Голосование

????????, ??????????, ????????? ?? ??? ??????? ?????????? ????? ??????? ???????, ??????? ??? ???????, ?????? ??????. ????? ????????????????? ????? ????? ? ????.

ß ÷èòàþ âñå ñîîáùåíèÿ ïî Èñòîðèè ÎØÌÀ.
13 (56.5%)
Èíîãäà çàáåãàþ â òåìó, íî âñ¸ ÷èòàòü íå ïîëó÷àåòñÿ, õîòÿ õî÷åòñÿ.
9 (39.1%)
Ýòî óæå èíòåðåñíî òîëüêî èñòîðèêàì.
1 (4.3%)
Ýòî íå èíòåðåñíî.
0 (0%)

Проголосовало пользователей: 23

Автор Тема: Что мы знаем о "морской авиации" ?  (Прочитано 153503 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #290 : 21.06.2009 02:33 »
Sibor, по Баку Вам небольшие "презенты"!  :)

Согласно приказа Клюпфеля № 2179 от 1.12.1915 по Порту: Капитан 1 ранга Янович с разрешения Морского Министерства назначен в распоряжение Высочайше Учреждённого Комитета по Усилению флота, согласно Справке- отношению Главного Мор.Штаба от 23.11. 1915 г. за № 30 987.

К слову: в послужном у Яновича карандашом в углу на первом листе небрежно приписано: уволен приказом №1249 (когда и кем издан приказ- сведения отсутствуют, скорее всего, это запоздалый приказ по Каспийскому флотскому экипажу задним числом).

Согласно приказа № 968 от 01.09.1916: Назначалась комиссия по осмотру обуви у нижних чинов, которая выясняла её состояние, и которой по результатам осмотра предписывалось истребовать у Кавказского окружного интендантского Управления кожу для подмёток и починки сапог. Заботились, однако, а на новое обмундирование средств уже не хватало. Кстати, позже по Школе попался приказ о выделении отрезов сукна на штаны и выдаче по 25 рублей на их пошив в Ателье.

30.09.1916 года Клюпфель издал приказ о проматывании вещей. Некоторые представители нижних чинов, получая вещевое довольствие, тут же его проматывали и пропивали. Приказом предписывалось их наказывать строжайшим образом! С пьянством боролись, но кажется, с переменным успехом.

Вот приказ № 831 от 31.07.1916 по Порту (дословно):

Несмотря на категорическое моё приказание о запрещении посещений офицерскими чинами вверенной мне флотилии Клуба моряков Торгового флота, ввиду непрерывной серии происходящих там скандалов, я убедился что таковое моё приказание нарушается и некоторые офицеры продолжают бывать в названном клубе, причём сами являются участниками новых недоразумений.

В окончательное пресечение подобного рода провождения времени подтверждаю свой приказ к неуклонному его исполнению всеми чинами порта и флотилии и предваряю что с сего числа каждого нарушившего его буду подвергать наказанию, как неисполнившего приказание в военное время на театре военных действий.


Забегая вперёд: представляю, с каким удовольствием Клюпфель хлопотал о реквизировании этого злачного клуба под казармы для Школы!

24.09.1916 Клюпфель публикует распоряжение о побегах. Оказывается существовал такой приказ Высочайшего Наместника на Кавказе, что чины, убегавшие на фронт, не возвращались принудительно в свои части и не наказывались, а приписывались к тем боевым подразделениям, куда они попадали. Ввиду участившихся случаев побегов и учитывая невозможность убедиться, что сбежавший на самом деле пожелал воевать, а не дезертировал, Приказ этот отменялся. Приказывалось беглецов наказывать и возвращать к месту службы.

В конце февраля- начале марта 1917 года нижних чинов в документах стали называть по отчеству. Из приказа №706 от 29.04.1917: Матроса 1-й ст. канонерской лодки "Карс" Гавриила Ивановича Помазского, ср.сл. 1913г. числить в бегах с 23 апреля сего года. Правда уже в мае опять стали сбиваться на имена.

В книге Приказов с конца февраля появляется много вложений Протоколов заседаний Совета матросских и солдатских депутатов Бакинского порта. Дорвались нижние чины до законотворчества, говорильни было, судя по бумагам, больше, чем дел. Например, одно апрельское заседание было целиком посвящено решению о послании приветствия Керенскому и составления текста телеграммы по случаю возложения им на себя обязанностей Главнокомандующего. В результате написали несколько пламенных строк, а в Протоколе- несколько листов. Кстати, Лейтенант Стогов, тот самый, что учился в ОШМА и весной у Яновича читал лекцию о новинках военной связи, был заместителем Председателя этого Совета.

Впрочем были и толковые решения, например, постановили наказывать служащих за прогулы товарищеским судом. Но как это воплощали на деле, не знаю. Получалось, что раньше решалось коротким Приказом Начальника порта, теперь занимало кучу времени на обсуждение и голосование.

По Школе практически никакой информации в Приказах не сохранилось. Вот только приказ от 15.11.1916 г. за № 1233 гласит, что Прапорщик по морской части Борис Крупеня отчислен от портового судна "Красноводск" в наличие Каспийской отдельной флотской роты с командированием его в Бакинское Отделение Офицерской Школы Морской Авиации. И всё.
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн Sibor

  • Сибор
  • Новичок
  • *
  • Сообщений: 29
  • Докопаться до истины никогда не поздно.
    • Просмотр профиля
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #291 : 21.06.2009 06:58 »
Цитировать
Согласно приказа Клюпфеля № 2179 от 1.12.1915 по Порту: Капитан 1 ранга Янович с разрешения Морского Министерства назначен в распоряжение Высочайше Учреждённого Комитета по Усилению флота, согласно Справке- отношению Главного Мор.Штаба от 23.11. 1915 г. за № 30 987.
Цитировать
С 12.11.1915 года А.А. Янович вновь определен в службу Kапитаном 1-го ранга, и с момента возвращения на службу числился в Каспийской отдельной флотской роте.
Все приведенные  даты - это ноябрь-декабрь 1915 года, а Янович прибыл в Баку 1 октября 1915 года и занялся устройством Школы.

Получается, что он прибыл БЕЗ Приказа о назначении? Когда же он на самом деле вернулся к службе, ведь Янович 10.03.1914 года получил звание Капитан 1-го ранга "с увольнением от службы"?
История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #292 : 21.06.2009 11:33 »
Именно это и получается.

Я начала с того, что наша Школа в самом начале- это, скорее ИДЕЯ, вдохновителем которой был Великий Князь, а реализатором Архангел Морской Авиации Тучков. Мне почему- то сегодня пришло в голову такое ему определение. Идея эта обосновывалась необходимостью подготовки "морских" авиаторов в специальном учебном заведении, способных не только осуществлять взлёты- посадки на водную поверхность, но и умеющих вести наблюдение за объектами на море. Эту идею они воплощали "с колёс" в срочном порядке.

Поначалу отношение к этому со стороны властей было, как к небольшому вспомогательному учебному подразделению военного времени, обеспечивающему ведомственные интересы МорГенШтаба и призванному освободить действующие части от подготовки кадров непосредственно на местах. И хотя уже существовала система обучения, в том числе и нижних чинов (как лётных, так и технических специальностей), но она была не совершенна, объективно недостаточна, и + все учебные объекты к зиме- весне 1915 года находились по сути уже в прифронтовой полосе, т.к. были гидростанциями Балтийского и Чёрного морей. 

Напомню, что даже Дудоров ещё осенью 1914 года искренне считал, что вполне достаточно существовавшей системы подготовки морских авиаторов. Но девятым валом катившаяся волна войны, и успехи авиации на её фронтах, правда в совокупности с неизбежными потерями и так недостаточного личного состава, быстро надиктовала свои условия.

На Чёрном море с подготовкой малочисленных офицеров- гидроавиаторов так или иначе пока справлялась Гидростанция в Александро- Михайловском под Севастополем, а на Балтийском море остро нужна была своя именно учебная база, но не только! На нашу Школу возлагались обязанности по подготовке технических специалистов, нижних чинов для обслуживания парка самолётов, авиационных морских разведчиков- фотографов и связистов, воздушных стрелков, даже специально подготовленных водителей.

Кроме того нашей Школе предстояло быть полигоном для всесторонних испытаний новых видов гидропланов именно строевыми лётчиками, как бы сейчас сказали. Что она и успешно делала, как в Петрограде, так и в Баку.

В полной мере развернуть Школу в Петрограде летом 1915 года не успели, сразу столкнулись с необходимостью её перевода на зиму в "тёплые края". И если Тучков как- то справлялся с задачей руководства Школой в Петрограде с помощью Фриде, то совмещать общее руководство Морской Авиацией в качестве Начальника ОВФ и возглавлять конкретное подразделение да ещё с двумя отделениями, одно из которых было за тысячи километров, он уже не мог.

Встал вопрос о назначении Начальника ОШМА. Причём судя по всему Тучков начал вести переговоры с Яновичем заранее. Я упоминала сохранившееся рукописное письмо, в котором Янович объясняет, почему он не может срочно выехать и принять на себя управление Школой. Письмо от руки и не совсем разборчиво, я его читала в спешке. По всей видимости он не мог выехать в Петроград, чтобы принять как общее руководство, так и организацию подготовки к отправке в Баку. Потому этим продолжал заниматься Тучков. Так что официальное руководство обоими Отделениями временно лежало именно на нём.

В то время, видимо, было не до формальностей. Кроме того, Всё осуществлялось Высочайшими  властями долго и нудно, а Школу в Баку нужно было снаряжать немедленно, вот Янович туда и отправился, как только смог, т.е. к 1 октября 1915 года, и блестяще справился со своей задачей подготовки плацдарма для прибытия техники и личного состава и немедленной организации учебного процесса в Баку.

К первым числам ноября 1915 года Тучкову удалось определиться с официальным руководством новой Школой. Начальником был назначен боевой офицер морской лётчик, успевший повоевать на Балтийском море Лейтенант Краевский, о чём 5 ноября Яновичу пришла телеграмма.

Я не военный специалист и не профессиональный историк авиации и флота, потому, возможно, моё мнение вызовет кривые усмешки со стороны таковых, привыкших руководствоваться Приказами и распоряжениями. Но моя задача выяснить, как это было на самом деле, а не так, как уже было написано, или принято считать. Мы уже обсуждали, к примеру, дату рождения Морской Авиации 17 июля 1916 года, полностью высосанную из пальца и назначенную приказом. И можно отмечать эту дату, но при этом категорически необходимо знать, что Морская Авиация к этому времени не только давно существовала, но и умела воевать и была не слабее морской авиации противника, располагала своими учебными заведениями, а так же производством отечественной техники, которое было пока недостаточно, но бурно и успешно развивалось, чему, увы, мешали политические процессы, приведшие в конце концов к краху. Но в этом нету вины тех Лейтенантов, которые служили Отечеству воистину, а не ради чинов, наград и жалования!



Это вид, снятый с западной части Канонерского острова в сторону Васильевского. Его загораживают стапеля Канонерского судоремонтного завода, которого во времена ОШМА не было. Не было и того здания Морского вокзала в пассажирском порту  на Васильевском, которое мы теперь видим вдалеке посредине снимка, хотя сам коммерческий порт существовал, и в акватории находились паровые и парусные суда, баржи, возможно, и военные корабли. Налево от Канонерского теперь искусственный остров Белый, образующий с Канонеркой Новую Гутуевскую бухту, где теперь в ремонте стоят суда. Ниже на фото западный берег Канонерки к югу, в то время весь поросший деревьями, совершенно не освоенный.

« Крайнее редактирование: 21.06.2009 22:52 от samurai »
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #293 : 21.06.2009 15:44 »


Вид на север с Рижского моста над Екатерингофкой. Слева- Гутуевский остров (за кадром стоящий на берегу Спиртзавод). Где теперь справа корпуса Калинкинского Пивзавода, раньше был островок Подзорный (другое название Лоцманский ) с техническими постройками, который впоследствии слился с материком. Ну представьте небольшие кирпичные здания вместо корпуса на фото. Вдалеке краны Балтийского судостроительного завода на юге Васильевского острова. Почти то же видели в этом ракурсе и наши лётчики тогда. Ниже снимок завода 1913 года.



Завод выпускал военные корабли. Вот на фото 1911 года справа Судостроительный завод, слева Гутуевский остров и Порт, а вдалеке на рейде эскадра парусных кораблей. На переднем плане лодочная флотилия. Вид из устья Невы в сторону далёкого Кронштадта.

Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #294 : 21.06.2009 17:06 »


Государственный строй России был Абсолютная Монархия, и члены Августейшей семьи иногда участвовали в процессе руководства Страной "словом", а не формальным приказом. Великий Князь Александр Михайлович, попечитель флота поклонник Авиации, потворник всем новшествам до этого касавшимся, всячески лично способствовал развитию этих родов войск. Потому его покровительства и фактически устных распоряжений (в феврале 1915) было достаточно для начала процесса образования в будущем одного из крупнейших военных Училищ Страны.

Задумалась о вертикали власти, касательно ОШМА. Отдел Воздушного флота, которым тогда заведовал Старший Лейтенант Тучков, был структурой при Высочайше Учреждённом Особом Комитете по Усилению Военного флота на добровольные пожертвования, а руководил Комитетом Высочайше назначенный представитель Монаршей семьи Великий Князь Его Императорское Высочество, четвёртый сын великого князя Михаила Николаевича и Ольги Фёдоровны, внук Николая I Александр Михайлович Романов, женатый к тому же на родной сестре Николая II, Ксении Александровне.

Не вполне ясно, по чьей инициативе начались действия по организации Школы: ходатайствовал ли перед Великим Князем МорГенШтаб и лично Морской Министр Григорович (сохранилось письмо от 18 мая 1915 года от Григоровича Романову с ходатайством об открытии Школы, хотя некоторые действия начались ещё ранее), сам ли решил Великий Князь, или Школа задумывалась совместно?! Но реализация этого плана была насущной необходимостью.

Комитет по сути был благотворительной организацией, призваной собирать частные деньги на развитие флота. Разумеется, "благотворители" были далеко не всегда одержимы идеей бескорыстной помощи Стране, а лоббировали свои частные интересы, выбивая квоты на поставки продукции для военного ведомства и пр., пользуясь связями Великого Князя и доверием, причём, как говорят, часто обманывали его.

С другой стороны Великий Князь был Вице- Адмиралом, причём не формальным, а боевым, участвовал в Русско- Японской и Первой Мировой войне, непосредственно руководил кораблями, военно- морскими частями, т.е. был представителем военно- морского руководства России. Соответственно, он не только мог сосредоточивать на счетах Комитета значительные средства, но и обладал личным авторитетом и связями военного специалиста высшего уровня.

В то же время машина военного и вообще руководства в Стране была чрезвычайно неповоротлива. Любые проекты проходили несколько стадий рассмотрений и обсуждений, как мы это увидим позднее, прежде чем утверждались и скреплялись Монаршей подписью в случае одобрения. Причём даже это совершенно не гарантировало быстрого и качественного исполнения Приказов. Верховное военно- морское руководство в тот момент вообще было двойственно. С одной стороны Главный Морской Штаб при Ставке (т.е. при Императоре, про то, каким он был Главнокомандующим, помолчим), решавший финансовые, кадровые и организационные вопросы, в которых сталкивались далеко не только государственные, но и часто личные интересы чиновников, с другой стороны Морской Генеральный Штаб во главе с Морским Министром, решавший насущные военные задачи.

И хотя Морской Министр имел право личного доклада Императору, но всё же при инициативе организации военно- учебного заведения другим путём, Григорович был бы вынужден пройти все предусмотренные процедуры. Собственно поэтому он обратился к Александру Михайловичу, который и сам был заинтересован и быстро нашёл деньги и мобилизовал другие средства для организации Школы, тем более, что подобный опыт уже имел. Правда Особый Комитет в таких случаях подавал в Военное Ведомство расчёты своих расходов и, предполагалось, что по мере возможности эти расходы из казны со времнем компенсируются. Но Школа нужна была "сейчас".

В то же время при Морском Ведомстве давно существовал Воздухоплавательный отдел, который ведал частями аэростатов, дирижаблей, шаров- зондов, воздушных змеев и прочих летающих объектов, используемых в военном деле, в том числе и авиацией. Интересно, что в декабре 1915 года за Начальника этого отдела расписывался Лейтенант Миклашевский. А до того за исполняющиго обязанности Начальника расписывался и Тучков. Поскольку я, повторюсь, не профессиональный военный историк, мне позволительно спросить помощи у сведующих специалистов: Так кто же официально руководил Воздухоплавательным отделением при МорГенШтабе в момент образования Школы? Потому что получается, что обе должности, и Начальнико ОВФ при Особом Комитете и Начальника Воздухоплавательного отделения при МГШ в то время совмещал Тучков.   

Таким образом получается, что организационно ОШМА подчинялась ОВФ при Комитете, откуда получала и средства, а Комитет уже на своём уровне решал финансовые вопросы с военным ведомством. Но поскольку Школа была организована в Интересах Морского Ведомства и непосредственно МорГенШтаба, то за свою основную деятельность отчитывалась перед ним.
« Крайнее редактирование: 21.06.2009 22:57 от samurai »
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #295 : 22.06.2009 01:28 »
Есть у меня несколько документов, которые то ли свет проливают, то ли путают ещё больше?!

Вот, например, бумажка от 13 сентября от Начальника ОШМА Тучкова Начальнику Воздухоплавательного Отделения МГШ: "Прошу распоряжений Вашего Высокоблагородия..."-

Сам себе писал?!  :o

А 16 сентября 1915 года уже МГШ обращается в Отдел Воздушного флота /при Комитете/ за подписью помощника Министра и начальника МГШ Вице- Адмирала /от руки/ Русина, и (внимание!) Начальника Отделения Капитана 2- го ранга Н.Игнатьева, напечатано, зачёркнуто, и написано /от руки/ и.д. /исполняющего дела/ Ст.Лейтенант Тучков. Письмом Русин просит организовать Отделение ОШМА в Баку.

Получается, что Тучков опять пишет сам себе? За начальника какого отделения он расписывается?! За Начальника будущего Бакинского отделения? Фантасмагория. А может, за Начальника Организационно- тактического отделения при МГШ?.. Вместо этого Н.Игнатьева 2- го?!

Далее 8 октября телеграмма в Ген Мор Старлейту Тучкову...

А вот опять 16 октября Начальник ОШМА Тучков пишет Начальнику Воздухоплавательного отделения в МорГенШтаб "Вашему Высокоблагородию..."

От 7 декабря "За Начальника Воздухоплавательного отделения..." от МГШ в другой бумажке уже подписывается Миклашевский.

Вот такая вот загогулина! :D :D :D :D :D
При этом я перечитала кучу всяких статей по Истории МА, Тучкова упоминают, и как Начальника Воздухоплавательного отделения при Ген Море, и как Начальника Отдела Воздушного флота при Ген Море (хотя этот отдел был при Комитете), короче говоря, ну вы поняли...  :> ;D ;D ;D

Вот у меня чёткая и конкретная просьба к Sibor, ДМЛ и Правдолюбу:
1. Кем официально в это время служил Тучков при Штабе, к которому он был прикомандирован ещё в 1913 году?
2. Чем в то время занимался Капитан 2-го ранга Н.Игнатьев 2-й?! Вдруг это была одна из кандидатур на место Начальника Бакинского отделения?
3. Кто летом- осенью 1915 года занимал должность Начальника Организационно- тактического отделения?!
Только с указанием Приказов, а не из чьих- то книжек. 
:> ;D

В самом деле от этих писем Тучкова, якобы, самому себе крыша может и отъехать!  :'( :'( :'(

Если Начальником Воздухоплавательного отела был кто- то другой, а Тучков был Начальником Организационно- тактического отделения, при таком раскладе было бы логично, что впоследствии Тучков возглавлял Учебно- Строевой отдел в Управлении Авиации и Воздухоплавания при Морском министерстве. А Помощником у него, кстати, был Миклашевский. Эта бумажка, от 17 декабря 1917 года (попала под руку).

Есть у меня и ещё один любопытный документик от 10 апреля 1916 года из Комитета в Воздухоплавательное отделение при МГШ: Ввиду прекращения деятельности на лето Отделения Офицерской Школы Морской Авиации в г.Баку... выдать за счёт расходуемых на содержание Школы сумм Начальнику означенного Отделения Капитану 1-го ранга Яновичу содержание за время с 1 ноября 1915 года по 1 мая с.г. из расчёта 6000 руб. в год с зачётом в означенную сумму получаемого Капитаном 1-го ранга Яновичем содержания по чину капитана 1-го ранга по Каспийскому положению... Содержание было из рассчёта 2024 руб. в год. Т.е. предлагалось доплатить Яновичу 3976 руб. из сумм, выделяемых Особым Комитетом на содержание ОШМА.

Так что до выяснения оставим вопрос открытым о том, кем же был Тучков при МГШ.

Однако, как Начальнику Отдела Воздушного флота ему самого себя не обязательно было формально назначать Начальником ОШМА. Руководитель Особого Комитета (Великий Князь) вверил ему эту Школу на организационном этапе, а был ли это Приказ или поручение, не ясно. Далее Тучков подыскал Начальника (Краевского), которого "законно" назначил, скорее всего, Приказом по уже организованной Школе, как это делалось впоследствии. Полагаю, что штатное расписание и вообще формировалось на ходу и на организационной стадии существовало только в общих чертах, судя по сохранившимя документам, о которых я упоминала в самом начале.

Янович же отправился в Баку в качестве "руки" Тучкова, а впоследствии Краевского и руководил от их имени. Поначалу всем было не до формальностей. А когда всё устаканилось, бюрократическая машина "провернула жернова" и определила его в Каспийскую отдельную флотскую роту, чтобы официально  числился во флоте и получал какое- никакое жалование. А Клюпфель его отписал в распоряжение Особого Комитета, т.к. по бумажкам у него числился Капитан 1-го ранга, который непосредственно во флоте ничем не занимался и фактически не ему подчинялся. Жалование Янович так и получал до середины июня 1916 года как офицер Каспийской флотилии вплоть до второго выхода в отставку. А за Школу ему просто доплатили специальным распоряжением "свыше", как мы могли убедиться. Был ли приказ по Школе о его назначении Начальником Бакинского Отделения? Возможно, но я его не видела. Не исключено, что Приказ привезли с первым эшелоном (11.11.1915 года), после чего Клюпфель и зачислил Яновича к себе.

Вот такая вот петрушка!  %6
« Крайнее редактирование: 25.06.2009 21:04 от samurai »
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #296 : 24.06.2009 00:36 »
Фонд 1160
Опись 1
Дело 8
Дело 9
Приказы Директора Маяков и лоций Каспийского моря и командира Бакинского порта

За 1916 и 1917 годы.

Вот интересные сведения о снабжении Армии, попавшиеся по ходу, ну и свидетельства беспримерной волокиты в деятельности военных чиновников!

Приказ №919 от 19.08.1916 года

Клюпфель доводит до сведения своих подчинённых нормы снабжения Армии продуктовым довольствием, определённые Приказом № 61 Начальника Штаба Верховного Главнокомандующего от 16.01.1916 г. которые он только что (!!!) получил из Ставки. Не прошло и 8 месяцев!

Суточные продовольственные и фуражные дачи не подлежащие изменению... в следующем размере:
муки 1 фунт 85 зол./отников/,
крупы 24 зол.
рису или макарон, перловой крупы, гороху, чечевицы и т.п. 8 зол.
сушёных овощей 4 золотника, или квашеной капусты 60 зол., или сырых овощей 60 зол.
сахару 15 зол.
чаю 3/4 зол.
перцу 1/6 зол.
жиров (масла, или сала, или заменяющих их продуктов) 10 зол.
мяса: в войсковых районах 3/4 фунта, в тыловых 1\2 фунта при двух постных днях в неделю

для войск тыловых районов овса или ячменя 15 фунтов
сена или соломы 10 фунтов
для упряжных лошадей мортирных, гаубичных, тяжёлых, осадных и крепостных подвижных дивизионов и батарей фуражная дача может быть увеличена в случае надобности с разрешения Главнокомандующего Армиями фронта: овса или ячменя до 20 фунтов, сена или соломы до 15 фунтов...

дать широкое применение, где это окажется возможным довольствие войск рыбою.

Применить 20.01.1916 г.


Для справки:
В 1890-х Д. И. Менделеевым был изготовлен платиново-иридиевый эталон русского фунта. Положением о мерах и весах 1899 года новый эталон русского фунта был узаконен и выражен в метрической системе мер: 1 русский фунт = 0,40951241 кг и равен 96 золотникам или 1/40 пуда.
1 пуд = 16,380496 кг
1 золотник- 4,26575417 г

Приказ № 998 от 7 сентября

Приказом № 446 от 7.04.1916 г. нормы даже увеличиваются:

муки 2 фунта 25,5 зол. и хлеба 3 фунта (из них 0,9 фунта пшеничной муки или сухарей 2 фунта
крупы 24 золотника
рису, гороху, фасоли, чечевицы или крупы разного рода 20 зол.
соли 11 зол.
сушёных овощей 4 золотника и свежих овощей 60 зол. или квашеной капусты 60 зол.,
перцу 1/6 зол.
жиров 10 зол.
мяса: в войсковых и тыловых р-нах полфунта при двух постных днях в неделю для тыловых р-нах
чаю 3 зол.
сахару 18 зол.
табаку 4 зол.
мыла для войсковых и тыловых р-нов 0,5 фунта в месяц

Мясные консервы выдавать только передовым частям и лишь в исключительных случаях в размере порция (банка) консервов вместо полфунта мяса.


чаю 3/4 зол.
жиров (масла, или сала, или заменяющих их продуктов) 10 зол.
мяса: в войсковых районах 3/4 фунта, в тыловых 1\2 фунта при двух постных днях в неделю

Применить 20.04.1916 г.


Согласно Приказу №1282 по Порту ввиду дефицита сахара в Стране норма "сахарного" довольствия уменьшается до 12 золотников в сутки, т.е. чуть больше 50 грамм, остальное предписывается выдавать деньгами, исходя из закупочной цены 7 руб. 12 коп. за пуд, раз в две недели. Учитывая дефицит этого продукта, приходится сомневаться, что достать сахару по приемлемой цене было возможно. Впрочем зато хлеба и круп было более, чем достаточно.

Приказом № 1119 от 12.10.1916 г., согласно распоряжению от 20.04.1916 г. назначалась закупочная цена за муку пшеничную 2 руб. 93 коп. и за рис 7 руб. 60 коп. за пуд.

Ну и к сведению: 9.05.1917 года Приказом по Порту доводятся до сведения закупочные цены, действующие с 7.01.1917 г., которые до Руководства Бакинского Порта в свою очередь довёл Приказом от 21.04.1917 г. за № 172 Главнокомандующий войсками Кавказского фронта.

За пуд

пшеница- 3 руб. 15 коп.
мука пшен.- 3 руб. 82 коп.
крупа греч.- 6 руб. 90 коп.
         пшённая- 5 руб. 09 коп.
Сало свиное- 25 руб. 20 коп.
фруктовая кислота или экстакт из диких слив- 20 руб.
картофель- 2 руб.
капуста свежая- 4 руб.
            квашеная- 4 руб. 89 коп.
соль в кусках- 85 коп.
          толчёная- 1 руб. 13 коп.
горох или чечевица- 6 руб. 90 коп.
рис 2-го сорта- 12 руб. 29 коп.
Печёный хлеб- 3 руб. 85 коп.
Мясо 2 сорта- 18 руб. 40 коп.
Рыба 9 руб. 20 коп.
Масло коровье- 69 руб.
          постное- 23 руб.
пюре толматное- 18 руб.
чеснок- 7 руб. 48 коп.
мыло 14 руб. 55 коп.
сахар- 10 руб. 50 коп.
чай (за фунт)- 2 руб. 53 коп.
Перец- 1 руб. 50 коп.
Ведро уксуса с косухой- 4 руб. 80 коп.
макароны 2- го сорта- 11 руб. 50 коп.


Надо полагать, это крупно оптовые цены.

Нормы, при абсурдности сроков их доведения до действующей Армии, всё же рассчитывались исходя из объективного наличия соответствующих продуктов в Стране. Однако, на деле ещё в начале 1916 года начались очень серьёзные перебои с поставками даже в Петербург. В итоге снабжение Армии было большой проблемой. В уже цитируемом письме Яновича он ставит в величайшую заслугу  Прапорщику Быкову именно деятельность по снабжению Школы продуктами и снаряжением. ОШМА при этом руководствовалась теми же ценами и нормами, как и остальные части армии и флота.
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #297 : 25.06.2009 22:08 »
Кое- что о войне, политике и Авиации из воспоминаний Великого Князя.
http://militera.lib.ru/memo/russian/a-m/17.html

...Я приехал в Люблин, штаб-квартиру IV армии, как раз в те дни, когда главные силы австрийцев вели наступление против нас, чтобы прорвать наш фронт и отрезать северный фронт от южного. IV армия с трудом удерживала свои позиции в надежде на ожидавшуюся помощь со стороны армии генерала Брусилова, которая заходила в тыл австро-германцев...

На шестой день моего пребывания в штабе четвертой армии, барон Зальца просил меня отправиться в Ставку и доложить Великому Князю Николаю Николаевичу о том, что мы испытывали сильную нужду в подкреплениях, и объяснить ему серьезное положение IV армии. Австрийцы значительно превосходили нас в численности и, несмотря на сильные потери, продолжали свои атаки... Война началась всего десять дней тому назад, но все уже свыклись с ее беспощадной обстановкой...

Я отправился в Ставку, которая была в Барановичах, на скрещении четырех железнодорожных линий... Николай Николаевич принял меня с своим обычным невозмутимым видом, выслушал мой доклад и пригласил к завтраку, во время которого предложил мне новый пост командующего авиацией Южного фронта, причем добавил, что подобное же назначение на северном фронте получил генерал Каульбарс, много работавший со мною по делу создания нашего воздушного флота. Я указал главнокомандующему, что необходима не только связь между командующими авиацией двух фронтов, но и их субординация, на что Великий Князь Николай Николаевич согласился и подчинил мне генерала Каульбарса...

Дело авиации я знал, но во время войны его приходилось ставить совершенно заново и с большой поспешностью. Работа была напряженная. Дело авиации еще было мало знакомо даже военным специалистам. Надо было создавать подготовительные школы, кадры летчиков и наблюдателей...

В течение августа месяца 1914 года я не раз поминал недобрым словом нашего военного министра, генерала Сухомлинова с его статьей «Мы — готовы», написанной два года тому назад. В штабе юго-западной армии я встретил моего брата Николая Михайловича, человека, которого я не должен был видеть, если бы я хотел сохранить хотя бы каплю оптимизма... С горечью отзывался он о нашем командном составе. Он говорил откровенно до цинизма и из десяти случаев в девяти был прав. Он указал мне, что наши страшные потери лишили нас нашей первоочередной армии и поставили в трагическую необходимость возложить наши последние надежды на плохо обученных ополченцев... Боги войны, вероятно, подслушали прорицания моего брата. Наши наиболее боеспособные части и недостаточный запас снабжения были целиком израсходованы в легкомысленном наступлении 1914—1915 г. г., девизом которого было: «Спасай союзников!»

За неделю до нашего поражения, мои летчики приносили донесения, предупреждавшие Ставку о сосредоточении германо-австрийской артиллерии и войсковых масс на противоположном берегу Дуная. Каждый юный поручик понял бы, что чем раньше мы начнем наш отход, тем менее будут наши потери... Ранняя осень 1915 года застала нашу армию на много сотен верст к востоку от позиций, которые она занимала весною...

Принятие на себя Государем должности Верховного Главнокомандующего вызвало во мне двоякую реакцию. Хотя и можно было сомневаться в полезности его длительного отсутствия из столицы для нашей внутренней политики, все же принятие им на себя этого ответственного поста было в отношении армии совершенно правильным. Никто, кроме самого Государя, не мог бы лучше вдохновить нашу армию на новые подвиги и очистить Ставку от облепивших ее бездарных генералов и политиков. Вновь назначенный начальником штаба Верховного Главнокомандующего генерал Алексеев произвел на меня впечатление человека осторожного, понимающего наши слабые стороны.

Он был хорошим стратегом. Это был, конечно, не Наполеон и даже не Лудендорф, но опытный генерал, который понимал, что в современной войне не может быть «гениальных командиров» за исключением тех, которые беседуют с военными корреспондентами или же пишут заблаговременно мемуары. Сочетание Государя и генерала Алексеевa было бы безупречным, если бы Никки не спускал взгляда с петербургских интриганов, а Алексеев торжественно поклялся бы не вмешиваться в политику.

К сожалению, однако, произошло как раз обратное. Государь оставался вдали от Царского Села на слишком продолжительные сроки, а, тем временем сторонники Распутина приобретали все большее влияние.

Генерал же Алексеев связал себя заговорами с врагами существовавшего строя, которые скрывались под видом представителей Земгора, Красного Креста и военно-промышленных комитетов. Восторги первых месяцев войны русской интеллигенции сменились обычной ненавистью к монархическому строю. Это произошло одновременно с нашим поражением 1915 года... 

...Я боролся с Никки из-за Распутина еще задолго до войны... Я был абсолютно бессилен чем-нибудь помочь и с отчаянием это сознавал. Я должен был забыть решительно все, что не входило в круг моих обязанностей главнокомандующего русскими военно-воздушными силами...

Наступил 1916 год. Я перенес мой штаб в Киеве я готовился оказывать содействие главнокомандующему нашим юго-западным фронтом генералу Брусилову в его проектировавшимся наступлении против австрийцев... С наступлением лета 1916 года, бодрый дух, царивший на нашем теперь хорошо снабженным всем необходимым фронте, был разительным контрастом с настроениями тыла. Армия мечтала о победе над врагом и усматривала осуществление своих стремлений в молниеносном наступлении армий генерала Брусилова. Политиканы же мечтали о революции и смотрели с неудовольствием на постоянные успехи наших войск. Мне приходилось по моей должности сравнительно часто бывать в Петербурге. И я каждый раз возвращался на фронт с подорванными моральными силами и отравленным слухами умом.

Можно было с уверенностью сказать, что в нашем тылу произойдет восстание именно в тот момент, когда армия будет готова нанести врагу решительный удар. Я испытывал страшное раздражение. Я горел желанием отправиться в Ставку и заставить Государя тем или иным способом встряхнуться. Если Государь сам не мог восстановить порядка в тылу, он должен был поручить это какому-нибудь надежному человеку с диктаторскими полномочиями. И я ездил в Ставку. Был там даже пять раз.

И с каждым разом Никки казался мне все более и более озабоченным и все меньше и меньше слушал моих советов да и вообще кого-либо другого. Восторг по поводу успехов Брусилова мало помалу потухал, а взамен на фронт приходили из столицы все более неутешительные вести.

Верховный Главнокомандующий пятнадцатимиллионной армией сидел бледный и молчаливый в своей Ставке, переведенной ранней осенью в Могилев. Докладывая Государю об успехах нашей авиации и наших возможностях бороться с налетами немцев, я замечал, что он только и думал о том, когда же я наконец окончу мою речь и оставлю его в покое, наедине со своими думами. Когда я переменил тему разговора и затронул политическую жизнь в С. Петербурге, в его глазах появились недоверие и холодность. Этого выражения, за всю нашу сорокалетнюю дружбу, я еще у него никогда не видел...

...я отправился к моему брату Великому Князю Сергею Михайловичу, бывшему генерал-инспектором артиллерии и имел с ним беседу. По сравнению с Сергеем Михайловичем, брат мой — Николай Михайлович был прямо оптимистом! Последний по крайней мере находил средства к борьбе в виде необходимых реформ. Настроение Сергея было прямо безнадежным. Живя в непосредственной близости от Государя, Сергей видел, как приближается катастрофа:

— Возвращайся к своей работе и моли Бога, чтобы у нас не произошло революции еще в течение года. Армия находится в прекрасном состоянии. Артиллерия, снабжение, технические войска — все готово для решительного наступления весною 1917 года. На этот раз мы разобьем немцев и австрийцев, конечно, если тыл не свяжет свободу наших действий. Немцы могут быть спасены только в том случае, если спровоцируют у нас революцию в тылу. Они это прекрасно знают и стремятся добиться этого, во что бы то ни стало. Если Государь будет поступать и впредь так, как он делал до сих пор, то мы не сможем долго противостоять революции...

...Мое шестидневное пребывание, в Петрограде не оставило во мне ни капли сомнения, что начала революции следовало ожидать никак не позже весны. Самое печальное было то, что я узнал, как поощрял заговорщиков британский посол при Императорском дворе сэр Джордж Бьюкенен. Он вообразил себе, что этим своим поведением он лучше всего защитит интересы союзников, и что грядущее либеральной русское правительство поведет Россию от победы к победе.

Он понял свою ошибку уже 24 часа после торжества революции и, несколько лет спустя, написал об этом в своем полном благородства «post mortem». Император Александр III выбросил бы такого дипломата за пределы России, даже не возвратив ему его верительных грамот, но Николай II терпел все...

...в начале февраля 1917 года... Хлебные хвосты в Петрограде становились все длиннее и длиннее, хотя пшеница и рожь гнили вдоль всего великого Сибирского пути и в юго-западном крае. Гарнизон столицы, состоявший из новобранцев и запасных, конечно, был слишком ненадежной опорой в случае серьезных беспорядков... Как бы мне хотелось позабыть этот проклятый февраль 1917 года!..

Я ушел с головою в работу и боле уже не обращал ни на что внимания. Если о нашей боеспособности можно было судить по развитию наших воздушных сил, то дела наши на фронте обстояли блестяще. Сотни самолетов, управляемых искусными офицерами-летчиками и вооруженные пулеметами новейшего образца, ожидали только приказа, чтобы вылететь в бой. Летая над фронтом, они видели за фронтом противника признаки отступления, и они искренно желали, чтобы Верховный Главнокомандующий одержал бы наконец победу «в собственной столице».

Это были, прекрасные молодые люди, образованные, преданные своему делу и горячие патриоты. Два с половиной года тому назад я начал свою работу в салон-вагоне, в котором помещалась и моя канцелярия, и наши боевые силы. Теперь — целый ряд авиационных школ работал полным ходом, и три новых авиационных завода ежедневно вырабатывали самолеты в дополнение к тем, которые, нами беспрерывно получались из Англии и Франции...

...Мой адъютант разбудил меня на рассвете. Он подал мне печатный лист. Это был манифест Государя об отречении... Я сидел в постели и перечитывал этот документ. Вероятно, Никки потерял рассудок... у меня не было никаких сомнений в том, что гражданская война в России неизбежна, и что развал нашей армии является вопросом ближайшего будущего. Между тем, сутки борьбы в предместьях столицы — и от всего этого «жуткого сна» не осталось бы и следа...

...Я предпочел бы быть заживо сожженным, чем пережить снова этот завтрак! /Последняя встреча с Николаем сразу после отречения- прим./ После завтрака я видел моего брата Сергея, который читал первый приказ Временного Правительства, Солдаты всех родов оружия приглашались новыми правителями сформировать комитеты или советы и избрать на командные должности угодных им офицеров. Этот же знаменитый «Приказ №1» объявлял об уничтожении военной дисциплины, об отмене отдания чести и пр.

— Это же конец русской армии! — сказал Сергей.

— Сам Гинденбург не мог бы внести никаких дополнений в этот приказ. Гарнизон Выборга уже перерезал своих офицеров. Остальные не замедлят последовать этому примеру.

...Поезд Никки свистит и медленно трогается. Он стоит в широком зеркальном окне своего вагона. Он улыбается и машет рукой. Его лицо бесконечно грустно. Он одет в простую блузу защитного цвета с орденом Св. Георгия на груди. Вдовствующая Императрица, когда поезд Царя скрылся из вида, уже не сдерживает больше своих рыданий. Входит мой брат Сергей. Через десять минут он тоже едет в Петроград. «Желаю тебе счастья, Сергей». «Прощай, Сандро». Мы оба сознаем, что нам уже не суждено более встретиться. Наш поезд начинает медленно двигаться. Вернувшись в мое купе и снимая пальто, я замечаю отсутствие императорских вензелей, которые я в течение тридцати лет носил на погонах. Я вспоминаю, что Временное Правительство издало по этому поводу какой-то приказ...
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн samurai

  • Moderator
  • Старейшина форума
  • ******
  • Сообщений: 7060
  • Пол: Женский
  • достоинство и честь
    • ICQ клиент - 491453364
    • Просмотр профиля
    • SAMURAI
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #298 : 25.06.2009 23:28 »
...Я лично хотел остаться в Киеве, чтобы быть поближе к фронту. В моей душе не было чувства горечи к русскому народу. Я любил родину, я рассчитывал принести ей пользу, будучи на фронте. Я пожертвовал десятью годами моей жизни для создания и развития нашей военной авиации, и мысль о прекращении привычной деятельности была для меня нестерпима...

...К ранней осени процесс революционного разложения достиг своего апогея. Дивизии, бригады в полки перестали существовать, и толпы грабителей, убийц и дезертиров наводнили тыл... Мы ожидали ежедневно падения Временного Правительства... Но наступил день, когда наш комиссар не явился. Это могло иметь только одно объяснение. Мы должны были готовиться к встрече с новыми правителями России. В полдень у ворот нашего имения остановился запыленный автомобиль, из которого вылез вооруженный до зубов гигант в форме матроса. После короткого разговора при входе, он вошел ко мне без доклада.

— Я получил приказ Советского правительства, — заявил он: — взять в свои руки управление всем этим районом.- Я попросил его сесть.

— Я знаю вас, — продолжал он: — вы — бывший Великий Князь Александр Михайлович. Неужели вы не помните меня? Я служил в 1916 году в вашей авиационной школе.

Под моим начальством служило две тысячи авиаторов, и, конечно, я не мог вспомнить его лицо. Но это облегчало установление отношений с нашим новым тюремщиком... Он объяснил, что «по стратегическим соображениям», мы должны будем переехать в соседнее имение «Дюльбер», принадлежавшее моему двоюродному брату, Великому Князю Петру Николаевичу. Он усмехнулся.

— Нет, дело обстоит гораздо хуже, чем вы думаете. Ялтинские товарищи настаивают на вашем немедленном расстреле, но Севастопольский совет велел мне защищать вас до получения особого приказа от товарища Ленина. Я не сомневаюсь, что Ялтинский совет попробует захватить вас силой, и поэтому приходится ожидать нападения из Ялты. «Дюльбер», с его стенами, легче защищать, чем Ай-Тодор. Здесь, местность открыта со всех сторон...

События последующих пяти месяцев подтвердили справедливость опасений новых тюремщиков. Через каждую неделю Ялтинский совет посылал своих представителей в Дюльбер, чтобы вести переговоры с нашими неожиданными защитниками.

Тяжелые подводы, нагруженные солдатами и пулеметами, останавливались у стен Дюльбера. Прибывшие требовали, чтобы к ним вышел комиссар Севастопольского совета товарищ Задорожный. Товарищ Задорожный, здоровенный парень двух метров росту, приближался к воротам и расспрашивал новоприбывших о целях их визита...

— Покажите мне ордер товарища Ленина, и я выдам вам заключенных. И не говорите мне ничего о рабочем классе. Я старый большевик. Я принадлежал к партии еще в то время, когда вы сидели в тюрьме за кражу.

— Товарищ Задорожный, вы об этом пожалеете!

— Убирайтесь к черту!..

Великий Князь Николай Николаевич не мог понять, почему я вступал с Задорожным в бесконечные разговоры.

— Ты, кажется, — говорил мне Николай Николаевич, — думаешь что можешь переменить взгляды этого человека. Достаточно одного слова его начальства, чтобы он пристрелил тебя и нас всех с превеликим удовольствием.

Это я и сам прекрасно понимал, но, должен был сознаться, что в грубости матер нашего тюремщика, в его фанатической вере в революцию было что-то притягательное. Во всяком случае, я предпочитал эту грубую прямоту двуличию комиссара Временного Правительства...

...Согласно условиям перемирия, немцы должны были эвакуировать Крымский полуостров, а также все остальные части Российской Империи, занятые ими весною 1918 года. В Севастополь прибыл британский военный флот, и его командующей адмирал Кэльторп сообщил нам о предложении Короля Английского дать в наше распоряжение пароход для отъезда в Англию... Странно было видеть Севастопольский рейд, пестревший американскими, английскими, французскими и итальянскими флагами. Я напрасно искал среди этой массы флагов русский флаг или же русское военное судно... Когда я обернулся к открытому морю, то я увидел Ай-Тодорский маяк. Он был построен на земле, которую мои родители и я возделывали в течение последних сорока пяти лет...

...странно было сознавать, что, мечтая 50 лет своей жизни об освобождении от стеснительных пут, которые на меня налагало звание Великого Князя, я получил, наконец, желанную свободу на английском корабле...

http://militera.lib.ru/memo/russian/a-m/19.html
... Все это происходило в расстоянии многих тысяч верст от Парижа, где я в пятьдесят два года стал эмигрантом, человеком без родины, «б. Великим Князем». /О том, что думал В.К.А.М. об участии союзников в послереволюционных событиях в России- прим./

...Моя врожденная непоседливость, соединенная с неугасимым стремлением к духовному улучшению, удерживали меня вдали от Парижа, где царила атмосфера бесполезных сожалений и вечных вздохов. Когда я нахожусь в Европе, я всегда испытываю чувство, как будто гуляю по красивым аллеям кладбища, в котором каждый камень напоминает мне о том, что цивилизация покончила самоубийством в августе 1914 года...

Я ни о чем не жалею и не падаю духом. Мои внуки — у меня их четверо — вероятно, достигнуть чего-нибудь лучшего. Я не считаю современной эпохи ни цивилизованною, ни христианскою. Когда я читаю о миллионах людей, умирающих от голода в Европе, Америке и Азии в то время, как в складах гниет несметное количество хлеба, кофе и др. продуктов, я признаю необходимость радикальных изменений в условиях нашей жизни. Судьба трех монархий поколебала мою веру в незыблемость политических устоев. Тринадцать лет коммунистического опыта над несчастной Россией убили все мои иллюзии относительно человеческого идеализма. От людей, находящихся в духовном рабстве, и нельзя ожидать ничего иного.

Официальное христианство, обнаружившее свою несостоятельность в 1914 году, прилагает все усилия к тому, чтобы превратить нас в рабов Божьих, приводя нас таким образом к фатализму, который несет страшную ответственность за трагически конец России и ее династии...

Официальное христианство, обнаружившее свою несостоятельность в 1914 году, прилагает все усилия к тому, чтобы превратить нас в рабов Божьих, приводя нас таким образом к фатализму, который несет страшную ответственность за трагически конец России и ее династии.

Религия Любви, основанная на законе Любви, должна заменить все вероисповедания и превратить сегодняшних «рабов Божьих» в Его активных сотрудников. Если наши страдания нас ничему не научили, то тогда жертва Христа была бесполезна, и тогда действительно прав тот, кто утверждает, что последний христианин был распят тысячу девятьсот лет тому назад.

Горько сознавать, что церковь сегодняшнего дня далеко отошла от Христа; но это так. Недостающего звена она создать не может, ибо закону любви она не следует; все налицо: догматы, таинства, обряды, тысячи молитв, за которыми скрывается ее духовное бессилие, но нет любви.

Кого и что мы должны любить?

Силу Высшую — Бога, не словами, не низкопоклонством и рабским пресмыканием, а мыслями и делами любви ко всем одинаково, и к близким и к дальним, и к друзьям и к врагам, и ко всем творениям.

Любить мы должны весь мир, ибо мы составляем его нераздельную частицу, сознавая в то же время, что мы произошли от Высшей Силы и к ней вернемся только тогда, когда мы станем самостоятельной, самосознательной, сильной духом личностью. Вне мыслей и для любви не может существовать любви к Силе Высшей — Богу; этой Силе мы нужны постольку, поскольку мы, исполняя законы мировые, не тревожим гармонии мира.

Любить мы должны все чистое, красивое, природу и все проявления ее, любить мы должны жизнь земную, ибо она есть одна из ступеней жизни вечной, проведя которую в правде, чистоте и любви, мы получим возможность подняться на ступень выше. Я понимаю, что трудно любить жизнь тем, для которых она проходит в постоянной тяжелой работе, в постоянных заботах о прокормлении своих семей. Но ведь если сравнить нашу жизнь с жизнью наших сестер и братьев, оставшихся в России, то, право, лучше, быть свободным бедняком, чем бедняком-рабом...

Скажите себе: «Я дух вечный, свободный, от Бога исшедший и к Богу идущий: я имею в себе все для того, чтобы с Богом быть в вечном общении, и это все заключается в слове «любить» — слово, которое действительно выражает основной, положительный закон Mиpa.

Любить мы должны Россию и народ русский... Раз навсегда мы должны ясно понять, что новой России мы ничего не можем дать, кроме любви...
« Крайнее редактирование: 28.06.2009 01:13 от samurai »
Если ты слышишь колокол, не спрашивай, по ком он звонит. Он звонит по тебе...

Оффлайн Сергей

  • Запылился на полке парадный мундир точит моль золотые погоны
  • Старейшина форума
  • *****
  • Сообщений: 1148
  • Пол: Мужской
    • Просмотр профиля
    • E-mail
Re: Что мы знаем о "морской авиации" ?
« Ответ #299 : 26.06.2009 07:36 »
Любить мы должны Россию и народ русский... Раз навсегда мы должны ясно понять, что новой России мы ничего не можем дать, кроме любви...

Галя замечательно!!!

 

Сайт выпускников ЕВВАУЛ
Статистика посещений Карты посещений сайта