-перехватчик F-86G “Сейбр” фирмы “Норт америкэн”), "птицеферма" (авианосец), "регулировщик" (распорядитель концерта в труппе китайских артистов, которые выступали перед советскими летчиками, воевавшими в Северной Корее), "солдат неба" (истребитель МИГ-15), "сверхкрепость" (США четырехдвигательный поршневой бомбардировщик В-29 "Суперфортресс" фирмы “Боинг”), "худрук" (см. "регулировщик"); военный конфликт с Китаем на п-ове Даманском (1969): "раскладушка' (переносная Ленинская комната); присутствие советских военных советников в Анголе (1979): "Гуляй, Вася!" (виски “Джонни Уокер”).
9. Война в Афганистане резко активизировала жаргонное словотворчество: "бессрочный дембель" (смерть), "братская могила" (окоп), "веселый" (истребитель МИГ-21), "грач" (самолет СУ-25), "дух" (душман), "керосинка" (вертолет Ми-6), "кошкин дом" (женское общежитие) , "крокодил" (вертолет Ми-24), "летающий танк" (вертолет Ми-24), "лифчик" (самодельный брезентовый подсумок для магазинов и гранат), "охотничий набор" ("зубровка", "перцовка" и "зверобой"), "прийти домой по-темному" (в гробу, трупом), "пчелка' (вертолет Ми-8), "рафик" (афганский солдат), "Ромашка" (женское общежитие), "скальпель" (Ил-76, оборудованный в военный госпиталь), "смертничек" (патрон с личными данными военнослужащего, защиваемый в рукав куртки), "стрекоза" (военнотранспортный вертолет), "чекистка" (женщина—служащая СА, занимавшаяся проституцией за чеки), "чекушка" (магазин, где продают на чеки), "черный тюльпан" (самолет, перевозивший цинковые гробы с телами погибших) , "шпага" (отработанный спирт с самолетов).
10. С окончанием афганской войны военные конфликты не прекратились. В настоящее время в гражданских войнах в государствах Средней Азии и Закавказья принимают участие и ветераны Афгана — местные жители, и "дикие гуси" (наемники) из других стран. Их жаргон еще ждет своего собирателя и исследователя.
В заключение следует заметить, что в отдельных случаях можно с достоверностью до года, иногда — месяца или даже дня установить время вхождения или период функционирования некоторых военных жаргонизмов. Ср., например, из вышеприведенных: (а) жаргонизмы, бытовавшие только в период конкретных войн: "разгрызть орех" (Северная война), "халатник" (Русско-турецкая война 1877—78), "брандвахта" (Цусима), "чемодан" (1MB), "разговоры" (гражданская война), "моска", "чато" (гражданская война в Испании), "второй фронт", "скрипун" (ВОВ), "скальпель", "чекистка" (афганская война); (б) жаргонизмы, чье функционирование в военном обиходе ограничено несколькими днями: "Помпея", "утюг" (Кронштадтский мятеж: 28.02—18.03.1921).
Уточнение времени существования каждого жаргонизма, а также его дальнейшую судьбу (например, переход в другие жаргоны или в литературный стандарт) — это задача отдельного специального исследования. В следующей статье будут рассмотрены военнопрофессиональные (соотнесенность жаргонизмов с видами, родами и службами ВС, воинскими частями и учреждениями, включая ГРУ и КГБ) и военно-корпоративные (жаргоны солдат, матросов, офицеров, кадетов, юнкеров, курсантов и слушателей военных школ. училищ, академий, включая академию ГШ). (01-11-2005 15:22:16)

 
 
Николай: Еще одна страница истории авиации...

Российская армейская авиация в I мировой войне


Действия русской авиации на фронтах 1 мировой войны - тема крайне мало изученная. Можно утверждать, что в опубликованных работах нашли достойное отражение лишь боевая работа Эскадры воздушных кораблей "Илья Муромец" и некоторых наиболее известных авиаторов.


Вместо предисловия

О становлении и развитии авиации в России до 1914 г. написано немало, поэтому обратимся лишь к нескольким эпизодам, связанным с обретением опыта использования аэропланов в военных целях. Осенью 1911 г. в маневрах Варшавского военного округа приняли участие пять самолетов "Фарман", пять "Блерио" и дирижабль. Авиаотряды располагались в непосредственной близости от штабов корпусов и вели по их заданию разведку тыла "противника". Летчики с высоты 600 м (такая высота признавалась безопасной от ружейного и пулеметного огня) точно определяли места дислокации и количество войск. Лейтенант Дыбовский и подпоручик Гельгар произвели аэрофотосъемку, результаты которой были признаны весьма положительными. Кроме разведки, авиаторы осуществляли связь между штабами и крупными соединениями войск, главным образом, кавалерии, действовавшей в отрыве от главных сил. Эти маневры подтвердили способность авиации выполнять боевые задачи. На эффективность нового рода войск указал начальник Генерального штаба в специальной докладной записке "Об участии авиационных отрядов Отдела Воздушного флота в маневрах войск Варшавского военного округа". В частности, он подчеркнул, что "... именно благодаря хорошо организованной воздушной разведке командование "южной группы войск" получило достоверные сведения о расположении войск "противника".

Первый боевой опыт русская авиация получила в 1912 г. во время Балканской войны. Направленный в Болгарию авиаотряд был сформирован из гражданских летчиков-добровольцев (Агафонов, Евсюков, Колчин и др.), т. к. военный министр запретил участвовать в боевых действиях военным пилотам. Авиаотряд успешно действовал во время осады турецкой крепости Андриаполь и во время боев на Чаталджинской позиции. Русские летчики вели разведку, сбрасывали листовки, обеспечивали связь. Тогда же было проведено опытное применение небольших, массой около 10 кг, бомб, что вызывало очаги пожаров в крепости. Использование противником ружейного и артиллерийского огня против самолетов заставляло выполнять полеты на высоте 1000 м и более. Полученный боевой опыт был внимательно изучен командованием русской армии, и авиацию стали готовить к войне.

Кампания 1914 года

Накануне войны Россия располагала самым многочисленным воздушным флотом среди воюющих держав: 244 самолета в составе 39 авиаотрядов. Однакоздесь один из законов диалектики дал трещину: количественное преимущество не переросло в качественное, материальнаячасть была сильно изношена, отряды выступили на фронт с аэропланами и двигателями, бывшими в эксплуатации уже два года. Транспортные средства (обозы) оказались совершенно не приспособлены для перевозки авиационного имущества, а грузовых автомобилей не хватало, что отрицательно сказалось в первые месяцы маневренной войны.

Кампания 1914 г. открылась на русском театре военных действий Восточно-Прусской операцией. Здесь представляет интерес рассмотреть работу авиации 2-й армии генерала Самсонова. В состав армии входили пять корпусных авиаотрядов, из которых 1-й, 13-й, 15-й и 23-й были распределены по армейским корпусам, а 21-й обслуживал штаб армии. Боевую работу авиаторы начали уже в период развертывания войск, и с 1 августа их донесения стали использоваться штабом армии при составлении "Сводок сведений о противнике". Особенно успешно действовал 1 -и авиаотряд, который обследовал район Млава-Зольдау-Лаутенберг. Во время наступления летчики ежедневно вели разведку, вскрывая пути отхода и места сосредоточения войск противника. Так, 9 и 10 августа удалось обнаружить движение на железных и шоссейных дорогах, большие скопления войск противника на левом фланге 2-й армии в районах Доич-Эйлау, Гильденбург и Алленштейн. Однако эти очень своевременные сведения воздушной разведки были поставлены под сомнение командованием, за что вскоре пришлось поплатиться поспешным отступлением. Всего за август авиаотряды 2-й армии совершили более 80 боевых вылетов. С самого начала войны русские летчики применяли аэрофотосъемку как эффективный способ воздушной разведки. Так, например, в донесении начальника Осовецкого крепостного авиаотряда от 18 сентября сообщается, что "...рядовой Алексей Литвин-Литвиненко, несмотря на попадание в аэроплан 16 пуль, продолжил фотографирование и этим способствовал выяснению обстановки на фронте Иоганисбург-Бяла-Щучин". Аэрофотосъемка неприятельских позиций для контроля и повышения эффективности артиллерийского огня применялась во время осады крепости Перемышль осенью 1914 г. Об этом докладывал заведующий организацией авиационного дела в армиях Юго-западного фронта Великий князь Александр Михайлович в своем донесении Верховному Главнокомандующему от 28.11.14: "... определенные специальными фотографическими снимками снежного покрова места попадания наших снарядов... выяснили некоторые дефекты в определении целей и расстояний".

В осаде Перемышля задействовались объединенные в группу 24-й корпусной и Брест-Литовский авиаотряды во главе с одним из опытнейших военных летчиков поручиком Е.Рудневым. В задачу группы, кроме разведки, входила и бомбардировка крепости. За время осады было сброшено около 50 различных бомб массой от 6 фунтов до 2 пудов 30 фунтов (2,7-46,4 кг). "Особенно энергичная деятельность была развита 18-го ноября... За этот день было совершено 13 полетов, сделано 14 фотоснимков крепости и ее фортов, сброшено 27 бомб общим весом взрывчатки 21 пуд 20 фунтов (353 кг). Бомбы были сброшены с высоты 1700-2200 м..., причем по результатам взрывов во многих местах начались пожары. Все летавшие были отстреляны шрапнелью противника..." С помощью воздушной разведки русское командование следило за всеми действиями осажденного гарнизона, который сдался 5 марта 1915 г.

Примером успешного применения авиации может служить работа авиаотрядов 3-й и 8-й армий Юго-западного фронта в Галицийской операции. Ограниченный радиус действия самолетов вынуждал использовать авиацию в основном для решения тактических задач. Однако правильная организация работы авиаотрядов давала материалы и оперативных масштабов: штабы армий обменивались данными воздушной разведки и регулярно информировали штаб фронта о всех важнейших сведениях, собранных летчиками. Когда началось наступление 8-й армии, авиаторы привозили из разведвылетов важные сведения о группировках противника и путях его отхода. Эти данные были подтверждены дальнейшим ходом событий - войска 8-й армии продвигались вперед, не встречая серьезного сопротивления. Не менее успешно действовали авиаотряды 3-й армии, наступавшей на Львов. За период Галицийской битвы с 6 августа по 13 сентября 9-й и 11-й корпусные авиаотряды (КАО) 3-й армии совершили свыше 70 боевых вылетов, а четыре отряда 8-й армии (7-й, 8-й и 12-й корпусные, 3-й полевой) - свыше 100. В этот период хуже обстояли дела у летчики 4-й и 5-й армий. Полетов было мало, а плохая организация воздушной разведки привела к неприятным неожиданностям во время боевых действий.

В целом в кампании 1914 г. наиболее высокий уровень работы авиации оказался на Юго-западном фронте. Здесь авиаторы успешно справлялись с поставлеными перед ними задачами, и их деятельность часто получала высокую оценку наземного командования. Об этом свидетельствует приказ Главнокомандующего фронтом генерала Н. И. Иванова от 11.01.1915: "Летчики-офицеры и нижние чины, не считаясь с трудностями обстановки, не взирая ни на какую погоду, с честью выполнили свой долг и своими мужественными разведками приносили надлежащую пользу своим корпусам и армиям".

Иначе обстояли дела на Северо-Западном фронте. В сентябре здесь решением главкома авиаотряды были изъяты из состава корпусов и сведены в авиационные группы, подчиненные начальникам штабов армий. Однако эта реорганизация оказалась малоэффективной, так как не были созданы органы управления авиагруппами, а ограниченный радиус действия самолетов затруднял их применение в интересах армейского командования. К тому же такая структура не учитывала сложные географические (болотистая и лесная местность) и погодные условия, существовавшие на северозападе. Собранные на одном аэродроме самолеты каждой группы при плохих метеоусловиях были обречены на бездействие, тогда как в случае рассредоточения по площадкам авиаотрядов имелись бы шансы использовать кратковременные местные улучшения погоды.

Исследование динамики убыли и поступления самолетов в целом по Русской армии показывает, что потери аэропланов были значительными и составляли не менее 45,8% за 2 месяца. Большая часть (иногда 90%) этой убыли была вызвана выходом из строя изношенных аэропланов и моторов. Мощностей русских авиазаводов не хватало для восполнения этих потерь - с начала войны до 1 января 1915 г. они отправили в действующую армию 157 самолетов. Причем часто эти машины имели дефекты и забраковывались при сборке в отрядах и ротах. Особые нарекания вызывали самолеты завода Щетинина. Так, монопланы "Ньюпор" имели отрицательный угол установки крыла, что повлекло ряд аварий. Французские самолеты, сделанные на русских авиазаводах, отличались большей массой и низким качеством изготовления по сравнению с импортными "собратьями".

Первые месяцы войны выявили и тот факт, что часто высшие военные начальники проявляли полное незнание свойств и возможностей аэропланов. Отсюда - либо отсутствие постановки задач и бездействие авиации, либо постановка перед летчиками нереальных боевых задач. Чтобы избежать таких недоразумений, были изданы подробные указания по использованию нового рода войск. Особую заботу о летчиках проявил главнокомандующий Юго-Западным фронтом, который издал приказ №6 от 12 августа 1914 г.: "Придавая большое значение работе аэропланов и признавая весь риск и трудности выполнения задач летчиками и наблюдателями, приказываю...". Далее шли указания летать не больше одного раза в день на дальность не более 200-230 верст, полеты совершать в утренние часы. Штабному начальству предписывалось не посылать летчиков по мелочам, не злоупотреблять частым направлением аппаратов к линии фронта, давать задачи на поиск крупных соединений противника, не поручать летчикам и наблюдателям разбрасывать прокламации, ибо в случае пленения они не приравниваются к военнопленным и могут быть расстреляны, и т.д.

Бичом русской авиации в первые месяцы войны стал безудержный обстрел аппаратов своими войсками, что стало причиной гибели нескольких авиаторов. Например, 13 августа при перелете линии фронта был убит своими войсками военный летчик 25-го КАО поручик Гудим, 27 августа такая же участь постигла при посадке военного летчика 11-го КАО поручика Лемешко и т.д. Другие случаи имели менее трагические последствия. Так, "30 июля 1914г. начальник 7-го корпусного авиаотряда штабскапитан Степанов вылетел для производства воздушной разведки, пролетая над местечком Ярмолинцы, подвергся обстрелу залпами... получил пробоины в стабилизатор и крыло.

Расследование показало... стреляли роты 60-го пехотного Замоского полка". В тот же день летчик того же отряда поручик Сабельников попал в такую же ситуацию. Результат - 4 пробоины. Подобных примеров было много, и это вынудило командование издать приказы, запрещавшие "стрелять по своим и планирующим аппаратам, стрельбу вести только по приказу офицера или при бросании бомб противником". Господам офицерам было приказано изучить знаки своих и неприятельских аэропланов, знать их силуэты.

Начальный период войны выявил плохую организацию в снабжении авиационных отрядов и рот бензином, касторовым маслом, запчастями, палатками и другим авиационным имуществом. Самолеты и моторы быстро выходили из строя в суровых полевых условиях, особенно с наступлением ненастной осенней погоды, когда остро сказались нехватка палаток и переносных ангаров, использование для аэродромов малопригодных площадок. Уже после первых месяцев войны многие авиаотряды пришлось отвести в тыл для снабжения аэропланами новых систем и для переучивания летчиков на них. Так, пилоты, летавшие на "Ньюпорах", освоили "Мораны". Широко использовалась для вооружения отрядов отремонтированная трофейная авиатехника. Поставки самолетов и назначения личного состава целиком зависели от штаба авиации, возглавлявшегося Великим князем Александром Михайловичем. Он часто назначал командирами рот и начальниками отрядов офицеров, хорошо писавших отчеты, но мало летавших. В этой ситуации протежируемые отряды снабжались самолетами вне очереди , тогда как части, несшие ответственную и тяжелую работу, оставались без аэропланов. Снабжение самолетами оставалось большой проблемой, которая часто решалась на самом высоком уровне. Так, 31 августа 1914 г. командующий 8-й армией генерал Брусилов бьет челом Великому князю: "Настоящее время лишился совершенно воздушных аппаратов, столь драгоценных для разведок, что ставит управление войсками в крайне трудное положение. ...Покорно прошу Ваше императорское высочество оказать армии величайшую помощь "Фарманами" и "Ньюпорами". Деятельность летчиков в разведке незаменима." Просьба Брусилова была удовлетворена, и армия получила 4 самолета из состава Брест-Литовского крепостного авиаотряда. Однако таких просьб было множество, а дефицит самолетов и моторов стал хронической болезнью русской авиации до конца войны.

К началу боевых действий в составе воздушного флота России насчитывался 221 летчик: 170 офицеров, 35 нижних чинов и 16 вольноопределяющихся (добровольцев). На 1 января 1915 г. потери летчиков составили 33 человека или 14,9% от общего состава. Из них 6 погибли от действий неприятеля, 5 - в авариях, 22 попали в плен и пропали без вести. Среди погибших: штабс-капитаны Грузинов, Нестеров, поручики Лемешко, Гудим, старший унтерофицер Доброшинский и др. Пропали без вести: поручики Николаевский, Шамин, Машерек и др. Ранены или разбились при падении: капитан Витковский, гвардии штабс-капитан Мельницкий, штабс-капитан Мучник, поручики Городецкий, Корнидов, Павлов, доброволец Шпицберг. Некоторые из них, например, летчик-доброволец 16-го КАО Шпицберг, впоследствии скончались в госпитале. В скорбный список боевых потерь одним из первых попал военный летчик начальник 14-го КАО Ефграф Ефграфович Грузинов, смертельно раненный шрапнелью в воздухе во время выполнения боевого задания. 17 августа он вылетел на разведку района Кщонов-Пиляш-Ковице-Быхов-Люблин и обратно не вернулся. Самолет упал на вражеской территории, которую вскоре заняли русские войска. У села Быхово близ Янова были найдены свежая могила и разбитый "Ньюпор". В могиле обнаружили тело Грузинова, вопрос местных жителей и пленных австрийцев дал представление об обстоятельствах его гибели. Выяснилось, что самолет пролетал над австрийскими позициями на высоте 1000-1200 м и был обстрелян сначала пехотой, потом артиллерийской батареей, которая дала три залпа. Два первых цели не достигли. После третьего аппарат дрогнул, перевернулся и, сделав крутой вираж, врезался в землю с работающим мотором. Посмертно высочайшим приказом штабскапитан Грузинов был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени.

Состоялись и первые воздушные бои. Таран и героическая гибель 26 августа военного летчика начальника 11-го КАО Петра Николаевича Нестерова открыли новую эпоху борьбы в воздухе. Из вооружения у русских авиаторов имелись только пистолеты "Маузер" и карабины. Хроника тех лет описывает несколько случаев воздушных боев. Так, 28 октября в окрестностях Петроково (под Варшавой) "появился неприятельский аэроплан. Через несколько минут поднялись два наших летчика и после воздушного боя сбросили "Таубе" на землю. Немецкие авиаторы разбились. Неприятельский аэроплан исковеркан". К сожалению, подтверждения этому газетному сообщению не нашлось. А вот воздушный бой и совместные действия с артиллерией, принесшие успех военному летчику Гродненского крепостного авиаотряда поручику Семенову, были подтверждены несколькими донесениями, хранящимися в Военно-историческом архиве. 27 августа Семенов с наблюдателем корнетом Николаевым при перелете через озеро Мейер, что в Восточной Пруссии, заметил неприятельский аэроплан, летевший к Летцену. Обойдя противника с правой стороны, Семенов атаковал его, заставил спуститься ниже и изменить направление полета в район русских позиций, где тот был обстрелян и около озера упал.

Кампания 1915 года

В 1915 г. германское Верховное командование решило перенести свой главный удар на восток, добиться здесь полного разгрома армий противника и вывести Россию из войны. Кампания оказалась очень тяжелой для русской армии, в том числе для авиации, и потребовала максимального напряжения сил. Основной задачей авиаторов оставалась разведка. Рассказать в короткой журнальной статье об их участии во всех операциях невозможно, поэтому ограничимся отдельными примерами, показывающими огромную важность добываемых воздушной разведкой данных и их влияние на ход боевых действий.

Одним из крупнейших событий стал прорыв русского фронта в районе Горлицы, предпринятый с целью разгрома правого крыла Юго-Западного фронта. Немецко-австрийское командование приложило все силы, чтобы скрыть сосредоточение своих войск и обеспечить внезапность наступления, однако русская воздушная разведка помешала этому. Особо ценные сведения удалось добыть летчикам 11-го корпусного авиаотряда (КАО), которые 15, 17, 19, 23 и 25 апреля обследовали район Горлица-Биеч. Используя полученные данные, командование 3-й армии осуществило ряд превентивных мероприятий, снизивших темпы наступления противника. И хотя русские войска были оттеснены из Галиции, но окружить и разгромить их не удалось.

В первой половине сентября немцы предприняли попытку обойти и разгромить правый фланг Западного фронта. Воздушная разведка, выполнявшаяся, в основном, силами 34-го КАО, который обслуживал штаб 10-й армии, вовремя вскрыла подготовку противника к Свенцянскому прорыву, обнаружив в районе Ковно-Янов-Вилькомир крупные скопления его войск.

Высочайшими приказами отмечены подвиги многих авиаторов. Так, начальник 19-го КАО поручик Владимир Ягелло был награжден орденом Св.Георгия 4-й степени <зато, что, производя воздушную разведку 21-го февраля 1915 г. района расположения противника в направлении на Рожкову-Волю, Томашев и Раву, будучи обстрелян артиллерией противника..., добыл сведения особой важности относительно движения противника к левому флангу нашей армии, которые своевременно доставил в штаб армии, что дало возможность принять меры и с успехом парализовать намерения противника>. Георгиевскими кавалерами стали поручик Смольянинов из 24-го КАО, подпоручик Иван Орлов и др. Не все герои получили боевые награды: 16-го сентября во время воздушной разведки лейтенант Маркович, "исправляя во время полета пробитый пулей бензиновый бак, был убит, геройской смертью запечатлев содеянный им подвиг". Умер от ран, полученных при падении во время воздушной разведки, начальник 2-го Сибирского КАО штабскапитан И.И.Александрович...

Не отставали от кадровых офицеров и летчики-добровольцы, научившиеся полетам на аэропланах в частных школах или аэроклубах еще перед войной. Вот один из примеров. <12 мая во время выполнения разведки летнабом 19-го КАО подпоручиком Рудовичем в моторе аппарата произошел взрыв. До линии фронта оставалось 8 верст. Летчик-охотник ефрейтор Лауниц не растерялся и стал планировать под сильным пулеметным и артиллерийским огнем. Ему удалось вывести аппарат из расположения противника и опуститься вблизи наших боевых позиций. Он спас самолет от захвата противником и офицера от плена. Во время планирования ефрейтор Лауниц был ранен в руку с раздроблением кости, но несмотря на это посадил самолет.> Приказом по войскам 5-й армии от 25.05.1915 г. Владимир Лауниц был награжден солдатским Георгиевским крестом 4-й степени.

В конце 1915 г. война на восточном фронте приняла позиционный характер. Кавалерия лишилась возможности проводить разведку. Только самолеты позволяли проникнуть в глубину расположения войск противника, чтобы собрать необходимые для командования сведения. При этом задачи воздушной разведки изменились: если в условиях маневренной войны на нее прежде всего возлагалось наблюдение за крупными силами неприятеля и направлением их движения, то теперь от авиаторов главным образом требовалось тщательно изучать систему обороны противника и наблюдать за ее состоянием и развитием.

Привлекалась авиация и для выполнения других задач. Летом в Польше на Северо-Западном фронте германские войска окружили пограничную крепость Новогеоргиевск. В начале августа командование русского гарнизона ввиду опасности скорой капитуляции решило воспользоваться услугами летчиков Новогеоргиевского крепостного авиаотряда. Его начальник капитан Иван Массальский организовал отлет всех исправных самолетов, предварительно уничтожив авиационное имущество, которое нельзя было вывезти. Летчики поручик Константин Вакуловский, штабсротмистрЛивотов, капитан Массальский и другие по приказу коменданта крепости вылетели в непогоду под сильным обстрелом противника. Прорвавшись, они вывезли штандарты, Георгиевские кресты и секретные документы. Пролетев 4- 5 часов на небольшой высоте, авиаторы благополучно опустились в расположении своих войск. За этот подвиг они были награждены орденами Св.Георгия 4-й степени и Георгиевским оружием.

В 1915 г. воздушные бои оставались редкостью. В большинстве случаев экипажи отправлялись на задания, располагая только карабинами и пистолетами, но и с таким оружием некоторые летчики добивались воздушных побед. Так, 25 февраля летчик°доброволец француз Пуаре с наблюдателем поручиком Шебалиным вылетели на трофейном "Эйлере" на разведку района Лович-Неборов-Болилов. Над своими позициями между Камионом и Сулишевым они атаковали немецкий аппарат. С дистанции 40-50 м по нему было произведено 5 выстрелов из карабина. Согласно донесению летчиков 2-го армейского авиаотряда, "после третьего выстрела самолет противника пошел с поворотом книзу и опустился под Скверневицами". 15-го июля во время разведки к востоку or Золотой Липы летчики 2-го

Сибирского КАО поручик Покровский и корнет Плонский заметили неприятельский аэроплан. Из оружия у них были только пистолеты Маузер. Несмотря на это, они атаковали противника и после непродолжительной перестрелки вынудили его опуститься. Австрийский аэроплан Авиатик (бортовой номер 31-13) достался призом в совершенно неповрежденном состоянии вместе с двумя летчиками из 7-й... авиароты.> Оба русских героя были награждены орденами Св.Георгия 4-й степени. Кстати, <Авиатик>, как и большийство других самолетов того времени, был весьма слабой машиной. Об этом свидетельствует следующий факт: 27 ноября австрийские летчики Дример и Хубнер взлетели опробовать отремонтированный фотоаппарат, но сильный ветер отнес их аэроплан за линию русских окопов, где авиаторы и вынуждены были приземлиться. А дальше - плен и лагерь военнопленных под Дарницей.

Недостаток вооружения во многом компенсировался храбростью русских авиаторов. 18-го марта одержал свою первую победу летчик 4-го КАО поручик А.А.Козаков. Его Моран-Ж был оснащен кошкой с пироксилиновой шашкой, однако во время атаки трос запутался, и Козаков решил таранить немецкий Альбатрос. При ударе у Морана было сломано шасси и разбит винт, но его все же удалось посадить. Хотя самолет скапотировал, но летчик остался жив. За этот подвиг он был удостоен Георгиевского оружия.

В 1915 г. на русских аэропланах появились пулеметы. Для их применения наиболее пригодным оказался биплан Вуазен, на который часто устанавливался пулемет Кольт. Такой самолет становился грозным оружием, 24-го июня летчик прапорщик Иванов и наблюдатель поручик Алексеев из 26-го КАО атаковали в районе Тарнополя австрийский Альбатрос (бортовой номер 21-01) из 1-й авиароты, наблюдатель которого попытался отстреливаться из карабина. Бой проходил по рыцарским правилам того времени. В течение этой дуэли противники несколько раз сходились на дистанции в 50-100 м, а в перерывах перестрелки обменивались приветствиями. Вскоре положение австрийцев стало безнадежным - пролетая над русским аэродромом в Тлусте, наблюдатель выронил карабин. В одной из следующих атак Альбатрос загорелся, а его пилот был, по-видимому, убит. Обреченный наблюдатель попытался взять управление, но бесполезно - самолет, кувыркаясь, отвесно упал на землю, взорвался и сгорел. Через день русские летчики сбросили на австрийский аэродром фотографии и сообщение, в котором говорилось: "Похороны состоялись со всеми воинскими почестями. Над могилой были установлены два почти новых пропеллера Интеграл и надпись по-русски: австрийским летчикам... героически погибшим 24 июня 1915 г. в воздушном бою. Могилу также украшал венок из искусственных цветов с белой лентой и с надписью: В восхищении вашей храбрости - русский авиаотряд".

Подводя итоги кампании 1915 г., заметим, что хотя немецко-австрийским войскам удалось захватить значительные территории в Прибалтике, Польше и Галиции, но выполнить свою главную задачу они не смогли. Определенную роль в этом сыграла русская авиация, которая палучила повсеместное признание как одно из важнейших средств разведки. В ее составе появились новые типы самолетов - Вуазен и Моран-парасоль. Всего на конец года на фронте находилось 322 исправных аэроплана. За 1915 г. летчики русской армии произвели 9993 боевых полета, проведя в воздухе 14647 часов. Значительными проблемами воздушного флота стали недопоставки техники, что особенно остро ощущалось летом, и нехватка подготовленных летных кадров. В какой-то мере это компенсировалось интенсивной и мужественной работой авиаторов, однако становилось причиной излишних потерь, о чем свидетельствует их процентное соотношение: 43% летного состава погибло или получило тяжелые ранения в результате отказов матчасти, еще 22% - из-за ошибок в пилотировании; 33% было сбито зенитной артиллерией и 2% погибло в воздушных боях.

(09-11-2005 22:34:38)

 
 

1404
Николай: Об авиаконструкторе Бартини

Бартини Роберт Людвигович
14 мая2004 года исполнилось сто лет со дня рождения выдающегося авиаконструктора и ученого Роберта Людвиговича Бартини (1897 - 1974), оставившего свой след в истории нашего города. Впервые Бартини побывал в Таганроге в мае 1929 года когда, здесь на базе авиационного завода проходили испытания нового самолета, созданного под руководством А.Н.Туполева, "Страна Советов" (АНТ-4). Он был предназначен для дальнего перелета из Москвы в Нью-Йорк. Маршрут в 22000 км на восьми тысячах пролегал над водной поверхностью. Ответственность за обеспечение безопасности полета над морским участком была возложена на Р.Л. Бартини, уже в то время считавшегося специалистом по эксплуатации гидросамолетов. С поставленной задачей он успешно справился и был отмечен грамотой ВЦИК СССР. Вторая встреча с Таганрогом произошла через 17 лет, и привезли сюда Бартини под конвоем в качестве заключенного - "врага народа..."
Судьба этого человека совершено удивительна. Настоящее имя его - Роберто Орос ди Бартини. Детство и юность прошли на Адриатике в провинции Фиуме, где его отец - итальянский барон был вице-губернатором. С детских лет Роберто отличался трудолюбием и любознательностью. И эти качества он не утратил до конца своей жизни. Бартини увлекался спортом, физикой и математикой, неплохо рисовал и писал стихи. Он овладел всеми основными европейскими языками. Но главной его страстью стала авиация, которой он "заболел" еще в ранней юности. Это произошло после того, как Роберто увидел показательные выступления одного из первых летчиков, русского пилота Х. Н. Славароссова.И тогда отец подарил 16-летнему юноше аэроплан, нанял тренера. Гимназию Роберто ди Бартини окончил, когда уже полыхала первая мировая война. Он был мобилизован в армию и , по его желанию, зачислен в Римскую летнюю школу. Ускоренным выпуском молодой Бартини был отправлен в Буковину, как раз в тот момент, когда русские войска осуществляли там знаменитый "брусиловский" прорыв. И в местечке Гниловоды Бартини был захвачен в плен казаками. Так началось его знакомство с Россией. Товарные вагоны с военнопленными через всю страну тянулись на Дальний Восток. Лагерь располагался на Красной речке близ Хабаровска. За несколько лет плена Бартини не только выучил русский язык, но и превратился в убежденного социалиста. После депортации в Италию (1920), богатый наследник отказался вернуться к прежней жизни, несмотря на уговоры отца. Поселившись в Милане, он жил в ночлежках, работал на заводе и учился заочно в политехническом институте. В 1921 году стал членом Коммунистической партии Италии и ее активным боевиком. спасаясь от преследований фашистов, Роберто Бартини перешел на нелегальное положение, а в 1923 году был переправлен в Советский Союз. Как летчик и как инженер, он мог оказать помощь молодой республике. Тогда предполагалось, что это временно, оказалось - навсегда. В России его стали называть Роберт Людвигович. Здесь он обрел свою вторую родину, интересную работу, семью. В 1927 году вступил в члены ВКП(б), в идеалы которой искренне верил. Получив звание комбрига, служил на опытном аэродроме в Москве, возглавлял авиацию Черноморского флота в Севастополе. Начал заниматься конструкторской деятельностью. По рекомендации М. Н. Тухачевского Р. Л. Бартини в 1930 году был назначен главным конструктором КБ НИИ Гражданского флота. Под его руководством был разработан проект 40-тонного морского двухлодочного бомбардировщика МТ-Б. Самолетов такого веса в то время еще не было в мировой практике. Вообще, всем будущим проектам Бартини была присуща одна особенность: они были оригинальны, смелы и опережали время. Поэтому многие из них остались невоплощенными в жизнь, а существовали в расчетах, чертежах или в опытных образцах. В ОКБ Бартини родились дальний арктический разведчик "Дар", который мог садиться на лед и воду, экспериментальный истребитель "Сталь-6", где впервые была применена стальная обшивка вместо деревянной, что дало значительный прирост скорости, и другие машины. В 1936 году на Международной выставке в Париже экспонировался советский скоростной самолет "Сталь-7" с летными характеристиками, превышающими все мировые рекорды. Это тоже было творение Р.Л. Бартини и его коллектива. Кстати, среди сотрудников КБ был и молодой Сергей Королев - будущий главный конструктор в космонавтике, считавший Бартини своим учителем. В момент самой высокой творческой активности, в 1938 году, Роберт Людвигович был арестован. Ему было предъявлено обвинение в связях с "врагом народа" Тухачевским, а также в шпионаже а пользу Муссолини (от которого он когда-то бежал !) В то время, когда в Кремле шел торжественный прием по случаю успешного завершения испытаний самолета "Сталь-7", установившего новые рекорды, его создателя истязали в повалах Лубянки. как ни доказывал Бартини свою невиновность, он получил 10 лет лагерей и пять - "поражения в правах". О том, что в дьявольской системе ГУЛАГа существовали особые тюрьмы, прозванные самими заключенными "шарагами", стало широко известно через много лет из произведений А.И.Солженицина. В этих спецтюрьмах были собраны вместе наиболее значительные кадры специалистов, которые разрабатывали и строили опытные корабли, самолеты, танки и другую технику под надежным присмотром. Годами работали в неволе "враги народа": Д.П Григорович, Н.П.Поликарпов, А.Н.Туполев, В.М.Петляков, С.П.Королев, Р.Л.Бартини и еще тысячи других прославленных людей. Не каждый таганрожец знает, что уже в послевоенное время, в 1946 - 1948 годах, одна из таких "шараг" находилась в нашем городе. Называлась она ОКБ-86 и размещалась на территории завода имени Димитрова. Вдали от основных цехов, в бывшем ангаре было оборудовано конструкторское бюро, во главе которого был поставлен заключенный Бартини. Рядом с ангаром построили барак со строжевой вышкой, где поселили привезенных сюда 126 специалистов, тоже из числа политзаключенных. В ОКБ Бартини работали также и вольные сотрудники завода., Коллектив ОКБ работал над созданием десантно-транспортного самолета Т-117 необычной грузоподъемности. Однако для такой машины требовался и сверхмощный двигатель, такой, который ставили тогда только на бомбардировщики. Считая, что для транспортного самолета это недопустимая роскошь, Сталин приказал работы прекратить. Почти готовой опытный Т-117 пустили на металлолом, ОКБ расформировали. Поскольку к этому времени Роберт Людвигович уже отбыл свой десятилетний срок, но еще в течение пяти лет не имел права вернуться в Москву, он остался работать в Таганроге. Многие старые работники тогдашних заводов ¦ 49 (ныне им. Бериева ) и 86 ( АО "ТАВИА") помнят этого умного, красивого итальянца. Он был невысок ростом, крепок. Спокойное лицо, сдвинутые с крутым изломом брови, отвыкнувшие от улыбки губы. В начале 50-х годов Бартини пришлось уехать: он был откомандирован в Новосибирск. В Институте аэродинамики Сибирского отделения АН СССР он занимался разработкой межконтинентального бомбардировщика. Только после полной реабилитации (1956) Роберт Людвигович вернулся в Москву, возглавлял КБ в Люберцах. Он не терял связи с нашим городом, приезжал, некоторое время еще работал здесь. Однако масштабы его творческих возможностей требовали его жизни в столице. Помимо авиации, Р.Л.Бартини всерьез занимался космогонией и философией. Им была создана уникальная теория шестимерного мира пространства и времени, которая получила название "мир Бартини". В литературе по аэродинамике встречается термин "эффект Бартини". Есть у него труды по теоретической физике. Работал Роберт Людвигович до последнего часа на износ. Жил он почти всегда один. Причиной тому была сложность характера Бартини, который был совершенно неприемлем в современном быту. Вся его квартира была завалена книгами, бумагами, чертежами, моделями, разложенными повсюду. Работать мог только в помещении с наглухо зашторенными окнами: от солнечного света у него болели глаза. Умер он внезапно, в одиночестве, его нашли на полу в ванной только два дня спустя... А в Таганроге жила женщина, которую он любил, живут его сын и трое внуков, старший из которых тоже Роберт Бартини.

Итальянский авиаконструктор на службе России
Автор:
Наталья Рожкова
В бумагах моего покойного отца я обнаружила изрядно пожелтевший документ следующего содержания: "Прошу сохранить до конца 1958 г. постоянный пропуск в ЦАГИ (Центральный аэрогидродинамический институт – Н.Р.) на инженера-капитана Рожкова Е.И., работавшего последние годы военным представителем в ЦАГИ. В настоящее время т. Рожков работает в специальной Конструкторской группе, выполняющей задание министра, которое связано с получением рекомендаций и консультаций в ЦАГИ". Подпись: "Главный конструктор Р.Л. Бартини".
Красный барон

Главный конструктор был сыном итальянского барона Лодовико Орос ди Бартини, вице-губернатора провинции Фиуме (Австро-Венгрия). Еще подростком Роберто Бартини "заболел" авиацией, увидев демонстрационные полеты над морем русского летчика Харитона Славороссова на аэроплане "Блерио". В 18 лет Роберто записался добровольцем на ускоренные офицерские курсы: шла первая мировая война. Как одного из лучших курсантов его определили в летную школу, летом 1916 года большая группа несостоявшихся авиаторов оказалась на русском фронте под Буковинами для командования ротами и взводами. Во время легендарного Брусиловского прорыва Бартини попал в плен.

В лагере под Владивостоком он провел четыре года, за это время изучил русский язык, а в 1920 году был репатриирован в Италию, поскольку Фиуме стал итальянским городом. Барона Лодовико назначили на должность заместителя министра иностранных дел. Из-за сформировавшихся коммунистических взглядов Роберто отказался от родительской протекции, хотя уважал отца, как человека прогрессивных устремлений (разделявшего, в частности, идеи французских просветителей Вольтера и Руссо). Юный Бартини был бесстрашен, красив и искренне предан учению Маркса и Ленина – прозрение пришло к нему лишь в зрелые годы. Во время учебы в Миланском политехническом институте Роберто вступил в Итальянскую коммунистическую партию (ИКП), по решению ее ЦК вошел в состав боевой дружины, ведшей борьбу против ультраправых террористических организаций. Накануне Генуэзской конференции весной 1922 года группой русских эмигрантов под руководством Бориса Савинкова и князя Феликса Юсупова, организатора убийства Григория Распутина, готовился террористический акт против делегации Советской России. Используя аристократический титул и обширные связи отца, "красному барону" удалось познакомиться с Юсуповым и по-настоящему расположить его к себе. Вскоре Роберто получил приглашение участвовать в покушении на наркома иностранных дел Г.В. Чичерина. Штаб заговорщиков и мастерская по производству бомб, замаскированные под небольшой парфюмерный магазин в Генуе, были взорваны боевиками ИКП, а руководители провалившегося теракта поспешили покинуть Италию, поскольку информация об их планах появилась в прессе.

После захвата власти фашистами Бартини ушел в подполье. Ему приходилось перевоплощаться – использовать грим, подкладывать в ботинки зерна риса, чтобы изменить походку. Неоднократные попытки расправиться с "красным бароном" к успеху не приводили: Роберто сумел восстановиться после организованной фашистами автокатастрофы, перенес клиническую смерть, а привкус беладонны, подмешанной в пищу с целью отравления, распознал мгновенно.

В 1923 году Бартини нелегально приехал в Россию, и с этого момента жизнь итальянского аристократа неразрывно связана с авиацией. Роберт Людовигович, как его звали в России, получил звание комбрига и до 1929 года работал главным инженером ВВС военно-морского флота, впоследствии возглавил опытное конструкторское бюро, разработавшее проекты экспериментальных гидросамолетов "Сталь-6" и "Сталь-7". В конструкции истребителя "Сталь-6" реализовано много новых технических решений: одноколесное велосипедного типа шасси, полностью убиравшееся в полете, испарительная система охлаждения мотора, позже примененная на немецком истребителе "Хейнкель-100". "Сталь-7" был обычным пассажирским самолетом, но с летными характеристиками, даже не предусмотренными для машин этого класса в таблице мировых рекордов: дальность 5 тысяч км при скорости 400 км/час. Мировой рекорд, установленный на американском двухмоторном пассажирском "Дугласе ДС-1" – всего 272 км/час.

В конце 30-х годов Роберта Людовиговича, как и многих авиаконструкторов, обвинили в шпионаже и репрессировали. После войны Бартини трудился в "шарашке", размещенной в Таганроге, а в годы "оттепели" был полностью реабилитирован.
Хроника рождения бомбардировщика

В середине пятидесятых годов государственное и военное руководство СССР задумало создать бомбардировщик, который мог бы достигнуть со сверхзвуковой скоростью США, выполнить боевую задачу и вернуться на отечественный аэродром. Это должен быть самолет стратегической авиации, машина большого веса и размерности. По всем расчетам получалось, что вес ее – около 200 тонн, дальнейшее увеличение не давало прироста дальности. Основная проблема заключалась в следующем: чтобы долететь до Америки и обратно (приблизительно 15 тысяч км от аэродромов СССР), необходимо большое аэродинамическое качество (единица, выражающая отношение коэффициента подъемной силы к коэффициенту лобового сопротивления). Для реализации полета с дальностью 15 тысяч км при тогдашних двигателях требовалось аэродинамическое качество 6. Этот показатель не удалось получить ни в аэродинамических трубах в ЦАГИ, ни в лабораториях других институтов идентичного профиля.

Бартини привез на рассмотрение ученого совета ЦАГИ результаты исследований, выполненных им в Институте аэродинамики Сибирского отделения Академии наук, однако никто не поддержал идеи создания самолета с аэродинамическим качеством 6 – ее посчитали нереальной.

В 1957 году, опираясь на поддержку военных кругов, Роберт Людовигович добился, чтобы ему выделили группу конструкторов (в состав которой вошел и мой отец) для работы над мини-проектом межконтинентального самолета с вышеупомянутыми характеристиками. Группа, сформированная по принципу авиационного КБ, разделялась на бригады: аэродинамиков, прочнистов, расчета летных данных, оборудования. "Правой рукой" Бартини стал Я.С. Щербак, его коллега по Сибирскому отделению АН, доктор технических наук (сам Роберт Людовигович не имел ученой степени).

Задание, поставленное перед сотрудниками КБ, завершилось, при обработке данных аэродинамическое качество действительно приближалось к 6. Но когда расчеты в разных режимах легли на стол одного из руководителей ЦАГИ, "мэтр", видимо, решил, что экспериментаторы ошиблись, и лично внес поправки хорошо заточенным карандашом. В результате аэродинамическое качество получилось меньше 5, и все, что было задумано, рухнуло – самолет не долетал до Америки. При построении дополнительных графиков выяснилось, что нарушены каноны аэродинамической науки, и эти карандашные пометки выполнены совершенно некорректно. (Впоследствии их автор получил звание академика).

И все же Бартини удалось отстоять свои идеи, модель бомбардировщика была реализована с разработкой нескольких вариантов, в том числе с посадкой и взлетом на воду. Конструкторскую группу перевели на решение иных задач, а ее руководителю дали небольшое КБ в Люберцах, где он продолжал работать над проектами других самолетов. "Угрожать" США теперь можно было межконтинентальными баллистическими ракетами, к которым Бартини тоже проявлял жгучий интерес.
Непокладистый итальянец

Он отнюдь не был мягким – предложение стать заместителем Туполева отверг, хотя очень уважал Андрея Николаевича, отказался работать и у Мясищева. Непросто складывались отношения у Бартини с тогдашним руководством ЦАГИ – непокладистый итальянец признавал только самостоятельную деятельность.

В 1960 году он занимался разработкой проектов монорельсового транспорта на воздушной подушке, а в дальнейшем спроектировал всепогодную амфибию вертикального взлета ВВА-14. Она предназначалась для посадки на любую поверхность: снег, воду, болото, песок, лед, и свой первый полет совершила в сентябре 1972 года. Однако судьба ее, как судьба многих проектов Бартини, оказалась печальной – работы по доводке затянулись и после смерти конструктора в 1974 году приостановились. Он умер буквально за письменным столом: поднялся от чертежей, дошел до ванной и упал.
На дне морском

…Стены своей маленькой квартиры Роберт Людовигович причудливо раскрасил под морское дно – говорил друзьям, что ему лучше думается в такой обстановке, и имел в виду не только проекты самолетов, но также стихи и прозу, которые с увлечением писал, но никогда не публиковал. Со всех сторон весело глядели нарисованные морские коньки; экзотические рыбы и водоросли, казалось, шевелились в бирюзовой воде. На первый взгляд, в жилище царил ужасающий беспорядок – чертежи лежали повсюду: на кухне, на стульях, даже на полу. На самом деле они были размещены в четкой последовательности – хозяин мог найти нужный чертеж почти мгновенно.

В последние годы Бартини трудился над научно-фантастической киноповестью "Цепь". Его иллюстрации к ней – не рисунки любителя, а произведения талантливого художника. Он работал в оригинальной манере, однако непросто определить, к какому направлению отнести его картины – во всяком случае, влияние итальянских футуристов, например, Боччони, не прослеживается. Иллюстрацию к "Цепи" "Аллегория: единство Вселенной" скорее, можно сравнить с полотнами Чюрлениса из цикла "Сотворение мира", а некоторые работы (например, "Диспут философов") ближе к экспрессионизму.
Я – русский

Фотография модели бомбардировщика, подаренная моему отцу, хранилась в нашей семье вместе с фронтовыми письмами-треугольниками деда. Выносить ее из дома не разрешалось – долгие годы самолет был засекречен. Теперь снимок может увидеть каждый.

Труды Бартини по аэродинамике и теоретической физике, а также разработанные им машины получили высокую оценку Ильюшина, Королева, Антонова. Всего он создал более 10 экспериментальных и опытных самолетов, но эти заслуги были отмечены не слишком щедро – лишь в 1967 году конструктору вручили орден Ленина.

Он говорил: "Каждые 10-15 лет клетки человеческого организма полностью обновляются, и поскольку я прожил в России более 40 лет, во мне не осталось ни одной итальянской молекулы". И в многочисленных анкетах, которые ему приходилось заполнять, в графе "национальность" всегда писал: русский.


(20-10-2005 16:59:18)

 
 
Николай:
Создание системы подготовки авиационных кадров флота в годы Первой мировой войны

Проблема подготовки летного и инженерно-технического состава для авиации российского флота обозначилась уже с первых практических шагов ее существования (1910—1914 гг.).
В самом начале специалисты готовились в авиационных школах за границей. Так, в марте 1910 года ( Здесь и далее даты приведены по новому стилю.)
во Францию были командированы 6 офицеров — будущих пилотов, двое из которых, лейтенант Г.В. Пиотровский и поручик М.С. Комаров, представляли морское ведомство, и 6 нижних чинов — мотористов. В июле того же года первым дипломированным военным летчиком России стал лейтенант Черноморского флота С.Ф. Дорожинский, обучавшийся во французской авиашколе, получивший диплом за № 125 и освоивший аэроплан «Антуанетт».
Но удовлетворить потребности флота в авиационных кадрах, в первую очередь в летных, только таким путем не представлялось возможным, поэтому в мае 1910 года в Гатчине под Санкт-Петербургом был открыт авиационный отдел Офицерской воздухоплавательной школы отдела воздушного флота (ОВФ). Однако из-за невозможности проводить здесь занятия круглый год (в особенности зимой) пришлось искать иное место — на юге России. Выбор пал на Севастополь. Оставалась учебная база и в Гатчине для летнего обучения в полном объеме программы, а затем лишь для выполнения практических полетов командированными из Севастополя пилотами.
24 ноября 1910 года в Севастопольской авиационной школе ОВФ, которую временно возглавил начальник службы связи флота Черного моря и председатель Севастопольского аэроклуба капитан 2 ранга В.Н. Кедрин, началась подготовка летных кадров как для армии, так и для флота. Среди 14 офицеров ее первого набора было 5 представителей российского императорского флота — капитан-лейтенант И.Н. Дмитриев и старший лейтенант Н.Л. Подгурский (обучались на «Фармане»), лейтенанты В.В. Дыбовский и барон Г.О. Бугсгевден'» (на «Блерио»), а также сам капитан 2 ранга В.Н. Кедрин (на «Соммере»). В качестве инструкторов в школе проходили службу морские офицеры Г.В. Пиотровский и М.С. Комаров».
До начала Первой мировой войны процесс обучения кадровых морских офицеров осуществлялся в строгой последовательности: теоретические курсы в Петербургском политехническом институте имени Петра Великого; практические полеты на базе Севастопольской школы авиации ОВФ;
сдача соответствующего экзамена на авиастанциях в Гребном порту Санкт-Петербурга или в Либаве с последующим присвоением звания «Морской летчик». Поскольку весь этот процесс как в предвоенный период, так и в ходе кампании 1914 и первой половине кампании 1915 года был ориентирован на подготовку летного состава для сухопутной авиации, то выпускникам авиашкол — представителям морского ведомства приходилось доучиваться по месту службы. Получение специфических знаний и навыков осуществлялось на гидроавиационных станциях 1-го и 2-го разрядов, где новички дополнительно осваивали взлет и посадку на воду вначале при спокойной, а затем и при свежей погоде (при волнении), и только после выполнения специального полета им присваивалось звание «Морской летчик», В случае если пилот не имел соответствующего специального военно-морского образования, то к нему предъявлялись более высокие требования при получении квалификации морского летчика.
Механиков по обслуживанию летательных аппаратов готовили непосредственно на гидроавиационных станциях службы связи флотов. В общем, до лета 1915 года ни летчиков, ни инженерно-технических специалистов непосредственно для морской авиации учебные заведения Морского министерства не готовили.
ПЕРВЫЙ ЖЕ боевой опыт, приобретенный на Черном море и на Балтике, выявил большие изъяны в системе подготовки авиаторов для флота и со всей остротой был поставлен вопрос об избавлении от «сухопутного уклона», о создании специализированных морских авиационных учебных заведений. «Концепция Генерального штаба России в отношении подготовки авиационных, прежде всего летных кадров, — можно прочитать в одном из научных исследований, — перед Первой мировой войной строилась на убеждении, что война будет кратковременной и поэтому авиашколы переводить на особый режим работы в военное время нет необходимости. Считалось, что подготовленных военных и аэроклубовских летчиков будет достаточно для укомплектования авиаотрядов».
Вместе с тем в Морском министерстве к 1 августа 1914 года насчитывалось всего лишь около 3 десятков самолетов, 2 десятка дипломированных летчиков и около 10 офицеров проходило летную подготовку непосредственно на флотах, и процесс подготовки летных
кадров, казалось, не вызывал особого беспокойства. Более того, большую роль сыграл первый официальный документ отечественной морской авиации «Положение о службе авиации в службе связи», в котором в числе прочих были отражены вопросы подготовки кадров для авиации флота». В нем указывалось, что «звание морского летчика офицеры получают по успешном окончании теоретического курса авиации в одной из офицерских школ (курсов) по выбору Морского министерства, прохождения практического обучения и экзамена». Конкретизировались требования к офицерскому составу при отборе для направления в авиационные учебные заведения: только по добровольному согласию, пребывание кандидата не менее двух лет в офицерских должностях, наличие у него чина не выше старшего лейтенанта или штабс-капитана, хорошее состояние здоровья, возраст не старше сорока лет, отсутствие других препятствий, могущих помешать службе на летательных аппаратах'». Документ также определял, что подготовка нижних чинов к службе в качестве авиационных специалистов осуществляется на флотах при одной из станций 1 -го разряда в каждом воздушном районе». «Период обучения нижних чинов не должен превышать одного года, после чего выдержавшие экзамен по особой программе в комиссии, назначаемой приказом командующего морскими силами, производятся в авиационные унтер-офицеры на открывающиеся вакансии:
имеющие уже при обучении звание унтер-офицера переименовываются в авиационные унтер-офицеры», — гласил один из пунктов указанного положения.
С самого начала ведения боевых действий на Балтийском и Черноморском флотах, в которых участвовали и флотские авиаторы (например, первая воздушная бомбардировка вражеских кораблей в декабре 1914г.), стало ясно, что в войне на море появляется новое боевое средство — летательные аппараты тяжелее воздуха, необходимость увеличения числа которых, как и самих летчиков, стала очевидной.
С НАЧАЛОМ войны подготовка морских летчиков в авиационных школах отдела воздушного флота никаких серьезных изменений не претерпела. «Обучались летать на монопланах «Блерио» и бипланах «Фарман-4»... — отмечает исследователь. — Обучение на «фарманах» моряков, которые, как правило, были в этой группе, отличалось от обучения на «Блерио». Первоначально ученик знакомился с управлением, сидя сзади инструктора, затем инструктор и ученик менялись местами и, только убедившись, что ученик вполне освоился с управлением самолета в воздухе, инструктор выпускал его одного, положив груз на второе место. Полетам на гидроаэропланах ученики в школе не обучались — эти машины они осваивали, только прибыв в часть. Там вначале осваивался сам гидросамолет, потом взлет и посадка на воду, вначале на спокойной воде, потом при волнении на море. И только изучив особенности полета над морем и выполнив специальный полет с тактическим заданием по морской разведке, офицер получал звание «Морского летчика». И на освоение морского самолета уходило порой немало времени». С учетом того, что морское ведомство платило военному ведомству за каждого обучающего еще по 1500 рублей, затраты, учитывая и последующее доучи-вание на флоте, были, конечно же, очень и очень большими.
Пытаясь как можно скорее осуществлять доподготовку морских авиаторов на авиационных станциях службы связи морской министр адмирал И.К. Григорович» в ноябре 1914 года утвердил «Программу испытаний на звание морского летчика».
Необходимо отметить, что изначальный выбор кандидатов в пилоты кадрового командного состава полностью себя оправдал вопреки некоторым мнениям об отдании превосходства то корабельным инженерам, то офицерам-кораблестроителям. «Однако в конечном счете спор был решен в пользу строевого состава флота. Морское командование решило, что морским летчиком должен быть прежде всего офицер, знающий тактику флота...». В последующем, в ходе войны, для летной работы в море в 1915 году, как отмечал видный теоретик комбриг С.Э. Столярский, «были привлечены в морскую авиацию летчики — армейские офицеры по причине несвоевременно и недостаточно развернутой подготовки летчиков из морских офицеров». По результатам полетов на разведку было установлено, что «донесения армейских летчиков содержали столь большие погрешности как в точности места обнаруженных кораблей в море, так и в типах и классах их, что командование принуждено было часто посылать повторно в тот же район для разведки снова морских летчиков, имевших достаточную морскую подготовку и навыки по наблюдению в море».
КАМПАНИЯ 1915 года для морской авиации России Охарактеризовалась и увеличением числа боевых летательных аппаратов, и количественным ростом подготовленного летного состава, и более интенсивной по сравнению с предыдущей кампанией практической деятельностью авиации в интересах флота. При этом с учетом изменений, происшедших в составе и структуре морской авиации Балтийского и Черноморского флотов, существующая подготовка летчиков для флота в военном ведомстве к лету себя полностью изжила. Реальная обстановка по причине возросшей боевой нагрузки на личный состав морской авиации, усложнения общей обстановки на МТВД, ограниченных возможностей авиационных структур службы связи флотов складывалась таким образом, что все труднее и труднее становилось осуществлять до-подготовку и подготовку летных кадров непосредственно на авиационных станциях.
10 августа 1915 года на Гутуевском острове Петрограда было открыто первое в стране учебное заведение морской авиации — Офицерская школа морской авиации отдела воздушного флота. Вместе с тем еще некоторое время продолжалась параллельная подготовка летного состава по прежней системе. Так, в октябре 1915 года, как следует из доклада начальника воздухоплавательного отделения Морского Генерального штаба старшего лейтенанта А.А. Тучкова, в составе авиации флота Черного моря насчитывалось 20 летчиков и 8 офицеров, кондукторов и охотников флота, проходивших подготовку непосредственно на флоте. Аналогичные примеры имелись на Балтике, Только в 1917 году после создания целостной системы централизованный метод полностью заменил собой «местный».
С первого дня обучения в Петроградской школе морской авиации обучение личного состава проводилось на лучших гидросамолетах отечественного производства того времени конструкции Д.П. Григоровича (М-5). Их здесь к концу 1915 года насчитывалось 7 единиц, кроме того, 2 летающие лодки французского производства ФБА. Большую помощь руководству учебного заведения в создании учебной базы, разработке необходимых руководящих документов, поставке методической литературы и технической документации оказывало воздухоплавательное отделение Морского Генерального штаба, а начальник этого отделения старший лейтенант А.А. Тучков был назначен по совместительству (август 1915 г.) и первым начальником авиашколы.
То, что Морское министерство в первую очередь было обеспокоено подготовкой летного состава, являлось вполне закономерным, хотя при этом, особенно в начале войны, зачастую упускался из виду уровень образования и квалификации механиков. Такое случалось, как правило, из-за недооценки роли младших авиационных специалистов, что служило предпосылкой к поломкам аэропланов и авариям. Еще труднее обстояло дело с замещением инженерных должностей. «Вообще, надо отметить, что долгое время военных инженеров-авиаторов ни одно учебное заведение не готовило, — указано в исследовательских материалах. — Поэтому на должности авиационных инженеров-механиков (и иных специалистов) назначали лиц, окончивших политехнические, кораблестроительные и другие вузы, а зачастую на инженерные должности назначались опытные техники».
ХОД ВОЙНЫ изменил отношение флотского командования к качественной стороне подготовки авиационных специалистов, занимающихся ремонтом и обслуживанием самолетов, и в начале 1917 года в Гапсале (ныне Хаапсалу) было создано соответствующее специализированное учебное заведение — Школа авиационных унтер-офицеров (наземных младших авиаспециалистов). В дальнейшем (кампания 1917 г.) в связи с увеличением потребности флотов в летном составе и перспективным (плановым) развитием отечественной морской авиации эта школа наряду с подготовкой наземного технического персонала начала осуществлять обучение матросов, унтер-офицеров и охотников флота летным специальностям.
При осуществлении подготовки летных кадров в Петрограде возникли трудности, сходные с теми, с которыми столкнулось военное ведомство при создании Гатчинской школы военных летчиков в 1910 году. «Неблагоприятные климатические условия района и связанная с этим сезонность в использовании гидросамолетов привели к решению открыть отделение школы в Баку...»38. Поздней осенью 1915 года туда перебазировали часть постоянного состава и материального имущества Петроградской школы».
В конце апреля 1916-го Бакинское отделение Офицерской школы морской авиации ОВФ было закрыто», возобновив свою работу лишь осенью. В дальнейшем южный филиал получил самостоятельный статус и стал именоваться Бакинской Офицерской школой морской авиации.
В следующем году для обучения летного состава в обеих школах использовались самые лучшие летательные аппараты отечественной морской авиации периода Первой мировой войны (по два гидроаэроплана М-9). Несколько раньше, в декабре 1916-го, увидело свет «Положение о службе морской авиации и воздухоплавания императорского российского флота», которое придало морской авиации статус рода сил флота. В этом основополагающем документе с учетом полуторагодичного опыта подготовки авиационных кадров в морском ведомстве достаточно большое внимание было уделено подготовке летных и технических кадров.
К началу лета 1917 года Морской Генеральный штаб стал настойчиво обращать внимание Управления Военного Воздушного Флота на снабжение морской авиации истребителями, поскольку развитие событий в войне на море, в первую очередь на Балтийском МТВД, потребовало наличия в составе морской авиации флотов летательных аппаратов, предназначенных непосредственно для ведения маневренного воздушного боя.
«Для защиты от неприятельских налетов наших портов, крепостей и воздушных станций на морском театре военных действий и для предотвращения широкого развития воздушной разведки неприятеля представляется необходимым сформирование особых отрядов аэропланов «истребителей». Вышедоложенное было уже предусмотрено при создании воздушной бригады особого назначения, 1-й дивизион которой и предназначался для подготовки кадров морских летчиков - специалистов в новейших методах управления «истребителями», а также для увеличения общего числа летчиков и более основательной их подготовки в авиационном деле», — докладывал в мае 1917 года морскому министру один из его помощников капитан 1 ранга граф А. П. Капнист. Вскоре в Красном Селе была создана Школа воздушного боя (иначе — высшего пилотажа), которая приступила к подготовке летчиков-истребителей для морской авиации. Школа была создана по образцу и подобию британских учебных заведений такого же разряда и нуждалась в переходном типе самолета.
В феврале 1917 года В.А.Лебедев предложил морскому ведомству 50 аппаратов «Лебедь-12», предназначенных для учебных целей. По состоянию на сентябрь месяц в Школе воздушного боя, где морских летчиков обучали навыкам пилотирования сухопутных машин и соответствующим приемам воздушного боя, имелось 10 таких аппаратов, а к концу года их насчитывалось уже 57.
ОСОБЕННОСТЬЮ процесса обучения в авиационных школах морской авиации являлось то, что они в какой-то мере выполняли и исследовательские функции по испытанию и освоению новой авиационной техники с привлечением как обучающего постоянного, так и обучаемого переменного состава. Так, инструктор Петроградской школы лейтенант ГА. Фриде разработал проект гидроаэроплана, названного его именем, и в декабре 1915 года заключил договор о постройке аппарата с фирмой В.А. Лебедева. К апрелю 1916-го самолет был готов и доставлен в Офицерскую школу морских летчиков на Гутуевском острове, где летом того же года его испытывали сам конструктор и штабс-капитан А.Е. Грузинов». Однако дальнейшие работы по его освоению из-за отсутствия финансирования были прекращены, и серийно данный аэроплан не выпускался. В августе 1917 года в Ораниенбауме и Петрограде испытывался гидроаэроплан «Энгельс-!!!» конструкции Е.Р. Энгельса, которому не удалось пройти весь цикл испытаний в связи с наступившими дальнейшими событиями. В Бакинской школе морской авиации инструкторский состав успешно испытал летающую лодку М-10, однако так и не поставленную на серийное производство. Там же, в Баку, осенью 1917 года была предпринята попытка использовать для подготовки летного состава транспорт «Самолет», что являлось прямым следствием удачного использования гидроавиатранс-портов (особенно на Черноморском МТВД) и созданием на флотах подразделений корабельной авиации.
Таким образом, в ходе Первой мировой войны в морском ведомстве была создана своя система подготовки авиационных кадров», которая к лету 1917 года включала Петроградскую (с 1917 г. — Ораниенбаумскую) и Бакинскую Офицерские школы морской авиации, Школу воздушного боя (по подготовке летчиков-истребителей) в Красном Селе и Школу авиационных унтер-офицеров (младших авиационных специалистов) в Гапсале». Вся система в целом и ее учебно-материальная база вполне отвечали требованиям того времени и позволяли осуществлять качественную подготовку личного состава морской авиации для практической боевой деятельности. События октября 1917 года и последующих лет Гражданской войны сломали ее, но в последующем опыт по созданию авиашкол в морском ведомстве оказался востребованным, система была восстановлена и в 1938— 1959 гг. успешно функционировала в составе Военно-Морского Флота СССР, что лишний раз подтвердило правильность пути, выбранного нашими предшественниками — морскими авиаторами Первой мировой войны.


(20-10-2005 17:02:20)

 
 
Сергей Воробьёв: Спасибо Николай ,получил ваш емаил,думаю материал надо дать целиком в главном меню в разделе история.Как говорится чтоб знали наших.Надо Володю спросить, как босса,что он думает по этому предложению. (21-10-2005 07:12:18)

 
 

1405
Николай: Долго думал, давать или нет этот материал на ветку. Но ведь эти материалы-тоже история нашей авиации, а судьба-так она у каждого своя...

АНТИЛЕВСКИЙ Бронислав Романович (1916, деревня Марковцы, Белоруссия - 25.7.1946, Москва), деятель «русского освободительного движения», капитан ВС КОНР (5.2.1945). Сын крестьянина. Образование получил в техникуме народно-хозяйственного учета (1937), школе авиации особого назначения в Монино (1938) и военно-авиационной школе им. А. Мясникова в Качине (1942). В окт. 1937 призван в РККА. С июля 1938 стрелок-радист 21-го дальнего бомбардировочного полка. Участник советско-финской войны 1939-40, Герой Советского Союза (7.4.1940). В апр. 1942 направлен па фронт, сражался в рядах 20-го истребительного полка 303-п истребительной дивизии 1-й воздушной армии. С 15.12.1942 командир звена, с 15.4.1943 заместитель командира эскадрильи. Последнее звание в РККА - старший лейтенант (25.7.1943). 28.8.1943 сбит в бою и взят в плен. Содержался в лагере в районе Сувалок, затем в Морицфельде. В конце 1943 вступил в Русскую освободительную армию. С 19.12.1944 командир 2-й бомбардировочной эскадрильи (с марта 1945 8-й эскадрильи ночных бомбардировщиков 1-го авиаполка) вооруженных сил Комитета освобождения народов России (ВС КОНР). В конце аир. 1945 вместе с другими летчиками ВС КОНР сдался американцам. Интернирован в Шербурском лагере. В сент. 1945 передан советской контрразведке. Приговорен к смертной казни военным трибуналом Московского военного округа. Указом Президиума Верховного Совета СССР 12.7.1950 лишен наград и звания Героя Советского Союза.


На фронте редко бывают радостные дни. 6 Сентября 1943 года стало одним из таких для личного состава 937-го истребительного авиаполка и, пожалуй, для всей 322-й истребительной авиадивизии. Боевые друзья провожали в Москву командира полка Майора Алексея Кольцова и штурмана полка Капитана Семёна Бычкова. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 Сентября 1943 года «за образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом отвагу и геройство» им было присвоено звание Героя Советского Союза. И теперь они летели в столицу за заслуженной в воздушных боях с врагами наградой.
Фронтовые авиаторы собрались в Кремле 10 Сентября. Награды вручал заместитель Председателя Президиума Верховного Совета СССР И. Я. Верес. С волнением услышал Капитан Бычков свою фамилию:
- Капитан Семён Трофимович Бычков...
Прикрепляя к его парадной гимнастёрке, на которой уже поблескивали два ордена Красного Знамени, Верес пожелал Бычкову новых успехов в воздушных схватках с ненавистным врагом.
Выйдя из Кремля, Бычков и Кольцов медленно пошли по брусчатке Красной площади. Остановившись, долго вглядывались в кремлёвские стены и башни, стараясь запомнить их величавую красоту.
- Мы ещё придём сюда, командир... - задумчиво произнёс Семён. - После победы над фашистами. А день победы придёт, обязательно придёт...
Но не всем советским воинам довелось дожить до 9 Мая 1945 года. 7 Ноября 1943 года группа «Лавочкиных» под командованием Кольцова наносила удар по вражескому аэродрому. Словно огненный смерч налетели на врага лётчики 937-го авиаполка. С двух сторон они подожгли 9 бомбардировщиков, а 14 вывели из строя. Во время штурмовки осколок зенитного снаряда повредил машину командира полка. Кольцов был ранен. А с соседнего аэродрома поднялась большая группа «Мессеров». Завязался воздушный бой, в котором очередную победу одержал Капитан Бычков, сбивший вражеский истребитель.
Один «Мессершмитт» записал на свой счёт в этом неравном бою и Майор Кольцов, но раненый, на повреждённом самолёте, он не мог противостоять врагу. Его истребитель упал близ села Лиозно Витебской области. Похоронен А. И. Кольцов в деревне Черницы Лиозненского района. На его могиле установлен памятник, а на зданиях школы - интерната в Лиозно и механического завода в Воронеже, где он работал мотористом в начале 1930-х годов, - мемориальные доски. Сведения о Герое Советского Союза Майоре Алексее Ивановиче Кольцове помещены в вышедшем в 1987 - 1988 годах двухтомном кратком биографическом словаре «Герои Советского Союза».
Но почему в этом же словаре ни слова не говорится о его однополчанине - Капитане Семёне Трофимовиче Бычкове ? В этом достаточно полном и выверенном военными историками издании есть биографические сведения только об одном Бычкове - сержант Бычков Николай Васильевич заслужил эту высокую государственную награду за форсирование Днепра. Что это - ошибка составителей биографического словаря, неточность ? Документы военных архивов позволяют дать в достаточной степени объективный и достоверный ответ на этот нелёгкий вопрос...
...Семён Трофимович Бычков родился в 1919 году в селе Петровка Хохольского района Воронежской области в семье служащего. В 1935 году окончил 7 классов. Его путь в военную авиацию был обычным для юношей предвоенных поколений: сначала аэроклуб ( 1938 год ), затем учёба в Борисоглебской военной авиационной школе лётчиков. Повышал своё лётное мастерство на курсах заместителей командиров эскадрильи ( 1941 год ).
В представлении на штурмана 937-го истребительного авиационного полка Капитана Бычкова Семёна Трофимовича, написанном командиром полка Майором А. И. Кольцовым летом 1943 года, отразился долгий боевой путь лётчика - истребителя.
»В воздушных боях с немецкими пиратами участвовал с самого начала Отечественной войны. Всего совершил 230 успешных боевых вылетов, участвовал в 60 воздушных боях. На Московском, Брянском и Сталинградском фронтах за период 1941 - 1942 гг. имеет лично сбитых ( подтверждённых ) 13 самолётов противника, из них 5 бомбардировщиков, 7 истребителей и 1 транспортный самолёт. За успехи в ожесточённых воздушных битвах и героической обороне Сталинграда награждён в 1942 году первым орденом - Красного Знамени.
Участвуя в ожесточёных воздушных боях с превосходящими силами авиации противника на Орловском участке фронта с 12 Июля по 10 Августа 1943 года, проявил себя отличным лётчиком - истребителем, у которого отвага сочетается с большим мастерством. В бой вступает смело и решительно, проводит его в большом темпе, навязывает свою волю врагу, используя его слабые стороны. Проявил себя отличным командиром - организатором групповых воздушных боёв. Лётчики полка, воспитанные его повседневной кропотливой работой, личным примером и показом, произвели 667 успешных боевых вылетов, сбили 69 вражеских самолётов, причём случаев вынужденных посадок и потерь ориентировок не было ни разу.
В Августе 1942 года награждён вторым орденом Красного Знамени.
В последней операции с 12 Июля по 10 Августа 1943 года сбил 3 самолёта врага. 14 Июля 1943 года в группе из шести Ла-5 в бою против десяти Ю-87, пяти Ю-88, шести ФВ-190 лично сбил один Ю-87, который упал в районе Речица.
15 Июля 1943 года в составе трёх Ла-5 перехватил и сбил вражеский самолёт - разведчик Ю-88, который упал в районе Ягодная...
31 Июля 1943 года в воздушном бою лично сбил один Ю-88, который упал в районе Масальское.
Вывод: за мужество и героизм, проявленные в боях с немецкими захватчиками и сбитые лично 15 и в группе 1 самолётов противника представляется к званию Героя Советского Союза».
11 Декабря 1943 года во время выполнения очередного боевого задания в районе Орши Ла-5, ведомый Капитаном С. Т. Бычковым, попал под перекрёстный огонь немецкой зенитной артиллерии. Получив массу пробоин, самолёт совершил вынужденную посадку в болотистом месте, тяжело раненный лётчик в бессознательном состоянии, с тяжёлым ранением головы был извлечён из - под обломков машины вражескими автоматчиками. Очнулся Семён Бычков в немецком военном госпитале...
Осенью 1943 года Подполковник немецкого Генерального штаба Холтеро - начальник пункта обработки разведывательных данных «Восток» в штабе командования «Люфтваффе», обрабатывавший результаты допросов советских лётчиков, предложил сформировать из пленных, готовых воевать на стороне Германии, лётное подразделение. При этом он заручился полной поддержкой своей идеи со стороны бывшего Полковника советской авиации Виктора Мальцева.
С Октября 1943 года из различных лагерей военнопленных начали свозить в лагерь, расположенный близ Сувалок, советских пленных авиаторов. Здесь от них различными путями добивались согласия вступить в вооружённые силы свободной России, затем они проходили медицинское обследование, их проверяли в профессиональном плане. Признанные пригодными обучались на двухмесячных курсах, после чего им присваивали воинское звание, они приносили присягу, а затем откомандировывались в «авиационную группу» Подполковника Холтерса в Моризфельде около Истенбурга ( Восточная Пруссия ), где их использовали соответственно их лётным специальностям: технический персонал ремонтировал попавшие к немцам советские самолёты, пилоты же переучивались на различных типах немецких военных самолётов. Те из бывших советских авиаторов, которым враги особенно доверяли, в составе немецкой эскадрильи перегоняли самолёты с заводских площадок на военные аэродромы Восточного фронта.
При 1-м немецком Воздушном флоте, дислоцировавшемся в Прибалтике, была сформирована в то же время дополнительная группа ночного боя «Остланд», в которую, кроме эстонской группы ( три эскадрильи ) и латышской группы ( две эскадрильи ), вошла и первая «восточная» эскадрилья - первое «русское» авиационное подразделение в составе немецких Люфтваффе. До своего расформирования в Июне 1944 года 1-я эскадрилья выполнила до 500 боевых вылетов в тыл советских войск.
В составе немецких истребительных, бомбардировочных и разведывательных эскадрилий позже были самолёты с «русскими» экипажами, отличившимися в воздушных боях, при бомбежках, в разведывательных полётах. В общем и целом, опыт с советскими пленными авиаторами показался командованию Люфтваффе довольно удачным, и немецкие и власовские военные наблюдатели в один голос отмечали высокие боевые качества личного состава авиагруппы Холтерса - Мальцева.
29 Марта 1944 года в газете власовской армии «Доброволец» было опубликовано обращение к советским пленным лётчикам, подписанное Героями Советского Союза Капитаном Семёном Бычковым и Старшим лейтенантом Брониславом Анталевским, в котором они утверждали, что «сбитые в честном бою, мы оказались в плену у немцев. Нас не только никто не мучил и не подвергал пыткам, наоборот, мы встретили со стороны германских офицеров и солдат самое тёплое и товарищеское отношение и движение к нашим погонам, орденам и боевым заслугам».
А некоторое время спустя было опубликовано их новое заявление:
»Мы - Капитан Семён Трофимович Бычков и Старший лейтенант Бронислав Романович Антилевский, бывшие лётчики Красной Армии, дважды орденоносцы и Герои Советского Союза, - узнали, что сотни тысяч добровольцев русских, вчерашних красноармейцев, сегодня воюют плечом к плечу с немецкими солдатами против сталинского правления, и мы тоже встали в эти ряды».
Дважды запись выступления Бычкова с призывом переходить на сторону немецкой армии транслировалась немцами на различных участках Восточного фронта. Думается, могли знать об измене однополчанина и авиаторы 322-й авиадивизии.
Был ли переход боевого советского авиатора на сторону врага вынужденным или добровольным ? Мы не можем исключать ни первой, ни второй версии.
Когда в Июле 1946 года Военная коллегия Верховного Суда СССР приступила к рассмотрению дела по обвинению А. А. Власова, В. Ф. Малышкина, Г. Н. Жиленкова, В. И. Мальцева и других в измене Родине и других «особо опасных для СССР государственных военных преступлениях», С. Т. Бычков был вызван в качестве свидетеля. В протоколе заседания суда записано:
»Свидетель Бычков рассказал, как в конце Январе 1945 года в лагере Морицфельд командующий авиацией Русской освободительной армии ( РОА ) Мальцев вербовал содержавшихся в этом лагере советских лётчиков. Когда на предложение Мальцева пойти на службу в «авиацию РОА» Бычков ответил отказом, он был так избит, что его отправили в лазарет, где он пролежал две недели. Мальцев и там не оставлял его в покое. Запугивал тем, что в СССР его всё равно «расстреляют как изменника», а если он всё же откажется служить в РОА, то он, Мальцев, позаботится о том, чтобы Бычкова отправили в концлагерь, где он, несомненно, погибнет. В конце концов Бычков не выдержал и дал согласие служить в РОА».
Не исключена возможность, что к Семёну Бычкову гитлеровцы действительно применяли методы «физического воздействия» ( в настоящее время мы знаем, что подразумевалось под этими «методами» в нацистских и сталинских застенках ), и его согласие служить в авиации «Комитета освободительного движения народов России» ( КОНР ) было вынужденным. Но неоспоримым фактом является также и то, что свидетель Бычков не сказал на этом судебном заседании печально известному председателю Военной коллегии Генерал - Полковнику юстиции В. В. Ульриху всей правды. А она заключалась в том, что в Морицфельде был вовсе не лагерь для военнопленных, а для бывших лётчиков Красной Армии, которые в силу разных причин были вынуждены дать согласие вступить в РОА, да к тому же в Январе 1945 года уже был очищен от врагов наступающими советскими войсками. Капитан Бычков и Старший лейтенант Антилевский уже в начале 1944 года выступали в лагерях для военнопленных и восточных рабочих, открыто призывая к «вооружённой борьбе против сталинского режима» и в составе авиагруппы участвовали в боевых вылетах против войск Красной Армии.
Бычков пользовался у фашистов большим доверием. Ему доверяли перегонять боевые машины с авиазаводов на прифронтовые аэродромы, обучал он лётному мастерству пилотов РОА. Ему никто не смог бы помешать перелететь на вражеском боевом самолёте через линию фронта. Но он этого не сделал. И немцы оценили его преданность «освободительной миссии» РОА», присвоив ему звание Майора немецкой армии.
4 Февраля 1945 года, во время первого смотра авиационных частей, находившихся в стадии формирования, Генерал Власов вручал боевые награды авиаторам РОА. В числе других ордена были вручены Майору Бычкову и вновь испечённому Капитану РОА Антилевскому.
19 Декабря 1944 года был издан приказ «рейсмаршала великого германского рейха и главнокомандующего люфтваффе» Германа Геринга о создании военно - воздушных сил РОА, в котором подчёркивалось, что «руководство формированием находится в руках РОА», и они непосредственно подчиняются Власову.
2 Февраля 1945 года Власов и Мальцев по приглашению рейсмаршала Геринга участвовали в совещании в Каринхалле. Мальцев, по представлению Власова произведённый в Генерал - Майоры, получил полномочия командующего ВВС РОА или «начальника военно - воздушных сил народов России». 13 Февраля был утверждён штат штаба ВВС РОА. Большинство должностей в штабе заняли офицеры царской и белых армий, в период между двумя войнами служившие в югославской военной авиации. Среди них были георгиевские кавалеры Полковники Л. Байдок и Антонов, Майор В. Шебалин.
10 Февраля 1945 года в Мариенбаде было начато формирование авиационных частей. Первым авиаполк ( командир Полковник Байдак, начальник штаба Майор Шебалин ) был сформирован в Эгере. Быстрее всего сформировали 5-ю истребительную эскадрилью имени полковника Александра Казакова - знаменитого русского авиатора, героя Первой Мировой войны, воевавшего затем в рядах белогвардейских армий против советской власти. Командиром эскадрильи был назначен Майор С. Т. Бычков. Эскадрилья дислоцировалась в Эгере и состояла из 16 истребителей Ме-109G-10. По расчётам штаба ВВС РОА, она уже в Марте должна была быть задействована «для боёв на востоке». 2-я эскадрилья ( командир Капитан Антилевский ) имела на вооружении немецкие бомбардировщики и предназначалась для выполнения ночных боевых вылетов. В середине Февраля Мальцев доложил Генералу Власову, что «самостоятельные боевые группы ВВС РОА готовы к приложению на фронте».
Советские войска продвигались на запад стремительно и вместо выполнения боевых заданий немецкого командования отходили на второй план: штаб ВВС РОА стремился спасти свои авиационные подразделения. Всё же 13 Апреля 1945 года эскадрилья ночных бомбардировщиков с воздуха поддерживала наступление 1-й дивизии РОА на советский плацдарм Эрленгоф, к югу от Фюрстенберга.
13 Апреля Власов сообщил Мальцеву о своём решении стянуть все вооружённые силы КОНР к востоку от Зальцбурга или в Богемию. Части РОА двинулись в путь, 23 Апреля в Нейерке влились части связи ВВС. 24 Апреля на военном совете было наконец - то признано то, что к тому времени было очевидным для самых оголтелых гитлеровцев: окончательное поражение вермахта - дело нескольких дней. Поэтому Мальцев вместе с немецким Генералом Люфтваффе Ашекбусннером отправились на переговоры к американцам с целью добиться от них для военнослужащих авиачастей Русской освободительной армии статуса политических беженцев.
На переговорах в штабе 12-го корпуса армии США американцы вели себя предельно корректно, но вскоре выяснилось, что они совершенно не знают, что на стороне немцев воюют против них войска какой - то русской освободительной армии. Бригадный генерал Кенин заявил, что командование корпуса, да и всей 3-й американской армии, в состав которой он выходит, не уполномочены вступать в переговоры о представлении кому - то политического убежища, что этот вопрос является компетенцией исключительно президента и конгресса США. Американский Генерал твёрдо завил: речь может идти только о безоговорочной сдаче оружия.
Сдача оружия прошла 27 Апреля в Лангдорфе, между Цвизелен и Резеном. Группа офицеров, состоявшая из 200 человек, и в их числе Семён Бычков, после временного интернирования во французском городе Шербуре в Сентябре 1945 года была передана советским войскам.
24 Августа 1946 года С. Т. Бычков военным трибуналом Московского военного округа был приговорён по статье 58.1-Б Уголовного кодекса РСФСР к расстрелу. На другой день Бычков подал в Военную коллегию Верховного суда СССР прошение о помиловании. Он писал, что «совершил вынужденную посадку и с тяжёлым ранением головы оказался под обломками самолёта в бессознательном состоянии... На допросах не выдал врагу военной тайны, вступил в РОА по принуждению, глубоко раскаивается в содеянном». Его прошение было отклонено...
Указом Президиума Верховного Совет СССР от 21 Марта 1947 года он был лишён звания Героя Советского Союза.»



(18-10-2005 15:03:31)

 
 
Николай: В дополнение к предыдущему материалу...

РАСКОЛОТОЕ НЕБО
Авиация генерала Власова
Весной 1945г., за несколько недель до конца воины, над Германией и Чехословакией шли ожесточенные воздушные бон. В эфире звучал треск пушечно-пулеметных очередей, отрывистые команды, проклятия летчиков и стоны раненых, сопровождавшие поединки в воздухе. Но в отдельные дни русская речь слышалась с обеих сторон - в небе над центром Европы в яростных схватках не на жизнь, а на смерть сошлись русские...
Власовцы - под этим именем известны они у нас. В последнее время появился ряд публикаций, касающихся истории Русской Освободительной Армии (РОА) и затрагивающих, преимущественно, участь ее пехотных и казачьих формирований, но об авиации РОА и самом ее существовании в отечественной прессе не встречалось и упоминания. Ничего не было известно о ее летчиках, путях и судьбах, приведших их на сторону противника.
В результате неудач первых месяцев войны в немецком плену оказалось огромное число советских солдат и офицеров. Уже к концу 1941 г. число пленных составило 3.800.000 человек. В последующие годы к ним прибавились еще 1.440.000. Их ожидала незавидная доля: издевательства, голод и холод концентрационных лагерей только за первую военную зиму погубили десятки тысяч пленных. Участь остальных, помимо лишений и физических страданий, усугубляли оглушенность неудачами на фронте, проявившиеся просчеты командования Красной Армии, успехи немецких войск, казавшиеся в плену особенно впечатляющими. Свою роль играл и нажим геббельсовской пропаганды, не устававшей напоминать пленным о коснувшихся многих сталинских репрессиях, просчетах политического и армейского руководства, превознося преимущества жизни в Европе, которые и не представлялись дома.
Сложившаяся в Красной Армии атмосфера не лучшим образом сказалась на моральной стойкости бойцов и офицеров. Неутомимая деятельность карательных органов накануне войны лишила армию руководства, а выбитые командные кадры заменялись зачастую далеко не лучшими представителями армейской среды. Наравне с НКВД выступали политорганы, с 1938 г. руководимые начальником Главного Политуправления РККА Львом Мехлисом, который, как вспоминал Герой Советского Союза В.Карпов, «произвел буквально опустошение в округах, частях, дай в центральном аппарате Наркомата Обороны... Он создал в Красной Армии обстановку сплошного недоверия, превратив политработников в «фискалов»». Тут уже было не до боевой подготовки: достаточно вспомнить запрет на высший пилотаж, отданный наркомом обороны Тимошенко. Приказ, продиктованный «необходимостью снижения аварийности», разом на несколько месяцев поставил крест на поддержании классности летчиков и освоении боевого опыта, особенно истребителями, остро нуждавшимися в этом с переходом на новую технику.
Солдат и командиров, принявших на себя удар немецкой армии, которая превосходила РККА и в уровне подготовки, и в качестве техники, ожидали суровые испытания. Но самый тяжелый удар обрушился на тех, кто волею судеб попал в плен, притом удар со стороны своих. Уже в начале 1942 г. Мехлисом был пущен в ход лозунг: «У нас нет пленных, есть только предатели». От миллионов людей, разом заклейменных тавром презрения, отвернулась Родина. Брошенные страной и руководством оказались перед мучительным выбором.
К этому времени ряд высокопоставленных немецких военных осознал, что извращенная расовая политика гитлеризма на Востоке дает, по сути, обратные результаты, поднимая народ на сопротивление захватчикам. Свою роль в осознании реалий сыграли нараставшие трудности на фронте, сменившие эйфорию первых месяцев войны. Все сильнее ощущавшийся недостаток собственных резервов побудил командование вермахта обратить внимание на источник, уже использовавшийся промышленностью - привлечь массы военнопленных и жителей оккупированных территорий, резонно рассчитывая на их сломленность и безысходность положения.
Перешедшие на сторону врага по тем или иным причинам были всегда и во всех армиях. Всегда и всюду их сопровождали презрение и неприязнь, но ни одна страна и никакое правительство своими действиями не поощряли людей, волею обстоятельств оказавшихся в руках противника, к измене. За загодя объявленным «предателем» захлопывались двери, и он оказывался под двойным гнетом лагерных мучений и нажимом немецких агитаторов, объяснявших, что ждет его дома. Не у всех доставало сил противиться таким предложениям, выбирая голодную смерть в лагере или службу в рядах противника, к тому же казавшегося непобедимым. Правду писал Алесь Адамович, не понаслышке знавший войну и оккупацию - «Каждый был волен только умереть, это было в его власти. Но если он хотел жить - он не принадлежал себе».
Из числа пленных и дезертиров стали набирать поначалу небольшие подразделения, исполнявшие вспомогательную и полицейскую службу во втором эшелоне вермахта. Хотя эти части формировались вопреки официальной политике ведомства Розенберга и без ведома высшего командования, уже к маю 1943 г. число служащих в таких отрядах достигло 600 тысяч человек. Люди попадали в них разными путями: спасаясь от голодной смерти, становясь жертвами безволия и провокаций, в результате обыденного желания обстроиться в изменившейся обстановке, но встречались и идейные противники советской власти или, напротив, надеявшиеся при первой возможности с оружием в руках пробиться к своим. Такое количество людей, по своей или чужой воле оказавшихся на стороне Германии, давало основания для предложений о формировании из них отдельной структуры. В идеях такого рода недостатка не было, но лишь после поражений под Сталинградом и Курском и начавшегося отката немецкой армии на запад к ним стали относиться всерьез.
14 ноября 1944 г. на базе эмигрантских кругов и антисталински настроенных пленных в оккупированной Праге, на территории тогдашнего протектората Чехии и Моравии, был учрежден Комитет Освобождения народов России (КОНР), широко декларированный как «потенциальное русское правительство». Его «самостоятельность» должна была стать приманкой для находившихся в лагерях пленных. Во главу КОНР выдвинули генерал-лейтенанта Андрея Андреевича Власова, оказавшегося в плену летом 1942 г. после трагически неудачной операции на Волховском фронте. Бывший командующий 2-й ударной армией занял этот пост вопреки пожеланиям нацистского руководства рейха, предлагавшего других кандидатов, но командование вермахта настояло на своем, поскольку делало ставку на известного в войсках военачальника. Напомним, что в предвоенные годы и в период Московской битвы Власов был высоко оценен Г.К.Жуковым, имел звание Героя Советского Союза и считался весьма перспективным командармом, чей опыт широко пропагандировался в РККА. У немцев Власов возглавил Русскую Освободительную Армию, для которой началась вербовка солдат и офицеров среди военнопленных и угнанных на работу в Германию.
Умело организованная агитация по лагерям, привлекавшая людей лозунгами учреждения нового российского правительства на «освобожденной от большевиков земле», доведенность до крайности узников, искавших спасения под знаменами РОА, и недовольство царившими в СССР порядками дали свои результаты. Из согласившихся служить на стороне противника были сформированы 1 -я пехотная дивизия РОА (в немецких реестрах числившаяся 600 lnfaterie Division - russ.), возглавленная прежним командиром 59-й стрелковой бригады Красной Армии генерал-майором Сергеем Кузьмичом Буняченко, 2-я (50 Infanterie Ddivision - russ. ) дивизии, а также Казачий корпус (XV Kozakenkavalerie Korps), которым командовал генерал Гельмут фон Паннвитц. Кроме того, появилось значительное число небольших подразделений в составе германской армии.
В лагерях оказалось и большое количество летчиков. Только за первый день войны в воздушных боях были сбиты не менее 300 советских самолетов, а к концу года тяжело складывавшаяся обстановка во фронтовом небе привела к потере в воздушных боях почти 18.000 боевых машин!! Такое развитие событий разительно отличалось от громогласной предвоенной трескотни о «спокойствии наших границ» и насаждавшегося Главпуром «чувства превосходства по отношению к противнику». Горькие открытия оказались неожиданными и деморализовали многих. Внезапно оказавшись в руках противника, вчерашние воздушные бойцы не могли не отдать должного качеству техники противника, его отточенному боевому опыту, тактике и профессионализму пилотов Люфтваффе. Масла в огонь подливало состояние собственных ВВС, где продолжалось привычными методами начатое перед войной «выжигание скверны».
И без того тяжелую атмосферу отягощали грозные приказы и распоряжения, грозившие карами «трусам», «сплетникам» и «пораженцам». Разыгрывались случаи, способные подорвать веру в себя даже у умелого летчика. Капитан Тит Покровский, начинавший войну командиром эскадрильи 136-го сбап на Як-2, за три первых месяца боев был сбит и садился на вынужденную девять(!!) раз и пошел под трибунал за сказанную с болью фразу: «О чем они там думают - сколько можно летать на этих гробах!». Летчик, имевший четыре Ордена Красного Знамени, был приговорен к расстрелу и лишь благодаря спешно доставленному самолетом в Москву письму товарищей-летчиков их командира оставили в живых, в назидание разжаловав и переведя в штурмовой авиаполк. Обвиненному в трусости капитану Покровскому не суждено было умереть от «своей» пули - в одном из вылетов над Азовом его Ил-2 был сбит и упал в море...
Поплатиться можно было за неосторожное высказывание, «распространение слухов», неодобрительный отзыв о руководстве и, особенно, политорганах, занятых «воспитанием» личного состава. Из донесения комиссара 32-го гв. иап: «... и.о. комэска Герой Советского Союза Орехов не понимал той силы и значения, которое может оказать ему в выполнении боевого приказа партполитработа. Считает, что совещания, собрания, лекции, доклады являются пустым делом, пустой тратой времени...». «Оргвыводы» могли постичь всякого, невзирая на его реальную боевую работу: «несознательный» истребитель Орехов на тот момент имел больше всех побед в полку и был первым по числу боевых вылетов во всей дивизии!
Не менее крутыми иногда оказывались последствия аварии или ошибки летчика. Будущий командующий авиацией ПВО страны, инженер-капитан А.Л.Кадомцев получил десять лет лишения свободы за поврежденный при посадке Як-1. Самолет восстановили в течение полутора суток, а виновнику заменили срок отправкой в штрафбат, направив затем «смывать вину кровью» стрелком в 30-й бап.
Попавшего в плен летчика ожидало такое же как и других ошеломление от того, что ему дома заочно уже вынесен приговор: «имея на руках личное оружие, сдался в плен и этим изменил Родине», за что статья 58-1 предусматривала неизбежные двадцать пять лет заключения с последующей высылкой в отдаленные места. Это не было выдумкой власовских эмиссаров: знаменитый побег Михаила Девятаева из плена на захваченном Не111 Н-22 завершился «искуплением вины» пилотом и 11 спасенными им товарищами в лагере, теперь уже своем, советском. Впрочем, летчику зачли доставленную к своим секретную машину - носитель крылатых ракет R103, освободив досрочно, в чем немалое участие принял один из основателей советской ракетной программы и Главный конструктор ОКБ-1 С.П.Королев.
Результаты такой «воспитательной работы», нажим на пленных с двух сторон и искреннее недовольство части людей положением в родной стране, оканчивалось для объявленных вне закона согласием лишь формально признать свою участь и состоявшуюся «измену», перейдя на службу к противнику.
В августе 1942 г. в лагере Осиновка под Оршей группа пленных офицеров, искавших возможность вновь вернуться к летной работе, предложила сформировать из них отдельную авиачасть в составе Люфтваффе. Инициаторами стали майор Филатов, капитан Рипушинский и лейтенант В.П.Плющев. Такая группа под началом Филатова была образована, хотя доверить вчерашним противникам самолеты немцы не торопились, перепроверяя летчиков и проводя их общую переподготовку, а точнее доучивание, поскольку многие вчерашние сталинские соколы попали на фронт, а оттуда в немецкий плен имея всего по нескольку десятков летных часов, из них на боевых машинах порой не более десяти. К тому же, абсолютному большинству необходимо было освоить немецкий язык.
Первоначально теорию полетов, штурманское дело и матчасть в группе изучали 22 человека, в том числе девять летчиков, три штурмана и четыре стрелка-радиста. В это же время в составе 4-го и 6-го Воздушных флотов Люфтваффе были образованы группы техсостава из числа пленных добровольцев, обслуживавших самолеты.
Еще одним побудительным мотивом для германского командования стали советские летчики-перебежчики, перелетавшие на собственных машинах. Надо сказать, что проблема дезертирства в Красной Армии была достаточно острой всю войну (как видно, далеко не всех недовольных удалось отловить сетью карательных органов, хотя, возможно, их старания лишь множили ряды затаивших обиду и ненависть...). Набралось и некоторое число летчиков-дезертиров.
Подобные случаи перелетов имели место и в других странах, пилоты которых таким нетрадиционным способом разрешали конфликты со своим командованием и общественным строем. Другой причиной этих побегов, впрочем, носивших единичный характер, была работа разведок, шантажом и подкупом склонявших пилотов к угону машин.
С советской стороны, по германским источникам, только за 1943 г. перелетели к немцам 66 самолетов, еще 20 экипажей воспользовались возможностью побега в первые три месяца 1944 г. Проверить эти цифры по материалам отечественных архивов и дать им адекватную оценку вряд ли возможно: подобных признаний в них нет, ведь для командира части согласие с фактом дезертирства своего летчика означало бы обвинение в пособничестве или как минимум в попустительстве и крест на всей карьере. К тому же решившийся на перелет едва ли внешне выдавал свои намерения и попросту терялся в небе, отставая от группы и уходя на запад незамеченным, числясь затем в рапортах «пропавшим без вести» или «не вернувшимся из боя».
Впрочем, единичные свидетельства дезертирства летного состава все же сохранились, первое из которых относится уже к 22 июня 1941 г., когда при бомбардировке Кенигсберга штурман предпочел выпрыгнуть с парашютом из своего СБ, но не возвращаться обратно.
Летом 1941 г. в 735-й бап один из экипажей на Су-2 не вернулся домой, взяв курс на запад. В результате разбирательства полк не получил гвардейское звание, хотя и был уже к нему представлен.
Подтверждением таких случаев, не остававшихся незамеченными контрразведкой, является раздел сталинского приказа №229 НКО СССР «Меры борьбы со скрытым дезертирством среди отдельных летчиков», выпущенный уже 19 августа 1941 г. Другим косвенным свидетельством служит значительное число советских самолетов, практически неповрежденными попадавшими в руки противника. Наибольшее их количество, естественно, было захвачено на аэродромах в 1941 г., однако и в дальнейшем, в течение всей войны и даже при отступлении немцев число трофейных машин, в том числе и самых современных, оставалось заметным и позволяло Люфтваффе не только проводить испытания советской техники, знакомясь с ее боевыми качествами, но и использовать десятки вполне работоспособных «пленных» машин в своем строю. Последние случаи перелетов отмечались уже за считанные дни до конца войны (хотя и сомнительно, чтобы летчики тогда выбирали германские аэродромы; скорее всего, их целью становились нейтральные государства или базы союзников). Так, в апреле 1945 Пе-2 из состава 161-го гв. бап в воздухе покинул строй и, не отзываясь на окрики командира группы, скрылся в облаках. За летевшими на нем старшим лейтенантом Бацуновым и штурманом Кодь и раньше водились подозрения, а после столкновения накануне в полете с другим самолетом их и вовсе обвинили во вредительстве и трусости, так что вопрос об их судьбе был решен. Но экипаж, видимо, успел сделать выводы раньше...
Первым, кто обратил внимание и на вчерашних противников, стал обер-лейтенант Хольтерс (Holters) из штаба командования Люфтваффе «Восток». Познакомившись ближе с антисталински настроенными пленными, он предложил создать для пробы боевую летную часть из русских добровольцев и сумел привлечь к ее организации одну из наиболее видных фигур, перешедших на сторону немцев, - полковника авиации Виктора Ивановича Мальцева. Опытный летчик и командир, до того державшийся в тени, откликнулся на предложение вернуться к летному делу и вскоре выдвинулся на одну из главных ролей в будущей РОА.
Мальцев родился 25 апреля 1895 г. в бедной крестьянской семье Владимирской губернии. В 1918 г. он вступил в Красную Армию, а вскоре и в партию большевиков. Окончив после гражданской войны летное училище, в начале 30-х гг. Мальцев уже занимал пост начальника ВВС Сибирского военного округа, а в 1937 г. был назначен руководителем ГВФ по Средней Азии и Закавказью. «За выдающиеся успехи в области гражданского воздухоплавания» полковник Мальцев был представлен к ордену Ленина, но получить его не успел - в марте 1938 г. его смела очередная чистка и полтора года полковник провел в тюрьмах НКВД. Однако в тот раз ему повезло - при «ликвидации некоторых перегибов» после смещения Ежова его выпустили на свободу и даже выделили должность директора санатория Аэрофлота.
Но старания заплечных дел мастеров не прошли бесследно, сделав летчика непримиримым врагом Советской власти. После занятия немцами Крыма, Мальцев в форме полковника ВВС Красной Армии явился в комендатуру Ялты, объявив о своей готовности драться со сталинским режимом, но до поры был оставлен во «втором эшелоне», служа русским бургомистром города. С началом организации добровольческих частей он связался с их верхушкой и нашел понимание у генерала Власова, стремившегося не только любыми путями увеличить свою армию, но и создать вооруженные силы, оснащенные всеми видами боевой техники. Однако тогда командовавший «восточными частями» при Генштабе Вермахта генерал-лейтенант Хайнц Гелльмих (Hellmich) предложил ему службу лишь под германским руководством. Мальцев отказался, настаивая на самостоятельности русской армии под командованием русских офицеров. Вскоре такая возможность ему представилась: заинтересовавшийся своенравным полковником Хольтерс предложил ему возглавить штаб авиачасти из русских добровольцев и поручил заняться подбором кадров среди пленных.
Поначалу не очень-то веря в удачу, Мальцев взялся за дело и вскоре начал верить, что из этой небольшой группы ему удастся создать альтернативную русскую авиацию, тем более, что согласно полученному им приказу, «полковник Мальцев будет лично руководить подбором летного и технического состава группы и будет русским ее командиром в чине полковника авиации, с дисциплинарными правами немецкого... штаффельфюрера».
В октябре 1943 г. Мальцев объехал лагеря, агитируя пленных. В его обращении говорилось: «Я весь свой сознательный век был коммунистом, и не для того, чтобы носить партийный билет как дополнительную продовольственную карточку; я искренне и глубоко верил, что этим путем мы придем к счастливой жизни. Но вот прошли лучшие годы, побелела голова, а вместе с этим пришло и самое страшное - разочарование во всем, чему я верил и чему поклонялся. Оказались оплеванными лучшие идеалы. Но самым горьким было сознание того, что я всю жизнь являлся слепым орудием политических авантюр Сталина... Многие из вас помнят и знают меня по совместной работе. Так неужели же вы можете поверить, что я - изменник, германский наймит, шпион и все прочее?
Пусть тяжело было разочарование в своих лучших идеалах, пусть лучшая часть жизни пропала, но остаток дней я посвящу борьбе с палачами русского народа, за свободную, счастливую, великую Россию.».
Умения работать с людьми Мальцеву было не занимать, и перед оказавшимся в плену он представал настоящим спасителем. В письме жене Мальцев рассказывал о встрече с двумя летчиками, состоявшейся уже через пару дней после неудачного для них воздушного боя: «Все они глядят на меня, как на человека, который должен сказать им что-то вразумительное и дать окончательный ответ, что делать дальше. Ну, поговорили, подумали, и еще два сознательных врага Сталина появились в моем активе.». После посещения полковником только одного Лицманштадского лагеря для летчиков добровольцами записались почти 100 человек!
С октября 1943 г. отобранные по лагерям для военнопленных авиаторы начали собираться на базе в Сувалках. Там они проходили отбор по профессиональным и медицинским показателям, подвергаясь обязательной проверке, поскольку немцы не без оснований опасались, что значительная часть не очень надежных «волонтеров», презрев обещанные ужасы и положившись на знаменитое русское «авось» тут же махнет к своим на немецких самолетах.
Между тем уже к концу ноября авиагруппа была полностью укомплектована и после двухмесячного восстановления сил вызволенных из лагерей узников сочли готовыми к службе Третьему Рейху. В Морицфельде под Инстербургом из них сформировали «Авиагруппу Хольтерса», имевшую несколько подразделений по специальностям и располагавшую трофейными советскими самолетами. Технический состав, механики и шоферы учились вместе с немцами в Технической школе Люфтваффе на аэродроме Берлин-Темпелхоф. Отобранные для переподготовки на немецкие самолеты летчики проходили обучение на базе Хильдешайм под Ганновером.
Немалый упор в работе с русскими авиаторами делался не только на профессиональную подготовку, но и на знакомство вчерашних пленных с Германией, а также прельщение их европейскими ценностями и образом жизни. А последние были более чем сносными: как вспоминал один из офицеров, «размещали по четыре человека в комнате. Для каждого была отдельная кровать с постельным бельем и одеялом, выдавались два комплекта нового обмундирования и паек по нормам Люфтваффе. Все добровольцы получали денежное содержание по 16 немецких марок в месяц.».
Недавние лагерные «доходяги», хотя и жили в казармах, пользовались достаточной свободой, для них устраивали вечеринки с немецкими летчиками, «пивные встречи» и знакомства с бюргерами. Выгодно отличалась и постановка летного дела: если летом 1942 г. в ВВС РККА приходили истребители с налетом 15-20 часов, нередко не имевшие ни единой воздушной стрельбы, то немецкие инструкторы считали необходимым для выпускника 450 часов налета, а кроме того по сложившейся системе, еще 200 часов набирались в эскадре на фронте до перехода к боевой работе. Встречи имели успех: один из летчиков, капитан Артельцев, обращаясь к «немецким летчикам - товарищам по оружию», писал в газете «Доброволец»:
«Вы встретили нас, как братья,
Вы сумели сердца нам согреть.
А сегодня единою ратью
Нам навстречу рассвету лететь.
Пусть Родина наша под гнетом,
Но тучам солнца не скрыть -
Мы вместе ведем самолеты,
Чтоб смерть и террор победить».
Для начала русских летчиков привлекли к работе в качестве перегонщиков для доставки самолетов с авиазаводов рейха в части. Их база находилась в Гильфесхайме под Ганновером. Отдельная группа техников из 40 человек занималась ремонтом трофейных советских самолетов, шедших затем в исследовательский центр Люфтваффе в Рехлине и Темпельгофский институт для испытаний.
К концу 1943 г., русских летчиков направили на Восточный фронт. В составе 1 -го воздушного флота из них была образована «Вспомогательная ночная штурмовая группа «Остланд»» (Erqanzunqsnachts-chlachgruppe Ostland), в которую вошли и 11-я ночная штурмовая группа (NSGr.11), сформированная в Йеве 18 октября 1943 г. из эстонских добровольцев и 12-я группа (NSGr.12) из литовцев, созданная 14 мая 1944 г. в Лиепае. Обе они были вооружены разномастными устаревшими машинами, приспособленными для ночных бомбардировок, преимущественно типов АгббС, Go145, Не50 и Не46, а также трофейными «Фоккерами» C.Ve и Y-2. Оба этих подразделения были расформированы к 17 октября 1944 г. с отступлением из Прибалтики, а не успевший разбежаться личный состав распределили по другим частям Люфтваффе.

Русскую часть «Остланда» составляла 1 -я эскадрилья «восточных летчиков» (I.Ostflieqer-staffel), оснащенная хорошо знакомыми У-2, И-15, И-153 и другими машинами отечественного происхождения. Среди летчиков - «остфлигеров» оказались и два Героя Советского Союза: истребитель капитан Семен Трофимович Бычков, служивший прежде в 937-ом иап, имевший два ордена Боевого Красного Знамени и отличившийся на фронте еще в 1941 г., и штурмовик старший лейтенант Бронислав Романович Антилевский, получивший Золотую Звезду еще за финскую кампанию. В эскадрилью попала и женщина-летчик Серафима Захаровна Ситник, заброшенная туда неисповедимой прихотью военной судьбы: будучи начальником связи 205-й иад в чине майора, она была сбита «мессерами» в воздушном бою и раненой попала в плен, где ее и отыскал Мальцев. Подобранная немецкими мотоциклистами летчица с тремя боевыми орденами на допросах отказывалась говорить с немцами, повинными в гибели ее семьи. Мальцев выяснил, что ее дочь и мать живы и сумел раздобыть «Юнкере» для их доставки в Морицфельде. Ситник приняла предложение вступить в авиагруппу, хотя в воздух больше не поднималась из-за ранений, полученных при прыжке из горящего самолета. Эскадрилья выполнила на Восточном фронте около 500 боевых вылетов, действуя под началом известного аса майора Грассера, к началу войны - адьютанта полковника Мельдерса. Ее работе во многом способствовал подход Мальцева и Хольтерса достигших между собой полного взаимопонимания, подбирая ключ ко вчерашним пленным и доказывая необходимость совместной борьбы русских и немцев.
К сожалению, о конкретном содержании боевых задач и результативности деятельности «Остланда» известно немного, однако ее работа была достаточно высоко оценена. Ряд русских летчиков за успехи в боях наградили «Железными крестами» 1 и 2 степени, а в донесениях как русского, так и германского руководства подчеркивалась высокая боеготовность и политический уровень «Группы Хольтерса». В вылетах на фронте участвовал и их командир, получивший от немцев серебряную медаль первой степени с мечами и золотую медаль второй степени с мечами. Согласно запискам адьютанта Мальцева поручика Б.П.Плющовa, группа потеряла в боях три самолета. Девять летчиков погибли и еще 12 получили ранения. Как бы то ни было, Мальцев неплохо знал людей и свое дело: никто из его летчиков не перелетел обратно к своим, чего опасались немцы, не было случаев ухода и в последующем!
Более того: как писала газета «Доброволец» 28 мая 1944 г., два летчика все же побывали дома, «предприняв рискованные полеты в советский тыл и выведя оттуда родных»2. Первые успехи дали основания заняться расширением структуры, массовым привлечением пленных и формированием уже «русских ВВС» в составе РОА. Власов, с которым Мальцев близко сошелся, с полным одобрением отнесся к этой идее: РОА, успевшая получить от немцев танки, обзаводилась и своей авиацией.
И все же отношения с немецким командованием были далеко не безоблачными. Разыгрывая «русскую карту», те вовсе не торопились с предоставлением излишней самостоятельности РОА. Русская авиагруппа оставалась под контролем и в составе Люфтваффе, причем они были не прочь избавиться от чужеродных частей, передав их в ведение Вермахта, патронировавшего основную массу добровольческих войск.
Подготовку авиачастей, не мозоля глаза немцам, косившимся на эту автономию, начали вести в чешских Судетах. Резиденцией штаба ВВС РОА 23 ноября 1944 г. был выбран Карлсбад (с 10 февраля 1945 г. штаб перебрался в Марианске Лазне), а центральной базой - аэродром Эгер (Хеб) рядом с довоенной германской границей. 19 декабря 1944 г поступило официальное подтверждение рейсмаршала Геринга, давшего «добро» на образование авиации РОА (Luftwaffe der ROA), хотя сами немцы предпочитали именовать ее «частями ВВС «Восток»».
Представителем от немцев при штабе Мальцева стал инспектор по иностранному персоналу ВВС на востоке генерал-лейтенант Генрих Ашенбреннер (Ashenbrenner) до этого занимавший пост начальника связи ВВС. Как обычно не обошлось и без кулуарных комбинаций: Ашенбреннера, имевшего по многим вопросом свое собственное мнение, недолюбливал Геринг, в это время занятый поиском козлов отпущения за очевидный проигрыш Люфтваффе «войны в воздухе», а потому использовавший возможность одним ударом убить двух зайцев, разом решить проблему с русскими летчиками и перевести строптивого генерала в Вермахт. Впрочем, более подходящую кандидатуру вряд ли можно было отыскать: Ашенбреннер перед войной служил военно-воздушным атташе в Москве, бывал в авиационных гарнизонах и хорошо знал русский язык, имея представление о подготовке и характере советских летчиков. Встретившись с ними, словно со старыми знакомыми, Ашенбреннер быстро договорился с инициативным Мальцевым, полностью разделяя взгляды последнего на самостоятельность русских офицеров в обустройстве и организации ВВС РОА. Эту идею он отстаивал и в Берлине.
По планам Мальцева, его авиация должна была насчитывать 4500 человек. В его распоряжении уже находились более 2000 пилотов, штурманов, радистов, бортстрелков и зенитчиков (по немецким уставам последние тоже входили в состав ВВС). Большей частью они были отобраны в лагерях военнопленных, остальных рассчитывали привлечь с помощью Ашенбреннера, сумевшего 19 декабря 1944 г. добиться разрешения Геринга призвать всех желающих из числа русских, уже служивших в немецких частях (такие группы имелись в 1,4,6-м и 10-м авиакомандованиях Люфтваффе, Воздушном Флоте «Рейх» и зенитных частях).
Всего же по данным на 31 декабря 1944 г. за Люфтваффе числились 100.185 советских пленных и согласно рапорту Ашенбреннера шефу главного штаба ВВС генерал-лейтенанту Карлу Коллеру от 10 марта 1945 г. призыв встать под знамена РОА «дал удовлетворительные результаты». На имя Мальцева в канцелярию РОА, находившуюся в Берлин-Далеме, Брюмерштрассе, 34, поступило свыше 2000 писем с заявлениями о зачислении в его авиацию. Сам Мальцев, по представлению Власова, был повышен до генерал-майора и назначен командующим авиации Армии Народов России (по-немецки его должность именовалась Chef der Luftwaffe der streitkrafte der Volker Russlands, или Chef d. Lw.d.S.V.R.). Обоих генералов 2 февраля 1945 г. в своей резиденции Каринхалле принял рейхсмаршал Геринг, а 4 марта состоялось окончательное признание ВВС РОА как самостоятельной структуры, что и было зафиксировано соответствующим приказом Коллера. С этого дня русское командование получило формальную независимость, хотя и довольно условную, оставаясь на германском довольствии и координируя свои планы с Люфтваффе.
Состав штаба ВВС был утвержден Власовым 13 февраля 1945 г. Начальником штаба и вторым лицом после Мальцева стал не менее известный офицер полковник А.Ф.Ванюшин, до плена командовавший ВВС 20-й армии и отмеченный приказами Ставки еще за бои с немцами под Смоленском летом 1941 г. Судьба снова свела его с прежним командиром - в битве под Москвой самой 20-й армией с 20 ноября 1941 г. командовал генерал-майор А.А.Власов. Распределяя посты, Мальцев исходил из профессиональных соображений, не делая различия между вчерашними офицерами РККА и их классовыми врагами-эмигрантами из числа которых немало осело в Чехословакии и Германии. Парадоксально, но некоторым из них в 20-30-е годы довелось в Чехословакии готовить летные кадры для будущих Люфтваффе почти одновременно с советскими инструкторами, учившими немцев летать на базах ВВС РККА!
Среди эмигрантов особенно выделялась группа бывших царских пилотов, служивших затем в Королевских ВВС Югославии: полковники Л.И.Байдак и Антонов, подполковник Р.М.Васильев и майор С.К.Шебалин. МайорА.П.Альбовдо войны был корреспондентом газеты «Дейли Мейл» и агентства «Ассошиейтед Пресс» в Белграде. В штабе он возглавил отдел пропаганды, при котором начал и выпуск своего печатного органа - журнала «Наши крылья».
Большую часть должностей заняли авиаторы, еще недавно воевавшие в советских ВВС и успевшие пройти проверку в бою, уже на другой стороне. Позаботились и об атрибутике авиации РОА, созданной в духе дореволюционных традиций. На униформу, вместо немецких, нашивали новые знаки отличия, трехцветные кокарды и петлицы, на килях самолетов вместо свастик появились голубые андреевские кресты на белых щитах, вызвавшие недовольство немцев (в соответствующем приказе Мальцева прямо говорилось о «снятии немецких орлов со свастикой с фуражки и мундира» озабоченных чересчур поверившими в свою самостоятельность союзниками.
4 февраля 1945 г. на аэродроме в Хебе К.Арзамасцев, Науменко, Д.Соколов, старшие лейтенат Кузнецов, П.Песиголовец, В.Шиян, поручики А.Алексеев, П.Воронин, А.Григорьев, И.Ляхов, Н.Лушпаев, В.Пискунов, М.Сашин, П.Серднх А.Скобченко, О.Соколов, В.Строкун, Н.Щербина, Г.Школьный i А.Ярославец. Из числа новичков, недавно попавших в РОА, в приказе упоминались капитаны А.Иванов, В.Микушев, старший лейтенант И.Стежар, лейтенанты И.Бачурин, В.Беликин, В.Грилев, А.Новосельцев, И.Петров, И.Попонин, В.Рвачев, В.Сининых, Е.Табулия, Н.Чебукин, С.Чургин, Г.Хамитов и другие. По этому случаю журнал «Наши крылья» в номере от 22.03.45 писал: «...стоя плечом к плечу со свободомыслящим русским человеком и всем миром, открыто заявляем: мы, лучшие из летчиков, вступаем в ряды РОА и даем торжественную присягу - все свои силы, а если понадобится, то и жизнь, отдать за освобождение нашей страны от большевизма. Мы ждем лишь приказа, чтобы взять в руки штурвал самолета и направить наши машины в бой за светлое будущее...».
1-й авиаполк ВВС POA(I.FIieqerreqiment) был сформирован в Хебе. Его возглавил п-к Л.И.Байдак, видный летчик, командовавший до войны 5-м авиаполком югославских ВВС и прославившийся в воздушных гонках 30-х годов. Начальником его штаба стал м-р С.К.Шебалин. Немецкая сторона без задержки предоставила РОА аэродром, ангары, обустроенную базу и казармы, вскоре подоспело оружие, самолеты и горючее. По плану полк должен был иметь смешанный состав и состоять из следующих эскадрилий:
истребительная а/э 16 Bf-109G-10
(Jaqdstaffel)
штурмовая а/э 12 Ju-87D
(Schlachtstaffel)
бомбардировочная а/э 5 He-111H
(Kampfstaffel)
связная а/э 2 Fi-156? 2 У-2
(Kurierstaffel)
вспомогательная а/э 2 He-111, 2 Ju-87, 2 Bf-109
(резервная)
(Erqanzunqstaffel) 2 Bf109, 3 У-2
Подразделения полка, помимо внутренних, получали и немецкую отдельную нумерацию в структуре Люфтваффе.
«Зеленый свет» был дан, прежде всего, организации истребительной эскадрильи, как из-за необходимости противостоять натиску ВВС наступавших союзников, так и по прозаической причине - наличию должного числа подготовленных летчиков. Генерал-лейтенант Ашенбреннер еще 14 января 1945 г. докладывал начальству, что русские истребители имеют «хороший уровень». Командиром эскадрильи, получившей наименование 1-й иаэ имени полковника Казакова (Jaqdstaffel der ROA «Oberst Kasakow»), по имени знаменитого аса русской армии, прославившегося в Первую Мировую войну, стал майор С.Т.Бычков. «Казаковцы» получили 16 Bf109G-10 и, после ускоренного переучивания в конце февраля 1945 г. были переброшены на аэродром в Немецком Броде (сегодня Гавличков Брод в нынешней Чехии). Там они заступили на боевое дежурство, соседствуя со штабом знаменитой истребительной группы I./JG52, не менее известного Эриха Хартманна.
Следующей стала 2-я штурмовая эскадрилья (Schlachtstaffel 8) или «эскадрилья скоростных бомбардировщиков» капитана Б.Р.Антилевского, вооруженная 12 Ju87D. С учетом осложнявшейся ситуации на фронте ее вскоре перенацелили на ночную работу, соответственно обозначив 2-й эскадрильей ночных штурмовиков (Nachstch-lahtstaffel 2). Она также перебазировалась в Немецкий Брод, откуда 13 апреля выполнила первые боевые вылеты на поддержку 1-й пехотной дивизии РОА, в ожесточенных боях пытавшейся задержать форсировавшие Одер советские войска.
Тем временем в Хебе продолжалась организация 3-я разведывательной эскадрильи (капитана С.Артемова, первоначально оснащенная П156, но затем акценты в подготовке ее летного состава сместились в сторону истребителей и она получила две спарки Bf109G-12 и столько же боевых Bf109G-10.
Позже в связи с планами по перевооружению истребительных частей Люфтваффе на реактивные машины, она сдала оба Bf109G-10 в эскадрилью майора Бычкова, получив в замен один Та154 и два Ме262, выпуск которых налаживался тут же в Хебе. 4-я транспортная эскадрилья (Transportstaffel) м-ра М.Тарновского с парой юнкерсов Ju52/3m. Ее задачей, помимо обеспечения полка, предполагалась и высадка диверсантов в советском тылу. Последней стала 5-я учебно-тренировочная эскадрилья (Ausbildunqstaffel) «школы летчиков» подчиненная также Тарновскому и имевшая по два Bf109, П156, У-2 и по одному Не111 и Do17. Эти части, продолжавшие подготовку, на фронт не попали. Кроме того, в немецких документах упоминаются еще и 11.KampfstaffelcHe111 иНз129и 14.Kurierstaffelc R156, но они, видимо, так и остались на бумаге.
Одновременно в городке План разворачивался зенитный полк, в Куттенплане - парашютно-десантный батальон, а в Нойорне - батальон связи, также подчиненные ВВС РОА. Стараниями Ашенбреннера рус ские части ВВС были снабжены всем необходимым даже тогда, когда самим Люфтваффе отчаянно не хватало ни самолетов, ни боеприпасов.
Сведения об участии в боях «соколов Мальцева» весьма скупы. За считанные недели до конца войны было не до оформления донесений и рапортов, а немногие свидетельства были утрачены в суматохе. Фактически известно лишь, что боевые вылеты истребителей и штурмовиков против наступающих частей Красной Армии имели место, но изменить ход событий и они уже не могли. Было безнадежно поздно.
О сдаче в плен советским войскам не хотелось и думать - для всякого было очевидным, что разговор будет короток. 15 апреля 1945 г. Власов сообщил Мальцеву, что собирается выводить свои воинские формирования навстречу американцам в надежде выговорить приемлемые условия капитуляции. ВВС РОА следовало в течение трех дней осуществить переброску своих частей на подходящие аэродромы и сдать машины Ашенбреннеру.
Немецкие летчики сдаваться не собирались, продолжая сражаться с отчаянием обреченных. Люфтваффе еще могла наносить чувствительные удары, отражая союзнический налет 19 апреля, их истребители сбили над Чехией пять «крепостей», через неделю жертвой одной их атаки под Коттбугом стали шесть советских штурмовиков. Схватки в воздухе продолжались едва ли не до последних минут войны. Например, свою последнюю победу майор Эрик Хартманн одержал утром 8 мая, сбив над Брно Як-3.
Но превосходство союзников, ставших полновластными хозяевами неба, было подавляющим и устоять немцам не помогла даже реактивная техника, сосредоточенная в эти дни на чешских аэродромах близ баз РОА. Только за 16 апреля над этими местами были сбиты семь Ме262, а через три дня прямо над Прагой американские «Мустанги» устроили еще одно побоище, расстреляв шесть реактивных «мессеров». Наблюдая агонию Люфтваффе, летчики РОА сошлись на том, что перегон своих машин на Запад будет подобен самоубийству: их неминуемо перехватят господствующие в воздухе союзники, а уцелевших при попытке сесть на американские аэродромы встретит плотный огонь зенитчиков. 20 апреля части ВВС РОА из Хеба и Марианске Лазне, находившиеся неподалеку от линии продвижения американцев, пешком направились на юг, оставив технику и самолеты на базах. Одному экипажу все же удалось подняться в воздух, намереваясь улететь к англичанам, но его судьба так и осталась неизвестной.
23 апреля к американцам отправился посланник Ашенбреннера капитан Теодор Оберлендер (Oberlander), также занимавшийся прежде «русским вопросом». Ему удалось выйти на начштаба XII корпуса 3-й американской армии бригадного генерала Ральфа Канаяна, но тот потребовал встречи с руководителями власовцев. Вскоре американцы увидели рослого летчика в голубом комбинезоне, без знаков различия, с автоматом на груди и в фуражке с русской трехцветной кокардой и золотым шнуром - единственным знаком его генеральского чина. Вместе с Мальцевым приехал и Ашенбреннер. Условия американцев оказались для них не очень утешительными:
бригадный генерал не имел полномочий вести речь о предоставлении политического убежища без санкции президента или Конгресса и предложил им сдаваться под свое личное обещание не выдать их советским представителям. Мальцеву и его офицерам не оставалось ни чего другого, как принять эти гарантии, надеясь на зреющие противоречия между союзниками.
27 апреля части ВВС РОА на дороге между Цвизелем и Регенсбургом начали сдавать оружие, переходя в плен к американцам. Мальцев успел еще связаться с Власовым, предложив ему перелететь в нейтральную страну, Испанию или Португалию, где тот мог бы укрыться. К вылету был подготовлен FI156 «Шторх» капитана Антилевского, но Власов отверг эту мысль, сочтя невозможным покинуть свою армию в тяжелейшую минуту.
Оставшиеся в Немецком Броде русские летчики продолжали боевые вылеты вплоть до первых чисел мая. В эти дни солдаты 1-й пехотной дивизии РОА приняли окончательное решение и выступили на стороне восставших жителей Праги. Участвуя в уличных боях плечом к плечу с горожанами, части РОА блокировали и крупнейший в Чехии аэродром Рузин, заставив немцев прекратить вылеты с него и не допустив бомбардировок и разрушения Люфтваффе Праги, хотя несколько вылетов немецкие летчики все же совершили, нанеся тяжелые потери восставшим. Их действия незамедлили сказаться на отношениях авиаторов РОА с соседями-немцами, переставшими доверять «коварным русским». После шумного разрыва со вчерашними партнерами, те бросили свои машины на аэродроме, сожгли запасы бензина и двинулись, куда глаза глядят. Большинство из них попали в плен советским войскам, но один из летчиков все же решился взлететь и покинул аэродром в неизвестном направлении.
Не все из сдавшихся американцам разделяли надежды Мальцева. Перед самым разоружением исчезли трое бывших белоэмигрантов, имевших некоторый опыт в таких делах и решивших полагаться на свою удачу. Следы командира полка Байдака и двух офицеров его штаба, майоров Климова и Альбова, так и не отыскались. Антилевскому удалось улететь и добраться до Испании, где он, по справкам продолжавших искать его «органов», был замечен уже в 70-х годах. Хотя он и был приговорен заочно к смертной казни решением суда МВО сразу после войны, еще пять лет за ним сохранялось звание Героя Советского Союза, и только летом 1950 г. спохватившиеся власти заочно лишили его этой награды.
Остальных американцы разоружили, отделили солдат от офицеров и распределили по трем лагерям. Их ожидали разные судьбы. Первую группу из 200 человек, в которой оказались офицеры полка, истребительная эскадрилья и часть десантников вывезли в лагерь вблизи французского Шербура. Сюда попали Герой Советского Союза, кавалер ордена Ленина и двух орденов Красного Знамени майор Бычков и майор Тарновский, последний, как эмигрант не подлежавший выдаче, имел возможность остаться в Европе, но отказался, предпочтя разделить судьбу товарищей. В октябре 1945 г. всех их выдали советским представителям.
Вторая группа численностью 1600 человек была помещена в лагерь у Регенсбурга и судьба оказавшихся там так и осталась неясной. Большинство же, 3000 человек, американцы интернировали в Шамо и сохранили от репатриации в Советский Союз. Тем самым значительной части авиаторов РОА посчастливилось избежать участи, постигшей солдат пехотных дивизий Власова, многие из которых кончали жизнь самоубийством, чтобы избежать возвращения на Родину, где офицеров ждал расстрел, а рядовых - выдаваемые «под гребенку» от 15 до 25 лет лагерей, позже многие из тех, кому удалось уцелеть в гулагов-ских жерновах получили по второму сроку, по окончании которого им запрещалось жить в европейской части СССР и крупных городах...
В это самое время оказавшийся в нашем плену командир 52-й истребительной эскадры полковник Герман Граф из лагеря обратился к советским властям с письмом. Известнейший ас, имевший на счету 202 победы, еще до войны вступивший в нацистскую партию, заявлял: «Я рад, что нахожусь в русском плену... Теперь я имею только одно желание: летать в составе русских ВВС, хотя бы в звании подполковника». Пожелания Графа не исполнились, но через несколько лет он благополучно убыл домой. Доля пилотов из авиации РОА складывалась иначе...
Генерал-майор Мальцев был взят в плен частями 3-й американской армии в Бад Тольце и доставлен в лагерь военнопленных Оберусель под Франкфуртом-на-Майне. Затем его перевезли в лагерь для немецких генералов в Шербуре. Там Мальцева отыскало НКВД, после чего в августе 1945 г. последовал запрос о выдаче. Не без сомнений американцы запрос удовлетворили и под конвоем генерала переправили в Богардо под Парижем, где находился собственный экстерриториальный лагерь НКВД, в который собирали со всей Европы подлежащих доставке на родину. Там он дважды пытался покончить с собой, перерезав вены, но оба раза ему спасали жизнь - командующего ВВС РОА берегли для большого процесса над высшими чинами власовской армии. В последний раз генерал-майору Мальцеву довелось подняться в воздух осенью 1945 г., когда специально прилетевший «Дуглас» доставил его в Москву. 1 августа 1946 г. трибунал осудил на смерть двенадцать бывших генералов и полковников Красной Армии, служивших РОА. Осужденных повесили, отказав им в солдатской смерти от пули. Среди казненных был и Мальцев. Единственный из всех, он не просил о помиловании и не каялся, в последнем слове напомнив трибуналу о 38-м годе, подорвавшем его веру в Советскую власть. Казнен был и майор Бычков, Герой Советского Союза, кавалер ордена Ленина и двух орденов Боевого Красного Знамени, так и отправившийся на эшафот со званием героя - Указ о лишении его этого звания последовал посмертно, только 23 марта 1947 г.
Кто были эти люди, в водовороте мировой войны обреченные искать выбор между Сталиным и Гитлером, брошенные Родиной и сменившие врагов и друзей - дети своей страны или изменники, добровольцы или предатели? Из сегодняшнего далека автору не хотелось бы судить об этом, благодаря бога за то, что он избавлен от необходимости такого выбора. В любом случае с предельной ясностью и невероятной честностью итог подвел Александр Солженицын в «Архипелаге Гулаг»: «эта война снова доказала нам, что хуже всего на свете быть русским...»
________________________________________



(18-10-2005 15:08:54)

 
 

1406
Николай:
АВИАЦИОННОЕ ВООРУЖЕНИЕ: ЭКЗОТИЧЕСКИЕ ВАРИАНТЫ

Александр МЕДВЕДЬ
В годы второй мировой войны наряду с выпуском традиционных видов авиационного вооружения предпринимались попытки создания весьма необычных устройств, не имевших ничего общего ни с электромагнитными пушками, ни с боевыми лазерами. И все же, как знать, быть может, некоторые из них сегодня обретают "второе дыхание"...
Применение пневматических огнеметов на фронтах первой мировой производило потрясающее психологическое воздействие на противника, однако это оружие отличалось малой дальностью действия. В 1930-е годы возникла идея доставки огнемета в требуемое место на самолете. Вооруженные пулеметами, штурмовики того периода были малоэффективными в боевых действиях против пехоты, укрывшейся в траншеях. А вот горючая жидкость, с легкостью затекавшая во всяческие выемки, казалось, будет способна "выкуривать" противника из укрытий.
Опыты, проведенные с использованием разведчиков-штурмовиков Р-5, дали удовлетворительные результаты. Требовалось только доработать конструкцию огнемета и изменить состав огнесмеси для обеспечения уверенного поджигания ее при повышенной скорости полета.
Эта разработка не стала приоритетной, да и самолет-носитель к началу войны безнадежно устарел. Лишь в октябре 1942-го в НИИ ВВС поступил на испытания новый вариант авиационного огнемета (АОГ), смонтированный на штурмовике Ил-2. Конструкторы ГСКБ-47 остроумно доработали серийный универсальный химический прибор УХАП-250, оснастив его дополнительной "зажигалкой" (прямое назначение УХАП - распыление отравляющих веществ и дымовых смесей; для постановки дымовых завес он широко применялся в период Великой Отечественной).
Конструкция прибора предусматривала вытеснение снаряжения из корпуса газами пиротехнического заряда, поэтому его капсула была довольно прочной. В варианте авиационного огнемета в УХАП-250 заливалось 100 л бензина, смешанного с нафтенатом алюминия. Снаряжение производилось вручную, с помощью ведра и воронки. При нажатии на боевую кнопку пирозаряд выдавливал огнесмесь через калиброванное отверстие, на выходе которого она воспламенялась от факела "зажигалки". В ходе испытаний на земле дальность огнеметания получилась приличной - до 150 м.
Однако результаты применения АОГ в воздухе оказались обескураживающими. Увеличенная вдвое (по сравнению с Р-5) скорость полета привела к уменьшению плотности распыленной огнесмеси. В связи с этим большая часть напалма (название это, правда, придумали позднее) сгорала еще в воздухе из-за избытка окислителя. Даже при полете на десятиметровой высоте едва ли треть массы огнесмеси достигала земли, причем часть ее не воспламенялась... В выводах по испытанию АОГ на идее ставился крест: "Затрата больших количеств горючего не оправдывается с точки зрения получаемого ничтожного боевого эффекта". А ведь на самом деле потерпел крах лишь конкретный вариант технической реализации, а не идея в целом.
Не менее интересной была идея авиационного гранатомета, нашедшая широкое применение в годы войны, а ныне практически забытая. Назначение АГ-1, предложенного М.Усачевым в декабре 1941 года, было чисто оборонительным: выстреливаемые в заднюю полусферу самолета обычные пехотные гранаты Ф-1 должны были "отпугивать" атакующие истребители противника. На самолете Пе-2 в хвостовой части фюзеляжа под углом, близким к прямому, монтировалась труба с навинчивавшимся казенником. В этот импровизированный "ствол" в особом поддоне вкладывалась граната с выдернутой чекой. До момента вылета из трубы рычаг взрывателя удерживался стенками "ствола". Выбрасывание гранаты осуществлялось с помощью пиропатрона. Спустя 4 - 5 с она взрывалась, поражая своими осколками объекты в радиусе до сотни метров.
Опыты по выстреливанию гранат под различными углами прошли успешно. Решено было изготовить действующий образец трехствольного гранатомета с небольшой угловой "разводкой" труб и залповым отстрелом, что обеспечивало бы расширение зоны поражения. Однако в серию он не попал.
Советские ВВС приняли на вооружение другой вариант с гранатой специальной разработки, получившей название АГ-2. Конструктивно она состояла из шарообразного корпуса, снаряженного взрывчатым веществом, и цилиндрической коробки с парашютом. Боекомплект укладывался в специальный контейнер-держатель. Имелись две его разновидности - ДАГ-5 и ДАГ-10, на пять и десять гранат соответственно. В нижней части контейнера монтировалась открывающаяся створка, через которую в воздушный поток под действием собственного веса выбрасывалось нужное количество гранат. В момент отделения сдергивалась крышка парашютной коробки и взводился взрыватель. Спустя 3 - 4 с граната взрывалась, создавая область сплошного поражения радиусом 30 - 35 м. В результате подрыва гранаты образовывалось примерно 130 осколков массой от 3 до 80 г. Граната взрывалась в сотне метров позади и на 20 - 25 м ниже самолета, с которого она сбрасывалась. С появлением серийных держателей ДАГ-10 их стали монтировать практически на всех двухмоторных бомбардировщиках.
Своевременное применение авиационных гранат приносило ощутимые результаты. Так, 9 марта 1943 года восьмерка пикирующих бомбардировщиков Пе-2 из 241-й бомбардировочной авиадивизии наносила бомбовый удар по скоплению противника в районе р. Суры. После сброса бомб с высоты 900 - 1000 м стрелок-радист замыкающей машины предупредил ведущего о приближении четверки FW190. "Фоккеры" атаковали снизу, на горке после пикирования. Штурман одной из "пешек" Старостин удачно сбросил четыре гранаты АГ-2, в результате немецкий истребитель загорелся и совершил вынужденную посадку.
5 декабря того же года самолет-разведчик Пе-3бис гвардии младшего лейтенанта Николаенко из 98-го гвардейского отдельного авиаполка дальних разведчиков в районе Казатина был атакован парой немецких истребителей Bf109G. Штурман гвардии старший лейтенант Юрьев своевременно обнаружил противника, по его команде летчик отвернул в сторону ближайшего облака и перевел машину в набор высоты. "Мессершмитты" успели провести одну атаку, но она была успешно отбита огнем из верхнего пулемета штурмана и серией гранат АГ-2. Один из немецких истребителей, проскочивший после атаки сзади - сверху под самолет Николаенко, получил повреждение от осколков АГ-2 и ушел со снижением в сторону аэродрома.
Не менее удачно применяли гранаты экипажи 453-го бомбардировочного авиаполка, вооруженного самолетами A-20G. В начале мая 1944 года 1-я эскадрилья полка под прикрытием "Аэрокобр" нанесла бомбовый удар по железнодорожной станции. При развороте после бомбометания группа растянулась и была атакована немецкими истребителями снизу - сбоку. По команде комэска штурманы залпом сбросили гранаты АГ-2. В результате один из атаковавших Bf109 был сбит.
Признанием весьма положительных результатов применения авиационных гранат АГ-2 можно считать указание главного инженера авиации дальнего действия генерал-лейтенанта ИАС Маркова. В июле 1944 года он распорядился силами техсостава частей смонтировать на всех самолетах Ил-4, Ли-2, В-25 и Пе-8 по одному держателю ДАГ-10...
В августе 1942 года в НИП АВ проходил испытания автоматический авиационный миномет конструктора Потанина. На самолете Ил-2 в хвостовой части фюзеляжа монтировался ствол 82-мм миномета, снабженный шестизарядным механизмом заряжания. Ось миномета была наклонена назад вверх под углом 43о относительно продольной оси штурмовика. Для ослабления отдачи применялись полуэластичная подвеска ствола миномета и минимальный заряд мины (8 г). Кстати сказать, саму мину пришлось немного переделать для обеспечения подрыва в воздухе. Для этого вначале ее попытались снабдить обычной дистанционной трубкой АГДТ от реактивных снарядов РС-82. Однако быстро выяснилось, что в такой конфигурации мина становится неустойчивой, кувыркается на траектории, а ветрянка трубки не сворачивается. Потанин разработал и изготовил опытный дистанционный взрыватель без ветрянки. С ним устойчивость мины оказалась удовлетворительной, и ведущий инженер полигона капитан Монич счел возможным перейти к воздушным стрельбам.
Но здесь изобретателя ожидало разочарование. Автоматика миномета в полете работала ненадежно, мину заклинивало. Всего в ходе шести полетов удалось выполнить 30 выстрелов, произошли три задержки. При скорости штурмовика 320 км/ч на высоте 1000 м подрыв мины происходил в 280 м сзади с превышением порядка 70 м. Рассеяние было признано удовлетворительным для заградительной стрельбы, но вот боекомплект оказался маловат - он расходовался всего за полминуты! В заключении по испытаниям рекомендовалось доработку миномета в предъявленном виде прекратить, сосредоточив внимание на создании более совершенного подавателя с 15 минами, специального прицела и разработке модернизированной мины с повышенной эффективностью действия по конструкции самолета.
Еще одной любопытной идеей для "защиты хвоста" бомбардировщиков, разведчиков и тяжелых истребителей являлось оснащение их пусковыми устройствами реактивных снарядов, ориентированными... назад! Уже во второй половине 1941 года "эрэсы" для стрельбы назад появились в нескольких вариантах на различных типах самолетов, причем сами установки в частях делали по-разному. Одному из первых мысль "довооружить" Пе-2 пришла технику Помазанскому. Он считал, что выпущенные навстречу вражескому истребителю реактивные снаряды и их взрывы вполне скомпенсируют относительно небольшую потерю скорости носителя. В 208-м скоростном бомбардировочном полку два РО-82 (ракетных орудия для пуска снарядов РС-82) смонтировали на хвостовой части фюзеляжа Пе-3. Самодеятельные конструкторы предусмотрели небольшой "раствор" орудий по углу возвышения и по направлению. Во 2-м дальнем разведывательном авиаполку (драп) в ноябре 1941 года на всех своих Пе-2 поставили аналогичные установки. Пуск снарядов штурман производил залпом, перезарядка в воздухе не предусматривалась. Известно несколько случаев срыва атак немецких истребителей "ракетами обратного старта". Так, в период боев под Вязьмой экипаж летчика Алышева успешно отразил нападение четырех "мессеров".
Нечто подобное предпринимали в некоторых полках штурмовиков, где по одному орудию монтировали справа и слева от киля. А в 4 драп на все самолеты Пе-2, Пе-3 и A-20 "перевернутые" пусковые установки РО-82 разместили попарно под каждой консолью. Они были предназначены для усиления защиты сзади - снизу (излюбленного направления атак германских истребителей).
Летом 1942-го упорядочить обстановку с "эрэсами" обратного старта попытались два конструктора завода N 22: В.Заулошнов и А.Виноградов. Они разработали "заводские" реактивные управляемые батареи РУБ-4 и РУБ-2Л, предназначенные для установки на пикирующий бомбардировщик Пе-2. Батарея РУБ-4 монтировалась на месте астролюка стрелка-радиста и позволяла применять четыре реактивных снаряда РС-82. Для ведения прицельного огня она снабжалась оптическим прицелом ОПТ-2. Батарея РУБ-2Л "спаривалась" с люковой пулеметной установкой ЛУ-Пе-2. С этого направления стрелок-радист теоретически получал возможность отражать атаки противника двумя РС-82. Но только теоретически - как сверху, так и снизу...
На испытаниях в НИП АВ выяснилось, что в момент пуска на установках возникал огромный разворачивающий момент, который не мог быть скомпенсирован мускульными усилиями стрелка-радиста. Да и прицелиться он толком не мог: батареи не имели аэродинамической компенсации и энергично сопротивлялись всякому повороту. После пуска одного из снарядов они становились вовсе бесполезными: даже самый могучий стрелок не смог бы навести разбалансированную батарею на цель из-за несимметричного аэродинамического момента. В сентябре 1942-го старший техник-лейтенант Рубин подписал "смертный приговор" реактивным управляемым батареям.
В 1943 году один из вариантов размещения неподвижных реактивных орудий для стрельбы назад, предложенный командиром 1-й эскадрильи 205 бап майором Глуховым, вновь исследовался в НИП АВ. Испытаниям подвергся пикирующий бомбардировщик Пе-2 с двумя пусковыми устройствами РО-82, смонтированными над хвостовой частью фюзеляжа. Обе установки имели угол возвышения 2,5-3о, а по направлению - угол раствора 5о. Тем самым, по мнению автора предложения, должен был обеспечиваться подрыв реактивных снарядов примерно на высоте пуска и на расстоянии около 50 - 60 м один от другого.
По результатам экспериментальных пусков эффективность такой установки оценили невысоко. Это объяснялось двумя причинами: большим рассеянием снарядов, которые на траектории проходили точку с нулевой скоростью относительно воздуха, и большой временной задержкой взрыва РС-82 (минимальная уставка взрывателя - 2,2 с), что обусловливало его подрыв в 450 - 500 м от самолета. Естественно, прицельная стрельба на такой дальности оказалась невозможной, и испытанное устройство получило отрицательный отзыв специалистов полигона.
Но экипажи 205 бап имели собственное мнение по этому вопросу. Они придавали большое значение "психологическому компоненту" эффективности, здраво рассудив, что несущиеся навстречу реактивные снаряды вряд ли прибавят немецким пилотам решимости продолжать атаки. Поэтому "пешки" из 205 бап (как и некоторых других авиаполков) до конца войны летали с реактивными снарядами на хвосте.

(18-10-2005 11:33:42)

 
 
Николай: А у них, похоже, те-же проблемы...

Русско-американские ветераны Иракской войны создают собственную ассоциацию
Как оказалось, в американских вооруженных силах служат довольно много эмигрантов из бывшего Советского Союза. Одни воевали в Ираке, другие в Афганистане, третьи проходили службу в Южной Корее, четвертые — на американской базе Гуантанамо на Кубе.
Газета “Нью-Йорк Дейли Ньюс” опубликовала статью об эмигранте из Минска 26-летнем сержанте морской пехоты Алексе Пресмане, который получил ранение в Ираке, потерял ногу, был награжден медалью “Пурпурное сердце”, а теперь пытается найти себя в мирной жизни. Основатель и президент недавно созданной организации “Be Proud Foundation” Раиса Чернина, которая отвечает за ежегодное майское проведение “Русского дня” в Городском совете Нью-Йорка, предложила отметить заслуги русского нью-йоркца сержанта Алекса Пресмана специальной Грамотой Горсовета. Вскоре после этого возникла идея собрать таких же молодых русско-американских воинов вместе, чтобы с одной стороны, сама русскоязычная община Америки отблагодарила этих героических парней, а с другой — чтобы показать иное, положительное лицо самой общины, которой есть чем, и есть кем гордиться: “Be Proud!”
Глава бруклинской администрации Марти Марковиц предоставил зал районного совета — Боро Холла — для чествования русско-американских воинов. Была назначена дата — 24 августа, вторник, 5:30 вечера. Во время чествования, в котором примут участие около 20 русскоязычных воинов американских вооруженных сил, а также их родители и родители тех, кто служит сейчас в Ираке и Афганистане, выступят как сами военные, так и представители командования, депутаты законодательных собраний страны, штата и города. Кроме специальных грамот, участников ждут подарки от русскоязычной общины и другие сюрпризы…
О подробностях предстоящего вечера Алекс Пресман рассказывает в интервью.
— Почему вы взялись за организацию этого чествования?
— Ну, как бы хочется помочь ребятам… и чтобы о нас узнали… и вообще наша община — первая, которая делает такое.
— Кто вам помогает?
— В принципе, не мне помогают, а я помогаю. Затеяла это Раиса Чернина. Огромное спасибо ей за то, что попросила меня помочь. Да еще предложила мне создать нашу собственную благотворительную организацию RAМAF — Russian-American Мembers of Arm Forсes, то есть Ассоциацию русских ветеранов американской Морской пехоты, Армии, Авиации и Флота. В основе — ветераны войн в Афганистане и в Ираке.
— А чем эта организация будет заниматься?
— Будет помогать ребятам, вернувшимся с войны, входить в гражданскую жизнь. Им ведь на гражданке все начинать сначала. Кто их лучше поймет, как не свои, и кто лучше поможет и советом, и делом. Например, с проблемами учебы, устройства жилья и работы… Проблем возникает много, и люди, не прошедшие Афганистан и Ирак, не служившие в американских войсках, даже в резерве, то есть не попробовавшие всего, как говорится, на собственной шкуре, этого могут не понять…
— Поддерживают ли идею ваши друзья — русскоязычные ветераны этих войн?
— Абсолютно. Почти все, с кем я говорил, с радостью согласились участвовать в мероприятии 24 августа. Придут сами и приведут своих близких.
— Вы сказали “почти все”. Значит, кто-то отказался?
— Были ребята, которые стесняются внимания к себе телевидения, прессы, и говорят: “Мы просто делали там свою работу…”
А я им отвечаю: “Не надо стесняться. Надо гордиться тем, что мы, русские иммигранты, служим Америке. Это наша благодарность ей. А внимание прессы к нам — ответная благодарность Америки”.
— Кто оплачивает это мероприятие, и на какие деньги будет существовать ваша Ассоциация?
— Как любое благотворительное дело и любая некоммерческая организация, мы рассчитываем на частные пожертвования. Какие-то деньги из своих фондов дают политики... Охотно откликнулись наши русские бизнесмены, и огромное им спасибо за это...
— Теперь вопрос более личного характера. Помнится, в бывшем Советском Союзе, и, думаю, сейчас в России, служить в Армию идут, в основном, ребята сельские, а если городские, то из неустроенных, неблагополучных семей. В Америке тоже так? Вот вы, например, почему записались на военную службу?
— У меня это была мечта с детства. Я не смог сделать так на родине. Мне было 16, когда мы эмигрировали. А здесь, в 19, я оказался в ситуации, когда надо было решать... Я не хотел делать военную карьеру и пошел в резерв, продолжая учиться. Жизнь повернулась не так, как я планировал…
— Часто можно услышать, что в Америке идут на военную службу ради бесплатного потом образования, ради сумасшедших льгот для ветеранов войны… Вы из-за этого пошли?
— Нет, совершенно не из-за этого. Никакие льготы не стоят того риска на войне и тех ранений, которые мы получаем. Я не преследовал никаких материальных целей. И те ребята, которых я знаю, тоже.
— 11 сентября как-то повлияло на ваше решение?
— Морально да. Нас, военнослужащих, тоже бросили тогда на охрану района. Полтора месяца мы там стояли. У меня, к тому же, тетя там работала. К счастью, вышла живой. Ну и, в принципе, родной город... Когда война приходит в твой собственной дом — дела плохи…
Медаль “Пурпурное сердце”, которой награжден сержант корпуса Морской пехоты Алекс Пресман, была учреждена 222 года назад генералом Джорджем Вашингтоном для тех, кто был ранен или погиб в бою с врагом. И сегодня, более чем через два столетия, “Пурпурное сердце” остается одной из самых высоких и почетных наград Америки. Вон сколько разговоров вокруг трех медалей, полученных во время Вьетнамской войны Джоном Керри, нынешним кандидатом в президенты от Демократической партии! Когда Леша Прeсман лежал в госпитале, его навестил президент Буш. Пожал руку. Сказал: “Спасибо!”
И над Капитолием был поднят флаг в его честь. Только Леша не любит об этом рассказывать…
(18-10-2005 13:38:21)

 
 
Николай: Начало всех начал...

СОЗДАНИЕ ОТЕЧЕСТВЕННЫХ АВИАНЕСУЩИХ КОРАБЛЕЙ
В. Л. Герасимов
В годы Первой мировой войны была создана и получила свое дальнейшее развитие морская
авиация Российского флота. Наряду с применением в интересах отечественного флота
гидросамолетов, самолетов, дирижаблей, аэростатов и воздушных шаров, в Российском
Императорском флоте использовались и суда, на которых могла базироваться морская авиация.
В архивных документах и историографии отечественной морской авиации, посвященных
периоду Первой мировой войны, по отношению к кораблям (судам) Российского Императорского
флота, способным осуществлять размещение на своих палубах гидроаэропланы и применять их в
вооруженной борьбе на море в интересах своих сил, применяется большое количество терминов:
«авиационные суда», «авианосные суда», «авиатранспорта», «авиаматки»,
«гидроавиатранспорта», «посыльные суда» , «вспомогательные суда», «крейсера»,
«вспомогательные крейсера», «плавучие станции» и «гидрокрейсера» . Это многообразие
терминов объясняется тем, что ни в одной из «Официальных классификаций судов русского
флота» конца XIX-начала XX вв. подобного класса кораблей просто не существовало, а поэтому
в зависимости от того, кто, как и где готовил документы накануне и в годы Первой мировой войны,
эти корабли и включались в различные классы судов.
И сегодня, по прошествию девяти десятков лет сначала Первой мировой войны, нет
однозначного трактования этого вопроса: что же это были за суда, к какому классу кораблей их
относить? На мой взгляд, корабли Российского Императорского флота периода Первой мировой
войны, способные обеспечивать базирование и применение с них гидросамолетов, в соответствии
с нынешним представлением, целесообразно отнести к «авианесущим кораблям» (АВК).
В многочисленных публикациях по отечественной морской авиации и Российскому
Императорскому флоту, посвященных кануну и ходу кампаний Первой мировой войны,
встречаются различные количественные данные по АВК, которые входили в то время в состав
военного флота России. При этом в основном указывается балтийская «Орлица» и черноморские
корабли «Император Александр I», «Император Николай I» и «Алмаз».
В действительности авианесущих кораблей в Российском Императорском флоте в годы
Первой мировой войны было больше. Еще в 1913 году под базирование гидроавиации службы
связи Черного моря был переоборудован первый корабль - черноморский пароход «Днепр». В
следующем 1914 году количество АВК в отечественном военном флоте значительно увеличилось.
В ходе кампании 1914 года на Черноморском флоте к приему гидроаэропланов начали готовиться
практически одновременно сразу еще пять кораблей: крейсера первого ранга «Память Меркурия»
и «Кагул», крейсер второго ранга «Алмаз», суда второго ранга «Император Александр III» и
«Император Николай I». При этом на них проводились интенсивные по меркам того времени
испытательные полеты.
В декабре 1914 года черноморцы закончили переоборудование судов «Император Александр
III» и «Император Николай I» в авианесущие корабли, а в начале кампании 1915 года их
включили в боевой состав Черноморского флота. Первые успешные боевые применения
авианесущих кораблей с базировавшимися на борту гидросамолетами были осуществлены
черноморцами уже в начале 1915 года. Двадцать шестого февраля 1915 года впервые к
действиям у берегов противника в состав отряда боевых кораблей (ОБК) флота Черного моря был
включен авианесущий корабль «Император Николай I». Через неделю АВК осуществил свой
второй боевой поход в составе эскадры надводных кораблей, а затем и третий. В один из своих
последующих выходов в море - 17 марта 1915 года - «Император Николай I» доставил
гидросамолеты к Зунгулдаку, которые участвовали в нанесении бомбового удара по порту и
береговым сооружениям. Немногим позже начал свою боевую деятельность в составе различных
группировок кораблей Черноморского флота и «Император Александр I». Кроме двух
«Императоров», с апреля 1915 года гидроаэропланы применялись и еще с одного корабля флота
Черного моря - крейсера «Алмаз».
На Балтике в начале кампании 1915 года только лишь начали переоборудовать в
авианесущий корабль пароход «Императрица Александра», который вскоре стал именоваться
учебным судном Балтийского флота «Орлица». С лета 1915 года «Орлица» начала свою боевую
деятельность в Рижском заливе и до конца войны это судно оставалось единственным АВК в
корабельном составе флота Балтийского моря.
Однако, даже в настоящее время, в нашей историографии первым авианесущим кораблем
Российского военного флота по-прежнему принято считать учебное судно «Орлица». Так,
например, в 1990 году журнал «Морской сборник» опубликовал материал, в котором назвал
«Орлицу» первым русским авианесущим кораблем. Спустя двенадцать лет в вышедшей в
издательстве «Полигон» прекрасно иллюстрированной и интересной энциклопедии приводится
следующая информация: «У флота Российской империи в Первую мировую войну также были
гидроавианосцы. Первым из них стала «Орлица». Однако, архивные документы и историческая
справедливость, все-таки требует признание первенства в боевом использовании кораблей, с
которых применялась авиация, за черноморцами, ведь «Императоры» и «Алмаз», на полгода
раньше балтийской «Орлицы» стали решать боевые задачи в интересах флота.
С июля 1915 по август 1916 гг. численный состав Российского Императорского флота
авианесущими кораблями не пополнялся, но зато весь этот календарный год в качестве АВК
использовались «Император Александр I», «Император Николай I», «Алмаз» и «Орлица».
Подтверждений боевого применения в качестве авианесущих кораблей в годы войны «Днепра»,
«Памяти Меркурия» и «Кагула» («Очаков») автору данного материала обнаружить в источниках,
монографиях, книгах и статьях по отечественной морской авиации не удалось.
После вступления в августе 1916 года на стороне Антанты Румынии корабельный состав
черноморцев несколько увеличился. При этом последовало новое значительное увеличение АВК
на Черноморском флоте. В 1916 году в авианесущий корабль был переоборудован пароход
«Румыния», а в 1917 году четыре парохода флота Черного моря (бывшие румынские суда) -
«Дакия», «Король Карл», «Император Троян» и «Принчипесса Мария» - стали авианесущими
кораблями.
Необходимо отметить одну особенность кампании 1916 года - в ее ходе особенно большое
внимание в отечественном флоте уделялось организации взаимодействия и определения степени
подчиненности между командиром авианесущего корабля и личным составом корабельной
авиации, базирующимся на АВК. Разрешением этой проблемы стало утверждение 30 ноября 1916
года начальником Морского штаба Ставки Верховного Главнокомандующего адмиралом A.B.
Русиным «Положения о дивизионе корабельной авиации» (док. 1).
В тот же день был подписан и приказ № 428 (док. 2), который фактически придал
отечественной морской авиации статус рода сил флота.
Приказ начальника Морского штаба Ставки Верховного Главнокомандующего от 30.11.1916 г.
№ 428 был подготовлен с учетом опыта применения авианесущих кораблей Черноморского и
Балтийского флотов в кампаниях 1915 и 1916 гг.
На основе вышеуказанного приказа Морского штаба Ставки на флотах были изданы приказы
командующих, которые детализировали создание авиационных структур применительно к каждому
флоту, к каждому конкретному морскому театру военных действий.
Приказы командующего флотом Балтийского моря (Балтийским флотом) от 11 декабря 1916
года (док. 3) и от 22 декабря 1916 года (док. 4) юридически закрепили создание на Балтийском
флоте отряда корабельной авиации, который организационно входил в состав воздушной дивизии.
В отряд включили авианесущий корабль «Орлица» и четыре гидросамолета. Созданный отряд
корабельной авиации воздушной дивизии Балтийского флота являлся авиационной частью.
На Черноморском флоте, в отличие от Балтики, была создана не авиационная часть, а
уникальное авиационное соединение - отряд корабельной авиации (позднее переименованный в
дивизион корабельной авиации) -который, наряду с двумя воздушными бригадами, входил в
состав воздушной дивизииЧерноморского флота. Уникальность отряда (дивизиона) корабельной
авиации воздушной дивизии Черноморского флота заключалось в том, что в его состав наряду с
воздушным дивизионом (четыре воздушных отряда, по восемь гидросамолетов в каждом отряде)
входило и четыре авианесущих корабля. Этими кораблями, в соответствии с приказом
командующего Черноморским флотом от 31 декабря 1916 года № 227 «О формировании
воздушной дивизии Черноморского флота» были назначены АВК «Император Александр I»,
«Император Николай I», «Алмаз» и «Румыния» (док. 5). Подобного авиационного соединения -
отряда (дивизиона) корабельной авиации - в составе Российского военного флота ни до начала
кампании 1917 года, ни после окончания Первой мировой войны никогда больше не существовало.
Таким образом, в годы Первой мировой войны в боевой состав военного флота России вошло
двенадцать АВК: одиннадцать кораблей на Черноморском флоте и один АВК на
Балтике. Из двенадцати авианесущих кораблей Российского флота в боевых действиях, в
качестве носителей гидроавиации, принимали участие семь АВК. На Черном море такими
кораблями были «Император Николай I», «Император Александр I», «Алмаз», «Румыния»,
«Дакия» и «Король Карл», а на Балтийском флоте - «Орлица».
К сожалению, в последующем в трагические годы Гражданской войны, а затем и в
межвоенный период, наши немалые достижения в области создания отечественных авианесущих
кораблей периода Первой мировой войны были утрачены.
Ниже приводятся документы, положившие начало созданию российского авианесущего флота.
Они переведены на современный русский язык. Сохранены их стилистические особенности. Имена
собственные приведены согласно транскрипции документов.

30 ноября 1916 года

1
СЕКРЕТНО

УТВЕРЖДАЮ
Адмирал Русин

ПОЛОЖЕНИЕ О ДИВИЗИОНЕ КОРАБЕЛЬНОЙ АВИАЦИИ
1. Дивизион корабельной авиации имеет назначение действовать вдали от своих
прибрежных районов, независимо от постоянных прибрежных воздушных станций.
2. Дивизион корабельной авиации состоит из авиационных судов и воздушных отрядов,
сводимых в дивизионы на общих основаниях и приписываемых к авиационным судам.
3. Дивизион корабельной авиации имеет отдельную воздушную станцию, назначением
которой является поддержание отрядов корабельной авиации в постоянной боевой
готовности.
О начальнике дивизиона корабельной авиации
4. Начальник дивизиона корабельной авиации, входящей в состав воздушной дивизии
подчиняется начальнику воздушной дивизии и пользуется всеми правами начальника
дивизиона миноносцев 2-го ранга, применительно к службе авиации.
5. Начальник дивизиона корабельной авиации получив директивы от начальника
воздушной дивизии, разрабатывает специальные операции своего дивизиона и руководит
подготовкой к ним.
6. Начальник дивизиона корабельной авиации следит за своевременным и правильным
удовлетворением всех технических и хозяйственных нужд корабельной авиации, требуя
поддержание всех воздушных отрядов в постоянной готовности к отправлению для
действий вдали от своей базы.
7. Начальник дивизиона корабельной авиации входит с представлением к начальнику
воздушной дивизии о всех нуждах личного состава и об укомплектовании отрядов морскими
самолетами.
8. При начальнике дивизиона корабельной авиации состоит штаб, в состав которого
входит на правах флаг-капитана начальник воздушного дивизиона, которому подчиняются
командиры воздушных отрядов и станции, входящие в состав корабельной авиации,
флагманский штурман и флаг-офицер.
О командире авиационного корабля
9. Командир авиационного корабля заботится о постоянной готовности своего корабля к
быстрому приему и спуску назначаемых ему морских самолетов.
10. Командир, по указаниям начальника дивизиона корабельной авиации, подготовляет
авиационный корабль к скорейшему выполнению порученной ему операции, для чего
заблаговременно принимает и хранит на корабле все материалы и снабжение, не
требующее хранения на берегу.
11. Командир отвечает за правильный прием, спуск и хранение на корабле всего
авиационного снабжения и морских самолетов.
12. Командир представляет начальнику дивизиона корабельной авиации свои
соображения о необходимой для его корабля подготовке личного состава, приписанного к
кораблю воздушного отряда.
13. При посылке отдельного авиационного корабля, к командиру переходят права
начальника дивизиона корабельной авиации в отношении ко всем, находящимся на его
корабле чинам корабельной авиации.
Если же назначен на авиационный корабль отдельный начальник, являющийся
руководителем операции, то командир подчиняется ему в оперативном отношении,
сохраняя за собой права, согласно морскому уставу.
14. При получении командиром корабля определенной задачи, он осведомляет о своих
предположениях начальника воздушного отряда, требуя от него представления
соображений о выполнении части ее, касающейся действий воздушных аппаратов. В случае
неприятия таковых командиром в уважение, он просит внести об этом в вахтенный журнал.
О начальнике воздушного дивизиона корабельной авиации
15. Начальник воздушного дивизиона корабельной авиации состоит в
непосредственном подчинении начальника дивизиона корабельной авиации.
16. Начальник воздушного дивизиона корабельной авиации сохраняет общие права
начальника воздушного дивизиона, а по отношению к чинам штаба дивизиона корабельной
авиации пользуется правами флаг-капитана.

17. Начальник воздушного дивизиона ведает всей подготовкой порученных ему
воздушных отрядов к выполнению операций.
С этой целью он, по указанию начальника дивизиона корабельной авиации,
разрабатывает планы операций, тактической подготовки отрядов и судов, обучение и
занятий чинов дивизиона и станции.
18. Находясь на корабле, начальник воздушного дивизиона всецело подчиняется
командиру корабля.
При назначении командиром корабля задачи воздушному отряду, начальник дивизиона
или начальник воздушного отряда обязан представить командиру свои соображения о ее
выполнении, а в случае неприятия их, просить командира о внесении этого в вахтенный
журнал, подавая об этом случае подробный рапорт.
При отсутствии на корабле начальника воздушного дивизиона, его права переходят к
начальнику воздушного отряда.
19. Если начальник дивизиона назначен руководителем операции, то он осведомляет
командира корабля, назначенного в его распоряжение, о своих предположениях и требует
от него содействия к выполнению задачи.

капитан 1 ранга Альтфатер23
Подписал: Флаг-капитан
ранга
.

СЕКРЕТНО
ПРИКАЗ
НАЧАЛЬНИКА МОРСКОГО ШТАБА
ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО
Ноября 30 дня 1916 года, за № 428
1.
Взамен ныне действующего «Положения о службе связи авиации в службе связи»,
объявленного при приказе по флоту и Морскому ведомству 16-го августа 1914 года за №
269 и «Временного положения об авиации и воздухоплавании Черного моря», объявленного
при приказе моем 29-го августа 1916 года № 261, ввести в действие прилагаемое при сем
«Положение о службе морской авиации и воздухоплавании»:
2.
Авиационный отдел службы связи Балтийского флота расформировать.
3.
Сформировать в Балтийском и Черноморском флоте по одной воздушной дивизии.
4.
Воздушную дивизию Балтийского флота сформировать в составе 2-х воздушных бригад
и отряда корабельной авиации.
1-ю воздушную бригаду сформировать из частей Балтийского воздушного района в
составе 3-х воздушных дивизионов из 3-х воздушных отрядов по 6 действующих самолетов
каждый, 3-х воздушных станций и 6-ти воздушных постов.
2-ю воздушную бригаду сформировать из частей Ботнического воздушного района в
составе 3-х воздушных дивизионов - 2 по три и 1 в два воздушных отряда, по 6-ти
действующих самолетов каждый, 3-х воздушных станций и 6-ти воздушных постов.
Отряд корабельной авиации содержать в составе действующих самолетов и
авиационного судна «Орлица».
5.
В хозяйственном отношении 1-ую воздушную бригаду приписать к порту Императора
Петра Великого, а 2-ую и авиационное судно «Орлица» к Свеаборгскому порту.
6.
Воздушную дивизию Черноморского флота сформировать в составе двух воздушных
бригад и отряда корабельной авиации.

1-ую бригаду сформировать в составе двух воздушных дивизионов из двух воздушных
отрядов по 6-ти действующих аппаратов каждый, двух воздушных станций и семи
воздушных постов.
2-ую воздушную бригаду сформировать в составе трех воздушных дивизионов из трех
воздушных отрядов по 6-ти аппаратов каждый, трех воздушных станций и девяти
воздушных постов.
Отряд корабельной авиации сформировать из 4-х авиационных судов, по назначению
командующего флотом Черного моря, одного воздушного дивизиона из 4-х воздушных
отрядов по 8 действующих аппаратов каждой и одной воздушной станции, приписанной в
хозяйственном отношении к первой бригаде.
7.
В хозяйственном отношении первую воздушную бригаду и отряд корабельной авиации
приписать к Севастопольскому порту, а 2-ую воздушную бригаду к Батумскому порту.
8.
Посыльные, транспортные суда, плавучие средства и обоз придать воздушным частям
на основании положения по усмотрению командующих флотами, в мере действительной
необходимости.
9.
Содержать части морской авиации и воздухоплавания согласно прилагаемым при сем
штата и табелей комплектации.
10.
Ввести в действие «Положение о центральных мастерских воздушного плавания
Черного моря», учредив таковые в Севастополе.
11.
Учредить при воздушной дивизии Черноморского флота центральные склады
воздушного плавания в Севастополе.
12.
Сохранить действие «Положения об отряде дирижаблей», объявленное в секретном
приказе начальника Морского Штаба Верховного Главнокомандующего от 9 июня 1916 года
за № 144, переименовав отряд дирижаблей в 3-ий воздушный дивизион 1-ой воздушной
бригады и подчинить начальника этого отряда начальнику бригады, на общих основаниях с
начальниками воздушных дивизионов.
Подписал: Начальник Морского Штаба
адмирал Русин
ПРИКАЗ
КОМАНДУЮЩЕГО ФЛОТОМ БАЛТИЙСКОГО МОРЯ
Посыльное судно «Кречет»
11 декабря 1916 года № 968
При сем объявляю по вверенному мне флоту пункты 1, 2, 3, 4, 5, 8 и 9 приказа
начальника Морского штаба Верховного Главнокомандующего от 30 ноября сего года за №
428 и предписываю начальнику Службы связи привести их в соответствие.
Вице-адмирал Непенин24.
1. Взамен ныне действующего «Положения о службе авиации в службе связи»,
объявленного при приказе по флоту и Морскому ведомству 16 августа за № 269 и
«Временного положения об авиации и воздухоплавании Черного моря», объявленного при
приказе моем 29-го августа 1916 года за № 261, ввести в действие прилагаемое при сем
«Положение о службе морской авиации и воздухоплавании».
2. Авиационный отдел Службы связи Балтийского моря расформировать.
3. Сформировать в Балтийском и Черноморском флоте по одной воздушной дивизии.
4. Воздушную дивизию Балтийского флота сформировать в составе 2-х воздушных
бригад и отряда корабельной авиации.
1-ую воздушную бригаду сформировать из частей Балтийского воздушного района в
составе 3-х воздушных дивизионов из 3-х воздушных отрядов, по 6-ть действующих
самолетов каждый, 3-х воздушных станций и 6-ти воздушных постов.
2-ую воздушную бригаду сформировать из частей Ботнического воздушного района в
составе 3-х воздушных дивизионов - 2 по три и 1 в два воздушных отряда, по 6-ть
действующих самолетов каждый, 3-х воздушных станций и 6-ти воздушных постов.
Отряд корабельной авиации содержать в составе четырех действующих самолетов и
авиационного судна «Орлица».
5. В хозяйственном отношении 1-ую воздушную бригаду приписать к порту Императора
Петра Великого, а 2-ую и авиационное судно «Орлица» к Свеаборгскому порту.
<...>
8. Посыльные, транспортные суда, плавучие средства и обоз придать воздушным
частям на основании положения, по усмотрению командующих флотами, в мере
действительной надобности.
9. Содержать части морской авиации и воздухоплавания согласно прилагаемым при
сем штата и табелей комплектации.
Верно:
Начальник штаба командующего флотом
Балтийского моря
Контр-адмирал Григоров


СЕКРЕТНО
Экземпляр № 343
ПРИКАЗ
КОМАНДУЮЩЕГО БАЛТИЙСКИМ ФЛОТОМ
Декабря 22дня 1916 года № 2170/оп
В дополнении к приказу моему от 11 декабря с.г. за № 968 при сем объявляю состав
воздушной дивизии Балтийского флота.
1-я воздушная бригада:
1-й воздушный дивизион в составе отрядов - А, Б, В;
2-й воздушный дивизион в составе отрядов - Г, Д, Е;
3-й воздушный дивизион в составе отрядов - Ж, 3, И;
воздушная станция - Ревель;
воздушная станция - Бригитовка: при ней воздушные посты - Гапсаль, Гогенгольм,
Вердер;
воздушная станция - Кильконд: при ней воздушные посты - Церель, Аренсбург.
2-я воздушная бригада:
4-й воздушный дивизион в составе отрядов - Л, M, H;
5-й воздушный дивизион в составе отрядов - О, П, Р;
6-й воздушный дивизион в составе отрядов - С, Т;
воздушная станция - Або: при ней воздушные посты - Люпертэ, Гельсингфорс;
воздушная станция - Дегерэ: при ней воздушные посты - Эккерэ, Казберг;
воздушная станция - Юнгфрузунд: при ней воздушные посты - Юрмо, Лапвик.
Примечание: Каждый из отрядов имеет в своем составе 6 действующих аппаратов.
Отряд корабельной авиации:
Учебное судно «Орлица» с 4-мя действующими аппаратами.
Вспомогательные суда при дивизии:
Посыльное судно «Поражающий»; (при 1-й бригаде) буксир «Авиун»; моторные катера:
«Изакс», «Финн», «Авиационный № 1», «Авиационный № 2», «Авиационный № 3»,
«Быстроходный»; (при 2-й бригаде) пароходы: «Клио», «Гельсингфорс», «Инио»; буксиры:
«Карпо-Калк», «Хоурис», «Пану»; самоходные баржи: «Венус», «Дурис», «Аванс»; баржи:
«Бенвик», «Хари-Пури», «К.Ф. № 1»; моторные катера: «Авиационный №4», «Авиационный
№ 5».
Вице-адмирал
Непенин
.

ПРИКАЗ
КОМАНДУЮЩЕГО ЧЕРНОМОРСКИМ ФЛОТОМ
Севастопольский рейд. Декабря 31 дня1916 года
№277
Во исполнение приказа начальника Морского штаба Верховного Главнокомандующего
от 30 ноября за № 428 предписываю:
1. Приступить к формированию черноморской воздушной дивизии развертывая
дивизионы, воздушные отряды, станции и посты по мере поступления морских самолетов и
личного состава.
2. Сформировать к 1 января 1917 года из частей Северо-Западного района и отряда
дирижаблей первую воздушную бригаду в составе: первого воздушного дивизиона,
опирающегося на воздушную станцию «Круглая бухта»; второго воздушного дивизиона,
опирающегося на воздушную станцию «Одесса»; третьего воздушного дивизиона,
образовав его из отряда дирижаблей и змейковых станций.
Воздушные посты первой бригады формировать в следующем порядке: «Отарик»,
«Зелекары», «Ялта», «Евпатория», «Ак-Мечеть», «Кларевка» и «Тендра», приписав в
строевом, санитарном и хозяйственном отношениях к воздушной станции «Одесса», посты:
«Отарик», «Зелекары», «Тендра» и «Кларевка»; а к воздушной станции «Круглая бухта»,
посты: «Ялта», «Евпатория» и «Ак-Мечеть».
Одновременно с первой бригадой формировать отряд корабельной авиации в составе:
авиационных судов «Император Николай I», «Император Александр I», «Румыния»,
«Алмаз» и четвертого воздушного дивизиона, опирающегося на воздушную станцию «Бухта
Нахимова», приписанную в хозяйственном отношении к первой бригаде.
3. Приступить к формированию второй воздушной бригады из частей Южного
воздушного района, производя его в следующем порядке: пятый воздушный дивизион,
опирающийся на воздушную станцию «Батум», приписав в строевом, санитарном и
хозяйственном отношениях воздушные посты: «Платана», «Ризе», «Сухум» и «Поти».
Приступить теперь же к устройству воздушных станций «Туапсе» и «Керчь», приписав к
первой, посты: «Сочи» и «Гагры», отнеся к ней и пост «Сухум», по окончательном
сформировании станции, а ко второй, посты: «Геленджик», «Анапа» и «Феодосия».
Шестой воздушный дивизион, опирающийся на «Туапсе» и седьмой воздушный
дивизион, опирающийся на «Керчь», сформировать при воздушной дивизии и по готовности
станций, переводить дивизионы по месту их назначения.
Вице-адмирал Колчак
(18-10-2005 14:32:22)

 
 

1407
Николай:
РОССИЙСКАЯ ВОЕННАЯ АВИАЦИЯ В ВОЙНЕ 1914-17 ГОДА
С.Н.Антошкин В.Е.Ильин
Росийская авиация вступила в Первую мировую войну, имея за плечами четыре предвоенных года развития. Датой рождения отечественных военно-воздушных сил принято считать 30 января 1910 г., когда был образован отдел воздушного флота при Особом комитете по усилению воздушного флота, задачей которого и явилось создание военно-воздушных сил.
В марте 1910 года для обучения в летные школы Франции было отправлено семь русских офицеров, а также шесть нижних чинов. В мае того же года в Гатчине, на аэродроме Петербургской офицерской школы, была организована подготовка военных летчиков-офицеров под руководством французского авиатора Эдмонтона и В.А.Лебедева - одного из первых русских летчиков, возглавившего в дальнейшем крупное авиастроительное предприятие в Саннкт-Пертербурге. В июле 1910 года открылась школа военных летчиков в Одессе. 8 июня во Франции получил "Бреве" - диплом об окончании авиационной школы Антуанетт - первый российский военно-морской летчик С.Ф.Дорорж привез с собой и аэроплан, ставший первой боевой единицей морской авиации России. Таким образом, к концу 1910 года наша страна вышла на второе в мире (после Франции) место среди авиационных де
Быстрыми темпами развивалась и русская военно-морская авиация: в период 1911-12 годов на Черном море было создано первое отделение морских летчиков и шесть крепостных авиаотрядов
Уже в 1912 году, в ходе Балканской войны, русские летчики-добровольцы Агафонов, Евсюков, Колчин и Костин под руководством Щетинина в составе добровольческого отряда на стороне болгарской армии приняли участие в боевых действиях против Турции, "нарабатывая" первый опыт боевого применения "аппаратов тяжелее воздуха". При этом авиация не только вела воздушнную разведку, но и выполняла бомбометания по турецким укреплениям. Шло знакомство русской армии с авиации и во время крупных учений. В частности, хорошой школой стали киевские осенние маневры 1912 года.
После того, как Государственная Дума в мае 1912 года утвердила законопрект об отпуске средств на формирование аваиационных частей, внесенный военным министерством, началось широкое развертывание авиаотрядов в сухопутных войсках. Принятая Генеральным штабом "Большая программа по техническим войскам" предусматривала завершение формирования авиационных рот к 1 апреля 1917 года. ремени на реализацию этих планов история уже не оставила.
К лету 1914 года, перед началом боевых действий, русская авиация имела шесть авиационных рот (39 отрядов), располагая 202 самолетами (124 - в полевых отрядах, 48 - в крепостных отрядах и 30 - в учебных). После мобилизации самолетов, принадлежащих граж данским аэроклубам, Россия вступила в войну с самым многочисленым воздушным флотом, насчитывающим 263 самолета. Военно-морской флот располагал еще 18 самолетами и 15 летчиками (для сравнения етственно, 232, 156 и 56 самолетов).
Основу самолетного парка российской военной авиации составили к осени 1914 года монопланы "Ньюпор-4" и бипланы "Фарман-16", обладавшие максимальной скоростью 90-100 км/ч, потолком 2000-2500 м и продолжительностью полета др двух часов. Ограничено применялись и самолеты других типов, в частности "Мораны" и "Депердюссены". Сравнительно немногочисленные самолеты отечественных конструкторов были представлены, в основном, машинами Русско-Балтийского вагонного завода (РБВЗ), разработанными под руководством Игоря Сикорского. Наиболее выдающщейся российской конструкцией стал четырехмоторный биплан "Илья Муромец", построенный в октябре 1913 года и на нескаолько лет опередивший аналогичные разработки за рубежом (первые тяжелые бомбардировщики появились у союзников лишь в 1916 году). Еще 28 февраля 1914 года Военный Совет утвердил представление Главного военного технического управления о заказе РБВЗ 10 "Муромцев", а 16-17 июня второй самолет этого типа - "Илья Муромец Киевский" - под управлением И.Сикорского совершил рекордный перелет Санкт-Перербург - Киев с одной промежуточной посадков в Орше. 1280 км было преодолено за 13 часов 5 минут. В ходе серийной постройки, продолжапвшейся до конца войны, самолет неоднократно модернизировался, менялись двигатели, усиливалось бомбардировочное и пулеметное свооружение. Всего было построено 79 самолетов типа "Илья Муромец" серий "Б", "Г", "Д" и "Е".
На начальном этапе боевых русская авиация понесла большие потери. Только на Юго-Западном фронте за первые три месяца боев из 99 самолетов был потерян, в основном, из-за поломок, 91 аэроплан). Быстро восполнить потери на самом напряженном, маневренном этапе войны, не удалось - сказалось отсутсвие необходимой производстве обусловленнное общим отставанием российской промышленности от промышленности Германии (к началу войны Россия имела всего семь авиационных заводов с месячной производительностью 30-40 самолетов, тогда как Германия располагала 50 предприятиями, способными с а и чиновников, не сумевших своевренно организовать необходимые мобилизационные мероприятия, а также отсутствие запасов авиационной техники (в то же время Франция и Великобритания имели, соответственно, 200 и 100 самолетов резерва, что позволило им быстро восстановить потери первого этапа боевых действий, когда авиапромышленость еще не перешла на "военные рельсы"). Отсутствовали необходимые запасы топлива и других материалов, нехватало обученных летчиков. Руководство вооруженых сил полагало, что война с Германией будет носить скоротечный, маневренный характер и завершится в ходе одной кампании, через шесть-восемь месяцев. Такие оценки повлияли не только на з материальной части для воздушных сил, но сказались и на снабжении всей армии: уже к концу 1914 года в войсках стал ощущаться острый недостаток вооружения и боеприпасов, что, в конечном итоге, и привело к тяжелым поражениям лета 1915 года.
Следует указать и на неопределеность в подчинении авиачастей и тыловых служб, которая вносила путаницу в руководство действиями авиационных отрядов и их снабжение. Управление военно-воздушные флотом было создано лишь в 1916 году и объединило, помимо авиационных, также и воздухоплавательные части, имеющие на вооружение дирижабли и привязные аэростаты.
Впрочем, в рамках фронтов авиационные подразделения имели четкую организацию и структуру. Из 39 авиаотрядов, которыми армия располагала к началу войны, 28 числились при при шести полевых авиаротах, три сибирских авиаотряда находились в составе сибирской авиароты, и восемь отрядов были распределены по крепостям: Ковно, Гродно, Осовец, Брест-Литовск, Ново-Георгевск, Севастополь, Карс и Владикавказ. 25 авиационных отрядов, входивших в полевые авиароты, были корпусными, один - гренадерским, один - полевой и один - гвардейский. Кроме того, Всероссийский аэроклуб сформировал добровольческий авиаотряд, переименованный впоследствии в 34-й корпусный.
Отрядам полагалось иметь по штату шесть самолетов и летный состав в колличестве пяти летчиков-офицеров и двух летчиков-солдат, а также четыре прикомандированных летчика наблюдателя из числа младших офицеров. Крепостные отряды имели по восемь летательных аппаратов, шесть летчиков-офицеров и три летчика из нижних чинов. С приближением линии фронта часть крепостных отрядов переформировали в корпусные.
С 1916 года вместо авиарот формируется 12 авиадивизионов (по одному на армимю) в составе армейского и нескольких корпусных отрядов. А 25 декабря 1916 года был сформирован Петербургский авиадивизион из трех отрядов, который был подчинен начальнику ПВО Петербурга генерал-майору Л.С.Бурману, что, фактически, стало началом создания авиации противовоздушной оборорны России.
Образование авиации ПВО связано с появлением в российской авиации самолетов-истребителей, которые стали звеньями включаться в состав авиаотрядов. Вскоре, также в 1916 году, в каждом дивизионе формируется по одному истребительному отряду, В дальнейшем число таких отрядов возросло до 24. Часть из них, для завоевания превосходства в воздухе над конкретном участком линии фронта, стали сводить в авиагруппы по чечыре-шесть отрядов. Всего было создано четыре такие авиагруппы, подчиненные штабам фронтов. Первая истребительная авиагруппа получила боевое крещение в августе 1916 года в районе Луцка.
Всего к концу 1917 года в сухопутных войсках имелся 91 авиационный отряд: 44 корпусных, 24 истребительных, 12 армейских, четыре артиллерийских, четыре крепостных и три в управлениях. Корпусные отряды располагали по штату шестью разведчиками, двумя самолетами для корректирования артиллерийского огня и двумя истребителями. Армейские отряды должны были иметь шесть разведчиков и два истребителя, артиллерийские - по десять машин, а истребительные - по восемь. Однако реально в наличии был лишь 461 самоле положенных по табелю. Кроме того, в ремонте находилось 106 самолоетов различных типов. Причем, если истребительные и армейские отряды имели полный комплект, то корпусные вместо 440 машин располагали лишь 144.
Руководство действиями воздушных сил на уровне фронтового звена осуществляли заведующие авиацией и воздухоплаванием фронтов. Им подчинялись командиры авиадивизионов, истребительных групп и отдельных отрядов. При ставке Верховного Главнокомандующего авиацию Действующей армии курировал великий князь Александр Михайлович, стоящий во главе Авиационной канцелярии ("Авиаканц").
Особыми частями являлись отдельные подразделения, имеющие на вооружение тяжелые воздушные корабли "Илья Муромец". Вначале эти четырехмоторные самолеты по одному прикомандировавывались к штабам фронтов, однако такая практика себя не оправдала и было решено сгруппировать эти самолеты в одном месте. Уже в декабре 1914 года была создана Эскадра воздушных кораблей, которую возглавил генерал-майор М.В.Шидловский. Боевая деятельность Эскадры началась с февраля 1915 года. В ноябре 1915 года ее перевели на новый штат, который включал школу подготовки летчиков, метеостанцию, фотокабинет, мастерские, гараж, зенитную батарею и три боевых отряда с 20 экапажами. Всего в Эскадре числилось 20 аоздушных кораблей "Илья Муромец" и 24 одномоторных самолета, предназначенных для обеспечения ПВО, эскортирования тяжелых саморолетов и обучения личного состава. По состоянию на 1 ноября 1917 года в Эскадре имелось, в общей сложности, 38 летательных аппаратов. Кроме Россиии, ни одна из воюющих сторон до 1917 года подобными авиационными соединениями не располагала.
В ходе войны совершенствовалась и русская морская авиация. К лету лету 1914 года на Балтике и Черном море имелось несколько "авиастанций", оснащенных гидросамолетами. С началом войны эти подразделения были объединены в авиаотряды. В 1916 году число гидросамолетов на Балтике достигло 40 машин, а на Черном море - 45. При этом на Черноморском флоте из десяти отрядов три были корабельными - в начале 1915 года флот получил авиатранспорты "Император Николай I" и "Император Александр I", переоборудованные из броненосцев, несколько позже подобное переоборудование прошел крейсер "Алмаз", а в 1917 году в строй вошел авиатранспорт "Румыния", созданный на базе пасажирского парохода. На Балтике имелся лишь один авиатранспорт - "Орлица", переоборудованный из парохода и введенный в строй в феврале 1915 года.
Число гидросамолетов в корабельных отрядах вначале составляло четыре-пять единиц, а в 1917 году было доведено до семи-девяти летательных аппаратов.
По мере роста числа самолоетов в составе флотов было сформировано по одной воздушной дивизии во главе с контрадмиралом. Каждая дивизия, насчитававшая более сотни самолетов, состояла из двух авиабригад по три гидродиыизиона, причем на Черноморском флоте один дивизион являлся корабельным.
Сравнивая морскую авиацию России с авицией ВМС Германии, которая в 1915 году имела два авиатранспорта и семь авиастанций, можно сделать вывод, что Россия лидировала в этой области вплоть до 1917 года и имела определенное превосходство над противником. Всего к концу 1917 года в российской морской авиации имелось 240 самолетов и 133 летчика.
К концу 1917 года воздушный флот России имел 132 авиаотряда (91 сухопутный отряд, пять отрядов тяжелых кораблей "Илья Муромец" и 36 отрядов гидроавиации). В сухопутных войсках насчитывалось 1109 самолетов, 35 машинами располагала Эскадра воздушных кораблей, 106 самолетов находилось в ремонте и еще около 700 имелось в резерве и хранилось на складах в разобранном виде. Это позволяло постоянно использовать в боевых действиях 500-600 самолетов в сухопутных войсках и 150 гидросамолетов в морской авиации.
Следует добавить, что два русских отряда действовали в составе французской армии и отдельные русские летчики сражались в составе истребительной авиации союзников. В свою очередь, в полосе Юго-Западного фронта летом 1917 года действовал английский корпусный, а также французские истребительный и артиллерийский отряды. Кроме того, английские отряды базировались в Мурманске и Архангельске, а составе Румынского фронта действовали две франко-румынские эскадрильи.
В 1916 году русская авиационная промышленность начала быстро "набирать обороты": если в 1915 году в авиастроении было занято 2180 человек, то в следующем году их число возросло до 5029. Ряд крупных заводов начал создавать филиалы в других городах - Симферополе, Таганроге, Пензе. Значительно продвинулась вперед технология отечественного авиационного производства. К 1 ноября 1916 года на русских заводах было построено 2050 самолетов (73% от всех, направленных на фронт) и 578 моторов (30%). Однако возможности отечественой авиационой промышлености по прежднему значительно уступали Германии. Поставки союзников также не могли в полной мере решить проблемму самолетного и моторного "голода": осенью 1916 года, когда у русской армии имелось в строю 598 са Франция располагала 1320 машинами, Германия - 1200, Великобритания - 800, Италия - 348.
За небольшим исключением, российские аэропланы уступали самолетам Германии и Австро-Венгрии и по качественым характеристикам. Однако с 1916 года ускорился процесс перевооружения авиационных частей более современными типами ЛА. Основными фронтовыми разведчиками стали самолеты "Фарман-27", "Фарман-30", "Лебедь-12" (русская копия германского "Альбатроса"), "Вуезен" и "Анатра-Д" (машина русской конструкции), српособные развивать скорость до 140 км/ч, достигать потолка 3500 и и находиться в воздухе в течение 3,5 часов. Истребительная авиация получила на вооружение самолеты "Ньюпор" различных модификаций, "Спад" и "Моска-МБ бис" со скоростью до 160 км/ч и потолком до 5000 м. Эскадра тяжелых кораблей комплектовалась истребителями Сикорского С-16, С-20 и С-22 с синхронными пулеметами, способными развивать скорость 150-175 км/ч.
Военно-морской флот с 1915 года начал оснащаться летающими лодками М-5 конструкции Д.Д.Григоровича. В декабре 1915 года появился более совершенный гидросамолет этого конструктора - М-9, развивающий скорость 105-137 км/ч. Эти самолеты, признанные одними из самых удачных в своем классе, стали самыми массовыми гидросамолетами ВМФ. 17 сентября 1917 года летчик Я.И.Нагурский впервые в мире (для гидросамолетов) выпонил на М-9 пертлю Нестерова. Несколько позже Григоровичем был создан серийный "гидроистребитель" М-11 с бронированной кабиной летчика, развивавший скорость до 149 км/ч.
В целом, российской авиации к началу 1917 года удалось сократить качественный разрыв с авиацией противника. Некоторое отставание с перевооруждением было вызвано зависимостью производства от поставок комплектующих из-за рубежа.
Всего за годы войны Россия получила 6812 самолетов и 5511 двигателей, из которых 5012 самолетов и 1800 двигателей поставили отечественные заводы (в основном, по французским образцам), а остальные были закуплены во Франции (до 65% самолетов и 90% двигателей), Италии (25% самолетов) и Англии (10% самолетов и 10% двигателей).
Следует отметить, что эффективность применения русской авиации снижалась из-за разнотипности самолетного парка, затруднявшей материальное снабжение и подготовку персонала. К концу 1917 года в строю находились самолеты 30 различных типов, 17 из которыя являлись основными. В боях испорльзовались и трорфейные самолеты, 120-150 которых было захвачено в относительно исправном состоянии в течение войны.
Разумеется, объемы поставок техники российской авиационной прромышленности уступали масштабам самолетостроения в Германии, где до конца 1917 года было выпущено 33808 самолетов. Однако следует учесть, что основная масса германской авиации было сосредоточена на Западном фронте. Это позволяло ВВС России, в ряде случаев, добиваться превосходства в воздухе на направлениях главных ударов. Так, в середине 1917 года в полосе Юго-Западного фронта 225 росийских самолетов противостояло 226 вражеским самолетам, при этом они нанесли противнику урон (сбив в воздушных боях 23 неприятельских аппарата), в три раза превосходящий собственные потери.
Однако основным видом боевого применения была разведка. На первом эжтапе войны она носила, как правило, визуальный характер. Наблюдение велось с высот 2000-3000 м позволяло обнаруживать колонны войск, а с 1200-2000 м - отельные группы. Для обнаружения отдельных людей или замаскированных объектов приходилосьь снижаться на высоту 500-600 м, что делало самолеты уязвимыми от ружейно-пулеметного огня. С 1915 года начала широко применяться аэрофотосъемка с использованием фотоаппаратов конструкции С.А.Ульянина и С.С.Неждановского, несколько позже в войска поступил первый в мире автоматический фотоаппарат для маршрутной и площадной съемки "Потте", разработанный подполковником русской армии аВ.Ф.Потте. Следует отметить, что успех Брусиловского прорыва в 1916 году был, в значительной мере, обеспечен тем, что каждый офицер и многие унтер-офицеры русской армии имели подробные карты неприятельских укреплений, составленные на основе аэрофотосъемки.
Для глубинной разведки с 1915 года применялись самолеты "Илья Муромец".
Летчики-наблюдатели, по мимо разведки, занимались и корректировкой артиллерийского огня, значительно повышавшей эффективность использования артиллерии. С 1916 года во все корпусные отряды было включено по два самолета-корректировщика со специально подготовленными экипажами. В том же году начались поставки первых английских авиационных радиостанций "Стерлинг" с дальностью действия до 30 км, а в 1917 г. в разведывательную авиацию поступили ламповые передатчики РОБТиТ российского производства.
Первая эшелонированная бомбардировка была проведена самолетами русской авиации в ноябре 1914 года при осаде австрийской крепости Перемышль. В июле 1915 года летчик Солодовников на самолете "Ньюпор" осуществил первое бомбометание с пикирования по зенитной батарее противника. Однако бомбардировка, как вид боевых действий ВВС, превратился из сопутствующего воздушной разведке в самостоятельный лишь на на рубеже 1916-17 годов. Особенно эффективными были удары, наносимые с самолетов типа "Илья Муромец". Так, при налете на базу немецкой гидроавиции на озере Ангерн близ Риги было сброшено 72 бомбы, достигнуто 22 попадания в ангары, 11 - в пристань и два - возле взлетавших гидросамолетов. 14 июня 1916 года на "Муромце" был произвенден первый ночной налет на станцию Митава. Калибр бомб, в начале войны не превышавший 10 кг, к 1917 году возрос до 640 кг. Были разработанвы зажигательные и термитные боеприпасы. Самолеты начали оснащаться специальными бомбосбрасывателями, появились механичес иборы Иванова, Ботезата b Гарфа).
Первый в истори войн воздушный бой провел знаменитый летчик, автор "Мертвой петли" штабс-капитан Петр Нестеров, таранивший 8 сентября 1914 года австрийский самолет-разведчик (на Западном фронте самолеты впервые сошлись в воздушном бою 26 октября 1914 года, их встреча закончилась безрезультатной перестрелкой из личного оружия, а первый германский аэроплаан был сбит французским летчиком Гарро лишь 1 апреля 1915 года). Однако развертывание в русской армии специальных истребительных авиационных отрядов началось во второй порловине 1916 года после представления доклада заведующего авиацией и воздузоплавания в Действующей Армии от 2 оюля 1916 г. на имя начальника штаба Верховного главнокомандующего, в котором, в частности говорилось: "Появление на нашем фронте быстроходных и сильно вооруженных неприятельских аппаратов-истребителей вызвало необходимость формирования и у нас отрядов истребителей......." Впрочем, отдельные истребительные отряды в полосе Юго-Западного фронта начали действовать несколько раньше. Кроме того, имелся отряд охраны резиденции Верховного главнокомандующего.
Русскими летчиками были освоены бой парой, групповые бои, дежурство в воздухе и на аэродроме, сопровождение разведчиков и бомбардировщиков, а также воздушный таран как крайняя мера, когда другие средства воздействия на противника исчерпаны. Раньше летчиков Франции и Великобритании П.Зиновьев применил лобовую атаку. Штабс-капитан Евграф Крутень отработал тактику нападения на самолет противника с использованием преимущества в высоте.
Всего в России на 200 истребителей имелось 28 асов (т.е. летчиков, сбивших более пяти самолетов противника). Наиболее известные их них - А.Казаков (32 победы), П.Маринович (22), Е.Крутень и В.Федоров (20), К.Арцеулов (18), П.Аргеев (15), А.Северский (13), П.Смирнов (12), М.Сафанов, Б.Сергиевский и Э.Томсон (11), И.Орлов (10), Э.Пульпе и Г.Сук (7), О.Тетер, Я.Махлапуу и В.Янченко (6). Всего русскими асами было уничтожено 226 самолетов противника.
В целом, истребительная авиация составляла 35% от общего состава ВВС России, а летчики-истребители вместе с летчиками других родов авиации уничтожили в 1914-17 гг. более 2000 самолетов протитвника.
Российские летчики раньше летчиков другис стран начали осваивать и штурмовые действия против наземных войск. Еще летом 1915 года пять самолетов 31-го авиаотряда атаковали скопление германских войск в районе переправвы через реку Буг, рассеяв противника пулеметным огнем. Воюзники также впервые применили штурмовку именно на русском фронте (это сделали англичане из состава авиаотряда, действовавшего в полосе Юго-Западного фронта).
Подводя итоги, можно уверенно утверждать, что Россия в годы Первой Мировой Войны создала достаточно сильный и многочисленный воздушный флот. Спектр его боевой деятельности был широк: воздушная разведка с фотографированием, корректировка артиллерийского огня, бомбометание, воздушный бой, борьба с подводными лодками, обнаружение мин, штурмовые действия. Вообще, применительно к отечественной авиации 1914-17 годов можно много раз произнести слово "впервые": впервые воздушный бой состоялся на русско-германском фронте, первая бомба, попавшая в военный корабль, была русской, первый автоматический аэрофотоаппарат был разработан, изготовлен и применен в России......
Однако развал армии и промышленности, наступившие осенью 1917 года, нанесли огромный ущерб молодой российской авиации. И в дальнейшем потребовались огромные усилия всего народа и десятилетие напряженного труда, чтобы сначала возродить, а затем и поднять на новый, более высокий уровень, воздушную мощь России. Так стоит ли нам повторять ошибки прошлого ?

(18-10-2005 11:23:21)

 
 
Николай:
МОЖНО ЛИ ВОССТАНОВИТЬ УТРАЧЕННЫЕ ТРАДИЦИИ?
…В 1905 году в Петербург из японского плена возвращается А.В. Колчак. Блестящий выпускник Морского кадетского корпуса 1894 года, боевой флотский офицер и полярный исследователь, капитан второго ранга Колчак назначается в апреле 1906 года заведующим балтийского театра морского генерального штаба. Россия, потрясенная бездарной потерей своего военно-морского флота и гибелью одного из талантливых флотоводцев адмирала С.О. Макарова, нашла в себе силы осуществить морскую реформу.
Накануне, в январе 1906 года, в лучших традициях Морских собраний, был создан военно-морской кружок с целью выработки стратегии защиты России от нападения с моря.
Разведданные, доступные патриотично настроенным морским офицерам, неопровержимо доказывали факт подталкивания России к войне с Германией. Политические круги Франции и Англии, ловко используя воинственный дух императорской Японии, предложили Стране восходящего солнца все немецкие колонии в Юго-Восточной Азии и территорию России аж до озера Байкал. Взамен хитрые европейцы хотели получить до одного миллиона японских солдат для того, чтобы пройти победным маршем с севера Италии до Голландии и отсечь Германию от границ Франции. Ослабить военный и экономический потенциал Германии и России и была призвана кровопролитная война двух империй.
Со сценарием, в котором России отводилась роль жертвы, и не могли согласиться воспитанники Морского кадетского корпуса, где сохранялся свободолюбивый дух Петра I и адмиралов Ушакова, Мордвинова, Епанчина.
Всплывают в памяти исторические аналоги. Прошло немногим более ста лет с того времени, как Павел I понял неизбежность втягивания России в войну за чуждые ей интересы. Французский император Наполеон предложил России союз против Англии, за что Павел I и был убит английскими масонами. В начале XX века англичане и французы вновь решили разыграть российскую карту.
Вот как описывает те события Колчак: "...В 1906 году, в январе месяце, произошли такого рода обстоятельства. После того как наш Флот был уничтожен и совершенно потерял все свое могущество во время несчастной войны, группа офицеров, в числе которых был и я, решили заняться самостоятельной работой, чтобы снова подвинуть дело воссоздания Флота и, в конце концов, тем или иным путем как-нибудь стараться в будущем загладить тот наш грех, который выпал на долю Флота в этом году, возродить Флот на началах более научных, более систематизированных, чем это было до сих пор. В сущности, единственным светлым деятелем Флота был адмирал Макаров, а до этого времени Флот был совершенно не подготовлен к войне, и вся деятельность его была не военная и не серьезная. Нашей задачей явилась идея возрождения нашего Флота и морского могущества. Группа этих морских офицеров, с разрешения морского министра, образовала военно-морской кружок, полуофициальный. Так нам было предоставлено в Морской Академии помещение; средства кое-какие морское министерство дало, так как оно относилось благожелательно к этой работе. Я был в числе основателей этого военно-морского кружка в Петрограде, где мы занялись прежде всего разработкой вопроса, как поставить дело воссоздания Флота на соответствующих научных и правильных началах. В результате этого, в конце концов, мною и членами этого кружка была разработана большая записка, которую мы подали министру по поводу создания морского генерального штаба, т. е. такого органа, который бы ведал специальной подготовкой Флота к войне, чего раньше не было: был морской штаб, который ведал личным составом Флота, - и только. В этот кружок входили Щеглов, Римский-Корсаков, Пилкин; затем к нему присоединились очень многие. Я долгое время был председателем этого кружка. К поданной записке отнеслись очень сочувственно, и весною 1906 года было решено создать морской генеральный штаб. План этот был одобрен, и весною, приблизительно в апреле 1906 года, он был осуществлен созданием морского генерального штаба. В этот штаб вошел и я, в качестве заведующего балтийским театром. Я был в то время капитаном 2-го ранга и явился одним из первых, назначенных в этот штаб. С этого времени и начинается период, обнимающий приблизительно 1906, 1907, 1908 гг., период, если можно так выразиться, борьбы за возрождение Флота. В основание всего этого дела морским генеральным штабом была выдвинута морская судостроительная программа, которой до сих пор не было.
Постройка судов шла без всякого плана, в зависимости от тех кредитов, которые отпускались на этот предмет, причем доходили до таких абсурдов, что строили не тот корабль, который был нужен, а тот, который отвечал размерам отпущенных на это средств. Благодаря этому получились какие-то фантастические корабли, которые возникали неизвестно зачем.
Таким образом, прежде всего была выдвинута планомерная судостроительная программа. Первая работа, которая была выполнена морским генеральным штабом, заключалась в изучении военно-политической обстановки. Это был именно тот период, когда морской генеральный штаб работал совместно с сухопутным. Во главе нашего штаба стоял адмирал Брусилов, а там генерал Палицын. Это был единственный период, который я знаю, когда оба штаба работали совместно и согласованно. Это был период изучения общей политической обстановки, и еще в 1907 году мы пришли к совершенно определенному выводу о неизбежности большой европейской войны. Изучение всей обстановки военно-политической, главным образом германской, изучение ее подготовки, ее программы военной и морокой и т. д. - совершенно определенно и неизбежно указывало нам на эту войну, начало которой мы определяли в 1915 году, указывало на то, что эта война должна быть. В связи с этим надо было решить следующий вопрос. Мы знали, что инициатива в этой войне, начало ее, будет исходить от Германии; знали, что в 1915 году она начнет войну. Надо было решить вопрос, как мы должны на это реагировать. После долгого и весьма детального изучения исторического и военно-политического было решено как морским, так и сухопутным штабами, что мы будем на стороне противников Германии, что союза с Германией заключать будет нельзя и что эта война должна будет решить в конце концов вопрос о славянстве: быть или не быть ему в дальнейшем. Были известные группы, которые резко расходились с этой точкой зрения и указывали на необходимость союза с Германией, но та политическая обстановка, которая была положена в основание, показывала, что война произойдет против союза срединных империй. Я хочу только подчеркнуть, что вся эта война была совершенно предвидена, была совершенно предусмотрена. Она не была неожиданной, и даже при определении начала ее ошиблись только на полгода. Да и то, немцы и сами признают, что они начали ее раньше, чем предполагали. Таким образом, в связи с общим политическим положением и была разработана судостроительная программа, долженствовавшая быть законченной к 1915 году.
Адмирал Эссен был определенно против немцев, хотя и был сам немецкого происхождения. Непенин был также их противником и ненавидел немцев. Среди крупных представителей морского ведомства не было представителей германской ориентации. Большинство склонялось к союзнической ориентации, так как всем было видно, что приготовления Германии к войне идут, что она готовится к войне именно с нами, о чем ясно говорили добытые документы. Конечно, могли быть ошибки, конечно, такие вещи легче говорить постфактум, но тогда для меня, например, один Трейчке стоил откровения, так как дело говорил об отношении к нам Германии. Я думаю, если у меня и были минуты колебания, то Трейчке их уничтожил. Ведь Трейчке исходил из изучения всей картины, всей исторической стороны этого дела, всей политики Германии.
Программу российского военно-морского судостроения предстояло утвердить в Государственной Думе. Но, как и во времена Павла I, в российскую внутреннюю политику вмешались англичане и французы. Их активные сторонники среди депутатов Госдумы устроили такую чехарду с назначением морских министров и ассигнованием на судостроительную программу, что первоначальная программа морского министерства не могла быть проведена из-за разногласий.
Если стояла задача исказить программу большого русского судостроения или сорвать ее выполнение, то приспешники англичан, французов и немцев справились с ней блестяще.
К 1908 был потерян темп строительства новых русских военных кораблей.
В 1910 году начальнику морского генерального штаба К.Н. Ливену удалось добиться решения о скорейшем проведении судостроительной программы.
Так как со строительством крупных крейсеров типа "Кимбурн" Россия опаздывала, то адмирал Эссен сделал ставку по защите Петербурга с помощью тотальной минной войны".
Как теперь мы знаем, героями минной войны на Балтике стали адмирал Трухачев и капитан I ранга Колчак.
Но как пересекаются минная война, Колчак и Русско-Балтийский вагоностроительный завод?
Странным вопрос кажется только на первый взгляд.
Так как предстояло поставить в Балтийском море сотни тысяч морских мин, а миноносцев у России было мало, то на счету был каждый день. И наряду с развернутой разведкой во всех портовых городах за выходом в море немецких кораблей необходимо было иметь самые оперативные разведданные. Их можно было получить в то время только с воздуха. Так военно-морской кружок породил в процессе "мозгового штурма" идею создания "морской авиации".
Весной 1909 года капитан корпуса инженеров-механиков флота Л.М. Мациевич на заседании кружка сделал доклад "О состоянии авиационной техники и возможности применения аэропланов в морском флоте", затем те же соображения были изложены им в докладной записке, представленной на имя начальника Генерального штаба. Предстояло не только переоборудовать старое судно "Адмирал Лазарев" в первый российский авианосец, создать отряды морских воздушных разведчиков. Нужен был самолет большого радиуса действия. Таких аэропланов, несмотря на бурное развитие авиации, в мире еще никто не строил. Авиастроение держалось на плечах энтузиастов. Морские офицеры во главе с А.В. Колчаком понимали, что нужно искать энтузиаста, способного воплотить в металле идею о морском разведчике, желательно - с развитым патриотическим чувством. Так среди выпускников Морского кадетского корпуса 1906 года нашли Игоря Сикорского, который к 1910 году заметно выделялся своими успехами в авиастроении среди российских пилотов.
Подстрекая студентов к волнениям, воинствующие интеллигенты всех мастей в период 1905-1907 годов сорвали обучение в высших учебных заведениях России. Игорь Сикорский после окончания Морского корпуса решил продолжить обучение во французской технической школе Дювильо де Лано.
Приобретя опыт создания летающих моделей и изучения воздушных винтов, Игорь Сикорский, как и многие первопроходцы, во дворе своего киевского дома в июле 1909 г. построил первый в России вертолет. Натурные испытания первого и второго вертолетов (весна 1910 года) показали способность машин поднимать только собственный вес. Сикорский посчитал, что время вертолетов еще не пришло, и всецело отдался строительству перспективных самолетов.
Первый самолет Сикорского БИС-1, созданный совместно с Ф.И. Былинкиным, мог только подпрыгивать.
Более совершенный С-Б позволил Сикорскому сдать экзамен на звание пилота и установить четыре всероссийских рекорда. Совершая на С-Б показательные полеты и участвуя в начале сентября 1911 года в военных маневрах, Сикорский наглядно продемонстрировал превосходство своего самолета над принятыми на вооружение иностранными машинами.
Всесторонние испытания предшествующих машин позволили конструктору в конце 1911 года построить самолет С-6, на котором он установил мировой рекорд скорости полета с двумя пассажирами. Достижение Сикорского отметили почетной медалью Императорского русского технического общества. Модификация самолета С-6А, выставленная на Московской воздухоплавательной выставке 1912 года, принесла Сикорскому Большую золотую медаль.
Успехи Сикорского впечатляют, и они не случайны. Зимой 1910 г. А.В. Колчак был отозван из арктической экспедиции в Берингов пролив в Санкт-Петербург для продолжения работ над разработкой новых оперативных планов российского флота 1910-1912 годов, связанных с грядущей войной.
Наступление немецкого флота предполагалось остановить минными полями от острова Нарген до полуострова Порккала-Удд. Наблюдение за действиями неприятеля западнее этого рубежа начальник 1-го оперативного отделения Морского генштаба капитан II ранга А.В. Колчак предложил осуществить с использованием авиации.
Так в морском кружке в 1911 году появился двадцатидвухлетний И. Сикорский, получивший должность техника по авиационной части. Именно с ним связали участники морского кружка будущее русской морской авиации.
Есть люди, которые заставляют вещи происходить; есть такие, кто наблюдает, что происходит; и есть те, кто спрашивает, что произошло.
А.В. Колчак, морской кружок и И. Сикорский определили и создали серию самолетов, выполнивших задачи, поставленные перед русской морской авиацией в Первую мировую войну. Стремясь к успеху, не забывайте о своих друзьях. Именно таким связующим звеном между самолетами Сикорского и Русско-Балтийским вагоностроительным заводом выступил уже известный председатель его правления и морской офицер М.В. Шидловский.
Проницательный ум и хорошая осведомленность о возможных заказах на поставку флоту самолетов позволили Шидловскому быстро сориентироваться и совершить два важных шага. Он уговорил правление купить участок земли на Строгановской набережной для создания авиационного отделения "РБВЗ" и пригласил в качестве главного конструктора авиационного отдела - техника в службе авиации Балтийского флота - Игоря Сикорского.
Студент Киевского политехнического института оставил учебные занятия и полностью посвятил себя любимому увлечению - конструированию российских самолетов и воплощению их в металле.
С самолета С-7 начинается захватывающая воображение история достижений авиационной фабрики "РБВЗ", которая создала творческую атмосферу энтузиастам авиации: пилотам Г.В. Янковскому и Г.В. Алехновичу, студенту Политеха А.А. Серебрякову и механику по двигателям В. Панаскоку. Не вылезая из цехов и ангаров "РБВЗ", энтузиасты проектировали, строили и испытывали самолеты. В короткое время вслед за монопланом С-7 появились самолеты С-9 и С-10, оснащенные двигателями "Гном". Поставив С-10 на поплавки, Сикорский представил Балтийскому флоту гидросамолет. В дополнение к самолетам в 1912 году он изобрел и построил первые в мире аэросани. В 1911 году И. Сикорский сформулировал идею строительства больших многомоторных самолетов, способных поднять значительный груз и большое число пассажиров. К этой идее впоследствии будут возвращаться не раз. А пока создаются все новые русские самолеты, берущие первые призы.
Весной 1913 года на моноплане С-11 Г. Янковский выиграл второй приз на соревновании в Петербурге. Сконструированный в начале 1914 года биплан С-12, способный выполнять мертвые петли, позволил Янковскому занять первое место по воздушному пилотажу во время авиационной недели, проводимой на Коломяжском ипподроме, а затем пилот установил всероссийский рекорд, поднявшись на высоту 3900 метров.
К 1913 году район Комендантского аэродрома в Петербурге превратился в русскую авиационную Мекку. На краю поля бок о бок стояли авиационные ангары заводов Пороховщикова, Щетинина, "РБВЗ" и Лебедева. В постоянной конкуренции за заказы трудились конструкторы, летчики, техники и владельцы авиационных предприятий. Жесткое соревнование отбрасывало аутсайдеров российской авиации и способствовало не только становлению авиационных технологий, но и во многом меняло общественное мнение относительно превосходства всего иностранного над русским.
26 мая 1913 года, около 9 часов утра, на лугу, примыкавшем к Корпусному аэродрому Петербурга, собралась большая толпа. Она нетерпеливо ожидала необычного зрелища - первого экспериментального полета большого четырехмоторного самолета, известного под именем "Большой Балтийский", "Русский Витязь" или "Грант". В огромной толпе, с нетерпением ожидавшей бесплатного представления, находились и серьезные наблюдатели, которые своими глазами хотели увидеть, сможет ли гигантский четырехмоторный самолет, весящий четыре тонны, действительно подняться в воздух. Многие тогдашние эксперты в области аэронавтики считали такой полет невозможным. "Если бы "Грант" действительно смог бы подняться в воздух, - комментировали некоторые цинично, - самолет разбился бы в тот момент, как только один из двигателей остановится". Русские в то время принимали мнение иностранцев по вопросам авиации без критики и часто их цитировали. В те дни фраза "иностранцы полагают" служила способом преподнести "непременную истину". Иностранные эксперты отказались от строительства большого летательного аппарата. Следовательно, усилия, предпринятые русскими, объявлялись авантюрными, и проект "Грант" заранее считался обреченным на неудачу.
М.В. Шидловский доверял мнению своего главного конструктора "РБВЗ" И. Сикорского. "Грант" не только поднялся в воздух, но, набрав высоту, сделал несколько кругов над аэродромом и мягко приземлился неподалеку от своего ангара. Воздушное представление вызвало шквал аплодисментов со стороны собравшихся зрителей, иностранцы, называвшие аэроплан Сикорского "Петербургской уткой", были посрамлены. Триумф русской изобретательности встретили в России с большим воодушевлением. Отечественная промышленность и инженерный гений позволили стране вырваться в лидеры авиастроения.
Потом будут многочисленные демонстрационные полеты, создание самого большого самолета "Илья Муромец" и самолетов различного назначения. Победы русской авиации в Первую мировую признали и союзники, и противники.
В "Эскадре воздушных кораблей" под командованием генерал-майора М.В. Шидловского И. Сикорский лично обучал экипажи. Разрабатывал он и тактику применения бомбардировщиков и оперативно вносил изменения в их конструкцию. Вслед за первыми типами "Муромцев" "РБВЗ" освоил серийное производство их улучшенных моделей. О качестве самолетов красноречиво говорит тот факт, что за всю войну был сбит только один "Муромец".
Серийно строились на "РБВЗ" в 1914-1916 годах разведчик и истребитель-перехватчик С-16, двухместный истребитель и разведчик С-17, истребитель сопровождения С-18 и первый отечественный штурмовик С-19.
Последним самолетом, построенным Сикорским в России, стал одноместный истребитель С-20, превосходивший по своим характеристикам аналогичные иностранные образцы.
С развалом армии и промышленности в 1917 году авиационная фабрика "Русско-Балтийского вагоностроительного завода" была закрыта. Многие соратники Сикорского, в том числе М.В. Шидловский, - убиты. В марте 1918 года И.И. Сикорский на отплывавшем из Мурманска английском корабле покинул Россию. В марте 1919 года он начал практически с нуля, в первое время зарабатывая на жизнь учителем в вечерней школе.
Именно И.И. Сикорскому предстояло стать "вертолетчиком № 1" в мире, но это уже другая история...
2004 год. Машиностроительные предприятия Санкт-Петербурга стоят перед необходимостью технологической модернизации производства, поиска талантливых ученых, изобретателей, рабочих и предпринимателей, создания конкурентоспособной на мировых рынках продукции и умения лоббирования интересов бизнеса.
Успешная деятельность "Русско-Балтийского вагоностроительного завода" под руководством талантливого предпринимателя Михаила Владимировича Шидловского могла бы послужить примером фантастической силы целеустремленности и энтузиазма. И чем быстрее власти и предприниматели Петербурга осознают, что мир принадлежит людям, которые с энтузиазмом относятся к жизни, тем скорее наступит долгожданное улучшение качества жизни.
В Петербурге много интеллекта, но мало морских кружков по "мозговому штурму" в экономике. Пора возрождать исконно петербургские традиции Императорского русского технического общества и Вольного экономического общества. Только на этом пути нам будет позволено приблизиться к созданию инновационной экономики. Чего ждем? Думать надо!
Хорошо сказано: "Даже если вы на правильном пути - вас задавят, если будете там просто сидеть".
Господа собственники предприятий!
Верните в свои полусонные цеха дух энтузиазма, царивший в отделениях "РБВЗ", и ваши конкуренты останутся далеко позади.

(18-10-2005 11:31:32)

 
 

1408
Николай: Продолжение:
АВИАЦИЯ ЧЕРНОГО МОРЯ

Полеты моряков Черноморского флота начались еще до основания Севастопольской Авиационной Школы. Уже в 1910 г. лейт. С. Ф. Дорожинский совершил первый полет над Севастополем, за что ему был поднесен жетон от жителей города, с соответсвующей надписью.

Первоначально обучение в Севастополе и на Каче велось на сухопутных аппаратах, но приблизительно в конце 1912 г.-начале 1913 г. стали производиться полеты на поплавковых гидро Кертиса на Черном море и поплавковых Фарманах на Балтийском.
Постоянными руководителями школы в Каче с 1912 г. были: на Фармане — шт. кап. Виктор Берченко, на Блерио — лейт. барон Буксгевден и лейт. Дыбовский.
От армии руководителями были: на Фармане — поручики Ильин и Матвеев, на Блерио — шт. кап. Земитан. Штатский летчик М. Н. Ефимов был инструктором на Фармане.
Начальником Авиации Черного моря был инж. мех. лейт. Иван Иванович Стаховский.

В 1913г. наиболее популярным типом гидро в Черном море был поплавковый Кертис, которых в авиации было не меньше 7-ми. Предвидя необходимость доставки гидро в дальние районы театра военных действий, флот стал производить опыты со спуском и подъемом гидро на суда еще до начала войны, благодаря чему ко времени вступления России в войну у летчиков уже имелся некоторый опыт в области корабельной авиации.

Были и жертвы. В 1912 г. погиб летчик мичман Кудрявцев.
С началом военных действий выяснилась острая нужда в кораблях, могущих следовать вместе с эскадрой, подвозя самолеты к театру войны, и служащих базой для их команды. Не имея времени для постройки таких судов, командование Черноморского флота решило оборудовать два почти новых пассажирских парохода «Император Николай I» и «Император Александр III» под авиаматки. «Император Александр III» был переименован в «Император Александр I», т.к. на стапели Николаева в это время строился дредноут «Император Александр III». Эти гидро-крейсера, как их потом называли, вступили в строй в феврале 1915 года. Они комплектовались аппаратами Щетинина типа Щ-5 (М-5) и брали: «Николай I»—7 гидро, а «Александр I»—8. Эти гидропланы составляли «корабельные» отряды, базировавшиеся на берегу в Севастополе и грузившиеся на гидро-крейсера только на время похода и соответсвующих операций.
Ст. лейт. Н. Р. Вирен был начальником 1-го корабельного отряда, а вторым командовал лейт. Е. Е. Коведяев. Помимо Корабельного Дивизиона, гидро которого базировались в Севастополе, были организованы и береговые Дивизионы: в Батуме, Одессе и Круглой Бухте.

Первый боевой поход гидро-крейсеров был 11 марта 1915 г., когда «Николай I» сопровождал 5 линейных кораблей к берегам Румынии, имея 4 гидро на борту. Очевидно, в то время их было недостаточно, чтобы полностью укомплектовать гидро-крейсера. Самолеты «Николая I-го» были вначале использованы для воздушной разведки, но потом их посылали для бомбардировки береговых целей.

«Император Николай I» выходил с маневренной группой 18 марта, в поход к Босфору. Этот поход, с целью обстрела береговых укреплений, был повторен 27 марта. На этот раз гидро-крейсер имел на борту 5 гидро. Ему сопутствовал «Алмаз», несший на борту один гидро. Гидро на этот раз предназначались только для воздушной разведки. Они подверглись безрезультатному обстрелу ружейным и шрапнельным огнем противника. Две бомбы были сброшены на турецкие батареи и одна на миноносец.
На следующий день, 29 марта, авиация продолжала держать Босфор под непрерывным наблюдением и вела корректировку стрельбы.

30 марта «Николай-1», в сопровождении «Память Меркурия» и миноносцев, нанесли удар по Зунгулдаку. Самолетами были сброшены бомбы на портовые сооружения. 3 апреля, в разведку, для опознания неизвестных судов, были высланы самолеты береговых отрядов. Корабли эти были опознаны летчиком лейт. В. М. Марченко и мех. наблюдателем унт оф. Демченко, как «Гебен» и «Бреслау», уходящие к Босфору. (Турецкий крейсер «Меджидие» подорвался у Одессы ночью 3-го.)

«Имп. Николай I» участвовал в подходе к Босфору 1-6 мая 1915 г. 2 мая гидро-крейсер стал спускать, поочередно, самолеты для воздушной разведки Босфора. Бомбардирующие корабли все время охранялись одним самолетом. 4 мая, на рассвете, 5 гидро «Николая 1-го» и гидро «Алмаза» произвели налет на Инаду. 7 мая с эскадрой, в первый раз, вышел «Император Александр I», заменивший «Николая 1-го». 10 мая эскадра подошла к Босфору. Тут произошел бой с «Гебеном», во время которого гидро- крейсера благоразумно держались в стороне.

9 июля «Император Александр I» вышел из Севастополя в Одессу с другими судами, предназначенными для охранения линейного корабля «Императрица Мария» на переходе морем. Дредноут вышел из Одессы 12 июля и 13 прибыл в Севастополь. Приблизительно в это время лейтенанты Качинский и Ломанов были командированы в Батум с 2- мя аппаратами типа Моран Солнье. Ими был сделан удачный налет на мечеть в Архаве, где был склад военного снаряжения. Был замечен взрыв и пожар, который продолжался всю ночь.
Бомбы были сброшены с 600-футовой высоты. Чтобы помешать доставке угля из Зунгулдака в Константинополь, решено было нанести по нему удар авиацией и артиллерийским огнем (операция № 19). Вторая бригада линейных кораблей вышла для этой цели из Севастополя 30 сентября 1915 г. Из гидро-крейсеров с отрядом вышел только «Алмаз». «Императоры» не пошли из-за опасения подводных лодок, количество которых в Черном море значительно возросло.

С вступлением Болгарии в войну 14 октября 1915 г., внимание флота было обращено к болгарским берегам, где укрывались немецкие подводные лодки.
Первый обстрел Варны и Евксинограда не дали положительных результатов. Решено было послать гидро-авиацию для воздушной разведки. 25 октября, в составе других судов, к Варне подошли «Алмаз» и «Николай I». Самолеты произвели воздушную разведку перед обстрелом.

Кампания 1915 г. дала пример тактического взаимоотношения надводных кораблей с гидро-авиацией при ударах по портам, но делалось это примитивно. Береговая авиация была использована для противолодочной обороны.

В 1915- 1916 гг. производились испытания 8-ми лодок типа «К», построенных фирмой Кертиса. Гидро эти, после многих полетов и переделок, были признаны негодными и опасными не только для несения военной службы, но даже и для учебных целей, и адм. Эбергардт просил Морской Ген. Штаб избавить его от «непригодного имущества».

К весне 1916 года в черноморской морской авиации насчитывалось следующее количество гидро: в 3-х корабельных отрядах (1-й отряд «Николай I», 2-й «Александр I» и 3-й «Алмаз») и 7-ми береговых—34 исправных самолета и 11 в ремонте. Гидро-крейсера базировались в Севастополе, а береговые отряды: в Батуме, Сухуме, Ризе и Севастополе.

«Императоры» и «Алмаз» составили охранение транспортам при перевозке войск из Новороссийска в район Ризе 26 марта. 7 апреля 4 гидро были переведены в Ризе для образования там берегового отряда. Гидро-крейсера производили воздушную разведку и несли охранение при перевозке 123-й и 127-й пехотных дивизий из Мариуполя в бухту Ковате, 13-23 мая.
Второй корабельный отряд получил 13 июня гидро Щ-9, способные совершать полеты в Константинополь. В июле начальником Черноморской авиации был назначен кап. 1 р. Федорович.

23 августа, из Севастополя, с целью бомбардировки Варны, вышел отряд с 3-мя гидро-крейсерами, имевшими на борту 8 гидро типа Щ-9 и 12 типа Щ-5. 25 августа, находясь в 25 милях от Варны, гидро-крейсера спустили все самолеты на воду. Подняться, из-за свежего ветра и зыби, могли только 7, причем из них только 4 (3 Щ-9 и 1 Щ-5) выполнили задание, сбросив бомбы на портовые сооружения, гавань и зенитные батареи. Причиной неудачи была недостаточная подготовка летчиков к взлетам в море, а также неисправность самолетов.

Румыния объявила войну Австрии 27 августа 1916 г. В целях увеличения противолодочной обороны Констанции, туда был перебазирован один корабельный авиационный отряд. Уже 7 сентября два неприятельских самолета были отогнаны двумя русскими гидро. Гидро базировались на озере Сингол. В. Р. Качинский был там со своим отрядом. Промежуточная база была организована в Мангалии. 11 сенятября 6 гидро, под начальством В. Качинского, атаковали Варну, с наступлением темноты, сбросив 54 бомбы, большинство которых взорвалось возле ангаров, часть у Евксинограда и в самом городе. Это был первый ночной налет в истории морской авиации.
26 сентября 4 гидро совершили налет на Мангалию, а четыре дня спустя, на Геленджик.

21 сентября «Николай I» принял участие в перевозке войск из Одессы в Констанцу, оперируя в районе Бургаса. Для обороны устьев Дуная, в Сулине, в середине ноября 1916 года, был создан береговой авиационный отряд из 10 гидро.

В феврале 1916г. был предпринят налет на Зунгулдаг. 5 февраля в море вышла маневренная группа в составе линейного корабля «Императрица Мария», крейсера «Кагул», эскадренных миноносцев «Заветный» и «Завидный» и гидро- крейсеров «Александр I» и «Николай I», несших на борту 14 гидро. Утром 6-го, гидро-крейсера, следовавшие самостоятельно, соединились с эск. миноносцами «Поспешный» и «Громкий» и, на расстоянии 15-18 миль от Зунгулдака, спустили гидро на воду. Три гидро возвратились из-за неисправности моторов. Благодаря низкой облачности летчикам было трудно находить цели. Однако попадание бомбой было достигнуто в угольный транспорт «Ирмингард», после этого затонувший.
Этот транспорт был поднят и исправлен. В сентябре он подорвался на мине, а 17-го был потоплен подводной лодкой «Нарвал».
Летчиком лейт. В. В. Утгоф была взорвана электрическая станция. Были замечены попадания в железнодорожные и портовые сооружения и в группу парусников. Бомбежка велась с небольшой высоты, т.к. «потолок» у гидро был не более 700 метров.

После первого налета, самолетам было приказано сделать повторный налет. Бомбы тогда весили 40 фунтов. В то время, как гидро лейтенанта Р. Эссена, пришвартованное к корме «Александра 1-го», пополнялось горючим и брало на борт бомбы, на гидрокрейсер была произведена атака подводной лодкой (UB-7). Заметив лодку, лейт. Г. В. Корнилович, уже поднявшийся в воздух для повторной бомбежки, бросил в нее бомбу и обозначил ее местонахождение цветным дымком (изобретение лейт. В. В. Утгоф).
«Александр I» спешно отдал швартовы стоящего у его кормы гидро, и оба гидро-крейсера пошли в море, делая зигзаги и открыв огонь ныряющими снарядами.
Мина, выпущенная лодкой в гидро-крейсер, прошла мимо, благодаря искусному маневрированию командира крейсера, и, идя почти по поверхности, ударилась в борт гидро лейт. Эссена, задрав при этом нос. Лейт. Эссен обхватил ее обеими руками, но мина выскользнула из его объятий, прошла под кузовом и утонула, UB-7 не была повреждена вопреки уверениям некоторых историографов в противном. Гидро обоих гидро-крейсеров последовали за ними кружась в воздухе, пока у них не иссяк запас горючего, что заставило их сесть на воду. Взятые на буксир миноносцами, они были отбуксированы к своим авиоматкам.
Воздушной частью этой операции командовал лейт. М. А. Коведяев, начальник 2-го судового авиационного отряда на «Имп. Александре 1-ом». Этот налет был единственным, по важности результатов, налетом корабельной авиации.

Были конечно и неувязки. Не было предварительной разведки противолодочной обороны порта. Отсутствовал ответственный руководитель удара с воздуха, т.к. начальник Маневренной группы был в милях 30-40 от гидрокрейсеров. Командиры гидро-крейсеров не имели права руководить действиями самолетов, а начальники корабельной авиации не подчинялись друг другу. Не была произведена разведка для выяснения результатов бомбежки. В вышеприведенном есть важная неувязка. М. А. Коведяев в своих воспоминаниях (Вахт. Журнал № 20, стр. 30) пишет о ясной погоде и прекрасной видимости. Он также говорит, что он был назначен старшим офицером над судовыми отрядами, и ему было даже запрещено взять свой гидро.

1 июля, при выходе в море из Севастополя линейного корабля «Императрица Мария», гидро-самолеты обнаружили и отогнали подводную лодку UB-14. Гидро- авиация занимала в 1916 году видное место в противолодочной обороне.

Помимо Севастополя были созданы береговые станции: в Ризе — с апреля —6 гидро, Трапезунде — с июня —2 гидро, Батуме — с июня — 3 гидро и, в конце декабря,, еще 6, Сухуме — с июля — 6 гидро.

15 августа подводная лодка UB-33 была атакована у мыса Пицунда 3-мя гидро, вылетевшими из Сухума. На нее были сброшены 3 больших и 3 малых бомбы. Подводная лодка, возможно поврежденная, преждевременно вернулась в Варну.

При выходе линейного корабля «Императрица Екатерина Великая», 26 июня, ее охраняли 5-6 гидро, по два с каждого борта и 1-2 впереди по курсу, летевшие на высоте 200-300 метров.

В августе авиация производила ежедневное обследование района южного форватера и подходов к нему с моря, по утрам с 4 до 9 часов и вечером с 14 до захода солнца, при ночных выходах и возвращении кораблей на базу. Морская авиация получила широкое применение, как береговая так и корабельная, особенно в целях противолодочной обороны. Масштаб ее действий был, однако, ограничен из-за недостатка самолетов.

В 1917 году были вооружены и вошли в строй румынские пароходы: «Дакия», «Король Карл I», «Траян» и «Румыния», приспособленные для несения гидро. 13 августа «Дакия» обстреляла турецкое побережье (на ней было 4 6 орудия) у Тиреболу, помогая войскам вести наступление, и использовала свои гидро. «Дакия» и «Траян» несли охранение при высадке в Элеве.
Воздушную разведку, помимо гидро-крейсеров, вели гидро 4-го Воздушного Дивизиона, базировавшегося на Батум.

Для подготовки к высадке десанта для завладения Босфором были произведены воздушные разведки. 11 марта, для этой цели, гидро-крейсера «Александр I», «Николай I» и «Румыния», имели на борту 10 самолетов (хотя они могли нести 19). Этот поход был повторен 24 марта. Один гидро вынужден был сесть на воду из-за повреждения бензинового бака. Летчик мичман Сергеев и наблюдатель захватили турецкую шхуну, угрожая ей пулеметом, который они потом на ней установили и, взяв гидро на буксир, взяли курс к гидро-крейсерам. Не найдя их, они пошли -на север и через 6 дней подошли к Джарылчагской Косе. Гидро им пришлось затопить.

4 апреля гидро с тех же кораблей произвели разведку Босфора. Задание было выполнено успешно. Несмотря на обстрел противником, было сделано 70 фотографических снимков и сброшено около 16 килограммов бомб на батареи. 5 мая три русских гидро произвели налет на Констанцу. Были сброшены бомбы. 6 мая в район Констанцы вышел отряд гидро-крейсеров в сопровождении 4-х эск. миноносцев. На следующее утро к отряду присоединился эск. миноносец «Кап. лейт. Баранов» с 2-мя катерами. Из 8-ми гидро, посланных в разведку, один был приведен на буксире к гидро- крейсеру эск. миноносцем «Лейт. Шестаков». Два гидро погибли. Из 5-ти остальных только один мог разведать Констанцу. Неудача объясняется большой облачностью и временами туманом и действиями авиации противника.

Участником этого налета был лейт. Качинский, базировавшийся на «Имп. Николае 1-ом». Его задание было фотографировать укрепления Констанцы. В сопровождении другого гидро (оба гидро были Щ-9), он на обратном пути не смог найти свой гидро-крейсер из-за густого тумана. Чтобы не тратить понапрасну горючее, оба гидро сели на воду. Переговоривши с другим летчиком, было решено лететь к румынскому берегу, гидро уничтожить и затем пробираться на север в расположение русских войск. Другой летчик поднялся и улетел, а аппарат Качинского закапризничал. Были сброшены за борт пулемет и другие предметы, но аппарат не подымался. Положение было рискованное. Для похода до Румынии по воде не хватило бы запаса горючего, и оставшемуся на воде гидро грозила опасность быть перевернутым в случае свежей погоды.
Вскоре из тумана вынырнули два немецких гидро. Покруживишись над гидро В. Качинского, один из них сел неподалеку и, наведя пулемет на Качинского и его наблюдателя поручика Нагорного, приказал им броситься в воду и плыть к его гидро. Другой немец в то время улетел, вероятно за подмогой. Наши летчики не хотели сдаваться. Положение было безвыходное. Вдруг Качинский услышал звук орудийного выстрела, затем другой, и увидел падение снарядов неподалеку.
Скоро, извергая клубы дыма, показался наш миноносец, оказавшийся «Лейт. Шестаковым» (командир кап. 2р. Терентьев), на котором В. Р. Качинский плавал старшим офицером & ноябре и декабре 1916 года. Видя приближающийся миноносец, немец взлетел, сделал несколько кругов, обстреливая наших летчиков из пулемета, и потом взял курс на Румынию. К счастью никто из летчиков не пострадал, и их аппарат был отбуксирован кавиоматке. Другой же гидро, полетевший в Румынию, был сбит неприятелем и летчики взяты в плен.

В конце мая гидро-крейсер «Николай I», переименованный в «Авиатор», и три эск. миноносца выходили в район Синопа для обстрела береговых целей. Были сброшены бомбы и сняты фотографии. Советское правительство заключило перемирие 9 декабря в Брест-Литовске, распространившееся на все Черное море. Военные действия на нем фактически прекратились еще в ноябре.

(11-10-2005 17:26:51)

 
 
Николай: Полет к свободе…


Человеку не дано летать. Говорят, это проклятье, которое наложили боги на смертных. Говорят, что те, кто преступает эту черту, будет очень жестоко наказан. Но тот, кто хоть раз поднимался в воздух, поймет это чувство ни с чем не сравнимой свободы, свободы полета, свободы мыслей. Лагерные летчики, пожалуй, были самыми свободными людьми Соловецкого лагеря особого назначения (СЛОНа). На Соловках до сих пор сохранился ангар от старого гидросамолета, сейчас в нем расположился центр современного искусства «Арт Ангар». За четыре года существования «АртАнгара» было довольно много нападок со стороны ревностных хранителей традиций с упреками в том, что, дескать, «не гоже на таком месте утраивать сборища молодежи». Так или иначе, но, если углубляться в историю, то именно это место всегда было немного странным. В нем всегда царил необычный дух свободы… Об этом корреспондент ИА «Русский Север» Ольга МИГУНОВА беседовала с менеджером центра современного искусства «Арт Ангар» Любовью КУЗОВНИКОВОЙ.
? Начнем с того, что здание ангара уникальное. Инженер, разработавший его проект неизвестен. Хотя это была типичная инженерная конструкция 1920-х годов ангара для гидросамолетов. Забавные крылышки, вырезанные над входом, – это красивая эмблема гидроавиации, которую мы взяли в качестве логотипа «АртАнгара».

- Неужели совсем ничего не известно об истории строительства этого здания?

- В музее никакой информации нет, а мои поиски в питерском военно-морском архиве не увенчалось успехом, т.к. информация по лагерям у них вообще не проходит. Видимо, она хранится в других архивах, возможно, засекреченных. Зато в ходе этих поисков мы нашли удивительную заметку в газете «Известия» от 1926 года: «2 ноября по телефону от нашего корреспондента начальник Соловецкий воздухостанции товарищ Лев КОВАЛЕВСКИЙ вылетел со вторым пилотом из Ленинграда, они прибыли в Петрозаводск, завтра отправятся далее на Соловки». То есть на Соловках они должны были быть 3 ноября 1926 года, и дальше идет такая фраза «Это был первый перелет на Крайний Север». Забавно, что первый перелет случился именно сюда!

- Речь идет о том самом знаменитом летчике Льве Ковалевском? За что же его так наказали?

- Да, здесь работал тот самый Ковалевский. Не знаю, за что его так покарали, но, понятно, что наказать можно было за все, что угодно.

- То есть он не просто так здесь работал?

- В то время была целая серия так называемых опальных пилотов. Но опять – таки, за что они были опальными, этого никто не пишет. В общем–то, это и не важно. Самое главное, что этих пилотов никогда подолгу не держали на одном месте, их постоянно переводили. По крайней мере, по тем данным, которые нам удалось узнать, Лев Ковалевский в 1926 году прибыл на Соловки, а 1930 году его переводят в УХТПЕЧЛАГ, где через два года он умирает в пурге, не справившись с управлением.

- Почему так получилось? Он же был очень опытным летчиком?

? Все эти гидропланы, были довольно тяжелы в управлении руля. В массовое производство их не пустили, «Григорович АН-24» было сделано всего лишь 60 самолетов. Использовались они для нужд гражданской авиации либо в лагерях.

- Где сейчас самолет, который был в «Арт Ангаре»?

? Самолет улетел отсюда в 1937 году, дальнейшую его судьбу это невозможно отследить. Потому что «Григорович АН-24» исполнялся из ясеня и перкаля, а это дерево и ткань, когда это все выходит из строя и устаревает - используется на дрова.

- Насколько мне известно, дух свободы всегда царил в ангаре, ведь именно при помощи самолета и произошел один из немногих побегов из Соловецкого лагеря особого назначения?

? Да, эта история описана в книге воспоминаний Бориса Ширяева «Неугасимая лампада» *(1). Это был 1927 год – осень. Группа морских офицеров тщательно планировала побег. Самым удобным временем для побега была поздняя осень, потому что именно осенью над морем стелются густые туманы. Под их покровами беглецы могли укрыться от катеров погони, а главное, от зорких глаз самолета. Чтобы бежать море, нужно было захватить самое быстроходное судно, в лагере это был глиссер*(2).
Им это удалось сделать. Глиссер они заполучили, единственное, что могло их остановить, это был тот самый гидроплан, который при побегах поднимался в воздух и выслеживал беглецов. Так вот, офицеры смогли договориться с механиком Силиным, который работал механиком в ангаре и следил за техническим состоянием гидроплана. Понятно, что Силин*(3) - это лагерная фамилия, скорее всего, это был совершенно другой человек. Так вот, Силин не имел права ничего разбирать, ничего подливать и заливать в гидроплан без приказа пилота *(4). Но механик, чтобы помочь беглецам, разобрал двигатель и, когда утром на проверке обнаружилась пропажа семи морских офицеров, на причале не оказалось глиссера... Единственный, кто мог их остановить – гидроплан - в небо так и не поднялся. Взлет самолета в воздух невозможно было осуществить, поскольку двигатель был разобран… Понятно, что человек, совершивший это, шел на верную гибель, и понятно, что, скорее всего, стало с механиком Силиным.
А дальше история в разных источниках описывается по-разному. У Ширяева говорится, что если бы беглецы достигли Кемского берега, а до финской границы в то время было очень близко, то это была бы сенсация, и об этом бы писали все зарубежные СМИ. Но Ширяев утверждает, что этого не произошло. Октябрь-ноябрь месяц - это время шуги на Белом море, т.е. это такой мелкий, подвижный лед*(5). Такой подвижный лед запросто может зажать маленький быстроходный катер, а это верная смерть, т.к. выжить в таких условиях очень сложно. По версии Ширяева, в шуге они как раз и погибли.
В воспоминаниях Голицына, наоборот говорится, что беглецы достигли карельских берегов, пересекли границы, и об этом писали все СМИ. Сейчас можно только гадать. Факт тот, что ангар и гидроплан принимали участие в попытке побега. Непонятно, какой был исход, но все-таки они внесли свою лепту в историю освобождения людей.

ССЫЛКИ:
*(1) Ширяев Борис Николаевич – литератор, педагог. В Соловках -1923-1927гг. Во время Второй мировой войны, пройдя через лагеря для перемещенных лиц, оказался в Италии. В 1954 году в Нью-Йорке вышла его книга «Неугасимая лампада».

*(2) глиссер – моторный катер с воздушным винтом, развивающий скорость вдвое большую, чем обычные катера.

*(3) «Силин – загадочный человек – таких немало было тогда на Соловках. Лицо мало кому известное, инвалид, хромавший на обе ноги. Он помещался при ангаре под строгим контролем охраны, имел большой срок. Появляясь иногда в Кремле, он мало с кем разговаривал, брал понемногу книг в библиотеке, закупал продукты в закрытом магазине и уходил. Начальство, видимо, им дорожило и даже платило за работу какое-то жалованье. Позже говорили, что это оказался известный морской летчик, носивший прежде другую фамилию». (из воспоминаний Б. Ширяева).

*(4) «Сам летчик уходом за машиной не занимался, называя ее не иначе, как гробом, чего этот аппарат времен первой великой войны вполне заслуживал. Кажется, в авиационной механике сам летчик был слаб, но, поднимаясь в воздух даже в пьяном виде, летал смело и искусно». (из воспоминаний Б. Ширяева).

* (5) «Море замерзает не сразу. Сначала по нему идут отдельные мелкие льдинки. Потом они скапливаются массами и ползут, подгоняемые ветром и течением. Это и есть шуга. Не только лодки, но и промысловые шхуны, попав в нее, не могут вырваться. Летопись сохранила предание о монахах рыболовах, занесенных шугою на Новую Землю, где они прожили робинзонами десять лет, пока их не спас норвежский китобой». (из воспоминаний Б. Ширяева).

СТАТИСТИКА: В 1927 году совершено 188 побегов из материкового лагеря и 12 с островов, без учета возвращенных в первые 7 суток, задержано 145 человек, в том числе 28 убито при преследовании.

Ольга МИГУНОВА (13-10-2005 17:42:03)

 
 
Николай: КРЫЛАТЫЕ МОРЯКИ РОССИИ
Под редакцией Героя Советского Союза вице-адмирала Г. И. Щедрина
Весной 1905 года после небывалого в истории военных флотов восьмимесячного труднейшего океанского перехода русская эскадра подошла к острову Цусима. 26 мая радиостанции приняли сигналы, по которым удалось установить, что на подходах к Корейскому проливу эскадру подстерегают не менее семи японских крейсеров-разведчиков. Напряжение достигло предела: в полной боевой готовности у орудий дежурили комендоры, сотни глаз пристально всматривались в линию горизонта. 27 мая в 4.28 справа по курсу из предрассветного тумана внезапно показался белый пароход. Увидя русские корабли, он отвернул в сторону и снова исчез в дымке. И с этого момента адмирал Того, по его собственному признанию, «так хорошо был осведомлен о положении неприятеля... будто видел его сам».
Спустя несколько часов, в 11.10, броненосец «Орел» выстрелом из 152-мм орудия начал трагический для русского флота Цусимский бой...
Обычно считают, что встреча с «белым пароходом» — а им, как выяснилось впоследствии, был вспомогательный крейсер «Синано мару» — была первым контактом нашей эскадры с японскими кораблями. Однако в воспоминаниях известного советского кораблестроителя В. Костенко, участника Цусимского сражения, есть любопытное указание на то, что этот контакт был установлен гораздо раньше: 22 мая. Оказывается, когда эскадра, обойдя остров Тайвань, приближалась к Желтому морю, с флагманского броненосца «Суворов» семафором передали приказ командующего эскадрой: «Жемчуг», идите на норд-ост, 48 градусов виден воздушный шар. «Олег», идите поддержать «Жемчуг». Крейсера полным ходом ушли в указанном направлении, но скоро вернулись, ничего не обнаружив.
Сейчас уже невозможно установить, был ли в действительности воздушный шар, но многозначительно звучит сама возможность такого предположения, сделанного нашими моряками. Ведь оно свидетельствует о том, что им идея разведки с аэростата была не в новинку. Больше того, исследования советских историков показали, что перед русско-японской войной отечественный флот лидировал в деле применения воздушных шаров на море, а незадолго до Цусимского сражения в состав 2-й Тихоокеанской эскадры предполагалось включить первый в мире крейсер-аэростатоносец... Для этого у немецкой фирмы «Северогерманский Ллойд» приобрели пароход «Лан», который после переоборудования получил название «Русь» (1). Зачисленный в списки флота 19 ноября 1904 года, этот корабль стал первым в мире крейсером-аэростатоносием. Его оружием были один сферический воздушный шар, четыре змейковых и четыре сигнальных аэростата. Однако из-за технических неполадок, вызванных сжатыми сроками работ по переоборудованию, корабль оказался неспособным к долгому океанскому переходу; его не включили в состав отправлявшейся на Дальний Восток эскадры и вскоре продали.
После гибели в водах Корейского пролива 2-й Тихоокеанской эскадры, составленной из лучших кораблей Балтийского флота, Петербург оказался практически беззащитным перед вторжением вражеских эскадр со стороны Финского зализа. Оставшиеся на Балтике устаревшие броненосцы не могли оказать сколь-нибудь серьезного сопротивления современным линкорам и линейным крейсерам противника, а на постройку сопоставимых с ними по силе кораблей требовались огромные средства и время. Ни того ни другого у царского правительства не было.
Вот почему русское морское командование, исходя из наличных сил и средств, разработало своеобразный план защиты Петербурга. Согласно ему при реальной угрозе возникновения войны Финский залив от острова Нарген до полуострова Порккала-Удд перегораживался минным полем, северный и южный фланги которого прикрывались бы береговыми батареями. Эта Центральная минно-артиллерийская позиция должна была затруднить маневрирование неприятельского флота, вознамерившегося прорваться в Финский залив, и создать благоприятные условия для действий русских кораблей, вышедших на перехват врага.
Но вот трудность: по подсчетам, на постановку 3 тысяч мин уходило 8 чесов, а это значило, что для своевременного обнаружения вражеской эскадры, идущей к Финскому заливу, посты наблюдения за морем требовалось выдвинуть на 300—400 км к западу от рубежа Нарген — Порккала-Удд. Для ведения такого наблюдения нужны были быстроходные крейсера-разведчики, которых в составе Балтийского флота, увы, не было. В этом и разгадка того пристального внимания, с которым русское морское ведомство отнеслось еще в конце первого десятилетия века к авиации. Ведь с помощью сравнительно дешевых аэропланов можно было установить непрерывное наблюдение за зоной, которую противник не смог бы пройти морем за ночь...
Таким образом, опасение, что вражеский флот появится перед Центральной минно-артиллерийской позицией до того, как будет поставлено минное заграждение, дало мощный толчок развитию русской морской авиации. Вот почему так велик вклад моряков в становление отечественного воздухоплавания, и вот почему именно в России так много внимания было уделено разработке кораблей, несущих аэропланы.
Начало этим работам положил капитан корпуса корабельных инженеров Л. Мациевич, который весной 1909 года на заседании военно-морского кружка в Петербурге сделал доклад «О состоянии авиационной техники и возможности применения аэропланов в военно-морском флоте». Спустя полгода — 23 октября 1909 года — Мациевич более подробно развивал свои идеи в докладной записке на имя начальника морского Генерального штаба. В ней, в частности, предлагалось построить корабль-разведчик, который смог бы нести на борту до 25 аэропланов.
«Не представляет затруднений, — писал Мациевич, — устроить на судне специального типа легкую навесную палубу, на которой находились бы, взлетали и садились аэропланы». По мнению конструктора, самолеты могли бы взлетать с палубы такого корабля при ходе его против ветра либо с помощью электрической лебедки, выстреливающей аппарат с нужной скоростью. Что касается посадки, то Мациевич для уменьшения пробега предлагал «особые сети (суть тормозную систему), распростертые над частью палубы»... Для проверки технических деталей Мациевич просил провести необходимые опыты на новом быстроходном эсминце. Через четыре месяца после того, как 21 марта 1910 года первый русский авиатор М. Ефимов совершил свои сенсационные полеты в Одессе, однокашник Мациевича по Морской академии подполковник М. Конокотин подал начальству записку «Об организации опытов по применению аэропланов на флоте». В ней он ставил вопрос о постройке авианосца, необходимого, по его мнению, для базирования самолетов, способных вести разведку и фотографирование вражеских кораблей в море и на базах, а также поддерживать связь между кораблями во время походов.
Успешные опыты взаимодействия аэропланов с кораблями побудили морское ведомство внимательно отнестись к предложению Конокотина создать «авианесущий корабль».
«Первоначально, — писал он, — можно ограничиться одним из старых судов, например «Адмирал Лазарев». По моим предварительным измерениям, этот корабль после необходимых переделок сможет удовлетворить следующим требованиям: поместить со всеми необходимыми приспособлениями 10 самолетов, иметь приспособления для быстрого взлета самолетов, иметь чистую палубу, и если окажется необходимым, то и приспособления для посадки на палубу».
В переоборудованном виде «Адмирал Лазарев» должен был представлять собой авианосец с двумя палубами. Верхняя, полетная, — совершенно чистая, без надстроек и дымовых труб — используется только для взлета и посадки аэропланов. Вторая, ангарная, предназначена для хранения самолетов, подаваемых на полетную палубу через два «машинных люка».
Любопытна судьба обоих проектов. Осуществление первого прекратилось после того, как Л. Мациевич 7 октября 1910 года разбился на глазах многочисленной публики во время демонстрационного полета на аэроплане. Проект Конокотина получил одобрение морского ведомства, и дело как будто двинулось. Но, как это ни странно, через некоторое время Конокотин получил назначение на Амурскую флотилию, а его проект оказался в архиве с грифом: «Дело производством само собой прекращено»...
Почему проекты авианосцев, необходимых для выполнения главной задачи, возложенной на Балтийский флот, попали в архив?
Причину понять нетрудно.
Тактико-технические данные самолетов 1908—1909 годов были недостаточны для ведения разведки на большом удалении от берега. Тогдашние аэропланы просто «не доставали» до района, охватываемого разведкой. Единственным средством возместить этот крупный недостаток морской авиации берегового базирования было применение авианосцев, позволявших самолетам подниматься практически над любой точкой моря. Но необычайно быстрое совершенствование авиационной техники привело к тому, что через три-четыре года уже появились гидросамолеты, которые могли вести более-менее дальнюю разведку с морских аэродромов.
Осенью 1913 года в Либаве была оборудована первая морская авиастанция с 8 гидросамолетами. К началу первой мировой войны план защиты Петербурга со стороны моря был практически осуществлен, но боевые действия морской авиации стали развиваться не совсем так, как это представлялось в предвоенные годы. Немецкий флот не пытался прорваться в Финский залив, и минное заграждение на Центральной позиции было успешно поставлено в ночь с 30 на 31 июля 1914 года после объявления о мобилизации Балтийского флота. Более того, минными постановками у Либавы и у входа в Финский залив 2 и 17 августа немцы показали свое нежелание прорываться к Петербургу. Отсутствие наступательных планов со стороны германского флота подтверждал и состав сил, выделенных кайзером для Балтики: в них преобладали устаревшие корабли.
Поняв это, русское командование изменило свои планы, и наряду с основной задачей — защитой столицы — флоту было предписано активизировать свои действия, распространив их на средний и южный районы Балтийского моря. В условиях повышенной боевой активности морская авиация уже не ограничивалась одной только разведкой: круг ее боевых задач стал неуклонно расширяться, потребовались авианесущие корабли.
Какими же представлялись они специалистам тех лет?
Здесь были возможны разные решения в зависимости от того, для каких аэропланов предназначался авианесущий корабль — для сухопутных с колесным шасси или для гидросамолетов. В первом случае требовался авианосец, способный выполнять все три основные функции аэродрома: служить для взлета и посадки, быть местом хранения самолетов и обеспечивать их ремонт и обслуживание. Во втором был нужен корабль, способный выполнять только две функции: хранение и обслуживание машин; взлет же и посадка выполнялись с водной поверхности. Такие корабли назывались тогда по-разному: гидрокрейсер, авиатранспорт или авиаматка. Накануне первой мировой войны авианесущие корабли второго типа представлялись наиболее простым, быстрым и дешевым решением новых задач морской авиации.
Первым из них стала «Орлица» (3), вступившая в строй Балтийского флота в феврале 1915 года. Переоборудованная из парохода «Императрица Александра», она имела на верхней палубе два ангара, вмещавших по два гидросамолета; еще один аппарат находился в разобранном виде в трюме. На корабле имелись необходимые для самолетов запасы авиабомб, бензина и масла, а также слесарная, сборочная, моторная и деревообделочная мастерские. Самолеты спускали на воду и поднимали на борт с помощью двух стрел и электромоторов. Над машинным и котельным отделениями была натянута сеть для защиты палубы от вражеских авиабомб.
Осенью 1915 года немцы стали широко применять для бомбардировки с воздуха гидроаэропланы, и вот тут-то «Орлица» проявила в полной мере свои боевые возможности. 25 сентября этот корабль обеспечивал прикрытие с воздуха русских кораблей, которые поддерживали с моря действия сухопутных войск, обстреливая немецкие укрепления в районе мыса Рагоцем. Месяц спустя «Орлица» прикрывала высадку десанта на оккупированном немцами курляндском побережье в нескольких километрах от Домеснеса. Высадившись при поддержке огня миноносцев, этот десант — 490 человек при трех пулеметах — вызвал дезорганизацию немецкого тыла под Ригой, рассеяв вражеский отряд и уничтожив окопы и укрепления. После выполнения задания десант вернулся на корабли без потерь.
Останется в истории русской морской авиации и 4 июля 1916 года. В этот день линкор «Слава» и два миноносца вели огонь по немецким береговым батареям у Рагоцема. С воздуха операцию русских кораблей прикрывали гидроаэропланы «Орлицы». В 9 часов утра, возвращаясь к своему авиатранспорту на высоте около 1500 м, лейтенант Петров и наблюдатель мичман Савинов обнаружили немецкий аэроплан. Сблизившись с противником на 15 м, Петров зашел сзади и открыл пулеметный огонь. От начала боя до падения немецкого самолета в воду прошло всего 5 минут.
В это время три других гидроаэроплана «Орлицы» сражались с тремя немецкими самолетами. В результате боя был сбит еще один вражеский самолет, который упал в расположении противника. Что касается аэроплана, сбитого Петровым, то он при падении скапотировал, и оба немецких летчика оказались в воде. Два русских гидроаэроплана приводнились рядом со сбитым самолетом и, несмотря на огонь немецких 152-мм береговых орудий, подобрали из воды пленных, а подошедший к месту падения миноносец снял с самолета пулемет и некоторые приборы.
Из допроса пленных выяснилось, что их аэроплан входил в состав группы из четырех машин, посланной уничтожить «Орлицу» с ее самолетами, прикрывавшими с воздуха русские корабли. Такое задание свидетельствует о том, что первый русский авиатранспорт крепко досадил немцам на Балтийском море. Но еще больше неприятностей врагу доставили черноморские гидрокрейсера...
В отличие от Балтийского у Черноморского флота при вступлении в войну не было утвержденного плана боевых действий: он настолько превосходил турецкий, что в этом, казалось, не было острой необходимости. Однако прорыв в Константинополь немецкого линейного крейсера «Гебен», который по огневой мощи мог тягаться с артиллерией главной базы флота — Севастополя, свел на нет преимущества русского флота. Вот почему первоочередной задачей для русского командования с первых дней войны стала блокада Босфора, препятствующая выходу «Гебена» из Константинополя в Черное море. И в решении этой задачи важную роль сыграли морские летчики.
После начала войны черноморские моряки приступили к срочному переоборудованию в авиатранспорты двух пароходов — «Император Александр I» (2) и «Император Николай I», которые вступили в строй в конце 1914 — начале 1915 года. В 1916 году к ним присоединился третий — гидрокрейсер «Румыния» (4) — один из пяти пассажирских пароходов, переданных России вступившей в войну Румынией. На Черном море вооружили также гидроаэропланом для корректировки артиллерийской стрельбы и разведки крейсер «Алмаз», который спускал аппарат на воду и принимал на борт с помощью стрелы. Все эти корабли вместе с самолетами берегового базирования и составили наличные силы русской морской авиации в первой мировой войне.
Первой операцией, в которой принял участие авиатранспорт «Император Николай I» с четырьмя гидроаэропланами на борту, стал поход черноморского флота к берегам Румелии — европейской Турции, — предпринятый 24 марта 1915 года. Вначале предполагалось использовать авиацию только для воздушной разведки, но в ходе операции самолетам было приказано нанести бомбовый удар по береговым объектам — впервые в истории российского флота самолеты авиатранспортов привлекались к действиям у вражеского побережья. А 27 марта 1915 года, когда черноморский флот вышел в третий поход к Босфору, в его составе было уже два авианесущих корабля: крейсер и авиатранспорт с пятью гидроаэропланами. Во время этой операции взлетевшие с воды самолеты произвели разведку и установили, что в Босфоре крупных кораблей противника нет. Самолеты сбросили две бомбы на турецкие береговые батареи и одну на миноносец. Турки отвечали безуспешным ружейным огнем и шрапнелью.
Следующий поход к Босфору 1—5 мая 1915 года ознаменовался еще одним успехом гидроавиации: третьего мая русские гидроаэропланы совершили первый налит на столицу Турции Константинополь!
Блокада Босфора была хоть и важной, но далеко не единственной задачей черноморского флота. Следующим По значимости считалось нарушение перевозок угля из Зонгулдакского угольного района в Константинополь: из-за слабого развития турецкой железнодорожной сети уголь перевозили только морем. В этих операциях самолеты с авиатранспортов чаще всего действовали совместно с артиллерийскими кораблями, но 6 февраля 1916 года русская морская авиация нанесла самостоятельный удар по гавани Зонгулдака и находящимся в ней судам и сооружениям. В этот день оба черноморских авиатранспорта, сопровождаемые несколькими кораблями, подошли к Зонгулдаку и в 15 милях от берега спустили на воду 14 гидроаэропланов. Из них в воздух смогли подняться 10. И хоть, густые и низкие облака закрывали Зонгулдак, русские летчики сбросили 18 больших и 20 малых бомб общим весом 368 кг, потопив пароход «Ирмингард» и несколько мелких судов.
25 августа 1916 года подобная операция была проведана против австровенгерских сил в Варне, но на этот раз противник оказал сильное сопротивление: при отходе вражеские гидросамолеты сбросили на русские корабли несколько десятков бомб, повредивших один миноносец. Спустя месяц авиатранспорт «Император Николай I» выдержал единоборство с тремя вражескими самолетами — на него было сброшено 28 бомб, не причинивших повреждений.
Решение третьей задачи черноморского флота — обеспечение крупных десантных операций — тоже не обошлось без участия морской авиации. Так, в апреле 1916 года вместе с другими кораблями оба авиатранспорта сопровождали из Новороссийска и Мариуполя к турецкому побережью в район Ризе транспортную флотилию из 27 судов. Гидроаэропланы вели непрерывное воздушное наблюдение над местом высадки и несли противолодочную охрану рейда. Месяц спустя «Император Александр I» участвовал в десантной операции столь же крупного масштаба, когда в течение недели неподалеку от Трапезунда (Трабзона) была высажена целая пехотная дивизия.
После свержения царизма в феврале 1917 года черноморские авиатранспорты были переименованы: «Император Александр I» получил название «Республиканец», а «Император Николай I» стал называться «Авиатором». 24 — 27 мая «Авиатор» совершил свой последний поход на аэрофотосъемку и бомбардировку Синопа. Дальнейшая их боевая деятельность была остановлена событиями Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны. На Черном море почти все авианесущие корабли были затоплены. На Балтике «Орлица» осталась в распоряжении революционных моряков, но дальнейшее ее использование сказалось невозможным. И тем не менее Красная Армия не только не лишилась гидроавиации, но нашла новые и неожиданные формы применения этого оружия.
К концу 1917 года русская морская авиация состояла из Черноморской и Балтийской дивизий, насчитывавших соответственно 152 и 88 самолетов. Первая из них перестала существовать после того, как 18 июня 1918 года по приказу В. И. Ленина большая часть черноморского флота была затоплена на внешнем рейде Новороссийской бухты, чтобы не попасть в руки немцев. На базе второй создали бригаду особого назначения из трех дивизионов — одного истребительного в Красном Селе под Петроградом и двух гидродивизионов в Ораниенбауме и в Самаре. Авиационное имущество Самарского гидродивизиона было захвачено восставшими чехословаками, а команда, отступая с боями вместе с Красной Армией, прибыла в Нижний Новгород и влилась в формируемую там Волжскую флотилию. Получив от Управления морской авиацией четыре гидроаэроплана М-9, эта команда составила ядро гидроотряда флотилии.
Для базирования отряда революционные матросы переоборудовали баржу-нефтянку, снабдив ее по бортам кронштейнами со съемными спусками для приема и вывода на воду гидросамолетов. Барже придали буксир, и получился небывалый в истории речной авиатранспорт «Коммуна», придавший гидроотряду такую же подвижность, какая была у любого другого корабля флотилии.
С 29 августа 1918 года летчики гидроотряда Самарского воздушного дивизиона, делая иногда по 4—5 вылетов в день, наблюдали за действиями и передвижениями белогвардейской флотилии, следили за побережьем и расположением вражеских окопов, батарей и наблюдательных постов, бомбили корабли и укрепления белых, штурмовали вражеские колонны, зачастую снижаясь до высоты 300—500 м. Неожиданный эффект показали в этих сражениях металлические стрелы, которые нашли применение из-за нехватки боеприпасов. При падении с большой высоты они не только насмерть поражали пехотинцев и всадников, но пробивали даже палубы кораблей. От перебежчиков стало известно, что при атаке с воздуха стрелы однажды пробили палубу буксира и поразили несколько членов экипажа.
О применении стрел против кавалерии рассказывает в своих воспоминаниях один из бывших летчиков гидроотряда, С. Столярский: «Часто мы усыпали стрелами грунтовые дороги, по которым двигалась конница врага. Стрелы крепко застревали в сухом плотном грунте. Концы их торчали над поверхностью на 5—6 сантиметров, превращая дороги в непреодолимое препятствие для лошадей, получавших ранения ног. В результате белые должны были посылать людей с молотками, чтобы они вгоняли стрелы в землю. Нетрудно представить себе, насколько это замедляло темп передвижения конницы!»
Появление у белых новейших заграничных самолетов привело к изменению тактики гидроотряда: теперь полеты в глубокие тылы противника стали ночными. Несмотря на неимоверную сложность таких операций, красные военлеты нашли выход. Оказалось, что хорошими ориентирами могут служить окна крестьянских изб, слабо освещенные горящими перед иконами лампадами. Густо расположенные вдоль берегов Волги до самого Царицына, деревни создавали как бы две светящиеся цепочки, между которыми лежала темная полоса речной поверхности.
Первый боевой опыт побудил РВС к концу 1918 года создать морскую авиацию, состоявшую из четырех гидроотрядов — Волжского, Каспийского, Беломорского и Онежского, — насчитывавших 61 самолет, большую часть которых составляли летающие лодки М-9. Этот аэроплан был сконструирован в середине 1916 года Д. Григоровичем. Спустя несколько лет после окончания гражданской войны преподаватель Военно-воздушной академии В. Баруздин в работе «Очерки по тактике морской авиации» ясно показал, в чем состояла уникальность этого боевого опыта. Если морская авиация из сухопутных самолетов, базировавшихся на наземных аэродромах, но действовавших по морским целям, имелась во многих странах, то сухопутная авиация из гидросамолетов, базировавшихся на реках и озерах, но действовавших по наземным целям, была только в России в годы гражданской войны...


(17-10-2005 17:46:51)

 
 

1409
Николай : А это-действительно хронология Русской морской авиации

Б. Драшпиль
КРАТКИЙ ОБЗОР ИСТОРИИ АВИАЦИИ В РОССИЙСКОМ ИМПЕРАТОРСКОМ ФЛОТЕ (1890-1917)
В армии интерес к воздухоплаванию возник раньше чем во флоте благодаря чисто географическим условиям и признанной необходимости воздушной рекогносцировки. В 1890 г. были основаны воздушные школы для обучения полетам на аэростатах. В середине 90-х годов прошлого столетия на Черном и Балтийском морях были учреждены морские воздухоплавательные парки и производились опыты со сферическими баллонами, змейковыми аэростатами и воздушными змеями. Пионерами в этой области были лейтенанты: М. Н. Большев, командовавший Севастопольской воздухоплавательной базой, Н. Н. Шрейбер, разработавший систему полетов привязных змеев, и М. И. Лавров.
С началом русско-японской войны лейт. Шрейбер был командирован на Дальний Восток, где он производил в Маньчжурии воздушную разведку при помощи воздушных змеев. Во Владивостоке, по инициативе контр-адм. К. П. Иессена был организован морской воздухоплавательный парк. Командиром его был назначен армейский инженер капитан флота Постников, окончивший Школу Воздухоплавания в Петербурге в 1897/8 гг. В помощь ему были назначены морские офицеры: лейт. Алексеев, мичм. Н. А. Гудим, инж.-мех. Берг и прапорщики Вагнер и Колк. Мичм. Гудим позже перевелся в подводное плавание и, командуя подводной лодкой «Акула», погиб со всем экипажем лодки в 1915 году. Во Владивостоке уже был крепостной воздухоплавательный парк, помогший в организации Морского Парка, как людьми так и материальной частью.
В рапортах Ф. А. Постникова, до сих пор сохранившихся и находящихся в США, есть много интересных описаний газодобывания, полетов, свободных и на привязи, и опытов буксировки, первой в истории флота «Авиоматки», транспорта «Колыма» и крейсера «Россия». Капитан, а позже подполковник Ф. А. Постников, в своих заключениях к рапортам, рекомендовал оснащение специального судна под «авиоматку» со всем нужным оборудованием для обслуживания воэд. шаров, металлическими баллонами для хранения газа (чего в то время не было) и помещения для офицеров и команды парка.
Очень возможно, что эти рекомендации были использованы при оснащении парохода Сев. Германского Ллойда «Lhan», купленного на пожертвование (700 000 рублей), сделанное графом Сергеем Строгановым, морским офицером в отставке, и переименованного в «Русь». Зачисленный в списки судов флота и прикомандированный к 3-ей Эскадре Тихого Океана как крейсер 2-го ранга, корабль этот, как и переделанный под «авиоматку», оказался в таком плачевном состоянии по машинной части, что о посылке его на Дальний Восток не могло быть и речи. По окончании войны он был вычеркнут из списка судов флота и продан в частные руки.
Морские воздухоплавательные парки тоже были переданы армии. Подполк. Постников, проявивший большую энергию и способности, к сожалению оказался замешанным в революционном движении и вынужден был бежать в США после Владивостокского бунта, в октябре 1905 года.

Опыты братьев Райт в США в 1903 г. положили начало «аэродинамической» авиации, и интерес к аэростатам пошел на убыль. Воздухоплавательные школы однако не были закрыты. Известная школа генерала Кованько существовала еще в 1910 году. Успехи авиации в 1908 и особенно в 1909 году, когда Блерио перелетел Ламанш, обратили внимание председателя «Комитета по Усилению Флота на Добровольные Пожертвования» великого князя Александра Михайловича, на возможное будущее значение авиации в военном деле. Обращение к жертвователям с предложением использовать оставшиеся от постройки военных судов средства на создание Воздушного Флота было встречено с одобрением. Шестого февраля 1910 г. Государь повелел:
1. Сумму в 900 000 рублей и дальнейшие поступления обратить на
создание Воздушного Флота.
2. Сбор пожертвований продолжать.
3. Сооружение Флота оставить в ведении Комитета, а в случае войны
передать его Военному и Морскому Ведомствам.
В марте того же года были командированы во Францию: в школы Блерио, Антуанет и Фарман 6 офицеров и 6 нижних чинов для подготовки в мотористы. Из моряков были посланы: капитан корпуса корабельных инженеров Лев Макарович Мациевич — в школу Фарман, лейтенант Григорий Викторович Пиотровский — в школу Блерио и поручик Михаил Семенович Комаров — в школу Антуанет. В то же время этим заводам был дан заказ на 11 самолетов со срокм доставки к июню месяцу. Только семь были доставлены к осени. Этой же осенью в Петербурге был устроен «Всероссийский Праздник Воздухоплавания», в котором приняли участие возвратившиеся из заграницы офицеры-летчики.

В Гатчине был оборудован аэродром и построены сараи для предполагаемой авиационной школы. Поздняя доставка аппаратов и неблагоприятные климатические условия, не позволявшие производить занятия зимою, заставили Комитет искать место на Юге, где занятия могли бы вестись круглый год. Выбор пал на Севастополь, а в Гатчине решено было заниматься только летом с обучающимися высшего курса. Однако и это было отменено, и оба класса, общий и специальный, были оставлены в Севастополе.
К ноябрю 1910 г. в Севастополе было закончено оборудование школы и аэродрома, доставлены самолеты, и занятия начались. Инструкторами были офицеры, возвратившиеся из заграницы: на Блерио — Мациевич (погиб в апреле 1911 г.) и Г. В. Пиотровский; на Антуанет — Зеленский и М. С. Комаров, и на Фармане погибшего Мациевича заменил поручик Руднев.

Первым председателем школы в Петербурге был капитан 2р. Н. Ф. Фогель. С переводом школы в Севастополь председателем был назначен кап. 2 р. Вячеслав Никанорович Кедрин. В мае 1911 г. начальником школы был назначен подполк. Ген. Штаба С. И. Одинцов, а с 8 ноября 1912 г.—подполк. Ген. Штаба князь А. А. Мурузи.

В школу были посланы для обучения 10 офицеров и 20 нижних чинов, и были оставлены кондуктор флота Жуков и нижние чины, получившие обучение заграницей. Вскоре выяснилось, что аппараты типа Антуанет являются непригодными для службы в армии, и два аппарата были переданы Морскому Ведомству.

Обучение в школе продолжалось на бипланах Фармана и монопланах Блерио. По мере развития техники воздухоплавания и расширения школы приходилось разрабатывать новые программы и положения. Особая комиссия под председательством В. Князя Александра Михайловича выработала новое положение об отделе Воздушного Флота, утвержденное 14 марта 1911 г. Новые требования для летчиков наблюдателей определяли продолжительность полета вместо 15 мин. на высоте 500 метров до 1 часа 45 мин. на аппарате Блерио и до 2-х часов на Фармане, на высоте 600 метров, при дальности полета 100 верст.
Для военных летчиков непрерывный полет был увеличен до 6 часов, при расстоянии 400 верст, причем летчик должен быя уметь летать на высоте в 1500 метров над высшей точкой данной местности, а также в туман, в дождь, ночью и при ветре более 8 метров в секунду.
(Примечание: Американские военные летчики, заменившие частных пилотов, когда последние забастовали и отказались перевозить почту в 1935 или 1936 гг., не были обучены ночным полетам. После гибели нескольких из них полеты были прекращены.—В. Д.)

В результате правильной постановки обучения, дружной и энергичной работе как инструкторов, так и учеников, отряды летчиков могли принять участие в маневрах С.-Петербургского, Варшавского и Киевского военных округов в 1911- 12 гг. Самолеты были типа Фарман и Блерио. Были совершены полеты на дальние расстояния: Севастополь-Одесса-Петербург—шт. кап. Андреади, Севастополь-Петербург—лейт. Дыбовский. По мнению авторитетных лиц, русская авиация заняла к этому времени (1911-12 гг.) второе место в авиации Европы, и только отсутствие средств не позволяло стать ей на первое место.

Конечно, этого невозможно было достичь, не имея налаженного отечественного производства аэропланов и в особенности моторов. Не обошлось и без жертв. Из моряков погибли: Корпуса кораб. инженеров кап. Лев Макарович Мациевич во время полета 24 сентября 1910 г. в Петербурге в дни «Всероссийского Праздника Воздухоплавания», а в 1912 году погиб мичман Валериан Михайлович Кудрявцев и, возможно, другие моряки.

В связи с широким развитием военной авиации в Европе в 1911- 12 гг. решено было довести число обучающихся в школе офицеров до 60 человек, а на теоретических курсах до 30, и заказать самолеты новейших образцов. Особое внимание было обращено на аппараты системы «Ньюпор», обладавшие скоростью свыше 100 верст в час, прочной конструкцией и наиболее безопасной из всех существовавших системой. Решено было заказать 12 боевых и 2 учебных самолета этого типа. Увеличение посадочной и взлетной скоростей новых типов аэропланов и необходимость расширения помещений школы заставили администрацию подыскивать другое место. Подходящее поле было найдено в 12 верстах от Севастополя, в долине реки Качи, близ деревни Мамшай. Нужная площадь земли была определена в 650 десятин, а средства, необходимые для покупки земли и возведения построек, определялись в размере 1 050 000 рублей. Казна отпустила Комитету 400 000 рублей, и постройка постоянных зданий была начата весной 1912 г. с намерением закончить ее в 1913 г.
Пока не были закончены жилые помещения, ученики-офицеры и другие жили в пустых ящиках от аэропланов, привезенных из заграницы. Жизнь была примитивная, без многих удобств, но желание будущих летчиков овладеть летным искусством преодолевало все неудобства и лишения. Курс обучения продолжался 2-3 месяца.

АВИАЦИЯ БАЛТИЙСКОГО МОРЯ

В 1912 г. начальник морских сил Балтийского моря адмирал Н. О. фон Эссен поручил начальнику службы связи Балт. моря кап. 2 р. Адриану Ивановичу Непенину организовать при службе связи отдел морской авиации. Для этой цели А. И. Непенин выбрал себе помощником Бориса Петровича Дудорова, с которым он был знаком еще по Порт Артуру. В помощь Б. П. Дудорову, в качестве специалистов, были прикомандированы два летчика: инженер МЕХ. кап. 2 р. Д. К. Александров и лейтенант Г. В. Пиотровский, имевшие опыт полетов на сухопутных аэропланах системы Фарман.

Приглашен был также, как специалист по технической части, И. И. Сикорский. Он был зачислен на службу по Морскому Ведомству в качестве инженера по авиационной части службы связи Балтийского моря.
В авиационную школу на Каче были командированы 6 офицеров флота, желающих обучаться летному делу. В начале на авиацию Балт. моря возлагалась прибрежная воздушная разведка. Для этой цели служили воздушные базы (станции) 1-го разряда. Аппараты того времени имели запас горючего только на 3-4 часа полета и скорость около 60 узлов. Станции 2-го разряда являлись промежуточной связью между станциями 1-го разряда. Гидропланы сводились в отряды по 6 аппаратов из расчета, что в боевой обстановке необходимо будет высылать по два аппарата одновременно. Отряд имел 3 дозора. Предполагалось, что на станции 1-го разряда должны были базироваться несколько отрядов, сведенных в Воздушные Дивизионы.

Следующей задачей было усовершенствование и приобретение аппаратов, могущих садиться на воду и с нее подниматься. Для этой цели до этого пользовались аппаратом системы Фарман, поставленном на поплавки, для морской службы почти непригодные.
Тут помог И. И. Сикорский, спроэктировав аппарат «С-10» поплавкового типа. Строились эти аппараты Русско-Балтийским заводом и были использованы для учебных целей, а с начала войны целый год несли боевую службу.

В 1913 году И. И. Сикорский, будучи занят проектированием первого в мире 4-х моторного самолета, вынужден был оставить службу во флоте. На его место был приглашен инж. П. А. Шишков, только что окончивший курс аэродинамики и кораблестроения в С.-Петербургском политехникуме (он является автором проекта авиоматки, имеющей скорость в 30 узлов). Весной 1913 года в Монако предстоял 1-ый мировой конкурс гидропланов, и туда, для наблюдения, были откомандированы Б. П. Дудоров, инж. мех. кап. 2 р. Д. Н. Александров и лейтенант И. И. Стаховский.

Имея разрешение на посещение других государств для ознакомления с состоянием в них гидроавиации и не найдя там ничего интересного, Дудоров, возвратясь в Париж, познакомился с известным французским летчиком, лейтенантом запаса французского флота Бомоном (Beaumont). Бомон являлся членом Франко-Британской Компании (Ф.Б.А ) и предложил Дудорову посмотреть на строющуюся у них на заводе летающую лодку. Лодка эта, типа «Donnet Leveque», Дудорову очень понравилась, и, при посредничестве морского агента кап. 1 р. В. А. Карцева, она была приобретена для Балтийского флота. По возвращении Дудорова в С.-Петербург с фирмой Ф. Б. А. был заключен контракт на постройку 12 лодок этого типа, и сам Бомон был приглашен в Россию конструктором. Выполнение заказа однако сильно затянулось, и, с началом войны, эти лодки были реквизированы для нужд французской морской авиации.

Осенью 1912 года на взморье С.-Петербургского порта были устроены деревянные спуски и парусиновые ангары, и начались пробные полеты. К весне (1913 г.) стали прибывать из Качи молодые летчики, не имевшие еще опыта полета на гидро, которых очевидно тогда в Каче еще не было. При станции был заведен быстроходный катер, на обязанности которого лежало «вылавливание» из воды летчиков и подача помощи аппаратам, потерпевшим аварию. Первый выпуск Качинской школы в Балт. море, весной 1913 г., состоял из следующих офицеров:
лейтенанта Б. А. Щербачева, мичманов: П. Ваксмут, И. И. Кульнева, П. Э. Липгарт, В. А. Литвинова и инж. мех. мичмана В. Е. Зверева. Командовал станцией кап. 2 р. Д. Н. Александров.

На С.-Петербургской станции производились испытания и сдача новых аппаратов Сикорского «С-10», давших отличные результаты. Там же находилась лодка Бомона, позже немного поврежденная во время учебного полета. Завод Лебедева, ее чинивший, снял с нее чертежи, что и послужило к озданию более усовершенствованного типа летающих лодок, известных во флоте вод литерой «Щ» (Щетинин) или «М» (морской).
Началось строительство ангаров, спусков, мастерских и жилых помещений, по мере организации новых станций, причем в этом оказал огромную услугу строитель маяков Балтийского моря, инженер подполковник Я. И. Ярон. С весны 1913 г. началась постройка станций 1-го разряда на о. Эзель, в бухте Кильконд. Летом того же года испытательная станция была переведена из С.-Петербурга в Порт Александра 111-го. Были получены удобные помещения для офицеров, команды и канцелярии. Станции был передан Пост Службы Связи с есо наблюдательными постами и радиостанцией.
С постройкой ангаров дело однако задержалось из-за бюрократизма строительной части, и постройка началась только к весне 1914 г., и к началу войны не был закончен даже ангар. Большой спуск был все-таки готов к июлю 1914 г., и на нем производились испытания «Ильи Муромца», поставленого на поплавки.
В то же время в Виндаве была оборудована, своими средствами, воздушная станция 2-го разряда, служившая промежуточной базой между Либавой и Килькондом. В 1914 г. была открыта станция 1-го разряда в Або, а И. И. Сикорский продемонстрировал своего «Илью Муромца». Имея на борту 12 человек, он выказал превосходные летные качества. Аппарат этот был приобретен авиацией Балт. моря весной 1914 г., и на нем были произведены переделки, применяемые к гидропланам, что привело к его перегрузке и вытекающим из этого уменьшению запаса горючего и замедлением полета на высоту.

К «Муромцу» был прикомандирован летчик 2-го Качинского выпуска лейтенант Лавров. Этот аппарат был готов к испытаниям только в июле 1914г. В авиации остро ощущался недостаток моторов, задерживающий постройку аэропланов. Моторы, заказанные во Франции и Англии, поступали очень медленно, а отечественные заводы не были подготовлены к их производству. В результате не хватало аппаратов для обучения и практических полетов, и летчикам приходилось «стоять в очереди» чтобы получить самолет.

Лето и осень 1913 г. прошли на 1-ой Воздушной Станции в учебных полетах, и ноябре погиб во время такого полета талантливый молодой летчик П. Ваксмут. Зима 1913-14 года прошла в учебных занятиях и подготовке авиационных механиков. Начальник станции кап. 2 р. Д. Н. Александров добился командировки, зимой 1914 года, в распоряжение кап. 2р. Б. А. Вилькицкого для участия с гидропланом в Полярной Экспедиции. Летать ему там не пришлось, и от длительного бездействия он заболел нервным расстройством и был списан на берег. Летом 1917 г. он погиб на фронте во главе Морского Ударного Батальона.

Ввиду угрозы войны, решено было перевести Либавскую станцию на о. Эзель. Это было сделано 16 июня. Миноносцы «Искусный» и «Прозорливый» были нагружены авиационным имуществом, которое могло быть вывезено, а отряд в составе летчиков: Щербачева, Липгардта, Литвинова и Кульнева вылетел на о. Эзель в 5 часов утра. Аппарат мичмана Любицкого, из-за повреждения пропеллера, мог подняться только в 4 часа дня. «Илья Муромец» получил предписание лететь прямо в Кильконд. Тут оказался небольшой запас горючего. Израсходовав его преждевременно из-за противного ветра, лейт. Лавров был вынужден сесть на воду у Цереля. Ошибочно приняв приближающиеся посыльные суда Дирекции Маяков и Лоции, снимавшие вехи, за неприятеля, Лавров сжег аппарат. В результате этой потери И. И. Сикорский решил сосредоточиться на работе только для армии, а лейт. Лавров, прекрасный летчик, был также переведен в армейскую авиацию.

В ночь на 18 июля был получен приказ организовать воздушную разведку.
У лейт. Любицкого к этому времени произошла поломка мотора, и ему было приказано доставить аппарат в Ревель, а самому поступить в распоряжение кап. 1 р. Непенина. Пока не была готова радиостанция, донесения разведки приходилось передавать по телеграфу, т.ч. сведения приходили с запозданием и были бесполезны, что очень раздражало адмирала Н. О. Эссена. В июле (25-го) в Аренсбурге была открыта новая станция. 28 июля было получено приказание усилить разведку ввиду ожидаемого выхода в море нашего флота.
При свежем ветре был произведен учащенный надзор морем до о. Гогланда. В течение 16 часов приходилось посылать по одному аэроплану каждые 2 часа. Донесения передавались по радио со станции прямо во флот.
В большинстве случаев разведка была безрезультатна. Однако 20 августа в море был обнаружен неприятельский крейсер, а к вечеру Щербачев увидел отряд из 9 кораблей. 24-го вечером был замечен 2-х трубный крейсер стрелявший по какой-то цели.
Кульнев тоже обнаружил суда мористее. Единственное вооружение аппаратов в то время было:
маузер летчика и карабин механика-наблюдателя, так что об атаке неприятеля нельзя было и мечтать.

В. П. Дудоров был поврежден в автомобильной аварии в ноябре 1914 г. и, выздоравливая в Петрограде, сделал доклад, в результате которого решено было сформировать следующее: станцию 1-го разряда в Ревеле для подготовки летчиков и снабжения боевых станций и учредить с весны (1915 г.) станции 2-го разряда на Цереле, Аренсбурге, Гапсале, на о. Даго и в бухте Кунда. Остров Эзель был включен в план обороны Рижского залива, и весной на нем уже была морская бригада под командой контр.-адм. В. В. Шельтинга 1-го.

Делопроизводство по авиации в Морском Ген. Штабе было поручено лейт. А. А. Тучкову. Позже при Морском Ген. Штабе было учреждено особое отделение под его начальством, ведавшее снабжением авиации Бальтийского и Черного морей.
В 1916г. А. А. Тучков основал летную школу в Баку, освободив этим Балтийцев от обузы обучения летчиков на гидропланах. Он также наладил производство заводом Щетинина усовершенствованных лодок Щ-9, называемых во флоте «Девятками». (Советские историки называют аппараты Щетинина—лодками Григоровича и лодками типа «М».) Администрация завода С. С. Щетинина пригласила в 1910 г. инженера Д. П. Григоровича, жившего в Киеве, как проектировщика летающих лодок. Им была спроектирована первая летающая лодка русского флота М-1. Он, весьма возможно, воспользовался чертежами, снятыми с лодки Бомона, и их усовершенствовал.
Из 20-ти серийных номеров лодок Григоровича самыми удачными были М-5 (Щ-5), которых было построено 105, и М-9, улучшенная и увеличенная версия М-5. (Всего за время войны заводом Щетинина было построено более 200 лодок типа М-5 и М-9, составивших 12 авиационных отрядов.)

Щербачев был назначен начальником воздушного дивизиона в Ревеле, и ему было поручено оборудование воздушной станции на Бригитовке и прочие организационные дела.
Для создания плавучей базы Дудоров, в содействии с инженером Шишковым, выбрали в декабре 1914 г. пассажирский пароход «Императрица Александра», стоявший в Петроградском порту. Пароход этот, делавший раньше рейсы между Петербургом и Англией, был приобретен в казну и перестроен в авиоматку с переименованием в «Орлицу». Он был зачислен во 2-ой ранг судов и в разряд учебных судов, т.к. категории авиоматок во флоте тогда не было и, возможно, с целью скрыть его настоящее назначение. Б. П. Дудоров был назначен командиром «Орлицы». Судно стояло во льду, недалеко от Гутуевского о-ва, на котором Путиловский завод, ее перестроивавший, устроил временные мастерские.
Офицерский состав «Орлицы» был следующий: старший офицер, ст. лейт. Л. С. Кавелин, ст. штурман, лейт. Кунаков, ревизор—мичман Прозоров, ст. инж. мех. кап. 2 р. Н. Н. Щапкин, вахтенные начальники: мичман В. Ролль и подпор. В. Петров, старший врач—доктор А. Мясоедов.
Корабль имел на борту «действующий» отряд из 4-х готовых к спуску лодок и 4-х запасных, находившихся в трюмах со снятыми крыльями. Этим «Судовым Авиационным Отрядом» командовал лейт. И. С. Краевский при летчиках: инж. мех. лейт. В. Е. Звереве и мичманах П. А. Туржанском и В, А. Штральборн. Летчики и их механики были посланы на завод Щетинина для наблюдения за постройкой лодок. «Орлица» была вооружена 4-мя 75 мм орудиями и одной 40 мм «зениткой» (советские источники приписывают ей 8 75 мм противоаэропланных орудий и 2 пулемета. Судя по фото 1917 г. она действительно имела это вооружение). Для подъема и спуска гидро были установлены электрические лебедки и стрелы Темперлея, оставшиеся после русско-японской войны. На палубе были установлены постоянные ангары с парусиновыми обвесами вместо дверей.

В помощь преполагаемому наступлению нашей армии на Мемель, в марте 1915 года, был выработан план, по которому авиация должна была вести воздушную разведку. В Либаву были посланы 2 аппарата, поставленные на лыжи. Полет был очень трудный, т.к. моторы работали плохо, и масло замерзло. Аппараты базировались на льду озера близ Либавы. Метели заносили снегом летную дорожку, которую приходилось все время расчищать. При отступлении от Мемеля аппараты даже не могли подняться из-за непогоды, и их буксировали людьми.

В том же году погиб на ревельском рейде летчик И. И. Кульнев, ставший жертвой своей лихости.
Предыдущие выговоры начальства и дисциплинарные взыскания в данном случае не помогли. Кульнев первым в истории авиации проделал мертвую петлю на гидроплане (С-10) 15 декабря 1913 года.

В начале июля «Орлица» перешла в до к для окраски днища и приема снабжения, а 23-го она вышла в Котку для обучения личного состава. К этому времени немецкая авиация, базировавшаяся на Виндаву, начала проявлять активность, атаковывая наши миноносцы и подводные лодки бомбами, правда безрезультатно. «Орлица» была отправлена в рижский залив, и 7 июля перешла в бухту Папонвик для прохождения курса артиллерийской стрельбы.

Личный состав морской авиации постигло еще одно несчастье. На аппарате летчика мичмана А. Н. Прокофьева-Северского при посадке взорвалась 10-ти фунтовая бомба; А. Н. Северский был ранен с повреждением ноги, которую пришлось частично ампутировать, и общей контузией. Его механик у.-о. Блинов был убит. По выздоровлении мичман Северский был послан на завод Щетинина наблюдателем за производством аппаратов и вскоре стал опять летать. В 1917 году он был начальником отряда истребителей на о. Эзель.

В середине июня авиация Рижского залива поступила в оперативное распоряжение начальника Минной Дивизии кап. 1 р. П. Л. Трухачева. 19 июля летчики С. Лишин и В. Литвинов произвели воздушную разведку у Михайловского маяка. 20-го авиация вела корректировку стрельбы «Амура» и миноносцев по берегу. Сигнализация производилась при помощи пистолета Верн и выбрасывания цветных вымпелов. Утром 20-го, в 3 часа, были замечены 2 немецких аппарата, летевшие к Михайловскому маяку. Летчики Лишин и Зверев поднялись им навстречу. Литвинов и Краевский не могли завести моторы своих аппаратов. Мотор Зверева сдал, и он сел на воду, после чего его взял на буксир миноносец. Оставшись один, Лишин атаковал Альбатрос немца, летевшего к «Москвитянину», стреляя из маузера, а его механик из карабина. Немец был очевидно подбит и, снижаясь, пошел к берегу. Другой аппарат противника, после короткой перестрелки, последовал за товарищем.
Заметив входящую в Ирбенский пролив нашу подводную лодку, он переменил курс, и Лишин, видя это, несмотря на мотор, дававший перебои, пошел навстречу немцу и, после короткого боя, заставил его повернуть на Виндаву.

Б. П. Дудоров решил пойти в контратаку и произвести внезапный налет на Виндаву, пользуясь неподготовленностью противника, аппараты которого возможно были без горючего. В 8 час. утра туда были посланы Литвинов и Краевский. Дудоров летел с Литвиновым наблюдателем. Были захвачены бомбы и стрелы. Налет прошел удачно, и было сброшено несколько бомб в порту. Наши аппараты были обстреляны трассирующими пулями. Вернувшись к Ирбеню, Литвинов сел среди минного поля и был отбуксирован катером в базу.

20-го же был обнаружен цеппелин, шедший по направлению к Ирбеню. Навстречу ему вылетели Литвинов, Лишин и Краевский. Отстреливаясь из 2-х пушек, он повернул на север. Вылетевший из Кильконда Нагурский заставил его повернуть на юг. Из-за недостаточной скорости и малого запаса горючего, преследовать его не было возможности. За этот день летчики были представлены к наградам. Лишин получил орден св. Георгия 4-й степени, став первым георгиевским кавалером Морской авиации; Литвинов и Краевский были награждены орденом св. Владимира с мечами, а Зверев и Нагурский орденом св. Анны 4-й степени.
Механик Лишина унтер оф. Смолин был награжден Георгиевским Крестом, а остальные механики Георгиевскими Медалями. Б. Дудоров позже получил орден св. Владимира 3-й степени и был произведен в капитаны 1-го ранга.

26 июля мичман Галибин был вынужден сесть в море из-за порчи мотора и был взят в плен немцами, которые известили об этом русских летучкой, сброшенной с аэроплана.
«Орлица» перешла в Моонзунд из Ревеля ночью 30-го. Во время попытки форсирования Ирбенского пролива, Церельская Воздушная станция подверглась обстрелу тяжелой артиллерией. Только один аппарат (Лишина) был поврежден. В это время остро ощущался недостаток аппаратов, т.к. заводы Short и AVRO прекратили доставку, и поэтому потеря хотя бы одного аппарата была очень чувствительна. Потерян был еще один гидро (Ф. Б.-15), причем летчик лейт. Любицкий сломал колено, а ученик-летчик поручик Онтаржевский— ребро. Погода 3 августа не благоприятствовала полетам, и «Орлица» отошла на линию Абра-Руно чтобы не задерживать своим малым ходом другие суда в случае их отхода под натиском больших сил немецкого флота, появившегося у входа в Рижский залив.

Несмотря на преждевременный отход гарнизона о. Эзель, летчики Кильконда под командой лейт. Лишина не оставили свои позиции, и воздушная станция продолжала свое существование еще около 2-х лет.
Мичман Штральборн сделал вынужденную посадку у маяка Лайдуюин и был благополучно подобран.

Дежурства на Цереле не возобновлялись из-за недостатка аппаратов, да и станция была слишком открыта и для нападения с моря. Несколько позже, ввиду бездействия неприятеля, полеты из Цереля возобновились. «Орлица - перешла туда 21 августа, в более укрытое место у деревни Менто. На Виндаву был произведен налет 20 августа. Вылетели летчики 1-го судового отряда «Орлицы»:
лейт. Краевский, лейт. Зверев, мичманы Туржанский и Штральборн и летчики 2- го авиационного отряда: лейтенанты Литвинов, Лишин и Нагурский и авиационный кондуктор Еременко. Старший офицер «Орлицы» ст. лейт. С. Л. Кавелин пошел наблюдателем. Два из вылетевших аппаратов не долетели до Виндавы. Гидро мичмана Штральборн вернулся из-за порчи мотора, а аппарат лейт. Лишина сел на воду недалеко от «Прозорливого». Атакующие гидро были обстреляны сильным шрапнельным огнем. Лейт. Зверев был вынужден сесть на воду близ Виндавы. После уничтожения аппарата Зверев и Кавелин были взяты в плен.

12 сентября гидро «Орлицы» корректировали огонь «Славы» и миноносцев по неприятельским позициям около Риги. «Орлица была безрезультатно атакована немецкими аэропланами, сбросившими на нее 4 бомбы. Шрапнельный огонь ее 75 мм орудий был недействителен также, как и огонь ее единственного зенитного орудия. После стрельбы выяснилось, что ударом газов от 75 мм орудий были повреждены аппараты в открытых ангарах «Орлицы», так что они не могли быть пущены в действие. В октябре гидро «Орлицы» прикрывали высадку у маяка Домеснес, проиводя разведку берега. Десант был удачен, и был захвачен в плен немецкий отряд (19 октября). Из-за осенних штормов и ранних заморозков «Орлица» ушла на зимовку в Гельсингфорс, закончив кампанию 1916 года.

5 декабря морская авиация произвела воздушную разведку до Виндавы.

В 1915 году личный состав авиации Балтийского моря пополнился следующими летчиками. Прибыли: лейт. В. В. Дитерихс, мичманы Б. П. (?) Берг, А. Н. Гарковенко, братья Олег и Игорь Зайцевские, мичманы Петров, А. И. Макаревич, прапорщик из студентов Политехникума Антоненко, волонтер студент Матвеев и др. Лейтенант А. А. Тучков, будучи по делам службы на Кильконде, захотел обучаться летному делу и при посадке сильно разбился. Б. П. Дудоров сдал командование «Орлицей» кап. 2 р. С. Ф. Тыртову. Было пересмотрено Положение о Службе Авиации и Службы Связи, учрежденное в 1914 г. Новое положение «О Службе Морской Авиации и Воздухоплавания», утвержденное 30 ноября 1916 года, отменяло прежнюю организацию, и взамен ее сформировывало 2 Воздушные Дивизии, по одной в Балтийском и Черном морях.

Балтийская Дивизия состяла из 2-х Бригад: 1-ая состояла из 3-х воздушных дивизионов, в 3 воздушных отряда, по 6 самолетов в каждом, 3-х воздушных станций и 6-ти воздушных постов. 2-я Бригада (Ботнического Водного района) состояла из 3-х воздушных дивизионов, 2-х по 3 и одного в 2 воздушных отряда при 3-х воздушных станциях и 6 постах. Начальником Дивизии был офицер в чине адмирала, и 2 начальника бригад были тоже в адмиральских чинах. При Дивизии предполагалось иметь 13 штаб-офицеров, 168 обер-офицеров, 4 инж. механика в штаб-офицерских чинах, 16 офицеров по адмиралтейству, 22 медицинских чина и 2498 нижних чинов всех званий.
Начальником 2-ой бригады был назначен летчик Черноморской авиации кап. 2 р. С. Ф. Дорожинский.

Численность боевого состава Воздушной Дивизии Балтийского флота определялась в начале 1916 года в 106 самолетов. С весны этого года немецкая ывиация пополнилась более быстроходными фоккерами, вооруженными пулеметами. Несмотря на то, что наша авиация стала получать «девятки», тоже вооруженные пудеметами, немецкая авиация стала брать перевес. Станция Кильконд была неоднократно атакована противником. Налеты цепеллина было почти невозможно отражать, т.к. у нас на «Орлице» была только одна 75 мм противоаэропланная пушка, а наши гидро поднимались с недостаточной скоростью для атаки. К июню прибыл новый контингент летчиков из Школы Морской авиации в Баку. Среди прибывших были: Алферьев, Изверков, Иванилов, Микоев, Миссинский, Понятов, Румянцев и Шитаков. «Орлица» несла службу главным образом в Куйвасте, по охране судов.

13 июня произошел бой 3-х наших аппаратов с 2-мя немецкими. С Цереля вылетели Штральборн и Корольков, а Зайцевский вылетел из Аренсбурга. Штральборн вынужден был сесть на воду из-за порчи мотора и, будучи на буксире у катера, был атакован уже 4-мя немцами, сбросившими на него бомбу и обстрелявшими его из пулемета. Вылетевшие на подмогу из Цереля Туржанский и Величковский атаковали немцев, подбив один Альбатрос, севший потом на воду, подобрали товарищей и сожгли аппарат.

В середине июня «Орлица» перешла к острову Руно, а 21-го четыре немецких самолета сделали попытку ее атаковать. Подпоручик А. Н. Изверков поднялся первым и, не ожидая других летчиков, вступил в бой с 3-мя аппаратами противника. У него был пробит бак с бензином, аппарат загорелся, упал в море и перевернулся. Летчик, привязанный ремнями, утонул. Атака на «Орлицу» была отбита, и один немецкий аппарат был сбит, а летчик взят в плен. Пленный немец проговорился, что новая гидро-база неприятеля находится на озере Ангерн. Решено было эту базу атаковать.

Тем временем наша морская авиация была занята атаками немецких тральщиков, работавших у Ирбеня. Во время одной из таких атак, аппарат мичм. Зайцевского был поврежден, и он вынужден был сесть недалеко от неприятельских миноносцев, которые открыли по нему огонь из орудий. Два наших аппарата сели рядом и, снявши летчика и механика и утопивши аппарат, благополучно вернулись на станцию.
12 июля, с наступлением темноты, немцы сбросили до ста бомб на Церельскую станцию и повторили налет 16-го. Повреждения были незначительны. 18 июля лейт. Гарковенко и поручик Телепнев произвели разведку у Виндавы.

Немецкая авиация, вылетевшая с о. Ангерн, атаковала Аренсбургскую станцию 20 июля. На обратном пути немцы были атакованы церельскими летчиками лейт. Гарковенко, пор. Телепневым и пор.Алферьевым, которые преследовали немцев до самого о. Ангерн, где их отогнали поднявшиеся самолеты противника. Пор. Телепнев вел бой с 2-мя самолетами противника 28 июля и, повидимому, подбил одного.

Для атаки на о. Ангерн «Орлица» подошла к о-ву Руно, где уже был отряд с о-ва Эзель. Ночной налет был удачен. Видны были разрывы 2-х пудовых бомб на станции и зарево пожара. С нашей стороны потерь не было. Во время ответных налетов противника Телепнев сбил один аппарат. Воздушные отряды на Даго и Дегере все время вели разведку.
13 сентября лейт. А. Н. Гарковенко с мичманами Сафоновым а Зайцевским, будучи в дежурстве на о-ве Руно, совершили налет на озеро Ангерн, где они были встречены превосходными силами фоккеров. Идя на выручку Сафонову, аппарат Гарковенко был подбит, упал в море и утонул. Команда его не была спасена.
М. П. Телепнев, В. А. Литвинов и другие летчики были награждены Георгиевским оружием.

Видя нужду в быстроходных истребителях, А. А. Тучков старался получить их от армии, и, для обучения полетам на них, морские летчики откомандировывались в Гатчину. Среди них был А. Н. Северский, после командовавший отрядом истребителей на о-ве Эзель. Морская авиация нуждалась в лучших бомбах, прицелах для бомбометания и радиостанциях. Осенью 1916 года производились опыты установки 37 мм пушки Гочкиса на аппараты Щетинина. Опыт стрельбы был удачен, но вес пушки с аммуницией оказался слишком велик.
Б. П. Дудоров имел в виду вооружить аппараты Сикорского (С-10?) минами Уайтхеда катерного типа, но провести это в жизнь не удалось.
По положению от 30 ноября 1916 г., наконец утвержденному, Б. Дудоров был назначен начальником Воздушной Дивизии Балтийского моря. Начальником 1-ой Бригады был назначен Б. А. Щербачев (в Ревеле) и 2-й Бригады С. Ф. Дорожинский (в Або). Началась штабная организационная работа, результатом которой явилась «Инструкция для Ведения Воздушного Боя».

Февральская революция мало повлияла на авиационные части Балтийского моря. На Бригитовке (в Ревеле) дело было хуже, т.к. там было много запасных. Колоссальные работы, производимые полковником Ярон в Порту Императора Александра 111-го по сооружению железо-бетонных ангаров, авиационной гавани и др. остановились.
В Кильконде началась пропаганда против офицеров. В Або было тоже неспокойно. Появилось стремление «кончать войну». Все начало разлагаться.
Б. Дудоров временно сдал Дивизию Щербачеву, пока не был назначен новый начальник, кап. 1 р. Ковальский. Вскоре дошло до того, что летчикам не позволяли делать полеты, боясь ответного налета немцев. Станция Кильконд, которой командовал шт. кап. Вавилов, 29 сентября 1917 г. была разрушена огнем неприятеля.

(11-10-2005 17:24:44)


1410
Николай: Кажется, это наиболее достоверный материал о захоронении тела Гитлера

Мечтая о мировом господстве и собственной мировой славе, еще в 1938 году Адольф Гитлер разработал сценарий собственных похорон. Он желал покоиться в Линце, в усыпальнице здания руководства нацистской партии, которая должна была иметь высоту 355 метров, диаметр 1500 метров. В центре - золотая гробница, украшенная драгоценными камнями с Урала. 60 лет назад обугленное тело Гитлера было найдено в воронке от бомбы, упавшей в сад имперской канцелярии. Его останки перезахоранивали восемь раз и в конце концов окончательно уничтожили

"Доигрался, подлец"

Первый раз германского фюрера похоронили 30 апреля 1945 года в саду имперской канцелярии вместе с новоиспеченной супругой Евой Браун и двумя собаками.

Второй раз - днем 4 мая, когда солдат 3-й ударной армии Иван Чураков обнаружил два неопознанных трупа в воронке. Останки были извлечены, но снова закопаны, так как считалось, что Гитлера уже нашли.

Третий раз - 5 мая - эти же останки были снова выкопаны и перевезены в город Бух и помещены в подвал местной клиники. Это было временное погребение до медицинской экспертизы, состоявшейся 8 мая.

Четвертый раз - в городке Финов, куда передислоцировался отдел "СМЕРШ" 3-й ударной армии.

Пятый раз - 17 мая, в связи с перепроверкой данных, доложенных Сталину. Ее проводил прибывший из Москвы специальный уполномоченный генерал Мешик. Отчет генерал увез в Москву, равно как и челюсти Гитлера и Браун, снятые еще в Бухе. Тела закопали снова в том же лесу близ Финова.

Шестой раз - в связи с передислокацией штаба 3-й ударной армии в город Ратенов.

Седьмой раз - в связи с очередной передислокацией когда штаба армии в город Стендаль.

И, наконец, в восьмой раз - когда 3-я ударная армия обосновалась в Магдебурге. Именно сюда были привезены гробы и захоронены во дворе дома N 36 по улице Вестэндштрассе (ныне Клаузенерштрассе). Именно здесь 5 апреля 1970 года останки Гитлера были окончательно уничтожены - сожжены на костре, истолчены вместе с углем в пепел и выброшены в реку Бидериц.

В деле опознания останков Гитлера с самого начала было много проблем - разнились даты их обнаружения, не сходились показания свидетелей, да и самих свидетелей еще надо было найти. Искали все. Сам же Сталин узнал о смерти Гитлера еще 1 мая из донесения Жукова: "Товарищу Сталину. На участке 8 гвардейской армии явился начальник генерального штаба сухопутных сил генерал от инфантерии КРЕПС, который заявил следующее: 1. 30.4. в 15.50 по берлинскому времени Гитлер покончил жизнь самоубийством". Как впоследствии вспоминал Жуков, когда он этой же ночью позвонил Сталину, тот сказал: "Доигрался, подлец. Жаль, что не удалось взять его живым".

"Колченогий" труп

К поиску останков Гитлера были привлечены отделы "СМЕРШ" армий, вступивших в Берлин, - 3-й и 5-й ударных, 47-й, 8-й гвардейской, 1-й и 2-й гвардейских танковых армий. Особая роль выпала отделу "СМЕРШ" 3-й ударной армии. По разным данным, заместитель начальника отдела опытный чекист полковник Василий Горбушин получил личное задание заместителя командующего 1-м Белорусским фронтом генерал-полковника Ивана Серова приступить к розыску трупа Гитлера.

Среди искавших бытовала легенда, что комендант Берлина генерал Берзарин пообещал звание Героя Советского Союза тому, кто найдет тело фюрера. Но сначала нашли трупы Геббельса и его жены.

Это произошло 2 мая 1945 года. Тот факт, что у трупа была явная "колченогость" подтверждала, что это останки Геббельса. Обугленные тела отвезли в тюрьму в Плетцензее, где находился отдел "СМЕРШ" 79-го стрелкового корпуса. Первый акт был написан начальником отдела "СМЕРШ" 79 корпуса Иваном Клименко 2 мая вечером от руки. В нем говорилось, что найдены 8 трупов членов семьи Геббельса.

Первым опознавателем был вице-адмирал Фосс, представитель гросс-адмирала Деница при ставке фюрера, который был задержан контрразведкой 3-й ударной армии. Он уверенно опознал Геббельса и его детей. То же самое сделали и другие опознаватели.

Гитлера узнали по коронкам

4 мая в саду имперской канцелярии бойцы 3-й ударной армии нашли воронку от снаряда, из которой вытащили два трупа - один мужской, другой женский, оба сильно обожжены. Офицеры же из штаба 3-й ударной армии были почему-то уверены, что труп Гитлера уже найден, и в этот момент идет его опознание. Находку приказали завернуть в одеяла и закопать снова.

Очевидно, что какие-то ранее найденные останки не принадлежали Гитлеру. Поэтому рано утром 5 мая начальник отдела "СМЕРШ" 79-го корпуса Ивана Клименко вместе со своим заместителем капитаном Дерябиным и шофером Цибочкиным вернулся в сад. Воронку снова разрыли и извлекли оба трупа, о чем составили акт, датированный 5 мая, хотя "находка" была фактически сделана 4-го: "Мной, гв. старшим лейтенантом Панасовым Алексеем Александровичем и рядовыми Чуриковым Иваном Дмитриевичем, Олейником Евгением Степановичем и Сероухом Ильей Ефремовичем в г. Берлине в районе рейхсканцелярии Гитлера, вблизи места обнаружения трупов Геббельса и его жены, около личного бомбоубежища Гитлера были обнаружены и изъяты два сожженных трупа, один женский, второй мужской. Трупы сильно обгорели, и без каких-либо дополнительных данных опознать невозможно. Трупы находились в воронке от бомбы, в 3-х метрах от входа в гитлеровское бомбоубежище и засыпаны слоем земли. Трупы хранятся при отделе контрразведки "СМЕРШ" 79 стрелкового корпуса".

По факту обнаружения останков была создана комиссия, проведены судебно-медицинская экспертиза и вскрытие найденных тел "предположительно Гитлера и его жены". Но они настолько сильно обгорели, что опознать их без дополнительных данных было невозможно.

Сразу после обнаружения трупов группа контрразведчиков в составе заместителя начальника отдела "СМЕРШ" 3-й ударной армии полковника Василия Горбушина, майора Бориса Быстрова и старшего лейтенанта Елены Каган (Ржевской) стала искать свидетелей и вскоре им удалось найти Кете Хойзерман, ассистентку личного дантиста фюрера. С ее помощью были обнаружены рентгеновские снимки, записи о лечении зубов и изготовлении зубных протезов для верхушки рейха. Она же уверенно опознала золотые зубные мосты Гитлера и Браун.

Экспертиза по идентификации останков Гитлера проводилась 8 мая 1945 года, но в акте о ее проведении есть удивительная фраза о том, что экспертиза проводится по приказу члена военного совета 1 Белорусского фронта Телегина от 3 мая 1945 года, а труп Гитлера был обнаружен только 5-го (по другим данным 4-го) мая.

Политическая игра с трупом

В те дни по Берлину ходило много слухов о двойниках Гитлера, о версиях его бегства то ли в Аргентину, то ли в Испанию, то ли на самолете, то ли на подводной лодке, то ли на яхте. Масла в огонь подлил Жуков, который 10 июня 1945 года на пресс-конференции заявил: "Опознанного трупа Гитлера мы не нашли. Сказать что-либо утвердительное о судьбе Гитлера я не могу. В самую последнюю минуту он смог улететь из Берлина, так как взлетные дорожки позволяли это сделать".

О том, что труп был найден и опознан, Жуков узнал только при подготовке к изданию книги "Воспоминания и размышления". Об этом факте, ему рассказала Елена Ржевская, тоже готовившая к изданию свои воспоминания. Союзники не информировали друг друга о ходе поисков останков Гитлера. Более того, даже Жуков не знал, что труп Гитлера был обнаружен еще 4 мая. На Потсдамской конференции Сталин заявил, что Гитлера "нет в наших руках". Вероятно, смерть Гитлера и все обстоятельства, связанные с обнаружением его останков были элементом политической игры Сталина с западными союзниками.

Так или иначе, но разглашать сведения о результатах поиска Гитлерах было запрещено, а документация засекречена. О подробностях розысков их участникам было приказано молчать, а так как это были кадровые сотрудники органов госбезопасности, то приказ выполнялся безоговорочно.

Все документы о ходе расследования попали к Сталину только 16 июня 1945 года. В этот день Лаврентий Берия доложил Сталину и Молотову об актах опознания останков фюрера и результатах экспертиз, а также о показаниях свидетелей из числа задержанных немцев. Официального заявления Советского правительства об итогах работы по поиску Гитлера и его окружения сделано не было. Может быть потому, что уже в Москве выяснилось, что представленных актах и показаниях свидетелей имеются серьезные противоречия.

В январе 1946 года Начальник Главного управления по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ) А.Кобулов, подписав аналитическую справку о версии самоубийства Гитлера, предложил объединить все имеющиеся материалы оперативного управления ГУПВИ, Главного управления контрразведки "СМЕРШ" НКО СССР и аппарата Серова в Берлине для "тщательной и жесткой перепроверки всей группы фактов.

Особенно сильно всех смущал тот факт, что после захвата имперской канцелярии, 4 мая 1945 года был обнаружен труп двойника фюрера - Густава Велера.

"Миф" о живом фюрере

История обнаружения останков Гитлера довольно запутанная. Не случайно еще одно расследование, проведенное в 1946 году по инициативе Кобулова получило наименование "Миф". Спустя девять месяцев после описанных событий сотрудники НКВД/МВД снова искали в Германии Гитлера. Живого или мертвого. В 1946 году следственная бригада дела под названием "Миф" получила беспрецедентное задание - вести изучение всех обстоятельств так, словно смерть фюрера не признанный факт, а лишь одна из возможных версий. Дело "Миф" стало вторым расследованием обстоятельств смерти Гитлера.

В результате на месте обнаружения трупов Гитлера и Евы Браун были проведены дополнительные раскопки. Следователям удалось найти фрагмент черепа, в левой теменной части которого имелось пулевое отверстие. Следует отметить, что в акте экспертизы от 8 мая 1945 года при обследовании останков обгоревших трупов было отмечено, что " крышка черепа частично отсутствует". В ходе дополнительного расследования в бункере нашли следы крови на обивке дивана, на котором Гитлер покончил жизнь самоубийством.

Результаты, полученные в ходе повторного исследования, также не оглашались. Найденный череп и части дивана привезли в Москву; в настоящее время эти "вещдоки" хранятся в Государственном архиве Российской федерации. Челюсти Гитлера, сохранившиеся после первого расследования в мае 1945 года, находятся в архиве ФСБ.

Мало кто знает, но в 1961 году проводилось еще одно практически неофициальное расследование, в ходе которого экспертизе подвергались "фотографии мертвого Гитлера", еще раз допрашивались свидетели. Этим занимались сотрудники отдела истории Великой Отечественной войны Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. К сожалению, их расследование никаких сенсационных результатов не дало, а путаницу внесло.

Гитлера уничтожил Андропов

В конце концов, 13 марта 1970 года председатель КГБ Юрий Андропов направил на имя генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева письмо с пометкой "особо важное". Секретность письма подчеркивалась специальной формальностью: самые важные фразы были не напечатаны, а вписаны от руки в текст, чтобы даже засекреченные машинистки не знали, о чем идет речь.

Андропов сообщал: "В феврале 1946 г. в г. Магдебург на территории военного городка, занимаемого Особым отделом КГБ при 3-й ударной армии ГСОВГ, были, захоронены трупы Гитлера, Евы Браун, Геббельса, его жены и детей (всего 10 трупов).В настоящее время указанный военный городок, исходя из .служебной целесообразности, отвечающей интересам наших войск, командованием армии передается немецким властям. Учитывая возможность строительных или иных земляных работ на этой территории, которые могут повлечь обнаружение захоронения, полагал бы целесообразным произвести извлечение останков и их уничтожение путем сожжения. Указанное мероприятие будет произведено строго конспиративно силами оперативной группы Особого отдела КГБ и должным образом задокументировано".

6 марта на письме появилась резолюция: "Согласиться". Подписи: Брежнев, Косыгин, Подгорный, то есть вся правящая тройка: генсек ЦК, председатель Совета Министров, председатель Президиума Верховного Совета CCCP.

Дело по уничтожению останков получило кодовое наименование "Архив". Специально созданная опергруппа из отнюдь не архивных работников тщательно выполнила все указания: ночью с 4 на 5 апреля выкопала захоронение, сложила кости в ящики и утром 5 апреля произвела "физическое уничтожение останков".
(11-10-2005 10:03:54)

 
 
Николай: Откликаясь на последние события в России, выкладываю материалы об А.И.Деникине.

Советую внимательно прочитать интервью правнука(!) генерала

Из письма генерала А.И. Деникина начальнику Русского Общевоинского Союза
генералу А.П. Архангельскому.


...Началась война. Вы отдали приказ 1 сентября 1939 г.: “Чины РОВС-а должны исполнить свое обязательство перед страной, в которой они находятся, и зарекомендовать себя с лучшей стороны, как подобает русскому воину”. Что касается принявших иностранное подданство — это дело их совести. Но призывать служить одинаково ревностно всем — и друзьям и врагам России — это обратить русских воинов-эмигрантов в ландскнехтов.
Советы выступили войной против Финляндии. Вы “в интересах (якобы) русского национального дела” предложили контингенты РОВС-а Маннергейму. Хорошо, что из этого ничего не вышло. Ибо не могло быть “национального дела” в том, что русские люди сражались бы в рядах финляндской армии, когда финская пропаганда каждодневно поносила не только большевиков и СССР, но и Россию вообще, и русский народ. А теперь уже нет сомнений в том, что при заключении перемирия Ваши соратники, соблазнившиеся Вашими призывами, были бы выданы Советам головой, как выдают теперь “власовцев”.
Допустим, что это были ошибки. Всякий человек может добровольно заблуждаться. Но дальше уже идут не ошибки, а преступления.
Челобития Ваши и начальников отделов РОВС-а о привлечении чинов его на службу германской армии, после того, как Гитлер, его сотрудники и немецкая печать и во время войны, и задолго до нее высказывали свое презрение к русскому народу и к русской истории, открыто проявляли стремления к разделу и колонизации России и к физическому истреблению ее населения,— такие челобитные иначе как преступными назвать нельзя.
Пропаганда РОВС-а толкала чинов Союза и в немецкую армию, и в иностранные легионы, и на работу в Германию, и в организацию Шпеера, вообще всюду, где можно было послужить потом и кровью целям, поставленным Гитлером. Уже 23 апреля 1944 г., когда не только трещали все экзотические легионы, но и сама германская армия явно шла к разгрому. Вы еще выражали сожаление: “даже к участию в “голубой испанской дивизии” не были допущены белые русские... Для нас это было горько и обидно...”
Но самое злое дело — это “Шютцкор” — корпус, сформированный немцами из русских эмигрантов, преимущественно из чинов РОВС-а в Югославии. Он подавлял сербское национальное восстание против немецкого завоевания. Тяжело было читать ростопчинские афиши главных вербовщиков и Ваше “горячее пожелание всем сил и здоровья для нового подвига и, во всяком случае, для поддержания зажженного ген. Алексеевым света в пустыне”. Должно быть, праведные кости ген. Алексеева, покоящиеся на сербской земле, перевернулись в гробу от такого уподобления.
У Вас не могло быть даже иллюзии, что немецкое командование пошлет “Шютцкор” на Восточный фронт, ибо оно никогда такого обещания не давало.
В результате почти весь “Шютцкор” погиб. Погибло и множество непричастных русских людей не только от злодейства чекистов, но и благодаря той ненависти, которую вызвали в населении Югославии недостойные представители нашей эмиграции. Русскому имени нанесен был там жестокий удар.
Правда, в 1944 г. Вы охладели к “Шютцкору”, “из которого стали уходить здоровье и хорошие элементы”, но было уже поздно. Ваши устремления направились на РОА, или так называемую “Армию Власова”. И в то время, как несчастные участники ее, попав в тупик, проклиная свою судьбу, только и искали способов вырваться из своей петли, Вы с сокрушением писали: “нас не только не допускают в РОА, но, во многих случаях, даже ограничивают наши возможности общения с ними” (...).
Теперь, в свете раскрывшихся страниц истории, невольно встает вопрос: что было бы, если бы все призывы руководителей РОВС-а были услышаны, если бы все намерения их были приведены в исполнение? Только недоверие к нам немцев и пассивное сопротивление большинства членов Союза предохранило их от массовой и напрасной гибели.
Вот те мысли, которые были высказаны мною на закрытом собрании, по возможности щадя Вас, и которые, по словам ген. Ионова (начальники отдела РОВС-а в Северной Америке), вызвали “общее негодование лучшей части Белого воинства против ген. Деникина”.
Позвольте мне не поверить ни Вам, ни ген. Ионову.
После четверти века небывалых в истории испытаний уцелевшее русское воинство, раскиданное по всему земному шару, в большинстве своем и “в лучшей части” сохранило русский дух и русское лицо.
Ваше Превосходительство! Когда-то, в роковые дни крушения Российской империи, я говорил:
- Берегите офицера! Ибо от века и доныне он стоит верно и бессменно на страже русской государственности.
К Вам и к тем, что с Вами единомышленны, эти слова не относятся.
ОБРАЩЕНИЕ ГЕНЕРАЛА А. ДЕНИКИНА К ДОБРОВОЛЬЦАМ 15 НОЯБРЯ 1917-1944 гг.

Двадцать седьмую годовщину основания Добровольческой армии мы вспоминаем в обстановке, весьма отличной от той, которая существовала последние четыре года. Но не менее сложной, вызывающей целую гамму противоречивых чувств и застающую русскую эмиграцию опять на распутьи. А подонки ее - вчерашние мракобесы, пораженцы, гитлеровские поклонники - уже меняют личины и славословят без меры, без зазрения совести новых господ положения...
Обстановка в международном масштабе в корне изменилась. Враг изгнан из пределов Отечества. Мы - и в этом неизбежный трагизм нашего положения - не участники, а лишь свидетели событий, потрясавших нашу родину за последние годы. Мы могли лишь следить с глубокой скорбью за страданиями нашего народа и с гордостью — за величием его подвига. Мы испытывали боль в дни поражений армии, хотя она и зовется “Красной”, а не Российской, и радость - в дни ее побед. И теперь, когда мировая война еще не окончена, мы всей душой желаем ее победного завершения, которое обеспечит страну нашу от наглых посягательств извне.
Но не изменилась обстановка внутрироссийская. В дни, когда весь мир перестраивает свою жизнь на новых началах международного сотрудничества, социальной справедливости, освобождения народного труда и самодеятельности от эксплуатации капиталом и государством, не могут народы российские пребывать в крепостном состоянии. Не могут жить и работать без самых хотя бы необходимых условий человеческого существования:
1) Основных свобод,
2) Раскрепощения труда,
3) Упразднения кровавого произвола НКВД,
4) Суда - независимого, равного для всех, основанного на праве, законе, чуждого партийного лицеприятия и административного воздействия.
Пока этого нет, мы будем идти своим прежним путем, завещанным нам основоположниками Добровольчества, какие бы тернии ни устилали наш путь.
Ибо судьбы России важнее судеб эмиграции.

Подполковник Деникин защищает главкома Деникина от скандала

Заместитель полпреда Президента в ЦФО, наследник громкой офицерской фамилии, остановил грязные спекуляции вокруг возвращения на Родину праха своего знаменитого родственника
- Виктор Иванович, кем вы доводитесь главкому Добровольческой (Белой) армии генералу Антону Деникину?
- Мой прадед - родной брат отца Антона Ивановича.
- Получается, что вы - из известного дворянского рода?
- Вообще-то род Деникиных никогда дворянским не был. Это были обыкновенные государственные крестьяне. Мой прадед, Иван Ефимович, дослужился из рядового до офицера и за воинские заслуги царь-батюшка пожаловал ему дворянское звание.
- Наверняка после революции всех родственников генерала Деникина, оставшихся в России, репрессировали?
- Не знаю, как насчет всех, а вот мою семью чаша сия миновала. Более того, отец всю войну прослужил в контрразведке СМЕРШ, а его младший брат служил в КГБ.
- С такой фамилией - в СМЕРШе, в КГБ?!
- Да. И здесь, конечно, больше вопросов, чем ответов. Для меня этот ответ в том, что Сталин, как это ни странно звучит, уважал Антона Ивановича Деникина. В то время в Париже, где жил генерал, в эмигрантской среде было очень много агентов ВЧК- НКВД, которые непрерывно докладывали о том, что там происходит. И Сталин знал, что Деникин не входит ни в какие блоки и не занимается политическими интригами. Потому-то его чекисты не выкрали и не расстреляли, как многих лидеров Белого движения в эмиграции. А когда в начале войны два немецких генерала пришли к Деникину с предложением возглавить антисоветское движение, Антон Иванович просто выгнал их из дома. В свое время Антанта отказала в помощи Белой армии именно потому, что Деникин наотрез отказался делить с ней Кавказ. Умирая, он говорил: "У меня ничего не осталось, кроме чести. Умираю с незапятнанной совестью и с чистыми руками".
- А я припоминаю другое изречение генерала: если бы в России не нашлись люди, попытавшиеся спасти Россию от большевизма, то тогда бы это была не нация, а навоз для удобрения полей Западной Европы.
- Здесь я хотел бы высказать свое собственное отношение... Я считаю, что в Гражданской войне правых нет. Если же говорить о более позднем периоде советской власти, то я в эту власть камня никогда не брошу: она мне дала образование и воспитала как гражданина и человека.
- И все же, Виктор Иванович, неужели с такой фамилией не возникало никаких неудобств?
- У моего отца было шесть братьев. Тех из них, кто родился после революции, записывали под фамилией Горшковы. Но когда они пошли в школу, дед настоял, чтобы они учились под своей настоящей фамилией. Что же касается меня, то за 25 лет безупречной службы в Вооруженных Силах СССР дослужился только до подполковника. Связано ли это с фамилией, не знаю...
- Вы стали военным, чтобы поддержать традицию рода?
- В армию я пришел не сразу. После школы работал на судах дальнего плавания простым матросом. Перед смертью отец завещал мне стать офицером-артиллеристом. В нашем роду все мужчины, в том числе и Антон Иванович, служили в артиллерии. Я окончил Ленинградское высшее военное артиллерийское училище. Начинал служить в Чехословакии. Затем - Афганистан. Награжден боевыми орденами и медалями. Был ранен, контужен. Год провалялся по госпиталям. С первых дней был ликвидатором аварии на Чернобыльской АЭС. Дослуживал уже в своем родном ленинградском училище - готовил разведчиков.
- В июле этого года Президент наградил вас орденом Мужества, да и во власть вы пришли из Питера. Причисляете ли вы себя к питерской команде?
- Знаете, сейчас появилось столько охотников причислять себя к питерской команде, что уже тошно становится. Поэтому ни к каким кланам и группировкам я себя не причисляю. Но, разумеется, как человек государственный состою в команде Президента. Но не в питерской, а в российской.
- Каково боевому офицеру в чиновничьей шкуре?
- А я не чиновник. Я как был, так и остался русским офицером. На этом месте я так же служу Родине, как служил там, в Афганистане. В моей квартире до сих пор перевалочная база для моих бывших сослуживцев. Цену настоящему офицерскому братству знаю. Я два раза в клинической смерти побывал. Не для того же Бог меня уберег, чтобы я стал хапугой и сволочью...
- Тем не менее из обыкновенного офицера-воспитателя в замы полпреда - взлет необычный.
- Я не предпринимал для этого никаких особых усилий. Когда ушел из армии, меня пригласили работать в правительство Ленинградской области. Затем два года проработал в Правительстве России - председателем Комитета по молодежной политике (в ранге министра). А уж потом попал сюда...
- Виктор Иванович, а с чего возникла идея перезахоронения останков генерала Деникина?
- Первоначально это была идея не моя, а московского Дворянского собрания. Они первые вышли года полтора назад на дочь генерала Деникина, Марию Антоновну. Мария Антоновна - в прошлом известная журналистка, редактировала личную газету президента Франции де Голля, была другом его семьи. Ее муж - французский монархист, автор 30 книг. Их сын Михаил сейчас занимает не последний пост на государственном французском телевидении. В общем, семья во Франции известная. Когда в марте этого года я впервые встретился с Марией Антоновной в Париже, она рассказала, что искала нас много лет. Но в советское время на все ее запросы никакого ответа не последовало. В свою очередь, я, естественно, поддержал идею перезахоронения. Во-первых, это - дело политическое: примирение расколовшейся 85 лет назад на красных и белых нации. Во-вторых, семейное: род Деникиных в России - мощный. Будет кому ухаживать за могилой.
- А где сейчас могила находится?
- В сорока километрах от Нью-Йорка, на кладбище у автодороги. Кому она там нужна?
- А где предполагается захоронить его в России?
- Так получилось, что господа из Дворянского собрания (у которых, к слову, нет ничего - ни влияния, ни финансов), опережая события, проинформировали общественность через СМИ, что похоронят Деникина вместе с Врангелем у Кремлевской стены и поставят часовню. Но, во-первых, где хоронить отца, должна решать только Мария Антоновна. Во-вторых, я считаю, что хоронить их у Кремлевской стены, где лежат лидеры советской эпохи, было бы некорректно по отношению к их памяти. Когда один из руководителей Дворянского собрания - господин Зуев - был у меня, то я сказал, что это сугубо семейное дело и я попытаюсь решить его сам. По моей просьбе Мария Антоновна написала письмо Президенту России, в котором она просит перезахоронить останки отца. Все шло нормально до тех пор, пока в дело опять не вмешались "доброхоты" из Дворянского собрания. Когда я недавно вновь посетил Марию Антоновну в Париже, она с возмущением показала мне письмо от господ дворян, в котором они просят на перезахоронение Деникина десять миллионов долларов.
- За такие деньги не то что часовню - дворец можно построить!
- Разумеется! Афера чистой воды! Конечно, Мария Антоновна была возмущена. Она живет очень скромно, на пенсию, и потому с моральной точки зрения подобный пассаж я иначе как бесстыдством назвать не могу. Мало того, в письме эти люди имели наглость сообщить, что "с нами согласен Виктор Иванович Деникин". Естественно, Мария Антоновна обиделась на меня. И мне стоило больших трудов объяснить ей, что я к этому письму не имею никакого отношения. Но дело было сделано: насторожившиеся господа из эмигрантской среды уговорили Марию Антоновну заявить, что она будет согласна на перезахоронение только после того, как к ней с соответствующей просьбой обратится Правительство России. Но это - нонсенс! За рубежом похоронены сотни выдающихся русских людей (Шаляпин, Рахманинов, Ильин, Солоневич и т.д.). И что же, по каждому поводу нужно обращение Правительства?
- И что же, теперь все заглохло?
- Пока - да. Остается только надеяться на лучшее. Тем более что и господа эмигранты, и Мария Антоновна должны помнить: сам Антон Иванович, умирая, завещал перезахоронить его в России после падения большевизма. Сейчас, чтобы выправить положение, мы хотим требуемое от нас обращение провести через структуру МИД, допустим через посольство во Франции. Кстати, в Америке уже готовы с почетом проводить прах Антона Ивановича, даже соответствующие документы у них на руках. Осталось только утрясти этот вопрос с Марией Антоновной и, по всей видимости, с ее парижскими советчиками, что не так-то просто.
- Да, помогли вам господа дворяне, нечего сказать...
- Да какие они дворяне! Профанация одна. В царской России начиная с Петра дворянское звание давали за заслуги перед Отечеством, преимущественно воинские. Потому и рвались люди, какого бы они ни были сословия, послужить России не щадя живота своего. У меня есть такая идея - и я хочу представить ее Президенту - о восстановлении этой традиции. Ведь возрождаются же у нас сейчас сословия - казачество, духовенство. Почему бы не возродить дворянство. И присваивать его нужно не по кровному родству с теми фамилиями, что были до революции, а по заслугам. Отпахал на воинской службе 25 лет, понюхал пороху в окопах, пролил кровь в Чечне - получай дворянское звание. Вот тогда высший свет у нас будет состоять из честных людей, патриотов России, а не из тех, кто ездит на шестисотых "мерседесах" и имеет особняк на Рублевском шоссе. И тогда никакие олигархи не смогут влиять на судьбы государства.
- Боюсь, Виктор Иванович, что самыми заслуженными перед Отечеством в данном случае опять окажутся те, у которых деньги...
- Знаете, извратить можно любую, даже самую замечательную идею. Разумеется, и идея возрождения дворянства на принципах, о которых я сказал, возможна только при контроле государства, при твердой воле и принципиальности людей, облеченных властью.



(11-10-2005 10:20:12)

 
 

1411
Николай: Два материала по"Польскому вопросу" 1939-1940 гг.

"НОВОЕ СЛОВО" О НАШЕЙ ИСТОРИИ
Что такое оппортунизм в широком смысле слова
Виктор Анфилов

Об авторе: Виктор Александрович Анфилов - доктор исторических наук, профессор,
участник Великой Отечественной войны, полковник в отставке
ПЯТОГО мая в составе делегации Росзарубежцентра я отправился в Берлин на
конференцию "Современный взгляд на Вторую мировую войну, ее итоги, уроки и
пути построения системы международной безопасности". В самолете, в розданной
стюардессой прессе, мне попалась запись беседы ее обозревателя с известным
историком, ректором РГГУ Юрием Афанасьевым. Не скрою, что его статьи
интересны; когда они оказываются в поле зрения, я внимательно читаю, следя за
эволюцией его взглядов.
Впервые он заинтересовал меня программной статьей "Прошлое и мы",
опубликованной в журнале "Коммунист" в 1985 г., заведующим отдела истории
которого он тогда был. "В переломный момент в жизни общества, - указывал он, -
происходит как бы всенародное испытание совести... Ведь даже профессионально
подготовленные историки подчас не отвечают такому требованию". Как говорится,
что правда, то правда. Читаем дальше: "Плохо понятая история - вещь крайне
опасная, - как с этим не согласиться. -... Подлинное воспитательное значение
истории было всегда огромным".
Следует ли сам историк изложенным им и, как мне представляется, относительно
верным постулатам? В 1987 г. в журнале "Наука и жизнь" # 9 было опубликовано
его вступительное слово на чтениях, посвященных 70-летию Октября в Московском
государственном историко-архивном институте, ректором которого он уже был.
"Что такое оппортунизм в широком смысле слова? - ставил он вопрос и отвечал: -
Это когда приспосабливаются к тому, что есть теперь".
Наряду с другими проблемами в 90-е годы происходила эволюция во взглядах
историка на Великую Отечественную войну и Вторую мировую войну в целом.
"Скажем ли мы, к примеру, когда-нибудь - какая это была война, Великая
Отечественная? - поставил он вопрос, обращаясь 15 сентября 1993 г. к
обозревателю "Литературной газеты", и ответил: - Отечественной мы ее назвали
по сталинской версии. А на самом деле? Разве это не была схватка двух
тиранов?" "Вы хотите сказать, что целью войны было насаждение
коммунистического режима в Европе?" - спросил обозреватель. "Именно к этому
готовился Сталин, - к войне наступательной, агрессивной, - ответил собеседник.
- Все факты говорят об этом. Дислокация войск, профиль военных училищ,
характер оружия. (Чтобы судить об этом, надо иметь хотя бы среднее военное
образование, какого у Афанасьева нет. - В.А.) И выходит, что мы вели не свою
войну..."
И вот 55-я годовщина окончания Второй мировой войны в Европе и победа
советского народа в Великой Отечественной войне дали ему повод развить взгляды
на эти выдающиеся события истории. Развернув газету и увидев его статью,
подумал, что на сей раз скажет он? Главным содержанием ее, что с трудом
удалось установить, является "новая" периодизация Второй мировой и Великой
Отечественной войн. "Когда Советский Союз фактически вступил во Вторую мировую
войну и на чьей стороне находился (уже формально) с августа 1939 по июнь 1941
г.? - ставит он вопрос и отвечает: - Многие исследователи вполне правомерно
выстраивают в ряд такие факты: подписание пакта Молотова - Риббентропа в
августе 1939 г.; парад советских и немецких войск в Бресте осенью того же
года; оккупация Прибалтики, Западной Украины, Западной Белоруссии и Бессарабии
в 1940 г.; поздравления Сталиным Гитлера с каждой из одержанных побед в Европе
вплоть до июня 1941 г.; тосты в честь фюрера в Кремле. В совокупности, -
заключает автор, - все эти события выглядят не иначе как фактическое участие
СССР до середины 1941 г. в войне на стороне Германии против западных
союзников". Дают ли перечисленные им факты и фактики основание для заключения
о том, что СССР с августа 1939 г. до середины 1941 г. "находился в войне на
стороне Германии"? На заключение договора с Германией Советское правительство
было вынуждено пойти потому, что в тот критический момент Чемберлен и Даладье
не шли навстречу призывам Москвы: "Англичанам дано понять, что фюрер после
разрешения неизбывного для Германии польского вопроса еще раз обратится к
Англии с предложениями, - записал 14 августа 1939 г. в служебном дневнике
начальник генерального штаба сухопутных войск генерал Гальдер. - В Лондоне
поняли. Париж также знает о нашей решимости. Поэтому весь большой спектакль
приближается к своему концу. Англичане уже теперь зондируют почву на предмет
того, как фюрер представляет себе дальнейшее развитие обстановки после
разрешения польского вопроса".
Вопреки домыслам Афанасьева Советское правительство не намеревалось вести
военные действия в Польше. Свидетельством этого является следующая запись
Гальдера в дневнике 11 сентября: "Молотов не может сдержать данного им
обещания. Россия хочет помочь Западной Украине". Советское правительство
заявило протест в связи с продвижением немецких войск на территорию Западной
Белоруссии и Западной Украины. Но еще 12 сентября Гитлер в беседе с
главнокомандующим сухопутными войсками генерал-полковником Браухичем заметил,
что "русские, очевидно, не хотят выступать... Русские считают, что поляки
будут согласны заключить мир". (запись Гальдера в тот же день. - В.А.). Но
вследствие того, что польское правительство бежало, а немецкие войска
продолжали двигаться на восток, наше руководство решило ввести части Красной
Армии и взять под защиту население Западной Белоруссии и Западной Украины.
Таковы были называемые Юрием Афанасьевым "совместные военные действия"
германских и советских войск в Польше. Спекулятивным до сих пор остается и
повторенный профессором вопрос о так называемом "параде победы" в Бресте,
который "принимали" генерал Гудериан и комбриг Кривошеин. Об этом эпизоде
свидетельствует приказ, составленный в штабе 20-й немецкой дивизии 21
сентября. Он гласит: "1. По случаю принятия Брест-Литовска советскими войсками
22.9.1939 г. во второй половине дня предварительно между 15.00 и 16.00
состоится прохождение маршем у здания штаба 19 армейского корпуса перед
командиром 19 АК Гудерианом и командиром советскими войсками... В прохождении
маршем участвуют германские и советские подразделения".
Из этого документа видно, что инициатором "парада" была немецкая сторона. Для
Красной Армии он был "дипломатическим" шагом во избежание нежелательных
последствий. Эту же цель преследовали все тосты и поздравления Сталина
Гитлеру.
Совершенно по иному, чем полагает Афанасьев, решался вопрос и с Прибалтикой.
Осенью 1939 г. СССР предотвратил порабощение нацистами не только западных
белорусов и украинцев, но и народов прибалтийских стран. Вторгаясь в Польшу,
фашистское руководство намеревалось захватить также значительную часть
Прибалтики. "Позиция лимитрофных государств будет определяться исключительно
военными потребностями Германии, - указывалось в приложении к директиве о
единой подготовке вооруженных сил к войне от 11 апреля 1939 г. - С развитием
событий может возникнуть необходимость оккупировать лимитрофные государства до
границы старой Курляндии и включить эти территории в состав империи". 25
сентября Гитлер приказал: "Держать в Восточной Пруссии наготове силы,
достаточные для того, чтобы быстро захватить Литву, даже в случае ее
вооруженного сопротивления". В конце сентября-начале октября 1939 г. Советское
правительство предложило руководству прибалтийских стран заключить пакты о
взаимопомощи, которые были подписаны после непродолжительных переговоров.
Договаривающиеся стороны обязались оказывать друг другу всяческую помощь, в
том числе военную, в случае угрозы нападения на каждую из них.
Так что перечисленные Юрием Афанасьевым события в Советском Союзе и пребывание
наших войск за пределами Родины с августа 1939 г. до середины июня 1941 г.
никак не отнесешь ко Второй мировой войне, тем более на стороне фашистской
Германии. Все они были направлены на подготовку к отражению гитлеровской
агрессии. В отличие от Афанасьева, Черчилль, оценивая действия Советского
правительства в рассматриваемый период, заключил: "В пользу Советов нужно
сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно
дальше на Запад некоторые позиции германских армий, с тем чтобы русские
получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи.
Если их политика и была холодно рассматриваемой, то она была также в тот
момент в высокой степени реалистичной".
Даже немецкие государственные деятели, как, например, министр финансов Крозиг,
считали, что СССР выполняет все условия договора и не создает, как в былые
времена славяне, никакой угрозы Германии военной силой. В докладной записке
Герингу 19 апреля 1941 г., которая была впервые опубликована в "НГ" 19.04.2000
г., он аргументированно и настоятельно просил не начинать войну против
Советского Союза, могущую пагубно отразиться на судьбе немецкого народа. Ее я
демонстрировал 8 мая на Международной конференции в Берлине и на "круглых
столах" в Дрездене и Айхштедте. Германские, американские, английские,
французские историки были удивлены вводом в научный оборот столь ценного
источника. Но его, по-видимому, не читал профессор Афанасьев.
Последуем дальше за его рассуждениями. "Вспомним трагическую страницу начала
Великой Отечественной войны - в ее первые дни немцы уничтожили и пленили более
3 млн. советских солдат и офицеров (эти потери Красная Армия понесла в течение
лета и осени 1941 г. - В.А.)... Причину такого тяжелого поражения, - указывает
он, - до недавнего времени усматривали в "преступной халатности" сталинского
режима, допустившего "внезапность гитлеровского нападения на СССР". Иными
словами, многочисленные жертвы и отступление первых дней объясняли
тривиальными ошибками и недоглядом". Просчет Сталина в оценке момента
вторжения противника, безусловно, сыграл весьма отрицательную роль, позволив
немцам достичь внезапности. Но кроме этого были другие объективные и
субъективные причины наших неудач.
Афанасьев же считает: "Для понимания истинных причин трагедии в первую очередь
следует обратить внимание на текст речи Сталина на заседании Политбюро 19
августа 1939 г. Вот характерные выдержки из нее: "Опыт двадцати последних лет
показывает, что в мирное время невозможно иметь в Европе коммунистическое
движение, сильное до такой степени, чтобы большевистская партия смогла бы
захватить власть. Диктатура этой партии становится возможной только в
результате большой войны. Мы сделаем свой выбор, и он ясен... Первым
преимуществом, которое мы извлечем, будет уничтожение Польши до самых
подступов к Варшаве, включая украинскую Галицию". Политбюро 19 августа
действительно состоялось, но на нем рассматривались другие вопросы.
Приписанные Сталину слова являются злобной фальшивкой, давно гуляющей по
свету. Приведенные слова не соответствуют даже стилю языка Сталина. Дальше
профессор привлекает внимание читателя к речи Сталина 5 мая 1941 г. Приводя
высказывания других руководителей партии и государства о воспитании войск в
наступательном духе, он заключает: "все свидетельствует об одном: СССР решил
готовить упреждающий удар, имея стратегической целью сокрушение капитализма
военным путем. Это ведет к серьезному выводу: колоссальный масштаб потерь и
поражений Красной Армии летом-осенью 1941 г. дает достаточно оснований
полагать, что нападение Германии произошло в тот момент, когда в СССР один
план развертывания войск - оборонительный - был отменен, а другой -
наступательный, упредительный - хотя и действовал, но еще не был доведен до
всех тех, кто должен был его реализовать. Тому есть свидетельства известных
военачальников".
Прочитав этот "вывод", я растерялся, не зная, с чего начать опровержение всего
накрученного в нем. Во-первых, о каком решении "сокрушения капитализма военным
путем" могла идти речь, если на западных и восточных границах СССР весной 1941
г. сосредоточивались и развертывались многомиллионные армии противника? Тут
уж, как говорится, не до жиру, быть бы живу. Во-вторых, ни "оборонительных",
ни "наступательных" планов войны вообще не бывает. Агрессор, как это делала
Германия в двух мировых войнах, предусматривает в плане начинать войну с
наступательной операции, а миролюбивая страна - с оборонительной, а затем -
нанесения ответного удара, как это предусматривал наш план войны. В-третьих,
идея упреждающего удара возникла у военных руководителей в середине мая 1941
г. и была оформлена в документе, разработанном генералом Василевским. Однако
Сталин ее отверг. В-четвертых, "упредительный" план не действовал и не
доводился до войск. Что же касается выдвижения войск из глубины страны, то они
готовились для нанесения ответного удара после отражения вторжения противника.

Предложенная Юрием Афанасьевым периодизация кратко формулируется так: с 1939
по 1941 гг. Советский Союз вынашивал и стремился реализовать "агрессивные
планы" с целью "расширения социализма"; с 22 июня 1941 г. он вел
освободительную войну до вступления в Европу в 1944 г.; с этого времени
"характер войны очевидно снова существенно изменился".
Из дальнейших рассуждений Афанасьева следует, что нам следовало выдворить
врага со своей территории и зачехлить оружие. Но ведь мало-мальски сведущий в
военном деле человек понимает, что война завершается лишь полным разгромом
врага и капитуляцией.
Сегодня американцы делают все, чтобы доказал свое право на гегемонию в мире,
отстоять так называемую однополярность. И тут очень к месту попытки Афанасьева
извратить смысл Второй мировой войны, чтобы представить нашу страну как угрозу
мировой цивилизации, ту самую "империю зла", заслон которой поставили-де
доблестные американские воины.

ИМПЕРСКИЕ АМБИЦИИ
В 1939 году офицеры вермахта и РККА поднимали бокалы за "совместную победу
советского и германского оружия над панской Польшей"
Михаил Семиряга

ГЕРМАНСКОГО посла в Москве фон Шуленбурга не удивило, когда в 2 часа ночи 17
сентября 1939 г. он был вызван в Кремль к Сталину. Шуленбург ехал с надеждой
наконец получить от Сталина конкретный ответ на долгожданный вопрос: когда же
Красная Армия вступит в Польшу и совместно с вермахтом "окончательно решит
польскую проблему"? Ведь германские войска уже достигли окраин Варшавы и
пересекли согласованную линию, разделявшую "государственные интересы СССР и
Германии" в Польше по рекам Нарев-Висла-Сан. Ответ был получен, и с утра 17
сентября 1939 г. на территории Польского государства в боевом взаимодействии с
гитлеровским вермахтом начала действовать и Красная Армия.
С тех пор прошло 60 лет. Однако наши представления об этой советской военной
акции были весьма односторонними - освобождение западных украинцев и западных
белорусов, их радость по этому поводу и единодушное голосование за вступление
в состав СССР. В стороне оставались такие важные аспекты проблемы, как роль
предварительных секретных советско-германских договоренностей, боевое
взаимодействие советских и германских войск на территории Польши и некоторые
другие.
РАЗГРАНИЧЕНИЕ
ИНТЕРЕСОВ
Русско-польские отношения на протяжении веков развивались весьма сложно.
Коренного изменения не произошло и после Октябрьской революции, когда
Советская Россия приветствовала провозглашение независимости Польши. В 20-30-е
гг. эти отношения не имели стабильного характера, сказывались старые
предрассудки и стереотипы.
В 1932 г. между СССР и Польшей был подписан договор о ненападении, который
признавал, что мирный договор 1921 г. по-прежнему остается основой их взаимных
отношений и обязательств. Стороны отказывались от войны как орудия
национальной политики, обязывались воздерживаться от агрессивных действий или
нападения друг на друга отдельно или совместно с другими державами. Такими
действиями признавался "всякий акт насилия, нарушающий целостность и
неприкосновенность территории или политическую независимость" другой стороны.
В конце 1938 г. оба правительства еще раз подтвердили, что основой мирных
отношений между странами является договор о ненападении от 1932 г., продленный
в 1934 г. до 1945 г.
В начале 1939 г. Гитлер предпринял попытку привлечь Польшу к планируемому им
"крестовому походу" против СССР. 5 января 1939 г. министр иностранных дел
Польши Бек с большой помпой был принят Гитлером в Берхтесгадене. Беку было
сказано, что существует "единство интересов Германии и Польши в отношении
Советского Союза". Поэтому Германия заинтересована в сильной Польше, ибо
"каждая использованная против СССР польская дивизия означает экономию одной
немецкой дивизии". Польский министр, однако, не согласился участвовать в
какой-либо антисоветской акции.
Необходимость существенного улучшения советско-польских отношений приобрела
особую актуальность с весны 1939 г., когда стали ясно просматриваться
агрессивные намерения Германии в отношении Польши: в апреле, как позже стало
известно, Гитлер принял решение о военном способе удовлетворения своих
претензий к этой стране. Польское правительство в то время в целом устраивали
советско-польские отношения.
Однако позиция правящих кругов Польши в отношении СССР была в целом не только
явно непоследовательной, но и враждебной. Во время визита к Беку 25 мая 1939
г. советский посол в Варшаве Шаронов заявил о готовности Советского Союза
оказать военную помощь Польше. Но предложение принято не было. Близорукость
польских руководителей наглядно проявилась в ходе англо-франко-советских
военных переговоров, когда Польша категорически воспротивилась проходу
советских войск через ее территорию в случае агрессии Германии. Как известно,
эта позиция явилась одной из причин срыва трехсторонних переговоров, что, в
частности, привело к заключению 23 августа 1939 г. советско-германского
договора о ненападении, 28 сентября 1939 г. - договора о дружбе и границе, к
другим договоренностям и секретным протоколам к ним. Эти документы имели
прямое отношение к судьбам польского государства.
Вступление советских войск в восточные воеводства Польши и их продвижение до
линии рек Нарев-Висла-Сан в принципе были предопределены содержанием
секретного протокола от 23 августа. Но германская сторона была, естественно,
заинтересована в совместных действиях с Красной Армией с самого начала войны
против Польши.
Верховное командование германской армии допускало возможность вступления в
Польшу советских войск, но не знало его сроков. Что же касалось командующих в
действующей армии и особенно командиров передовых частей, то они совершенно не
были ориентированы в общей обстановке и планировали свои действия на глубину
до границы с Советским Союзом.
Используя задержку вступления на территорию Польши советских войск, германское
командование с 1 по 16 сентября продвинуло свои войска до 200 км восточнее
согласованной линии Нарев-Висла-Сан. Передвижение германских войск к дважды
менявшейся линии "государственных интересов" на территории Польши было
завершено лишь 14 октября 1939 г.
Существовала реальная опасность вмешательства в события западных держав.
Чемберлен и Галифакс 24 августа публично заявили, что Великобритания будет
воевать за Польшу. Советскому правительству эта позиция стала известна уже на
следующий день, когда министр иностранных дел Великобритании и польский посол
в Лондоне подписали пакт, устанавливающий, что стороны будут оказывать друг
другу помощь в случае нападения третьей страны. Сталин и Молотов не могли не
понимать последствий того, если бы Советский Союз с самого начала вмешался и
германо-польский конфликт на стороне Германии. На соответствующий запрос
Риббентропа Молотов через Шуленбурга ответил, что в подходящее время Советский
Союз начнет конкретные действия, но "мы считаем, однако, что это время еще не
наступило. Возможно, мы ошибаемся, но нам кажется, что чрезмерная поспешность
может нанести нам ущерб и способствовать объединению наших врагов".
Советскому руководству необходимо было выждать время до окончательного
выяснения обстановки в Польше. Лишь 17 сентября 1939 г. в 5 часов 40 минут
советские войска перешли советско-польскую границу.
Для операции была создана довольно крупная группировка войск - 28 стрелковых и
7 кавалерийских дивизий, 10 танковых бригад и 7 артиллерийских полков резерва
Главного командования. В двух фронтах насчитывалось более 600 тыс. человек,
около 4 тыс. танков, свыше 5500 орудий и 2 тыс. самолетов.
Вступление советских войск на территорию Польши оказалось для польского
руководства неожиданным. Однако оно не сочло возможным рассредоточивать силы
для борьбы на два фронта и предпочло сражаться только против немецких войск.
СВЯЗАННЫЕ ПОЛЬСКОЙ КРОВЬЮ
Заслуживает внимания вопрос, какие же задачи были поставлены перед войсками в
ходе акции в Польше. Например, командующий войсками Украинского фронта
командарм 1 ранга Семен Тимошенко в приказе отмечал, что "польское
правительство помещиков и генералов втянуло народы Польши в авантюристическую
войну". Примерно то же говорилось и в приказе командующего войсками
Белорусского фронта командарма 2 ранга Ковалева. В них содержался призыв к
населению повернуть "свое оружие против помещиков и капиталистов", но ничего
не говорилось о судьбе западных областей Украины и Белоруссии. Это
объяснялось, видимо, тем, что после Рижского мирного договора 1921 г.
Советское правительство никогда не ставило вопрос о воссоединении западных
областей Украины и Белоруссии. Но в последующих документах отмечалась такая
задача войск, как спасение украинского и белорусского народов от угрозы
"разорения и избиения" со стороны врагов, подчеркивалось, что советские войска
идут в Польшу не как завоеватели, а как освободители белорусов, украинцев и
трудящихся Польши.
Действия Красной Армии на территории Польши продолжались 12 дней. За это время
войска продвинулись на 250-300 км и заняли территорию общей площадью свыше 190
тыс. кв. км с населением более 12 млн. человек, в том числе более 6 млн.
украинцев и около 3 млн. белорусов.
Хотя состояние войны между СССР и Польшей не было объявлено, но, по существу,
боевые действия против польских воинских частей имели место. Молотов в докладе
на сессии Верховного Совета СССР 31 октября 1939 г. говорил о "боевом
продвижении Красной Армии" и о захвате боевых трофеев, которые составляли
значительную часть вооружения и боевой техники польской армии. В той же речи
глава советского правительства заявил, что Польша развалилась благодаря удару
сначала германской армии, а затем и Красной Армии". 26 декабря 1939 г. в
ответе Гитлеру на поздравление по случаю 60-летия Сталин также отмечал, что
советско-германская дружба скреплена совместно пролитой кровью". В приказе
наркома обороны Ворошилова от 7 ноября 1939 г. утверждалось, что польское
государство, "как старая сгнившая телега", разлетелось за 15 дней.
"Стремительным натиском части Красной Армии разгромили польские войска,
выполнив в короткий срок свой долг перед Советской Родиной".
Общие потери польских войск в ходе боев в основном против вермахта составили
убитыми около 66 тыс., ранеными около 133 тыс. человек. В немецком плену
оказались около 350 тыс. солдат и офицеров (по данным верховного командования
вермахта, в плен были взяты около 600 тыс.).
После вступления советских войск на территорию Польши отношения Англии и
Франции с Советским Союзом резко обострились. 19 сентября в Москве была
получена англо-французская нота, в которой требовалось прекратить продвижение
и вывести советские войска из Польши. В противном случае, говорилось в ноте, в
соответствии с польско-французским союзническим договором объявление войны
Советскому Союзу может произойти автоматически.
Сталин и его окружение не могли не понимать, что характер советско-германских
отношений и акции Советского Союза в Польше могут произвести крайне негативное
впечатление на мировое общественное мнение. Поэтому в совместном
германо-советском коммюнике, принятом по предложению Риббентропа 18 сентября
1939 г., но опубликованном лишь 20 сентября, было сказано, что целью
германских и советских войск является "восстановить в Польше порядок и
спокойствие, нарушенные распадом польского государства, и помочь населению
Польши переустроить условия своего государственного существования".
Еще дальше в отношении "польского вопроса" советское руководство пошло во
время переговоров и заключения договора о дружбе и границе от 28 сентября 1939
г. Эти переговоры, посвященные уточнению границы "государственных интересов"
СССР и Германии на территории Польши, начались по инициативе советской
стороны. 20 сентября Шуленбург сообщал Риббентропу, что, по мнению Молотова,
наступило время совместно решить судьбу Польши и что Сталин склоняется к тому,
чтобы разделить ее по линии Тисса-Нарев-Висла-Сан: "Советское правительство
желает немедленно решить этот вопрос на переговорах в Москве с участием самых
высоких государственных деятелей обеих стран. В ответной телеграмме Молотову
23 сентября Риббентроп сообщил, что "русская точка зрения о прохождении
будущей границы по четырем рекам приемлема". Об атмосфере, в которой проходили
переговоры в Москве, свидетельствует сам Риббентроп, заявивший, что в Кремле
он "себя чувствовал, как среди старых партайгеноссе".
В принятом документе устанавливалась граница "государственных интересов" обоих
государств на территории Польши, хотя в германо-советском коммюнике от 22
сентября 1939 г. она еще именовалась "демаркационной линией между германской и
советской армиями" и должна была проходить гораздо восточнее линии,
согласованной 23 августа 1939 г.
Небезынтересно заметить, что оба текста договора - на немецком и русском
языках - были признаны аутентичными. Но при этом становится непонятным, почему
в названии договора на немецком языке слово "дружба" поставлено после слова
"граница", а в тексте на русском языке - наоборот. Действительно ли это
объясняется различием в стилистике обоих языков или здесь скрывается
политический смысл: что Сталин был более заинтересован в предложенной им
"дружбе", чем Гитлер?
В одном конфиденциальном и двух секретных протоколах, приложенных к договору
от 28 сентября, были уточнены некоторые территориальные изменения в полосе от
Балтийского до Черного морей. В частности, территория Литвы была включена в
сферу "государственных интересов" СССР, а территория Люблинского и части
Варшавского воеводств отходила в сферу "государственных интересов" Германии.
Стороны согласились и в том, что они будут пресекать действия польского
населения, направленные против другой стороны.
В договоре от 28 сентября нет ни слова о праве польского народа на
государственное существование; объявленное в нем "переустройство" Польши
рассматривается только с точки зрения "дальнейшего развития дружественных
отношений" между СССР и Германией. В некоторых советских исследованиях
утверждается, будто советское руководство решительно воспрепятствовало
продвижению германских войск восточнее согласованной линии границы с Советским
Союзом.
Однако в свете немецких документов вырисовывается иная картина. Так, еще 5
сентября 1939 г. Молотов сообщал Риббентропу, что советское руководство
понимает, что "в ходе операций одна из сторон либо обе стороны могут быть
вынуждены временно пересечь демаркационную линию между своими сферами влияния,
но подобные случаи не должны помешать непосредственной реализации намеченного
плана". 15 сентября Риббентроп вторично сообщил Молотову, что Германия связана
разграничительными сферами влияния в Польше и поэтому будет приветствовать
скорое выступление Красной Армии, которое "освободит нас от необходимости
уничтожать остатки польской армии, преследуя их вплоть до русской границы".
В Берлине еще в начале боевых действий возникла идея о возможности в качестве
буфера создать где-то в зоне между линиями интересов Германии и СССР
"остаточное польское государство". По этому вопросу генерал Гальдер 7 сентября
записал в дневнике: "Поляки предлагают начать переговоры. Мы к ним готовы на
следующих условиях: разрыв Польши с Англией и Францией; остаток Польши будет
сохранен; районы от Нарева с Варшавой - Польше; промышленный район - нам;
Краков - Польше; северная окраина Бескидов - нам; области Западной Украины -
самостоятельны". Как явствует из записи от 10 сентября, германское руководство
подготовило специальное обращение к населению Западной Украины, в котором
обещало ему "независимое государство" под эгидой Германии.
О вариантах расчленения Польши 12 сентября говорил и Риббентроп. Со ссылкой на
Гитлера он заявил, что при таком варианте "решения польского вопроса" можно
будет в случае необходимости вести переговоры о заключении "восточного мира".
Одновременно Риббентроп не исключал и варианта, который предусматривал бы
расчленение Польши на отдельные составные части, включая Западную Украину.
Но Гитлер еще не знал, какова же будет позиция Сталина и Молотова по данному
вопросу. Шуленбург выяснил это только на следующий день и сообщил фюреру, что
Сталин решительно против сохранения "польского остаточного государства" и за
раздел Польши. 28 сентября Сталин заявил, что расчленение областей с чисто
польским населением неизбежно вызовет его стремление к национальному единству,
что может привести к трениям между СССР и Германией.
Решение германского и советского правительств от 28 сентября о разделе
территории Польши вызвало серьезную озабоченность польского народа и
официальных лиц. Так, польский посол в Париже, по сообщению агентства Гавас,
выразил правительству Франции протест, назвав советско-германский договор
нарушением прав суверенного государства и народа, международных обязательств и
человеческой морали.
Положение польских патриотов усугублялось тем, что существовала
советско-германская договоренность о сотрудничестве в борьбе против польской
агитации. Это была не формальная декларация; такое сотрудничество военных
властей Германии и СССР в польской кампании, как заявил германский военный
атташе в Москве генерал Кестринг, было реальностью и протекало на всех уровнях
безукоризненно. Для установления сотрудничества между гестапо и органами НКВД
в декабре 1939 г. в г. Закопане, т.е. на польской территории, оккупированной
Германией, был создан совместный учебный центр.
"УМНОЖИТЬ ЧИСЛО
СОВЕТСКИХ РЕСПУБЛИК..."
После того как делегации СССР и Германии провели делимитацию границы между
"сферами интересов", к середине октября 1939 г. была осуществлена ее
демаркация. Таким образом, если раньше граница СССР с Польшей была
протяженностью 1446 км, то граница с Германией составила 1952 км, т.е. на 506
км больше - от села Мариново (южная точка границы СССР с Латвией) до села
Казачувка (северная точка на советско-румынской границе). Сохранив за собой
нефтеносный район Львов-Дрогобыч, который был занят германскими войсками еще в
первой половине сентября, Сталин обязался поставлять Германии из этого района
по 300 тыс. тонн нефти ежегодно.
21 сентября был подписан секретный протокол, по которому, в частности,
немецкое командование обязано было обеспечить сохранность и передачу советским
войскам всех оставляемых объектов. Было также согласовано, что "для
уничтожения польских банд по пути следования советские и германские войска
будут действовать совместно".
Наглядным примером взаимодействия вермахта и Красной Армии в то время может
служить договоренность об использовании радиостанции Минска для наведения
германских бомбардировщиков на польские города. Нелишне напомнить, что Геринг
в знак признательности за боевое взаимодействие в борьбе против общего врага
подарил наркому обороны СССР Ворошилову самолет.
В ходе военных действий командиры передовых частей германской и советской
армий обменивались офицерами связи. Было также установлено сотрудничество с
командованием ВМС Германии на Балтике. В Гродно, Бресте, Пинске и в ряде
других городов еще до капитуляции Варшавы состоялись совместные парады.
Например, в Гродно вместе с германским генералом парад принимал комкор Чуйков,
в Бресте - генерал Гудериан и комбриг Кривошеин.
Высказывания высокопоставленных советских политических и военных руководителей
свидетельствуют о том, что акции Советского Союза в Польше, а позже в
Прибалтике и против Финляндии рассматривались главным образом с точки зрения
расширения территории, увеличения населения СССР и других
военно-стратегических преимуществ. Именно такую концепцию еще на XVIII съезде
ВКП(б) сформулировал Мехлис, ссылаясь на мнение Сталина: "Если вторая
империалистическая война обернется своим острием против первого в мире
социалистического государства, то нужно перенести военные действия на
территорию противника, выполнить свои интернациональные обязанности и умножить
число советских республик".
На торжественном собрании по случаю годовщины Октября 6 ноября 1939 г. Молотов
особо подчеркнул, что после присоединения Западной Украины и Западной
Белоруссии население СССР выросло со 170 до 183 млн. человек. В июне 1941 г. в
проекте директивы Главного управления политпропаганды "О задачах политической
пропаганды в Красной Армии на ближайшее время" говорилось: "Весь личный состав
Красной Армии должен проникнуться сознанием того, что возросшая политическая,
экономическая и военная мощь Советского Союза позволяет нам осуществлять
наступательную внешнюю политику, решительно ликвидируя очаги войны у своих
границ, расширяя свои территории... При обсуждении проекта на Главном военном
совете Жданов говорил: "Мы стали сильнее, можем ставить более активные задачи.
Война с Польшей и Финляндией не были войнами оборонительными. Мы уже вступили
на путь наступательной политики".
В свете приведенных фактов неизбежно напрашивается вывод, что акция Советского
Союза в Польше в рассматриваемое время вытекала из секретных протоколов к
договору от 23 августа 1939 г. с Германией, которые позволяли Сталину
действовать в великодержавной манере. Это означало, что Сталин и его окружение
руководствовались прежде всего имперскими амбициями.
Эта акция являлась нарушением советско-польского договора о ненападении 1932
г., который 17 сентября 1939 г. еще был в силе. Вместе с тем в политическом
отношении она имела неоднозначный характер. С одной стороны, воссоединение
украинских и белорусских земель приобретало для народов действительно
историческое значение. Но с другой стороны, то, что восстановление
справедливости по отношению к Украине и Белоруссии соседствовало с
"территориально-политическим переустройством" в других землях, не смущало
Сталина.
А ведь речь шла о фашистском закабалении 22 млн. поляков, проживавших западнее
линии Керзона. Очевидно, что с такой категорией международного права, как
мораль, эти действия не имели ничего общего.
Фашистская агрессия против Советского Союза сделала народы СССР и Польши
союзниками. Солдаты наших армий вместе сражались за свободу и независимость
против общего врага. Но некоторые моменты прошлого, по выражению польского
писателя Жукровского, сидели в памяти, как осколок. Мы "прикрыли" его завесой
молчания, вместо того чтобы "прооперировать" и "удалить".




(10-10-2005 14:24:15)

 
 
Дикан Вадим: Николаю.
Коля, тебе пора уже всё оформить в книгу и показать её на сайте в "Библиотке". Молодец! Снимаю шляпу. Очень интересно. Ещё меня волнует тема российского офицерства. Тех офицеров, которые стрелялись за Россию. Тех, которые были даже и не за царя, а за Отчество. Тех, про кого слагали песни. Образ поручика Голицына - нарицательный. Он мне очень дорог. В России всегда так - настоящие офицеры первыми принимают бой и стоят насмерть. Чем больше времени проходит после Гражданской войны, тем ярче высвечивается страница русского офицерства. Ведь они воевали не за мифические идеалы, они не могли видеть как глумятся над их Родиной. "Интернационал" не был их застольной песней. В этой связи мне представляется, что такая выдающаяся фигура, как Колчак, ещё далеко не изучена. Жаль, что всё вышло именно так... (10-10-2005 21:29:28)

 
 

1412
ПРИКАЗ О ФАКТЕ БЕСПРЕПЯТСТВЕННОГО ПРОПУСКА ЧЕРЕЗ ГРАНИЦУ САМОЛЕТА Ю-52 15 МАЯ 1941 Г.
№ 0035 10 июня 1941 г.
15 мая 1941 г. германский внерейсовый самолет Ю-52 совершенно бес¬препятственно был пропущен через государственную границу и совершил перелет по советской территории через Белосток, Минск, Смоленск в Москву. Никаких мер к прекращению его полета со стороны органов ПВО принято не было.
Посты ВНОС 4-й отд. бригады ПВО Западного особого военного округа, вследствие плохой организации службы ВНОС, обнаружили нарушивший границу самолет лишь тогда, когда он углубился на советскую территорию на 29 км, но, не зная силуэтов германских самолетов, приняли его за
рейсовый самолет ДС-3 и никого о появлении внерейсового Ю-52 не опо-вестли.
Белостокский аэропорт, имея телеграмму о вылете самолета Ю-52, также не поставил в известность командиров 4-й бригады ПВО и 9-й смешанной авиадивизии, так как связь с ними с 9 мая была порвана военнослужащими. Командование 9-й смешанной авиадивизии никаких мер к немедленному вос¬становлению связи не приняло, а вместо этого сутяжничало с Белостокским аэропортом о том, кому надлежит восстановить нарушенную связь.
В результате командир западной зоны ПВО генерал-майор артиллерии Сазонов и начальник штаба 4-й отд. бригады ПВО майор Автономов никаких данных о полете Ю-52 до извещения из Москвы не имели.
В свою очередь вследствие плохой организации службы в штабе 1-го корпуса ПВО г. Москвы командир 1-го корпуса ПВО генерал-майор артил¬лерии Тихонов и зам. начальника Главного управления ПВО генерал-майор артиллерии Осипов до 17 мая ничего не знали о самовольном перелете границы самолетом Ю-52, хотя дежурный 1-го корпуса ПВО 15 мая получил извещение от диспетчера Гражданского воздушного флота, что внерейсовый самолет пролетел Белосток.
Никаких мер к прекращению полета внерейсового самолета Ю-52 не было принято и по линии Главного управления ВВС КА. Более того, начальник штаба ВВС КА генерал-майор авиации Володин и заместитель начальника 1-го отдела штаба ВВС генерал-майор авиации Грендаль, зная о том, что самолет Ю-52 самовольно перелетел границу, не только не приняли мер к задержанию его, но и содействовали его полету в Москву разрешением посадки на Московском аэродроме и дачей указания службе ПВО обеспечить перелет.
Все эти факты говорят о неблагополучном состоянии службы ПВО За¬падного особого военного округа, о плохой ее организации, слабой подго¬товленности личного состава ВНОС ПВО, потере бдительности в 4-й отд. бригаде ПВО и отсутствии должной требовательности со стороны команду¬ющих военными округами и высшего начсостава ПВО и ВВС к четкости несения службы ПВО.
Приказываю:
1. Военному совету Западного особого военного округа тщательно рассле¬довать факт самовольного пролета самолета Ю-52 через территорию округа, выявить всех виновных лиц и наложить на них взыскания своею властью. Немедленно восстановить телефонную связь Белостокского аэропорта с 9-й смешанной авиадивизией и штабом 4-й бригады ПВО и в пятидневный срок проверить состояние связи аэропортов со штабами ПВО. Исполнение донести к 20.6.41 г.
2. Военным советам округов (ДВФ) назначить авторитетные комиссии, которые обязать к 1.7.41 г. обследовать всю систему ПВО на территории округов, обратив особое внимание на ее боеготовность, состояние службы наблюдения, оповещения, связи и подготовку постов ВНОС.
Все недочеты, вскрытые комиссиями, устранить на месте в процессе их работы.
Результаты обследования и о принятых мерах донести мне к 5.7.41 г.
3. Начальнику Главного управления ПВО до 1.7.41 г. обследовать состояние ПВО в Западном особом и Московском военных округах и результаты обсле¬дования доложить мне лично.
Его же распоряжением обеспечить к 1.7.41 г. все посты ВНОС силуэтами самолетов и организовать поверку знаний постами ВНОС силуэтов и умения определять по ним принадлежность самолетов.
4. За плохую организацию службы ВНОС, отсутствие должного воинского порядка в частях ПВО и слабую подготовку личного состава постов ВНОС командующему Западной зоной ПВО генерал-майору артиллерии Са¬зонову, начальнику штаба 4-й бригады ПВО майору Автономову объявить выговор.
5. За самовольное разрешение пролета и посадки Ю-52 на московском аэродроме без поверки прав на полет в Москву начальнику штаба ВВС гене¬рал-майору авиации Володину и заместителю начальника 1-го отдела штаба ВВС генерал-майору авиации Грендалю объявить замечание.
6. Командиру 1-го корпуса ПВО генерал-майору артиллерии Тихонову и заместителю начальника Главного управления ПВО генерал-майору артиллерии Осипову обратить особое внимание на слабую организацию системы наблюдения и оповещения.
Народный комиссар обороны СССР
Маршал Советского Союза
С. Тимошенко
Начальник Генерального штаба
Красной Армии генерал армии
Г. Жуков
№ 0042 19 июня 1941 г.
По маскировке аэродромов и важнейших военных объектов до сих пор ничего существенного не сделано*.
Аэродромные поля не все засеяны, полосы взлета под цвет местности не окрашены, а аэродромные постройки, резко выделяясь яркими цветами, при¬влекают внимание наблюдателя на десятки километров.
Скученное и линейное расположение самолетов на аэродромах при полном отсутствии их маскировки и плохая организация аэродромного обслуживания с применением демаскирующих знаков и сигналов окончательно демаскируют аэродром.
Современный аэродром должен полностью слиться с окружающей обста¬новкой, и ничто на аэродроме не должно привлекать внимания с воздуха.
Аналогичную беспечность к маскировке проявляют артиллерийские и мо¬томеханизированные части: скученное и линейное расположение их парков представляет не только отличные объекты наблюдения, но и выгодные для поражения с воздуха цели.
Танки, бронемашины, командирские и другие спецмашины мотомеханизи¬рованных и других войск окрашены красками, дающими яркий отблеск, и хорошо наблюдаемы не только с воздуха, но и с земли.
Ничего не сделано по маскировке складов и других важных военных объектов.
Приказываю:
1. К 1.7.41 г. засеять все аэродромы травами под цвет окружающей мес¬тности, взлетные полосы покрасить и имитировать всю аэродромную обстановку соответственно окружающему фону.
2. Аэродромные постройки до крыш включительно закрасить под один стиль с окружающими аэродром постройками. Бензохранилища зарыть в землю и особо тщательно замаскировать.
3. Категорически воспретить линейное и скученное расположение самоле¬тов; рассредоточенным и замаскированным расположением самолетов обеспе¬чить их полную ненаблюдаемость с воздуха.
4. Организовать к 5.7.41 г. в каждом районе авиационного базирования 500-км пограничной полосы 8—10 ложных аэродромов, оборудовать каждый из них 40—50 макетами самолетов.
5. К 1.7.41 г. провести окраску танков, бронемашин, командирских, специальных и транспортных машин. Для камуфлированного окрашивания применить матовые краски применительно к местности районов располо¬жения и действий. Категорически запретить применять краски, дающие отблеск.
6. Округам, входящим в угрожаемую зону, провести такие же мероприятия по маскировке складов, мастерских, парков и к 15.7.41 г. обеспечить их полную ненаблюдаемость с воздуха.
7. Проведенную маскировку аэродромов, складов, боевых и транспор¬тных машин проверить с воздуха наблюдением ответственных командиров штабов округов и фотосъемками. Все вскрытые ими недочеты немедленно устранить.
8. Исполнение донести 1.7 и 15.7.41 г. через начальника Генерального штаба.
Народный комиссар обороны СССР Маршал Советского Союза С. Тимошенко Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии Г. Жуков
ПРИКАЗ О МАСКИРОВКЕ САМОЛЕТОВ, ВЗЛЕТНЫХ ПОЛОС, АЭРОДРОМНЫХ СООРУЖЕНИЙ
№ 0043 20 июня 1941 г.
Самолеты, находящиеся в частях ВВС, взлетно-посадочные полосы, палатки и аэродромные сооружения по всей окраске не удовлетворяют требованиям современной маскировки*.
Такое отношение к маскировке, как к одному из главных видов боевой готовности ВВС, дальше терпимо быть не может.
Приказываю:
1. К 20 июля 1941 г. силами авиачастей с привлечением работников ави¬амастерских произвести маскирующую окраску всех имеющихся самолетов согласно прилагаемой схеме окраски, за исключением нижней поверхности, которую оставить с прежней окраской.
2. К 10 июля 1941 г. произвести маскировку всех существующих взлетно-посадочных полос, бетонных рулежных дорожек и якорных стоянок самолетов применительно к фону окружающей местности.
3. К 1 июля 1941 г. произвести маскировку всех аэродромных сооружений применительно к фону местности.
4. К 1 июля 1941 г. замаскировать палатки в лагерях авиачастей.
5. На лагерных аэродромах самолеты располагать рассредоточение под ес¬тественными и искусственными укрытиями, по окраинам летного поля, не допуская расстановки их по прямым линиям.
6. Ответственность за выполнение всех маскировочных мероприятий как по качеству, так и по срокам возлагаю на военные советы и персонально на командующих ВВС округов.
7. План мероприятий доложить 23 июня 1941 г.
О ходе окраски самолетов командующим ВВС округов докладывать еже¬дневно по ВЧ начальнику ГУ ВВС Красной Армии с 21 часа до 23 часов.
Народный комиссар обороны СССР Член Главного военного совета
Маршал Советского Союза Секретарь ЦК ВКП(б)
С. Тимошенко Г. Маленков
Начальник Генерального штаба
Красной Армии генерал армии Г. Жуков

А нижеуказанный документ, похоже, дает ответ на вопросы -Знали-Не знали-Готовились-Не готовились....


ДИРЕКТИВА ВОЕННЫМ СОВЕТАМ ПРИГРАНИЧНЫХ ОКРУГОВ О
ПРИВЕДЕНИИ ВОЙСК В ПОЛНУЮ БОЕВУЮ ГОТОВНОСТЬ В СВЯЗИ С
ВОЗМОЖНЫМ НАПАДЕНИЕМ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ
21 июня 1941 г.
Военным советам ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО.
Копия: Народному комиссару Военно-Морского Флота СССР.
1. В течение 22—23.6.41 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО.
Нападение может начаться с провокационных действий.
2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.
Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киев¬ского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников.
3. Приказываю:
а) в течение ночи на 22.6.41 г. скрытно занять огневые точки укреп¬ленных районов на государственной границе;
б) перед рассветом 22.6.41 г. рассредоточить по полевым аэродромам всю авиацию, в том числе и войсковую, тщательно ее замаскировать;
в) все части привести в боевую готовность. Войска держать рассредо¬точение и замаскировано;
г) противовоздушную оборону привести в боевую готовность без дополнительного подъема приписного состава. Подготовить все мероприятия по затемнению городов и объектов;
д.) никаких других мероприятий без особого распоряжения не проводить.
Тимошенко
21.6.41 г. Жуков
(04-10-2005 18:40:16)

 
 
Володя: Ну, Коля, ты и молодец. Читать не успеваешь. Зато интересно. (06-10-2005 00:02:22)

 
 
Сергей воробьев: А мне про Литву понравилось.Еще одно доказательство развития истории по спирали.и смотрю бардак был полный по сравнению даже с нами времен переходного периода. (06-10-2005 02:52:21)

 
 
Николай: С.Воробьеву:
Сережа! Читал Приказ о Ю-52 от15.05.1941?
Оказывается нам что Юнкерс, что Сессна-все по барабану....А в воспаленном мозгу родилась идея найти аналогичный приказ по Сессне и вывесить два приказа рядышком! (07-10-2005 14:21:10)

 
 
Сергей Воробьев: Да я все прочитал.как и говорил все повторяется.наверное по другому быть не может -судьба.... (07-10-2005 17:05:49)

 
 
Николай: Этот материал,найденный С.Воробьевым, по-моему будет интересен для любого, кому небезра